Рождественский подарок?

Это что ж получается? Уже Рождество? Тэхен с Чимином же только недавно окончили университет… почему время так быстро летит? Оба омеги после учебы пошли работать. Тэхен устроился в продуктовый магазинчик, находящийся недалеко от дома. Пак же — официантом в клуб. Зарплата не высокая, зато чаевые очень даже ничего. Дело в том, что… это гей-клуб. Поэтому каждый второй позволяет себе распустить руки и дотронуться до задницы светловолосого и благодаря этому Чимин каждый раз обнаруживает сумму, превышающую заказ. Сейчас омега выходит из клуба, его смена закончилась еще полчаса назад. Он направляется домой, старается словить такси, но все бестолку, канун Рождества, у таксистов просто кишат телефоны заказами. Что ж, ничего не остаётся кроме как самому, своими силами, добираться до квартиры. На телефоне раздаётся мелодия. Парень аж вздрогнул, тёмный переулок все-таки, он один. Любой шорох пугает до чертиков. А он омега. Это пугает вдвойне. Чертыхаясь про себя, он все же соизволил взять, разрывающийся от звонка, телефон. — Але? — Чимин! Привет. — Тэхен? — А ты меня что, не узнал? — усмехается — я конечно, дурень. У меня есть предложение. — Боже, Тэ, мы полгода не виделись, с момента выпуска. А ты мне так неожиданно предлагаешь что-то. — шморгает носом и кутается сильнее в шарф. — Признатся честно, я планировал еще столько же не видеться. — начинает бубнеть себе под нос. Нет, все хорошо, они с Кимом не разлей вода были, всегда вместе. «Омежки-подружки». Просто иногда Тэхен бесил Пака своей жизнерадостностью, пропейлером в заднице и много чем другим. Шумный мальчишка. Но, конечно же, Пак его любит. Он ему как младший братишка. — Да брось, хен, ты же не думал, что так просто отделаешься от меня? — улыбается. — в честь Рождества предлагаю собраться у меня и отметить! Как в старые добрые. Помнится мне, мы были теми еще зажигалочками, без нас не проходила ни одна тусовка! — Ну я даже не знаю, Тэ. Предложение хорошее, а вот время не очень, я только с клуба иду… устал. — проговаривает старший, медленно наступая ботинками на хрустящий снег. — Это не обсуждается! — зажимает телефон между плечом и щекой, пока в руках перетаскивает коробки — жду тебя через двадцать минут около магазина в котором я работаю, я уже закончил. — Боже мой, ты же от меня не отстанешь, я правильно понимаю? — ноет светловолосый. — Конечно нет, как ты мог такое подумать? Все, отключаюсь — проговаривает младший и сбрасывает. Ну, видимо, делать опять ничего не остается. Как и было оговорено, Чим пришел к младшему в магазин. Тот встретил его обнимашками, чуть не раздавил бедного Пака. Они взяли в магазине две бутылки вина. Красное и белое полусухое.  Закрыли помещение на замок и под лепет голубоволосого отправились к нему. Тэхен рассказывал все что ему в голову придет, абсолютно. Как он познакомился с одним клевым альфой в клубе, они переспали, а потом этот мудак кинул его и слинял. Да, так и было, сначала клёвый, а через секунду мудак. — А у тебя что произошло за это время, хен? Альфа есть? Может истинный? — интересуется младший. — Да какой там альфа, тем более истинный? Дом, работа, работа, дом. Даже времени нет на личную жизнь — пожимает плечами. — да и я пью блокаторы, у меня от всех этих запахов в клубе, голова кружится и в носу неприятно жжет. Один раз даже чуть в обморок не упал, слава богу меня охранник успел поймать, а то бы я хорошо так приложился головой об пол. Да и у меня, иногда, выпадают течки на мои смены, так что, только блокаторы и спасают. — Блокаторы, между прочим, вредны для здоровья. У меня вот когда течка, я их не пью, ни разу даже не выпил… а нет, один раз было, на первом курсе, а потом понял, что это херня полнейшая, недлительный эффект, потом опять все по новой болит. Поэтому я больше их не пью. — Как же ты тогда справляешься? — удивляется. — Естественным способом, Чим, естественным способом. Иду в клуб, нахожу себе клевого альфу и вуаля! — Ну да, а на утро этот «клевый» альфа, вдруг превращается в мудака. — хмыкает светловолосый. — Зато ощущения более кайфовые и боль снимается хотя бы на день. Болит уже не так адски. — Ну я все же воздержусь от этого и пока что, попью блокаторы. — Как хочешь, много чего упускаешь — жмет плечами и заходит в подъезд, направляясь к лифту. Ну что, одна бутылка уже, благополучно, выпита и останавливаться на этом они, видимо не собираются. В квартире стало, заметно, жарче, чем было до этого. Может это алкоголь так действует? Какая вообще разница если жарко? Поэтому сейчас Пак скидывает свою водолазку, оставаясь в светлорозовой майке с широким вырезом. И глядя на это, голубоволосому пришла замечательная идея, просто ахрененная. Он Бог карт, значит точно не проиграет. — Чимин~а, давай сыграем? — пьяно тянет и выпивает еще один бокал. — Во что? — интересуется светловолосый и зачесывает волосы назад. — В карты. На желание — играет бровями. — проигравший должен надеть юбку с чулками и пойти в магазин белья, сделать вид что он выбирает что-то для себя, а потом непринуждённо выйти. — Ты же знаешь что я не умею играть в эти карты? Я всегда проигрываю! — обижается. — Ну… зато весело будет, да и юбка на тебе будет отлично сидеть — оценивающе смотрит на друга. — Эй! Ты уже что, выиграл? Нет. Значит отстань от моего тела — возражает старший, глядя на Тэхена с прищуром. — Выиграл — смешок со стороны Кима. — Выиграл… — подтверждает Чим и вздыхает. — Ну что? Будем примерять юбку? Или сначала чулки? — встает и направляется к шкафу, доставая оттуда пакет. — Я стесняюсь спросить, откуда у тебя это? — Ну раз стесняешься, че спрашиваешь? — не понимает младший — надевай, на твоих ножках эти чулки, явно, будут смотреться ахуеннее чем на мне — кидает ему в руки пакет. — Да проще простого — поднимается Чимин и шатаясь направляется в ванну. — я омега, для меня не стыдно смотреть трусики с бантиками! — Вот и славно, значит это не составит для тебя труда — смешок. Пак стоит напротив магазина. Ему чертовски холодно в этих чулках и в юбке. Поэтому посмотрев, нет ли в помещении людей, открывает дверь и заходит. Над дверью звенит звоночек, оповещая о новом посетителе. Парень за прилавком не обращает на это никакого внимания, к нему никто не подходит, подсказать ничего не просит, значит все круто, отъебитесь от него. Чимин проходит внутрь и его обдает теплом, так приятно. Направляется к отделу с нижним бельём и принимается рассматривать его. Чего там только нет. Трусики с бантиками, со стразами, с кружевом или состоящие полностью из кружева. Цвета всякие разные. Но его взгляд падает на бежевые кружевные, где спереди прикреплен маленький бантик. Красиво. Парень за прилавком отвлекается от чтения журнала и проходится взглядом по магазину, останавливается на милом омежке который… В юбке и чулках? Чего? Это сон? Чон протирает глаза, не может в это поверить. Какая нахер юбка с чулками в мороз? И тем более на омеге? Мало альф по переулкам? Скользит глазами по юному телу и облизывает, слегка сухие, губы. Внизу живота все стянуло в тугой узел. Он же альфа, в конце-то концов, а тут омеги в юбках. Да такие невинные. С такой аппетитной задницей и стройными ногами. — Вам чем-то помочь? — подходит Чонгук к парнише. — А… Ч… что? — оборачивается Чимин и взглядом натыкается на… альфу? Попал. Ты попал, Пак… — Я спрашиваю, выбрал что? — улыбается брюнет и взглядом изучает лицо напротив. — Нет, нет, не надо. Я уже все. — лепечет младший и собирается уйти, руками прикрывая свою пятую точку. — Ну что ты смущаешься, малыш? Я же вижу что ты выбрал эти бежевые трусики — снимает их с вешалки. — я думаю что они отлично бы смотрелись на твоей заднице, солнце. — облизывается. Чонгук двигается к Чимину совсем вплотную, его горячее дыхание пускает мурашки по коже Пака. Он вдыхает аромат этого омежки и ему хочется заскулить от счастья и везения. Течный. Еще и истинный. Он пахнет… клубничным джемом? Отличное дополнение к пряникам. — Маленький, у тебя течка? — кусает мочку уха. Вот блин, Чимин забыл выпить блокаторы. Но их нельзя смешивать с алкоголем… что же ему делать? К нему постепенно возвращается запах и чувство тяжести внизу живота, только не сейчас, пожалуйста. Теперь Пак может вдохнуть запах альфы полной грудью и… задохнуться в нем полностью. Альфа напротив пахнет пряниками. Альфа? Пряники? Что? Истинный? Разве этот запах не для омег? Почему обладатель такого запаха альфа? — Не трогай меня, отойди — протестует младший, но самому нравится, млеет от этих прикосновений. — Но тебе же нравится, малыш… я вижу это по твоему телу, как оно реагирует на меня. Не отрицай этого. Неужели ты не почувствовал истинность? — урчит Чон на ухо, заставляя краснеть маленькие пухленькие щечки. Он ведет носом по запаховой железе, вдыхая такой прекрасный аромат всеми лёгкими, заполняя каждую клеточку своего тела клубничным джемом. Чимин млеет, он не может сопротивляться своему внутреннему омеге, который признал своего альфу и теперь хочет быть ближе к нему. Очень близко. Ноги дрожат, по бёдрам вниз течет смазка, весь магазин пропитался течным омегой. Живот тянет, очень больно, он мычит и пытается отойти от Чона. — Успокойся, маленький, я рядом — выпускает свои феромоны и гладит по голове. Ароматы смешались и лучше сейчас вообще не заходить в магазин, можно задохнуться от такого напора и тяжести воздуха. — П… помоги мне, пожалуйста… прошу… — скулит и тянется к губам, таким желанным и необходимым губам. Старший обхватывает его талию своими руками, притягивая ближе и впивается в губы страстным поцелуем. Сразу же проталкивая язык в рот и начиная посасывать нижнюю губу. Эти губы такие пухлые, такие мягкие, такие, до чертиков красивые. Только его. Проводит языком по каждому ряду зубов, вырисовывая разные узоры, находит язык Пака и сплетает их воедино. Чимин ластится ближе, ему это нужно, необходимо, он больше не может терпеть. Разрывает поцелуй и ведет Чона за собой в примерочную. Задергивает шторку и сразу же оказывается прижат грудью к стенке где висит зеркало. Он прекрасно все видит, видит каждое движение брюнета, каждую эмоцию на его лице. — Детка, потерпи, будет немного больно без растяжки. — целует его в плечо Чон и спускает свои джинсы вместе с боксерами до колен. Чимин слюной давится когда видит член который через секунду войдёт в него, ему уже просто ну никак. Он весь течет, и в прямом, и в переносном смысле. Чим снимает свои черные трусики со стразами, оставаясь в юбке которая прикрывает его зад. Смазка вытекает обильным количеством, позволяя Гуку пройтись ладонью по внутренней стороне бедра до ягодиц и собрать немного чтобы размазать по, давно вставшему, члену. Он входит за один толчок полностью, выбивая из младшего сладкий стон. Обильно вытекающая природная смазка смягчила проникновение. Светловолосый давится собственными стонами когда в него вбивается истинный. Эти руки, что держат его ягодицы… такие мощные, с выпирающими венками, с забитым рукавом на одной из рук и перекатывающимися мышцами. От такой картины и умереть не жалко. У Чимина сейчас кровь из носа брызнет от такой сексуальности. Руками он держится за стену, оставляя отпечатки на зеркале, которое запотевает от его частого дыхания. Чон сил не жалеет, наращивает темп и входит под разными углами, ищет заветную точку. И когда он находит, Пака просто пробивает ток, все тело покрывается новой волной удовольствия, его выгибает до хруста в позвоночнике. Такой прекрасный. Оба сидят в примерочной, пытаясь отдышаться и привести дыхание в норму. Гук дышит очень часто, его грудь вздымается, выделяя массивные, накачанные мышцы которые скрываются под чёрной майкой. На руках у него сидит такой же запыхавшийся и раскрасневшийся Чимин. Его волосы немного взлохматились и прилипли ко лбу, сердце стучит и, кажись, скоро выпрыгнет из грудной клетки. Он местится своей пятой точкой поудобнее и еще больше прилипает к старшему, обнимая его за торс и укладывая голову на грудь, слушает сердцебиение альфы. Он счастлив, все-таки выиграл, а не проиграл. Выиграл что-то более важное. — Скажи мне, счастье мое маленькое, как тебя зовут? — чешет затылок. Немного поздновато… но лучше позже чем никогда, ведь так? — Чимин, меня зовут Чимин — улыбается. — Чимин… — «пробует» это имя на вкус. — Я Чонгук. — кладет подбородок на макушку парня и обнимает его. — Теперь ты попал, я не отпущу тебя — смеется. — А я и не уйду — целует в макушку. — ты мой рождественский подарок и я тебя никому не отдам, только мой. Кто бы мог подумать, что в Рождество и правда исполняются желания? Чонгук загадал чтобы судьба подарила ему истинного и вдруг, на пороге его магазина появляется это милое чудо. В короткой юбочке и чулках. И так, благодаря спору, два сердца соединились и стали биться в унисон.