Проза двух небожителей / благословение небожителей / Фэнцины

День прошел незаметно. Все это время небожители и демон сидели в одном номере, перебирая все варианты развития событий. Се Лянь с Хуа Ченом сидели все время рядом, спокойно попивая чай, и рассуждая о предстоящем событии. Фен Синь постоянно смотрел то на Му Цина, который в свою очередь смущенно, делал вид, что очень занят решением проблем по поводу призрака, то куда то вдаль, лишь иногда сосредотачиваясь на разговоре. Ни о какой концентрации речь и не шла, в голове невнятные размышления заглушали реальность. — Эх — вздохнул принц — а ведь когда то в этот день я спас мальчика, тоесть тебя, Сан Лань — Да, действительно и день недели тот же. Праздник Фонарей по истине важное событие — стоя поодаль, опершись на подоконник, вальяжно провел рукой в воздухе, как бы показывая свою усмешку Му Цин, и улыбаясь, закатил глаза. — Это его ужасная привычка — Хуа Чен усмехнулся. Се Лянь лишь мягко улыбнулся, пока Му Цин уже хотел было прокомментировать слова демона. — Давайте сходим куда нибудь вечером или возьмем что нибудь поесть и посмотрим что нибудь? — принц обвел присутствующих взглядом. — Почему нет, я не против провести время так, Гэгэ Фен Синь посмотрел на парочку и подумал, что это неплохой шанс еще сблизиться с Сюаньженем. — Я не против Му Цин немного приподнял брови, но не в знак удивления, а чтоб казаться высокомерным. Должно было выглядит так, будто он делает им одолжение. Так и получилось. — Хорошо, я согласен — немного закатив глаза, отрешенно ответил генерал. Никто не прокомментировал такое поведение, ведь все уже давно привыкли. Но, почему он себя так ведет? К чему такая надменность? Эти вопросы со сто процентной вероятностью обсуждают все, кто плохо знает генерала Сюаньженя. Не раз при жизни на Земле, Му Цину его сверстники, такая же прислуга, говорили хорошие слова, а за спиной, поливали грязью еще и желали ему всего плохого, ведь: ' Мало того, что ведет он себя как скот последний, так еще и принц к нему по особому относится ' — все твердили они. После вознесения, его стали величать как Генерал Сюаньжень, все вежливо кланятся ему и ведут чистые речи. Но, проходя мимо других небожителей, он также ловит неодобрительные взгляды окружающих, и все также слышит тихие перешептывания. А ведь… Ничего плохого, он никогда не делал, постоянно помогает даже если не просят, заботится о дорогих ему людях. Все же, люди и небожители не отличаются. У них всех такое же нутро — двуличное и грязное. Но за что его постоянно осуждают? Конечно из-за его порой очень заносчивого поведения. Но, ведь Му Цин не виноват в этом, это люди сделали его таким. Конечно, звучит как оправдание, но он действительно не всегда был таким. Рождаясь, человек словно белый лист и со временем, его все расписывают, разрисовывают, стирают с него лишнее и снова пачкают. В итоге даже если стереть все надписи, лист уже никогда не станет таким же белым опять. Он будет серым, потертым и уже сам может оставлять отпечатки на других листах. Так и случилось с Му Цином. Ранее он был милым маленьким мальчиком с добрыми намерениями. В нем была сплошная невинность, но с течением времени, он закрылся в себе, перестал искренне выражать свои эмоции, у него появилось своя точка зрения которая включает в себя такой аспект как ' не проявлять эмоций, чтоб не казаться уязвимым '. Если подвести черту, сделав вывод, можно сказать, что Му Цин просто боится проявлять свои искренние намерения и чувства. Только самые близкие люди, которые сами могли рассмотреть настоящую натуру небожителя, не осуждая, принимают его таким каков он есть. — Отлично — чуть ли не светясь, сказал Се Лянь и четверка начала решать какой из двух вариантов они все же предпочтут. В итоге было решено, что Фен Синь и Му Цин сходят в ресторан за едой, пока Хуа Чен и Се Лянь пойдут за напитками. — По моему они просто хотели остаться наедине и нас по городу помотать — Му Цин недоволен, тем, что им придется самим пойти в место наполненное людьми, еще и заказать съестное, ничего не перепутав. — Да ладно тебе, все будет хорошо — Фен Синь наслаждался этим временем, пока они вдвоем. — Здравствуйте, вы что нибудь выбрали? — перед генералами возник персонал в черно-белой униформе. — Здравствуйте, подождите минутку — Му Цин даже не удостоил девушку взглядом. Пока небожители обсуждали, что же будет лучше взять, официантка стояла чуть поодаль и наблюдала за теми с явным восхищением. Черты лица Сюаньженя ей казались очень изящными, прекрасными, впрочем, Фен Синь тоже не оставался без внимания. Обоих генералов рассматривали все люди в ресторане. Говорили о них, называя их богами. ' Божественная красота ' вот что было на устах людей. Наньян лучезарно улыбался, притягивая к себе еще больше внимания, в то время как Му Цин хмуро читал меню. — Девушка, подойдите пожалуйста — Сюаньжень подозвал персонал. Все время прибывания в том помещении черноглзый выражал саму серьезность и собранность. Спросите почему? Как бы смешно это не было, но он просто боялся не так выговорить названия или запнуться, к тому же еще и людские взгляды так и давили. — Еда еще горячая — идя по улицу, пестрящую украшениями в честь праздника, Фен Синь оглядывался вокруг. Его взгляд остановился на том магазинчике, в который они хотели сходить. — Му Цин, помнишь, когда мы только сюда прибыли, я предложил тебе сходить сюда? — Ну да — Может сделаем это прямо сейчас Оглядев прилавок, в поисках чего нибудь интересного, генерал ответил: — Почему бы и нет Входная дверь открылась и зазвенел колокольчик, оповещающий о новом посетителе. Внутри все красиво украшено, чувствуется своеобразный уют. Тесновато, но зато атмосфера хорошая. За столом сидел маленький старик с мягкими чертами лица, несмотря на морщины. — Здравствуйте — приветливо откликнулся продавец на звоночек. Полки заставлены различными товарами, с красивой упаковкой разных цветов. Черноглазый подошел к стенду, откуда так и пахло различными травами и цветками. — По истине изысканный чай — прокоментировал работник, улыбаясь. После нескольких минут раздумий, генерал решил взять себе чай с листьями персика. — Вот — Му Цин положил, демонстрируя взятый товар, на стол пачку. — А я заплачу — Фен Синь кладет взаранее подготовленные деньги и берет упаковку. — Спасибо, приятного вечера господа — старик проводил тех взглядом. — Ты заплатил за меня… Я и сам могу это сделать — черноглзый пытался скрыть свое смущение. — Ну, если ты хочешь отблагодарить меня, ты можешь — генерал сделал паузу — оказать мне услугу — Какую еще? — Му Цин повернулся лицом голову в сторону бога и остановился. — Не бить меня после моего поступка — с этими словами Наньян нагнулся и нежно поцеловал в щеку. Пульс резко увеличился, Сюаньжень просто удивленно смотрел на того, пока кровь потоками приливала к щекам. — Ты такой милый, когда смущаешься — Фен Синь ухмыльнулся. ' Проклятая белая кожа, все видно из-за нее ' подумал Му Цин. А ведь и вправду, не раз кожа бога раскрывала его чувства с потрохами. В ответ генерал лишь словно, бык когда видит красную тряпку, выдохнул, параллельно выражая свое недовольство.