Останется только один

Звуки смешались, смех монстра, который должен был давно покинуть его тело и ещё один голос из прошлого, явно не предвещающий нечего хорошего. Воспоминания, как старая фотоплёнка, мелькали перед глазами, он будто снова оказался под толщей ледяной воды, но больше некому было его поддержать. Нил задыхался. Ещё один вдох, и он не сможет всплыть. «Эй, ещё рано, Джостен» — его будто вышвернуло обратно на поверхность, но вместо восьми пар рук его команды за спиной была только одна, очень сильная и заляпанная кровью многих жертв. Нил уже чувствовал такое раньше. Натаниэля не даст ему утонуть. –Нат? — голос дрогнул, воздух резко хлынул в лёгкие, из-за чего Джостен закашлялся. Оказалось, что он не дышал всё это время. «Решил убиться до того, как за тобой придёт наш маленький друг?» — как же давно Нил не слышал голоса Веснински, казалось что он был в точности такой же как и его собственный, но это было не так. Голос Натаниэля сквозил льдом и каким-то шлейфом жестокости, отдавал лёгкой хрипотцой и вечной насмешкой. –Как ты смог вернуться? — пытаясь отдышаться, проговорил Джостен. «Я никуда и не уходил» — буднично, словно они обсуждали погоду, ответил Веснински –«Что важнее, как вдруг Каспер остался жив после такого феерического падения». От этого имени у Нила по спине пробежали мурашки, а пальцы на руках неприятно закололо. Это было просто невозможно, человек, упавший с моста, не мог выжить. Он бы переломал все конечности, летя по отвесам скал в бурно текущую реку. И вдруг парня словно ударили по голове. «Жди в гости» — о нет, если Каспер придёт сюда со своими подручными, то Лисы пострадают и… Джостен резко подскочил и нагнулся за упавшим телефоном. «Прошло уже 2 часа после того как уехал Эндрю» — подумал Нил, трясущимися руками нажимая на номер Миньярда в быстром наборе. Послышались не продолжительный гудки, после чего механический голос автоответчика сообщил «Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Эндрю никогда не выключал телефон, а тем более на звонки Нила отвечал за считанные секунды, разрядиться он тоже не мог, ибо в Мазерати было аж два пауэрбанка. Натаниэль вновь засмеялся, ему всегда было плевать на людей вокруг Джостена, в приоритете парня была только защита непутёвого Нила с вечно не закрывающимся ртом. Именно благодаря Веснински его «сожитель» смог пережить ситуацию в Балтиморе. И сейчас, смотря на такое напуганное и бледное лицо Нила, которое не было таким обречённым даже во время встречи с папашей, Натаниэлю хотелось лишь смеяться до выступающих слёз на глазах. Каким образом этот блондинчик сумел засесть так глубоко в душу Джостена? В душу бегунка, который нечего не имел и не мог иметь. Это звучало до одури нелепо. –Натаниэль — имя из уст Нила звучало надломлено и умоляюще — Помоги мне. «Оу, Джостен, конечно я помогу тебе, но ему я помогать не собираюсь». –Если с ним что-то случится, я разворошу твою могилу и лягу туда сам — Веснински передёрнуло, не для этого он так долго и кропотливо старался, он не мог допустить смерти Нила, не после всего. Но Натаниэль никогда не скажет этого вслух, что даст ему преимущество в деле. «Хорошо, я сделаю это, но на время спасения твоего блондинчика ты полностью отдашь мне контроль над телом и будешь наблюдать за всем со стороны, только попробуй высунуться и я сразу же оставлю помирать твою «семейку». –Я согласен — прозвучало уверенно, но не совсем честно. «Твоя жизнь превыше всего» — от этой фразы у Джостена закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. Он уже слышал эти слова. Перед глазами сразу же появился злополучный пляж на въезде в Калифорнию. flashback Натаниэль шёл по трассе подальше от ночного бриза, запаха гари и обожжённой плоти матери. От которой там, на неизвестном пляже на въезде в Калифорнию, отслаивалась кожа и прилипала к мягкой обивке сидений в горящем автомобиле. Их догнали, они не успели. Нила лишили единственного родного человека, единственного толчка в спину, заставляющего собираться ещё быстрее, бежать ещё дальше. Не осталось больше человека, который мог жёстко дёрнуть поводок на шее Джостен, в молчаливом приказе угомонить монстра. Чудовище царапало внутренние стенки рёбер, с утробным рычанием пытаясь проложить путь на свободу. Натаниэль не боялся испачкать руки, не боялся того, что он может. Его не пугали ножи и чрезмерная жестокость его натуры. Он должен был защитить Нила любой ценой. Натаниэль сам создал лучшую версию себя, которая могла бы жить в этом теле вместо него. Веснински прекрасно понимал, что его уже не спасти и не исправить, но умереть, не оставив после себя нечего, он не мог. Натаниэль не пощадил бы и матери ради своего «сожителя», но Нилу она была слишком дорога, что бы убить её «собственными руками». Да, Веснински защитил Джостена, но какой ценой? Натан нагнал их в Сиэтле, началась перестрелка, в ходе которой на Нила был направлен пистолет. У Натаниэля не было времени думать, поэтому он оттолкнул Джостена, вставая на его место, и подставил под удар рядом находившуюся Мэри. Пуля попала в область недалеко от почки, началось внутренние кровотечение. Она протянула до Калифорнии, после чего умерла. Веснински взял на себя работу по избавлению от трупа и заметанию следов. В руках Натаниэля находилась пачка ментоловых сигарет, с которыми не расставалась Мэри. Он сел в трёх метра от горящего транспорта и закурил. «Эй, Нил?» — обратился он к Джостену, который скрылся глубоко в сознании после смерти матери, так и не появляясь. В ответ Веснински была тишина. «Винишь меня» — скорее как утверждение, нежели вопрос произнёс Натаниэль, продолжая свой монолог. — «Ты бы умер, если бы я не сделал этого, твоя жизнь превыше всего». В течении последующего полу года Джостен так и не заговорил. end flashback