I'll put a flower in your hair

— ликс, — хенджин с интересом выглядывает из-за угла на своего парня, что мастерит на полу китайский фонарик из бумаги, сидя прямо среди комнаты на жёлтом, медовом ковре. — могу я присоединиться? тот радостно вскакивает со своего места, чтобы наконец прижать к себе вернувшегося хвана, — я соскучился. волосы хенджина мягкие и шелковистые, феликс плетет из тонких прядей беспорядочные косички, закинув ноги на плечи пристроившегося у заправленной кровати работягу. смена феликса в цветочном магазине не длится долго, он занимается цветами для души, ему нравится как растения цветут и зеленеют от добрых слов и заботы, порой также радуя сердце ли, как и хенджин, уснувший от ласки совсем скоро. феликс замечает это когда парень перестаёт тихо напевать себе под нос очередную детскую песенку из телевизора. — какое счастье, что ты со мной. — хенджин на это с трудом один глаз приоткрывает, чтобы ещё разок взглянуть на родную улыбку, — ложись на постель, я приготовлю тебе покушать. — булочки с маком? — и булочки с маком. сквозняк из открытой форточки легко трепечет отросшие тёмные волосы, и феликс любуется каждым мгновением, перебирая в ладонях пальцы своего принца, снимая с них аккуратные кольца, так подходящие изящному хенджину. все, кроме одного. фалангу оплетает серебряное плетение жгучей виноградной лозы, от одного воспоминания собственый тонкий палец неприятно охватывает неявный огонёк в отместку за рождение чуждым человечеству. — разбуди меня как закончишь, — хенджин бережно касается губами тыльной стороны ладони, а после хитро улыбается, полусонно глаза щуря. — теперь не забудешь. — про тебя невозможно забыть, солнце, — любовь, что зародилась в их сердцах ещё в школьные годы, стала обыденной и такой приятной, словно неотъемлемая частичка каждой секунды существования чувств, не было времени, когда им было некомфортно в тихой близости. сквозь все года, через огонь, воду и медные трубы. — ты все врешь, у тебя уже есть булочка с маком, — желудок хвана недовольно урчит, но он и не думает выпускать ладонь парня из своей, тянет ближе, давая шанс устроиться под боком. — вот же она. а феликс смеётся в ответ, позволяет себе утопиться в нежных поцелуях и поддаться очарованию хенджинового аромата молочного тела. жмется ближе, вызывает омут мурашек, когда носом по чужой шее плавно водит. — да постой же, ты хотел спать и кушать, если мне не изменяет память. хенджин смотрит в карамельные полупрозрачные глаза, нависнув сверху, он думает, что феликс был послан ему вселенной взамен на всю боль, что он получит, а пока. веснушчатый парень, совсем простой, словно луч солнца, но такой нужный и согревающий, что в запахе выпечки и мёда хочется теряться часами и бесконечностями, — можно? – мг, — Ли почти мурчит от невесомых поцелуев в шею, горячая кровь бьёт в виски из самого сердца, хенджин словно дразнит младшего, шепча на ухо комплименты, а после переплетает пальцы по желанию смеющегося феликса, что тянется за поцелуем к цветочным губам. блеск с блёстками с его губ отпечатывается на запястье хенджина, на губах, и хван почти точно уверен, что глубоко в груди его сердце блистает также ярко, когда ли рядом. — всю жизнь бы тебя целовал, — наконец пересиливает себя хенджин, отстранившись с трудом от манящих губ. — тогда, ещё разок? — и феликс снова тянет к себе, обняв за шею. хенджин канул в эту сладкую бездну бесповоротно когда-то давно, он тонет в возлюбленном, словно в океане собственных чувств. ему нравится как феликс приникает ближе, когда в голове только кошмары, а в ушах удары грома и свист дикого ветра, нравятся тёплые ладони на щеках, чтобы прогнать мрачные чувства, нравится счастливая улыбка в конце рабочего дня, от которой находится желание жить и делиться радостью, растущей глубоко в душе, словно зелёный росточек чего-то мощного, почти несокрушимого. — однажды, ты обязательно поймёшь насколько дорог мне. — легкий поцелуй в уголок губ ощущается завершающим, феликс улыбается после этого умиротворенно, не решаясь отпустить, — прекрати очаровывать меня, ли феликс, я же не могу удержаться, — любовь хенджина трепетная, такая бескорыстная, что на глаза невольно наворачиваются солёные капельки слез, застилая весь обзор на сумрачную комнату, но хенджин всегда замечает неясный блеск, рад, что знает причину, потому старается не давить родную душу, чтобы раскрылась. когда придет время, феликс сам поведает о тяжестях, сокрытых внутри, — я так влюблен, родной. так сильно. трогательная речь могла бы продолжаться часами, только зачастую физические потребности не делают ждать хозяев за исполнением. – может, приготовим вместе что-то, раз уж ты решил лечь попозже? — расслабенная поза феликса заставляет улыбнуться, Хван торопливо целует парня в шею и соскакивает с постели по направлению к душу. — подожди немного, я только приведу себя в порядок. не думаю, что после твоего вкусного ужина у меня будет желание отходить от тебя. ли тотчас спешит на кухню, чтобы подготовить рабочее место и быстрее управиться с продуктами. на самом деле хенджин не особо помогает в кухонных делах, разве что обнимает крепкими руками со спины и любуется россыпью тёмных веснушек на щеках и плечах любимого, а потом хнычет (скрывая абсолютную радость), мол, тот не даёт ему работы. — я вернулся, — кухня наполняется басистым смехом от вида обиженной моськи, — опять ты готовишь без меня! — ты и так устаешь достаточно, не хочу перекладывать на тебя другие дела, — проходящий мимо феликс игриво улыбается и легонько толкает его бедром, хенджин же хихикает смущенно в ответ на выходку. отчего-то на душе так легко. уже лёжа в постели, феликс поглаживает хенджина по голове, он не знает как ещё выразить согревающие чувства, — иногда я все ещё не могу поверить, что ты принял меня когда-то таким глупым и несносным, а потом рос со мной и никогда не бросал. — слова младшего снова заседают в сердце без надежды на освобождение. да и хёнджин не уверен, что хочет забыть их, — ты такой драгоценный, хёни. — я бы все отдал для тебя, — сонно лепечет парень спустя несколько секунд, феликс улыбается острыми уголками губ, прижимается ближе, желая согреться. — я бы умер для тебя. ночью снова начинается гроза, а феликс тихо напевает придуманную когда-то давно колыбельную для своего принца, слегка хриплый ото сна голос успокаивает страх в голове и хенджин засыпает под шумные звуки дождя, пока тело приятно греют ладони парня. феликс старается отдавать хенджину все, что способен, а хенджин в свою очередь отдаёт ту же долю, не требуя ничего взамен. с самого утра тихий голос зовёт хвана по имени, ли ворошит и без того запутанные волосы, превратив их в нечто, похожее на гнездо. — солнце встало, и ты вставай. — я бы поспал ещё пять минуточек, ну, — капризно хнычет в ответ парень, с трудом разлепляя глаза после очередного сладкого сновидения. — я приготовил тебе овсяные блинчики с сиропом, — хенджин одновременно боготворит и ненавидит создательницу незамысловатого блюда. — это единственное, что может сравниться со сладостью твоих губ. — не льсти мне, — феликс случайно хрюкает от смеха, и хенджин находит это до жути забавным. — я так хочу провести весь день с тобой. — завтра у тебя выходной, а я работаю недолго, — успокаивающая интонация снова влечёт хенджина провалиться в нежную негу, сколько он бы не противился настойчивому желанию. хенджину иногда кажется, что существует только их с феликсом мир без лжи и предательств, но, выходя из дома, все переменяется, на работе люди из коллектива меняются каждые пару месяцев, новые лица утомляют, а старые назойливо мелькают перед глазами. работники, с измученными жизнями и синими кругами под глазами, что сидят в креслах кампании ради денег и статуса смотрят на цветущего хенджина свысока, а того лишь греет мысль об улыбке феликса от подарка на годовщину, который так трепетно и трудно было выбрать среди достойных. но ни один из них не сравнился бы с ценностью обычных слов по вечерам под тёплым пледом на балконе и с большими парными кружками какао в руках. рабочий день заканчивается в шесть, хенджин сразу спешит к лавочке с выпечкой, чтобы успеть забрать пару последних булочек с маком, так и манящих своим запахом от самого здания. — здравствуй, чан. знакомый парень приветливо машет ладонью, уже накладывая в бумажный пакет горячие булочки, — с пылу с жару, все как ты любишь. — отличный сервис, — смеется хван, расплачиваясь за покупку. — увидимся ещё! с чаном хенджин познакомился совершенно случайно ещё на вступительный вечеринке, когда старший помогал искать пропавшего куда-то пьяного ликса, который, в свою очередь, вовсе и не терялся, а по привычке уехал домой, написав парню об этом заранее. вот только хенджин в суматохе совсем позабыл о всех средствах связи и принялся искать своего парня с зажигалкой по всему парку рядом с вечеринкой, а, вернувшись домой, увидел феликса, спящего в обнимку с его спальным комплектом одежды. как сладко тогда защемило сердечко. — с возвращением меня! — заходя внутрь пропевает хван, из дальней комнаты слышится смех и чьи-то громкие возмущенные возгласы. в зале компания друзей играют в твистер, почти выворачивая собственные тела, будто пластилиновые, когда пытаются встать в нужную позицию. он наблюдает за увлеченными парнями, когда, не удержавшись, джисон —близкий друг ликса ещё с самой начальной школы — падает на пол, потянув с собой сразу всех играющих, а те прихватывают с собой ещё и судью. чего добру пропадать? — я вернулся, — среди всего шума и гама феликс слышит родной голос также отчётливо, как и всегда. он выбирается из-под кучки друзей, позволяет хенджину устало упасть в его объятия, пока позади все затихает до единого вздоха. — я скучал. — а я купил нам булочки. — с маком? — улыбка на губах младшего уже говорит ответ за него. — я приготовил их для тебя. — ты драгоценный, — закрыв глаза шепчет хенджин, упиваясь запахом уюта с тела любимого. отчего-то это помогает ему почувствовать себя лучше, он изо всех сил надеется, что тоже является батарейкой для громкого или хаотичного феликса, которого любит так сильно. — я хотел бы сводить тебя на свидание завтра, если у тебя нет планов. — думаю, я совершенно не занят. хенджин рад, что для своих лет ли не стесняется быть кем он есть, он громко смеётся от шуток своего парня и играет в разные игры маленьким кругом друзей, совсем забывая о человеческом осуждении о «неподобающем» поведении; он лепит на лицо яркие переводные татушки и наклейки, а потом возится с детьми, приходящими в маленький цветочный магазинчик, чтобы посмотреть на удивительного парня. хенджину удаётся увидеть парня в цветочной обстановке так редко, что от этого на душе скверно, а ведь после этого феликс с чистым восторгом рассказывает о спасенном цветочке, который пересаживал все утро в новую земельку. иногда хенджин приходит домой гораздо раньше чем несносный возлюбленный, а это значит что-то случилось. разобравшись с проблемой совместными усилиями, они плетутся домой по сумеркам уставшие и счастливые, насколько это можно только представить. перед сном феликс любит шептать хенджину как сильно любит и надеется, что тот слышит, потому что хван в себе не уверен, от чего на сердце остаются маленькие шрамы. — я бы подарил тебе вселенную и все звезды, будь это возможно. — у меня уже есть моя вселенная, — еле слышно шепчет в ответ парень. прижимается к горячему телу феликса, чтобы согреться, почувствовать ещё раз маленькие ладошки на своих щеках перед трепетным ночным поцелуем. феликс оставляет поцелуи на кончике носа и губах, перебравшись на бедра парня спускается поцелуями на шею и острые ключицы, лаская языком нежную кожу загорелой шеи. ладони переплетены, а в голове полный бардак снова и снова, — ты сводишь меня с ума так безумно сильно. —а ты меня? — ли смотрит в отражение вселенных в карих глазах, в них хочется потеряться, хочется утопиться в своей тихой любви.