найти выход из иритилла

вот люди, а, такие люди – пирог малиновый на блюде, фигурки из любви и воска, и чей-то легион, и войско; вот люди, да; и с ними сложно, дыра дырой, зато с обложкой, зато красивы и лучисты – убийцы, дети, трубочисты; и разъяренные, как зубры, и пустоту несут, как зубы – творения из звездной пыли, из звездных душ, останков или – селен, лантан, бериллий, литий – живут, мечтают, ненавидят; и мы средь них как единицы – безумцы, сквернословы, птицы – шуты – не взрослые конечно, зачем-то расточаем нежность, слагаем чушь и веселимся, нас кто-то научил делиться, но никогда не брать чужое, не выпускать страшил из штолен, и лишь дышать, дышать стишаще, скитаться вечность в странной чаще своих зеркал, сомнений, мыслей; искать маяк на мшистом мысе. вот мы, да мы, такие люди – ромашка, одуванчик, лютик; фигурки из любви и воска; картины пикассо и босха, до книжной сложности простые, с глазами – будто бы простыли, – мы все идем, идем куда-то – сквозь боль, потери и растраты. зато мы люди, да, мы люди – и сон наш вечный беспробуден; он – синь, листок, синица, плащик. мы люди есть. мы есть стишаще.