Скука, шляпа и прочие неприятности

A narrow path through hallowed grounds, A silent walk among the clouds, A pile of stones hidden in the pine Only seen through dead man's eyes... Apocalyptica. Dead Man's Eyes

В последнее время стала слишком часто раздумывать над различными философскими вопросами. Вот например, что такое жизнь? Жизнь часто сравнивают с рекой, у кого-то она бурная, кто-то она тихая и спокойная. Мы можем найти множество определений этого слова, но говорят, что чтобы что-либо понять и начать ценить надо это потерять. Имевши не ценим, потерявши плачем — народная мудрость. Только никто и никогда не возвращался с того света, а значит никто не знает истинной цены жизни. Хотя смертельно больные люди очень близко подбираются к границе своей жизни, но зачастую они теряют стимул к ней. — Лиса? — мои размышления прервал мой друг. — Я тут в гости решил зайти, — Миша помахал странной белой композицией из герберы, мака и бутонов роз. — Где тут у тебя можно вазочку взять? — Вон там возьми, под раковиной. Ты уж извини, встать сил нет, — прерываясь на кашель, ответила я. Интересно зачем здесь маки. Они же выбиваются. Жаль что я не знаю язык цветов. Миша с трудом поставил букет на захламленный стол. Фантики, гостинцы из дома, от других посетителей и куча цветов. Последнего у меня было много каждый приходил с букетом: семья принесла анютины глазки, бабушка с дедушкой васильки, кто-то оставил ночью гардению, (интересно кто смог пройти мимо охраны, но даже не поздороваться со мной?), а крестный подарил букет в черно-красных тонах. — А зачем тебе цветы сухие? — выкидывая мусор, спросил друг — Оставь, это тысячелистник, мне нравится как он пахнет — Весьма... своеобразно. Тебе тут не скучно? Может принести что-нибудь. Просто я впервые навещаю кого-либо, — неуверенно спрашивал он. И чего это он волнуется? Не ему же помирать в восемнадцать — Не, не нужно. Я же здесь уже несколько месяцев. — Ты же даже поступить не успела? Ты вроде астрофизиком стать хотела... — Какая разница, уже ведь не важно. Я бы лучше о чем-нибудь другом поговорила. Ты веришь в загробную жизнь? — Всегда верил. Хотя предпочитаю реинкарнацию. — Хочу чтобы в следующей жизни меня звали Регина. А еще чтобы не в России — Ты чего так на Россию бочку гонишь? — Да они с этой короной все концерты поотменяли. И въезд зарубежным группам запретили. — Хм, ясно. А по-настоящему? — Просто, если я рожусь к примеру в Франции, у меня будет больше возможностей путешествовать по миру. Я молчу уж про Америку. Хотя там мне бы не хотелось родиться. Там просто постоянно какие-то политические мутки происходят. Две противоборствующие стороны и чаще побеждает именно те кто мне не нравятся. Так что я просто хочу попутешествовать, а в европейских странах это проще сделать. — Ладно. А чем тебе имя Василиса не нравится? Обзываются? Детские комплексы? — Да не. Просто имя прикольное. К тому же не назовут же меня во Франции Василисой, а вот Региной могут. Мы еще долго болтали, даже кашель не мешал общению. Но приемное время заканчивалось и Мишу могли пинками погнать, поэтому друг ушел. В последнее время мне все чудится, будто я слышу чьи-то голоса и это точно были не врачи. Наверное моя крыша уже уехала далеко и надолго. Воспоминания моей прошлой жизни до туберкулеза и жизни в диспансере стали эфемерными, как из снов. Казалось, что учёба, выпускной, сдача ЕГЭ были лишь длинным кошмаром, а я проснулась из-за него, попила воды, и дальше легла спать. Только вот стал мне сниться уже другой кошмар. Хотя так говорить будет несколько неправильно, потому что я четко все помню, просто это теперь так далеко от меня. Я изолированна, оторвана от общества. Все мои стремления теперь бесполезны. Все знакомые уверены, что я вскоре выздоровлю, но врачи говорят, что шансы малы. Иногда мне становится безумно обидно из-за того что многие из тех кого я считала друзьями даже не пытаются меня навестить. Я понимаю, что у всех учеба и всё такое, но... Миша же нашел время, ненадолго, конечно. Мне кажется, что у меня уже не осталось времени. Спустя пару недель я взяла скетчбук, чтобы писать там. Мои блокноты скорее всего читать не будут, а вот скетчбук точно полистают. Я не художник и рисовать я никогда не училась, но мне нечего было делать, а от чтения болела голова. Тогда я стала рисовать и каким бы мне это не казалось странным, но у меня получалось очень даже прилично. Голоса нашептывали, что мне от силы осталось пару дней. Тело говорит, что у него практически не осталось сил. Кажется я не дождусь очередного прихода семьи. Писать что-либо стало так тяжело, но я взяла себя в руки. Надо попрощаться. Хотя бы косвенно. “Дорогие мама и папа. Простите меня за то что грубила вам, за то что была очень вредной дочерью. Простите за то что я редко прислушивалась к вашим желаниям, за то что игнорировала вашу усталость. Простите за то что я умерла раньше вас. Несмотря ни на что я всегда очень вас любила. Милая моя сестра. Из меня плохая старшая сестра, я всегда была слишком эгоистична. Но я всегда старалась о тебе заботиться. Прости за те драки, прости за то что кричала на тебя без причины. Будь лучше меня, сильнее. Передайте бабушкам с дедушками, что я их сильно люблю и им нельзя сильно нервничать. Скажите крестному, что он замечательный, а крестной, что я не держу на нее зла. Скажите Маше, что она замечательная подруга и мне жаль, что я так долго её игнорировала. Передайте Мише, что нельзя сильно грустить. Настя была хорошим школьным врагом, я не зла на неё. Простите меня все, что я так рано умерла. Не обижайтесь на меня за это. Тени плывут и голоса из них говорят, что я вас больше никогда не увижу живой. Мечтаю чтобы они были не правы. Простите меня: я плохая подруга, дочь, внучка. Простите, что вы вынуждены меня хоронить. Я вас всех люблю. Ваша для кого-то ненавистная, а для кого-то любимая Василиса”. Карандаш соскакивал с листов, буквы получались кривые, мысли спутывались. Кажется я кого-то пропустила. Кашель все усиливался и мне с трудом удавалось сохранить листы чистыми, а не оставить окровавленными. Не стоит пугать так семью. Я старалась заснуть, а тени обещали не мешать и шептали что-то нежное и успокаивающее. В полудреме я почувствовала, как кто-то провел по моей щеке и сказал: “Ты много страдала в последние месяцы, моя дорогая. Пора бы тебе отдохнуть. Надеюсь, ты попрощалась.” Я почувствовала что больше нет этого раздражающего зуда в груди, но стало очень холодно. Тело больше не болело, а сердце словно остановилось. Наверное так и есть. Медленно я открыла глаза и увидела множество полупрозрачных людей. Кажется это именно они были в тенях и разговаривали со мной. Не сразу я заметила, что среди призраков стоял вполне себе плотный парень с седыми волосами. Он мягко улыбнулся и сказал: — Я надеюсь ты не в обиде за то что забрал тебя на несколько часов раньше иположенного? — Нет, конечно. А вы? — Да, я один из тех кого зовут Смерть. Не думаю, что тебе интересна история как я стал таким. — Нет, что вы. Мне очень интересно — В далеком прошлом существовали волшебники, вампиры, маги и многие другие существа. В будущем решили попробовать стать колдунами, но в ходе некоторых экспериментов произошли ошибки. Я был одним из “подопытных” и вот я почувствовал, что стал волшебником. По всем параметрам у меня был дар к магии времени. Колдую и.. БАЦ! Тело не справилось, а напротив меня сидит уставший скелет. Оказалось, что это сама Смерть и она ничего не успевает, даже тело потеряла. Ну я и предложил свою помощь. Теперь она очень даже красива. Говорю же, что это не очень интересная история. — Зато я теперь знаю, что магия реально существует, — я осмотрела себя и поняла, что не прозрачная в отличии от призраков. — А почему я отличаюсь? — Эээм. Хм, — Смерть стал меня внимательно осматривать. А после покачал головой и будто завидует сказал. — Счастливый ты человек, Василиса, у тебя есть возможность прожить еще одну или несколько жизней. Мне так не повезло. Только надо еще посоветоваться, если я правильно понимаю, то тебе сразу нельзя перерождаться, а то попадешь в какое-нибудь неправильное тело. К примеру в дауна, или идиота, а может даже в парня. Мне бы не понравилось стать девушкой. — Получается мне надо некоторое время походить как призрак? — Я могу тебя сделать своей помощницей. Хотя ты еще подумай, через месяц приду, еще пообщаемся. И он испарился. Странный он тип. Хотя может ему уже пора кого-то забирать. Я оглянулась на призраков, но никого уже не было. Может их Смерть разогнал? Блин, Смерть — парень, ощущения словно мне просто снится цикл книг Пратчета про Смерть и его родственников. Интересно, а меня могут видеть люди? А вещи трогать я могу? Следующие несколько суток я была занята тем, что проверяла свои возможности. Оказалось, что я вполне материальна и могу брать в руки небольшие или же большие, но легкие вещи. Видеть меня могут, но только те, кто чувствителен ко всей паранормальной фигне. Но если я не захочу, то меня никто не увидит. К знакомым я старалась не приближаться, мало ли что. Я познакомилась с различными духами: Леший, Домовой, Водяной. Интересные ребята, а малиновая настоечка Лешего согреет даже призрака. Но хорошее рано или поздно кончается. Иногда я думаю, что я полная идиотка. Нет, ну разве можно после недели успешного не попадания на глаза родственникам попасться на глаза знакомым? Марина с Денисом всегда были не от мира сего и когда они увидели меня, то сразу вызвали экзорцистов. А эти ребята мне точно спуску не дадут, призраки уже рассказали, что экзорцист это не просто прикольная должность. Я улетела в ТРЦ и почти сразу наткнулась на отдел с морожеными. В общем, пока живые накидывали какой-то магический купол, я слопала три больших холодильника. Я так и не поняла: это я так быстро ем, или они так долго работают. Пятерка ребят бегала по комнатам и пыталась зачитывать какие-то стишки на латыни, но не было ничего более. Может новички? Хоть бы солью посыпали что ли, а то так даже не интересно. — Она здесь, буянит в продуктовом отделе, — чел, я нахожусь в Ашане, здесь почти везде продуктовый отдел — Почему она всё время уплывает? Сеть же должна быда сделать призрака материальным и очень слабым, — мне кажется или он ждет от меня ответ? — А помните, что говорил старший? — Не ходить без него на призраков обиженных девушек? Я не стала дальше подслушивать, потому что я не обижалась, пока они не припёрлись, и направилась в магазинчик с массажными креслами. А что, я еще при жизни хотела на таком посидеть. Пока они меня нашли прошел еще почти час. Я успела сходить в магазин для творчества и перенюхать все ароматизаторы для мыла, для свечей, перебрать все красители, выбрать идеальную кисточку, просмотреть мастер-класс по созданию цветов из фоамирана и перепугаться от собственного отражения. А дело было в том, что я почему-то переливалась всеми цветами радуги и словно расплывалась. Блин, я ж еще не употребляла! Ни разу! Неужели эти их странные завывания реально могут меня изгнать? Мне нельзя! В панике по привычке я побежала к дверям, а выйти не смогла. Соль! О нет, они похоже с кем-то старшим посоветовались. Как мне теперь быть? Что делать? Я заметалась по комнате. Где-то же должен быть выход в склад хотя бы! Вспомнила, что я вообще-то нематериальна только тогда, когда ребята начали снова жутко завывать и выкрикивать какие-то слова. Мне стало очень плохо, я начала кашлять. Как у призрака может отхаркиваться кровь? От боли я потеряла равновесие и провалилась в другой магазин, но легче мне не стало. Теперь я уже целенаправленно стала спускаться и лучше мне все не становилось. Помогите! Кто-нибудь! Они же вроде купол накинули? Значит где-то он должен заканчиваться. Мои надежды вскоре оправдались, на глубине приблизительно метров триста мне стало легче и я поплыла вправо еще на какое-то расстояние. Это так неприятно передвигаться в полной темноте, к тому же за неделю я так и не привыкла, что дышать больше не нужно. На поверхности меня уже ждал Смерть. От радости, что я осталась на Земле и меня не развоплотили, обняла его, заливая слезами. Смерть успокаивающе поглаживал меня по спине.