Мадагаскар 4: Возвращение в Африку

Ночь окутала мир своим тихим покровом, а поезд цирка «Сарагоса» спокойно пробирался сквозь темноту, время от времени прерываемый гулким звуком трубы «Ту-ту», который не тревожил сладкий сон его пушистых пассажиров. В первом вагоне дремали Лев Алекс и Ягуарша Джия, наслаждаясь покоем. Во втором уютно устроились Жираф Мэлман и Бегемотиха Глория рядом с лошадками и собачками. В третьем вагоне лемуры — Король Джулиан, Морис и Морт — беззаботно спали на спине медведицы Сони. В четвёртом отдыхали шимпанзе Фил и Мейсон, а из пятого доносился храп тигра Виталия и успокаивающее посапывания морского льва Стефано. Пингвины, расположившись в «голове» поезда, по очереди следили за механическими устройствами, обеспечивая порядок и безопасность в ночном пути. А в шестом вагоне, самом удаленном, горел свет. Зебра Марти сидел за чёрным столиком, печатая на старой машинке: «Дорогой дневник, вот уже прошло десять лет с тех пор, как мы стали частью цирка. Кажется, ещё совсем недавно мы развлекали людей за оградой зоопарка, а теперь путешествуем по миру, наполняя его радостью. Всё это произошло благодаря мне . Моя жизнь — полоски: чёрные — печаль, белые — счастье. Сначала остров без людей, потом Африка, где я грустил, и теперь цирк, где я счастлив. Однако мои друзья злились на меня, особенно Алекс, ведь я думал только о себе. Он — мой лучший друг, и чем ближе мы друг к другу, тем сильнее чувствую трепет внутри. Это приятное волнение, даже несмотря на то, что в последнее время мы не общались так много. Последний раз мы разговорились, когда он, вместе с Виталием и Джиией, спас меня от свирепого снежного барса, во время гастролей в Азии. К счастью, его быстро поймали и отправили в местный зоопарк, и никто не пострадал. Тогда мы провели три дня, болтая обо всем и ни о чем, хотя я не помню, о чём именно говорили. Алекс — хороший друг, хотя временами и выводит меня из себя, но именно это и придаёт ему.... Особый шарм? С тех пор наше общение сократилось — времени не хватало, даже на простые улыбки и приветствия. Но два месяца назад, я начал чувствовать себя странно. При каждом его появлении я краснею, как спелое яблоко, и заикаюсь, как будто в первый раз. И лишь перед сном, с чистой совестью, позволяю себе подумать о нём, хотя это тоже бывает неожиданно и немного странно. Неужели я.... Влюбился! Нет, этого быть не может....Это просто невозможно! У него есть девушка, и, даже если бы я решился признался в своих чувствах, ничего бы не измнилось. К тому же мы слишком разные: он — лев, царь зверей, а я — всего лишь зебра». Поставив точку в дневнике Марти взглянул на часы. «Уже два часа, пора спать», — пронеслось у него в голове. Закрыв тетрадь, он встал из-за стола и решил перед сном полюбоваться луной. Подойдя к двери, он открыл её. Холодный ветерок коснулся его лица. Вдруг резкий толчок в спину — и он полетел в воду. Быстро выбравшись на поверхность, Марти испытал полный шок. — « Кто меня толкнул? И главное, Зачем?» — последнее, что он подумал, перед чем поддаться течению. Зебр лёг на спину, посмотрел на удаляющийся поезд, закрыл глаза и отдался сну, упывая вдаль.