Кровавая невеста

...Это произошло в тысяча восемьсот пятидесятом году, когда от древности лет даже птицы не смели лишний раз гаркнуть на прохожих. Стояла осень, но не такая золотая, как пишут поэты и кричат песни. Жуткие ветви деревьев уже давно сбросили листья, что теперь черными лежали повсюду и довершали серую картину умирающим чувством безвыходности. Небо каждый день сопровождали вечные серые тучи, что заволакивали всё вокруг и с трудом солнце могло разглядеть землю своими лучами, а в особо частые дни его и вовсе не было видно, шёл дождь. В день, когда всё случилось, всё было абсолютно точно так же... Девушка, имеющая персиковый, даже слишком теплый для здешних мест, оттенок кожи, кружилась перед зеркалом. Она рассматривала своё свадебное платье, что сидело на ней просто идеально. Не девушка, а мечта стояла там, за стеклом, и эта теплая кожа, светлые короткие волосы и зелёные глаза прекрасно гармонировали с цветом молочно-белого шёлка, заставляя невесту вновь и вновь кружиться, радоваться и любоваться собой. Вот-вот её позовут, и медленно она пойдёт в церковь, ожидая уже там свою любовь. Даже серость окружения и дождь не могли заставить её погруснеть, или хотя бы на секунду подумать, что свадьба не состоится. Карета долго стучала колёсами, катилась по лужам и, наконец, высадила девушку перед украшенной церковью, куда она тут же поспешила, не сколько из страха намочить платье и испортить прическу, столько из желания поскорее увидеть жениха. Но внутри не было её любимого, видимо, он опаздывает... Было принято решение — ждать, когда же он придёт. Но он не появлялся и через час, и через два, и даже не отвечал на звонки.. -А в то время разве были телефоны, чтоб он мог отвечать на звонки?- переспросил Куромаку, глядя на рассказчика, который был вынужден замолчать из-за неловкого вопроса. Все тут же потеряли настрой на страшную историю, и парень захотел его вернуть. -Эээ... он потому и не отвечал, что в то время не было телефонов! Да, именно так, -Феликс нервно улыбнулся, пытаясь придать своей истории реалистичности. -Ужас какой, -воскликнул Зонтик, отсаживаясь поближе к Куро, и прижимаясь к нему с объятьями, а тот лишь посмотрела на него с недоумением, но обнял в ответ. Он не знает, почему он беспокоится, но Зонтик понимал, к чему идёт история, и готовился к самому худшему. -Продолжай давай, Псих, — поторопил Вару, натягивая на лицо мерзкую ухмылку и подсаживаясь ближе к костру, и тем самым, ближе к рассказчику. И тот не смел медлить, продолжая... ...Говорят, что светловолосая девушка просидела в церкви несколько суток, прямо так, в свадебном платье. Не пивши, не евши... За то время, пока ожидала супруга, она успела явно побледнеть и похудеть, волосы стали соломенными, и теперь она походила на что-то явно жуткое. Её множество раз поливали святой водой служители церкви, просили уйти, но она оставалась ждать своего жениха. Никто точно не знает, как её заставили покинуть церковь, но в один день она просто вышла. На улице вновь шёл дождь, точно такой же, как и в день, когда она приехала сюда, как будто невеста только что забегала внутрь в счастливом настроении. Бледная кожа, яркие зеленые глаза и тускло-блондинистые волосы, вот что отделяло ее от той девушки, которая входила когда-то в церковь. -Нет, стой, не продолжай, я знаю, что сейчас будет! -выкрикнул Габриэль, прижимая к себе Данте, который успел лишь невнятно мяукнуть, прежде чем оказаться сжатым в руках валета. -Да чего вы боитесь? Вот мы с Пиком ничего не боимся, так? — фыркнул Вару, локтем толкнув сидящего рядом рогатого, на что тот учтиво повел глазами и отвернулся от назойливого валета. Феликс ухмыльнулся. -Это сейчас вам не страшно... Но вы слушайте дальше! ...Опечаленная, девушка медленно направилась домой, перебирая ногами, как самый страшный зомби, и напевала под нос себе песенку: «Моя любовь прийдет, Или будет хуже. Солнышко опустится, Он утонет в луже.» Это нельзя было услышать тому, кто просто проходил мимо, разве что если бы она сама подошла и начала шептать прямо на ухо — до того она была тихой, но с приближением к дому и наступлением темноты голос становился всё громче, и к тому моменту, как она вставала на порог их с женихом общего дома, она пела уже в полный голос, но будто бы сладкую колыбельную. Прежде, чем подняться на этаж выше, она взяла под лестницей топор, а после, мурлыча себе под нос свою песенку, пошла по ступенькам. Они поскрипывали у неё под ногами, и в темноте можно было бы перепутать её с призраком. Шаг за шагом, и вот невеста приблизилась к двери спальни, со скрипом открывая двери и с ужасом обнаруживая, что рядом с её любимым спит другая девушка. -Ну и козёл, -покачал головой Куро, чувствуя, как Зонтик жмётся к нему ближе. Феликс в ответ лишь усмехнулся и помолчал с секунду, ожидая дальнейших обсуждений, но потом продолжил... ...Невеста медленно замахнулась на пару топором, повторила строчки песни, что напевала, и резкими движениями принялась избивать мужа и его подругу с таким усилием, будто колет дрова. Она продолжала напевать свою песню, но теперь же это были выкрики. Раз за разом пегаска била по обоим снова и снова, пока не убедилась, что они уже не издают ни единого звука. Ещё один резкий удар по жениху, и его голова отделилась от тела. Воспользовавшись этим, девушка осторожно взяла её в руки, отошла и уселась на ближайшее к ней кресло-качалку. Тишина в комнате её не пугала, мертвые тела тоже. А голова жениха не то, что не пугала, а очень даже радовала. Теперь он с ней... -Много кровищи, мяса, брызгов,-принялся гоготать Вару, пока самые пугливые от его слов либо хмурились, либо сжимались от страха. -Да, именно так! -подтвердил Феликс, мило улыбнувшись, а потом незамедлительно продолжил. ... Когда прибыла полиция, девушка поднялась и замахнулась в полицейских головой, а после швырнула её, обескураживая служителей закона. Пользуясь тем, что они скованы своим страхом, она подбежала к окну и выпрыгнула в него, полетев вниз... — Моя любовь прийдет... — послышалось где-то позади. -Вы слышали это? -Габриэль вздрогнула, сжимая Данте в руках ещё сильнее, и он вновь неразборчиво мяукнул. -Слышали что? -переспросила Куромаку, что до последнего пытался сосредоточиться на истории. -Или будет хуже... -с другой стороны вновь слышится мелодичное пение. Теперь услышал каждый. -Ой, я слышал! -воскликнул Феликс, не зная, куда себя девать. -Что это такое? -Зонтик прижался к Куро так, что он чувствовал, что рано или поздно задохнётся. -Солнышко опустится... -вновь слышится голос, и вновь с другой стороны. -Это кто шутит?- хмыкнул Вару, вооружаясь палкой с сгоревшими маршмеллоу. -Он утонет в луже! -вот она, бледная фигура, зеленые глаза, светлые волосы, свадебное платье. Она появилась прямо позади Феликса и возывашалась над ним так, что выдели все. Раздались множественные визги и крики, и большинство побежали прочь, либо были унесены общей толпой. Феликс лишь шокированно глянул вслед, а рядом с ней опустилась сама Мертвая Невеста, хватая ветку, на которой остались маршмеллоу. -Ого, как реалистично...- сказал Феликс, нервно улыбнувшись, когда разглядел в свете костра лицо её друга. -Ну конечно же реалистично. Будто бы ты ожидал чего-то иного, -ответил Ромео, ухмыльнувшись и чавкая вкусняшками,- как по мне, лучшая история. Позади послышалась вечная мелодия: «Моя любовь прийдет, Или будет хуже. Солнышко опустится, Он утонет в луже.»