На пути выбора

Ночь, что, казалось, длилась вечность, И напомнившая, что такое тщетность, Наконец сменилась утром, Начав период, ставший впоследствии промежутком… В тот день Винкс, Блум наконец найдя, Долго потом не могли прийти в себя. Они — сильнейшие феи школы, В конце дело, откровенно, запороли! Придя к Валтору мстить за Текну, Готовы были заплатить любую цену, Что угодно могли тогда отдать, Заставить хоть весь мир страдать! И вот это их бахвальство дорого далось: Всё также потеряна подруга, Валтор непонятно где, И Блум, которую искали все, Которая чуть не стала второй потерянной подругой, Всё ещё в объятиях огня, Словно сгорает от какого-то недуга — Вот к чему привели их действия «на авось»! Осознавая своё бессилие, В полной тишине, словно обескрыленные, Винкс почти все вместе лежали в лазарете. Проспав весь день, четверо очнулись уже в ночь, И смотрят на пятую кровать при лунном свете, Всё ещё не в силах ей помочь… — Зато тепло… Тут резко помещение смехом звонким залилось, Последнее самообладание наконец-то потерялось. Истошный вопль, истеричный смех, Реки слёз хлынули у всех! Долго это продолжалось, Даже у дверей столпотворение образовалось; В тактичности ли дело или в страхе, Но никто к двери не двинулся в этом мраке; Гризельда, к счастью, всех разогнала И заходить к Винкс не стала; Она видела их состояние с утра: Глаза пустые, но широко открытые, Полные отчаяния, и с трудом стоявшие, Винкс тогда держались лишь ради Блум, И неудивительно, что их эмоции образовали такой шум. Спустя час, а может два, Считал ли время кто едва, Девушки наконец пришли в себя, Не понимали, что на них нашло; И на фоне этом кое-что произошло, Немного позже спокойствие всех восстоновя: Блум, открыв глаза, Поначалу не поняла где она, Но обстоятельство одно быстро разум отрезвило: «Холодно…»