Последняя дорожка.

Наркоман.

Утро. На улице белые снежинки суетятся и бушуют по ветру. Уже светло. Вчера парни хорошо посидели, обсудили предстоящие дела, собрали нужную сумму денег для отдачи долга. Лёша не тратил свои 50 тысяч, и Нурлан, денег было достаточно. Перед сном, Лёша созвонился с Рустамом, и велел ему прийти к его дому, чтобы забрать деньги, но Рустам человек занятой, и прийти в тот день не смог, встречу назначили на сегодня. Парни спокойно спят, разложившись на одной постели. Нурлан был больше Лёши, телом, что немного стесняло маленького Лёшку на край кровати. Сон парней прервал звонок, вибрация пронеслась по всей кровати, доходя до рядом стоящей тумбочки. Лёша нервно приоткрыл глаза, первым делом взгляд упал на светлое солнце, которое проникало от дома стоящего напротив. Слабая рука потянулась к телефону, сжимая в ладошки. На светлом белом экране черными буквами было написано знакомое имя, «Рептилоид». Лёша слабыми ещё на тот момент подушечками пальцем, зажал зелёную кнопку, двигая вверх. Телефон находился у уха Щербакова, и прозвучало сонное и усталое от ужасного пробуждения "Привет" — Привет, Лех. Я пришёл. — У Рустама всегда была привычка вставать рано утром, приучили с детства. И этим он тревожит других. — Бля, сейчас открою, — Лёша нехотя поднялся с кровати, наступая сонными ногами на пол, немного покачиваясь, он доходит до входной двери. Дверь как всегда никто не закрыл, Лёша приоткрыл её, и выглянул на лестничную клетку, где стоял Рустам. Как всегда, Рустам выглядел очень опрятно, и важно. Черный пиджак накрывал объемные плечи парня, придавая изысканный вид. Такие же черные, объемные штаны свисали с ног и накрывали верхнюю часть обуви, а опрятно уложенная прическа делала из него, вечно занятого и порядочного человека. — Проходи, — Лёша скрылся за дверью. Он прошёл на кухню, где были деньги, те были аккуратно сложены в стопочку и закреплены резинкой. Рустам прошёл на кухню. — Эти? — Пальцем он указывал на ту самую пачку денег. — Да. — Лёше уже не хотелось спать, он достал кружку из верхнего шкафа кухни, и насыпал пару ложек растворимого кофе. Рустам отправился на выход. — Стой. Раз ты пришёл, сходи в магаз по братски. — Тихим но спокойным голос утвердил Алексей. — Давай схожу, мне не сложно. Что надо? — Лёша подошёл к холодильнику, приоткрыл дверцу, в холодильнике пусто. — Блять. Возьми хлеб, колбасы самой дешёвой, четыре бутылочки вина, и чё нибудь ещё, типа дошика, сам понимаешь. И чай Липтон вкусный какой то. — Лёша достал из карман брюк в которых лёг вчера спать, купюру в 2 тысячи рублей, и протянул Рустаму. — Оставь себе, угощаю. — Лёша небыл настойчивым, и убрал купюру обратно. Рустам достаточно быстро вышел из квартиры, и направился в магазин. Лёша в этот момент, присел на табуретку у стола, и облокотился на спинку. Взгляд опустился на 3 пустые бутылки вина, и одну полу полную. Лёша впервые за эти дни, почувствовал что то новое, не день сурка где он в одиночестве гробит жизнь, а радость что он не один. Что сейчас проснётся Нурлан, поцелует его, и скажет как любит, дни сурка закончились, но одно никогда не закончится, это зависимость. Лёша сунул руку в карман брюк, нащупывая очередной пакетик с белым порошком. Он не думая о последствиях, просто достал пакетик и взял купюру заворачивая ее в трубочку, проделывая очередные дорожки в худшую жизнь… Белый порошок проникает в организм, обжигая стенки носа, проходя по трубам горла, попадает в сердце, пульс замедляется. В глазах расплывается картинка, а в кровь поступает норадреналин и дофамин. Зрачки расширяются, и взгляд становится стеклянным, направленным в потолок. Лёша расправил руки, зажимая тело в маленьких ладошках. В этот момент в комнату заходит Нурлан, протирая глаза руками. — Лёшь, ты чего? — Нурлан направил взгляд на тело Лёши, сидящие на стуле, руки растеклись по телу сжимая его, голова откинутая на спинку стула, и взгляд направленный в потолок. Лёша повернул голову на Нура, и на его лице появляется улыбка, спокойная и сонная улыбка. — Ты обдалбался? Лёша тихо посмеялся, и повернул голову обратно на потолок. Нурлан прошёл за стол, присел на табуретку, и взглянул на Лёшу, тот выглядел как ебаный наркоман, который уже 5 дней сидел на марафоне. Кожа была бледная, руки тряслись. — Ты принял слишком много.- Нурлан произнёс эту фразу с разочарованием в этом человеке, раньше он мог наплюнуть на его минусы, наплюнуть на то что он торчок, но сейчас, это перешло все границы. — Тебя не должно ебать сколько я там принял. — Лёша был похож на человека, который потерялся в мире, а своих мыслях. В себе. — Ебёт, Лёшь. Меня. Это. Ебёт! — Нурлан повысил тон на парня, от чего по коже Лёши пронеслись мурашки. — Мм, схуяли? — Лёша был и вправду похож на конченого торчка, который сливает последним деньги на дозу. — Схуяли? Схуяли, Лёшь? Ты думаешь, ты один пережил ужас в тот день? Нет. Я был в таком же состоянии как и ты! Ты хочешь повторить это? Так давай! Или обдолбайся и помри, раз так хочешь. — Злось в Нурлане уже перешла в агрессию, накопившиеся за стол долгое время вместе с парнем. — А ты, хочешь? — Не неси дичь. — Их ужасную ссору прервал Рустам, который зашёл в открытую дверь квартиры. — Чё орёте? На весь дом слышно. — Рустам прошёл на кухню, поставил пакет на стол, не замечая полуживого Лёшу на стуле, и злобного Нурлана стоящего у окна. — Пошли поговорим. — Нурлан взял руку Рустама, ведя его на балкон. Дверь балкона громко открылась, в теплую квартиру пробрался холод с улиц. Нурлан достал сигарету из пачки, поджигая ее. — Что такое? — Рустам не знал о чем будет разговор, и к чему такая важность. — Слушай так, если ещё раз продашь Лёше наркоту, попадёшь в могилу. Понял? — Понял, только то что ты мне угрожаешь. И схуяли Я не должен ему продавать дозу? — Рустам был спокоен, он не умел злиться на людей, которых считал друзьями. — Да заебали. Ты не видишь как все серьёзно? Сейчас на кухне сидит полумертвое тело! А не человек. Он сдохнет в следующий раз! Мне поебать, что начнется ломка, он должен бросить эту хуету! — Нурлану казалось что только он понимал всю серьезность ситуации, что все просто не знают, что, тогда он пережил. — Ты не знаешь что такое ломка у Лёши! Особенно если это не по его воли! Он тебя зарежет нахуй. — Нурлану было поебать, что ждёт его потом. — Даже если я перестану ему толкать, он найдет другого дилера. Это уже не обычный человек который побалуется и бросит, а наркоман, который любым способом достанет наркоту! Думаю ты и сам понимаешь... Нурлан раньше был тем ещё наркоманом, этим он и заработал долг. Только он вылечился. — Не пизди. Мне главное чтобы ты закончил, попросил всех кого только можно, перестать давать ему ебучие наркотики! Если ему не покажешь проблему, он нихуя не сделает! — Нурлан присел на табуретку стоящую на балконе со времён СССР. — Пойми. Пожалуйста. — Нурлан уже не знал что делать, куда бежать, к кому обращаться. — Хорошо, Нур. Но он не прекратит, знай. — Рустам удалился с балкона, и в квартире послышался сильный хлопок входной двери. Дверь на балкон немного приоткрылась, Лёша выглянул и осмотрел Нурлана взглядом, в глазах все так же плыло. - Войду? - Наркоманам не входить. - Ну что ты такой злой, Нурик? - из за дозы, у Лёши очень честно менялось настроение, сейчас он был похож на шлюху которая решила подкатить к левому парню в баре. - Заходи. - Нурлан не стал Сопротивляться. - Ты мое солнышко! Люблю тебя. - Лёша присел на каменный пол балкона, прям напротив Нурлана. "Солнышко? Нихуя ты поменялся за три минуты пока меня не было." Нурлан не горел желанием общаться с этим человеком. - Ну ты чего? Не любишь меня? - Лёша не мог концентрироваться на одном предмете, его глаза бегали по всему балкону, и руки тряслись. - Люблю. - Со-о-о-о-лнышко!! Лёша привстал с пола, протягивая руку чтобы взять Нурлана за шею, и поцеловать, тот оттолкнул Лёшу. - Ты чего? - Лёша не мог устоять на месте, он крутился из стороны в сторону. похоже и Он и вправду принял слишком много. Нурлан встал с табуретки, на улице было не так холодно. Сабуров вышел с балкона, со стороны квартиры закрывая Лёшу там, одного, под веществами. - Выпусти. - Лёша прислонился руками к стеклу двери, прося чтобы его открыли. Но Нурлан, безжалостно посмотрел на этого наркомана, и направился на кухню, в квартире все ещё были слышны просьбы Лёши отпереть дверь, клятвы о том что такого не повторится. Как он молил Нурлана выпустить его, по щекам стекали слёзы, текли по всему лицу оставляя мокрый солёный след. Нурлан безэмоционально разбирал пакет с покупками, время ещё было обед, около 13:40. Нурлан не хотел спать, есть, а просто хотел жить спокойно. Он заварил себе чаю, присел на подоконник, поджёг сигарету, сделал первую затяжку, Лёша немного притих, Сабуров больше не слышал его душераздирающие крики, только иногда плачь и хлюп соплей, только одно слово говорил Щербаков, "Прости." Нурлан уже не верил этим "прости", клятвам, о том что это прекратиться, он верил в то что этому человеку насрать на него. Мысли переполняли голову, разрывая её на части, сердце будто переставало биться, воздух почти не поступал в лёгкие. Нурлан опёрся рукой на стену, пытаясь захлестнуть хоть немного воздуха. Рука пронеслась по окну, схватившись за ручку окна, теня на себя, окно медленно и со скрипом открылось, в комнату поступил холодный воздух, Сабуров полной грудью вздохнул свежий воздух, лёгкие заполнились, и ритм сердца успокоился. Нурлан с лёгкостью вздохнул, взглядом пронесся по улицам Москвы. Нурлан продолжил пить чай, как ни в чем не бывало. Лёша успокоился, эйфория прошла. Нурлан оглядел взглядом стол, где лежала еда , и одна дорожка которую Щербаков не успел вынюхать. Сабуров уже представлял чтобы случилось если бы он все таки это сделал, по телу пронеслись мурашки. Он встал с подоконника, подошёл к тому что ломало жизнь Лёше, и лёгким движением руки стряхнул остатки мефа. Сабуров вернулся на своё место, докуривая сигарету, он откинул голову на стенку, и глядел на пары ходящие по улицам, компании друзей которые смеялись на всю улицу с дедовского анекдота. Глаза потихоньку закрывались, вся шумиха с Лёшей очень умотала Сабурова, его единственное решение проблем, это сон.

***

Нурлан проснулся около 16:05, на улице уже немного темнело, был красивый закат, солнце уходило за горизонт, людей становилось больше, кто шёл с работы, кто с учебы, Нурлана это не очень волновало. Он протер руками глаза, и спустился с подоконника, ноги были слабы, почти не держали вес тела. Парень побрёл на балкон, через стекло глядя на Лёшу там, тот сидел прижатой спиной к двери, в его голове уже не было надежды. Сабуров потянул ручку двери, немного подталкивая Лёшу, чтобы зайти к нему. Тот увидел его, и отсел из под двери,он не хотел смотреть ему в глаза, и вообще поднимать взгляд на этого парня. Сабуров переступил ноги Лёши, и подошёл к табуретке, присев на неё. В глазах обоих парней была пустота, и стеклянный взгляд в никуда. - Зачем.. Зачем. - Лёша задал понятный вопрос для Нурлана, по щекам Лёши потекли холодные от ветра слёзы, глаза немного теплели от этих уже частых слёз. - Так надо было. - Нурлан отвечал холодно. - Как надо было? Закрыть меня здесь, в надеждах что то поменять?..- На удивление Лёша был очень спокоен. - Была надежда. Возможно я даже что то изменил, но это ты уже спроси у себя. - Спросил, ты нихуя не поменял. Просто заставил меня извиниться, чего я даже почти не помню. - На лице Лёша появилась улыбка, которая сходила в грустное выражение лица. - А что мне оставалось делать? - Что угодно. Только не закрывать меня на балконе, на морозе. - Если бы я тебя блять не закрыл, сейчас бы я уже был мертв на кухне. - Нурлан впервые за их столь неприятный разговор, взглянул на парня. Тот ощутив чей-то взгляд, повернулся в сторону Сабурова, разговор продолжился уже смотря друг другу в глаза. - Я люблю тебя , но такими поступками, ты портишь и себя, и мое отношение к тебе. - Блять.. ты никогда меня не поймёшь. - Лёша встал с пола, подошёл к Нурлану, схватив его за щеки, потянул к себе, губы докоснулась до лба Нура. - Я люблю тебя, не знаю, что мне делать... Перестать любить тебя, или же бросить, что легче? Перестать любить тебя. Лёша вышел с балкона, захлопнув дверь. От этого удара, по стенам пронеслась вибрация, и пол затрясся, глаза наполнились слезами, Нурлан пытался не показывать своих эмоций, но не в этой ситуации. Хлопка входной двери он не услышал, значит Лёша дома. Нурлан накрыл свое лицо ладошками, пытаясь скрыть слёзы, выйти к этому человеку, и начать что то делать...