Я люблю тебя, жизнь

Утром следующего дня меня разбудили мои же крысы. Одна ползла по кровати, стараясь унюхать хоть какую-нибудь крошку от печенья, а другая шуршала в моих волосах. И не удивительно, они ведь очень любят это дело. Лениво раскрыв глаза, я заставил себя подняться с обветшавшей, но теплой кровати. Я кое-как привёл себя в порядок и отряхнув от песка свое зелёное пончо, накинул его. После решил покормить своих пушистых друзей, которые за ночь успели сильно проголодаться. Будто услышав мои мысли, они все прибежали на стол, что был у кровати, и бегали по нему туда-сюда в предвкушении лакомства, пока я вызволял им еду из закрытого ящичка. - Ну что ,ребята, готовы? Быстро оказавшись рядом со столом, я дал крысам кусочки печенья, сыра и зерна. Когда одна из крыс поползла по моей протянутой к столу руке и устроилась на моем плече, я предложил ей кусочек сыра, та с большим удовольствием принялась его есть. Переведя взгляд с крысы на картину, что подарила мне Эрнеста Мендес, я вспоминал события вчерашнего вечера, словно это был сон - очень прекрасный сон. - Красивая картина, правда? Естественно они ничего мне не ответили, а продолжали свою утреннюю трапезу и смотрели на меня, глупо наклоняя свои головы. - Да уж…Все только критиковать горазды… - с наигранным недовольством пробормотал я, снимая со своего плеча их сородича. Я подошел к картине и легонько погладил её по холсту. В голове начал всплывать прекрасный образ автора. Её ласковый взгляд, добрые слова, что она говорила мне, заразительный смех и несмышлёные выходки. В груди стали возникать странные чувства: сердце наполняется приятным теплом и вот-вот пуститься в пляс, а на душе словно беззаботно порхали бабочки. Томно вздохнув своим мыслям, я неохотно убрал руку с картины и отправился к этой ужасно-длинной лестнице, чтобы вовремя попасть на кухню. Однако, даже этот недостаток комнаты совсем не испортил моё настроение. Когда я вышел из своей комнаты, Касита радостно приветствовала меня, постукивая плиткой и хлопая яркими деревянными ставнями. - Ну хорошо-хорошо, я тоже очень рад тебе, Касита. В ответ на такой приятный жест от дома, я рассмеялся и принялся гладить стены, что наша вилла очень любила. Мне начало казаться, что она чувствует мой хороший настрой и радуется за меня. Спустя несколько секунд, благодаря дому, я был уже на кухне. Джульетта там уже во всю порхала, тихонько напевая себе веселую мелодию. - Ты сегодня раньше обычного. Она повернулась ко-мне, вытирая руки об свой фартук. - Так меня, это, крысы разбудили. - ответил я, пожав плечами. - Может тебе помочь? Я медленно подходил к сестре и она указала на верхние ящики с посудой. - Да, достань, пожалуйста, оттуда тарелки. Я кивнул и Касита ,открыв нужный мне ящик, подавала мне тарелки, а потом принялась за кружки и столовые приборы уже из других ящиков. Я едва не упал с посудой на руках, однако Джульетта, прикрывая кулачком свой смешок, быстро подошла и смогла удержать меня. - Благодарю. - сестрица положила свою руку мне на плечо и осторожно повела к столешнице, дабы я освободил себя хотя бы от части груза. Избавив себя от посуды, я решился задать ,интересующий меня вопрос, Джульетте: - Слушай, я очень давно хотел у тебя узнать… - неуверенно начал я, обводя себя руками и печально посматривая на сестру. Она сочувственно поглядела на меня, видимо прекрасно понимая, что тема для разговора не очень веселая. - О чëм? - В общем… Почему твой дар не помог вчера нашей новой жительнице встать на ноги? Джульетта не знала с чего начать… Она стала похожа на маленькую девочку, которая серьезно провинилась. Чаще всего такой взгляд я наблюдал за ней, когда она была гораздо моложе, когда она понимала, что даже её дар не поможет исправить сложную ситуацию. Сестра тяжко вздохнула и начала: - Бруно, мне кажется она родилась такой и её недуг ничего не излечит, даже мой дар. Мне… Правда очень жаль. - она очень ласково погладила меня по голове и наверное была уже готова расплакался. - Джулия, твоей вины тут нет, не кори себя. - я крепко обнял её, чтобы она стала чувствовать себя легче. - Ты – настоящее чудо, не забывай! Семья и весь Энканто перед тобой в неоплатном долгу, ведь ты делаешь все, что можешь для каждого из нас. - сестра ещё крепче прижала меня к себе, тем самым выразив всю благодарность и любовь. - Ладненько… Давай продолжим, а то не успеем с тобой все сделать вовремя. - Джульетта не спеша отстранилась, убирая накатившиеся слезы со своих карих глаз. - Конечно! Касита немного помогала мне накрыть на стол, пока сестрица колдовала чудеса кулинарии, а когда все было расставлено, я немного внёс свою лепту в готовку, хотя получалось, конечно, не очень. Вскоре все было готово и мы с Джульеттой сели за стол рядом друг с другом, в ожидании пока спустятся остальные. Первыми спустился Агустин, поцеловав свою жену он сел рядом с нами, затем спустилась Абуэла, сопровождаемая Феликсом и Пепой, лица которых были подозрительно чем-то возбуждены. Мы с Джульеттой сразу поняли, что семью ожидает нечто интересное и, кажется, я начал догадываться, что именно. Когда все семейство, попутно переговариваясь, устроилось за столом, Абуэла, которая даже и не садилась на стул, спокойно подняла свою чашку и постучала маленькой ложечкой по ней. - Милые мои, прошу внимания! - Её величественный голос эхом пронёсся по кухне и наступила тишина. Все с трепетом ждали, что она скажет. - Я с радостью могу вам объявить, что наши драгоценные Пепа и Феликс помолвлены и на следующей неделе нас ожидает грандиозная свадьба… Как раз именно это я и предполагал у себя в голове. Абуэла даже слегка улыбнулась и через какое-то мгновение раздались аплодисменты и радостные возгласы и даже Касита не осталась в стороне, хлопая ставнями. Конечно, и я был невероятно счастлив за Пепу и Феликса - её будущего мужа. Как я понял, предложение было сделано пока мы с Джульеттой были здесь на кухне и видимо без посторонних свидетелей, раз мы не слышали никакого шума. «Интересно придумано, Феликс…» Решил я у себя в мыслях, переводя игривый взгляд с жениха на невесту. «Сделать предложение любимой девушке, когда она ещё в полусонном состоянии, молодец.» - Поэтому с сегодняшнего дня… Глава семейства подняла свою ладонь вверх и все вновь затихли. - С сегодняшнего дня мы начнем подготовку к этому событию , и я верю, что мы со всем хорошо управимся, ведь мы… - LA FAMILIA MADRIGAL!!! *** В последующие дни наша семья была по горло в делах и заботах, поэтому у меня не было возможности встретится с Эрнестой и её братом, мы лишь только изредка пересекались и здоровались, махая друг другу рукой в общей суматохе. Со временем от этого мне стало немного тоскливо, а тут ещё и в голове постоянно летала мысль, что на свадьбе Пепы и Феликса что-то пойдет не так и это чувство меня не хотело покидать. Я, конечно, допускал мысль о том, что стоит самому все проверить с помощью ведения, но что скажет Альма или сама Пепа, мне предполагать было жутко. Страх, что я накликаю беду и испорчу сестре самый важный день в её жизни, преследовал меня тенью страшного чудовища как из самых ужасных ночных кошмаров детства. Мне просто хотелось спрятаться там, где бы он меня не нашел, свернутся клубочком и не высовываться до конца своих дней. Я стал более нервный и дерганный, чем обычно, чаще стал бормотать себе что-то под нос и насколько я мог судить по лицам окружающих, выглядело это даже немного пугающе. Так продолжалось ещё несколько дней, до одного момента. Однажды вечером Джульетта с Пепой, как обычно, готовили ужин на кухне. В этот момент я тихими и маленькими шагами пробрался к сестрам, намереваясь взять хоть немного сыра для своих голодных крыс, но Джульетта, заметив мое присутствие, спокойным тоном обратилась ко мне: - Бруно, раз ты здесь, можешь кое-что доставить? Не оборачиваясь в мою сторону, Джульетта указала в сторону стола, где лежала корзина, укрытая специальным полотенцем. -Ээмм…Конечно, но кому? - Как кому… - хмыкнула рядом стоявшая Пепа, будто это был ну очень глупый вопрос. - Семье Мендес. Сначала я долго переваривал этот ответ, переводя глупый взгляд с Пепы на корзину, прямо как осел, который увидел новый загон. Джульетта, повернувшись своим обычным добрым взглядом, головой указывала в сторону выхода. - Иди же. - пропела она, наблюдая как я медленно брал корзину, смотря только на них с Пепой, и через мгновение я помчался к дому своих новых друзей. Дело шло к ночи и яркое светило одаривало горы Энканто своими последними лучами, скрываясь за небольшими облаками. Все больше людей расходились по домам, чтобы провести очередной летний вечер в кругу семьи и отдохнуть от работы. Начали зажигаться первые уличные фонари домов , а из джунглей все ярче доносилось пение древесных лягушек. Скоро я приближался к большой каменной церкви на самой главной улице, где последние торговцы уже готовились закрывать свои лавки. От усталости пришлось сменить бег на быструю ходьбу, и тут я почувствовал как об меня что-то или кто-то ударился, а я едва не упал вместе с корзиной, еле держась на ногах. Я оглянулся и сзади меня на земле сидела девочка лет 6, а недалеко от неё игрушечный попугай. Недолго думая я подал ей руку, чтобы помочь встать, но она только смотрела на меня так, будто увидела призрака и немного подумав протянула мне руку и поднялась. Пока она оттряхивала своё платье от пыли, я взял игрушку и подал девочке, решив, что это её и ведь не ошибся. Девочка радостно прижала пернатого к себе и улыбнулась, сказав полушепотом: - Спасибо. - не успел я одуматься как через мгновение пришла её мать. Она грубо плюнула мне в лицо и резко потянула девочку за руку, в спешке уводя её подальше от меня. - Родная, не подходи к этому дяде, я же много раз говорила. - указывала она ей, а потом прокричала и мне: - BABOSO! НЕ ПОДХОДИ К МОЕЙ ДОЧЕРИ, МАДРИГАЛЬ! - Вот именно! Ты чего к бедной девочке пристал! - послышался скрипучий мужской голос из-за прилавка с драгоценностями. Осуждающих взглядов прохожих долго ждать не пришлось. Они градом посыпались на меня и я быстро накинул свой капюшон на голову, в надежде ,что это хоть как-то спасет. Что же, очередной камень неприязни попал в меня, впрочем как и всегда и тут ничего не поделаешь, остаётся только обреченно это принимать. Хоть я уже по-малу стал привыкать, но каждый раз все равно было больно чуть ли не до слез. Хотелось как можно скорей доставить эту корзину и не выходить из дома уже никогда, чтобы забыть это все и ничего не чувствовать. - МАДРИГАЛЬ! От такого громового отклика я почти подпрыгнул, корзина едва не упала, а горло было готово сорваться на панический крик, но все же я сдержался и повернулся к этому человеку. Это был синьор Алонсо, пожилой мужчина с бородой и соломенной шляпой. - Мадригаль, я к тебе обращаюсь! Разозленный и красный как перец старик, уверенно шёл на меня, сокращая дистанцию между нами и остановился в метре от меня. -Д-да? - дрожа всем телом, я нервно сглотнул и уже приготовился к неприятностям. -Ты что нагадал моему сыну, олух? Он пожирал меня своим диким взглядом, в ожидании ответа. - Ну… Я… Сказал, что Мари его не любит и уйдет к другому. - Именно! Недавно эта дрянь нагрубила ему и бросила как бесполезную вещь, а все из-за тебя! Ты мог бы хоть сделать, так чтобы она любила только моего Крузо - сердито прорычал он сквозь свои гнилые зубы. - Так я же не занимаюсь таким. - По мне начал проходить холодный пот, а трясти пуще прежнего, мне очень хотелось убежать прочь, но ноги совсем не слушались. - COME MIERDA! Мне все равно! Мой сын сидит у себя в комнате и не выходит уже второй день от горя! - Но я ведь… - Все это говорит о том, что ты бесполезен и кроме как портить жизнь людей, ТЫ НИ НА ЧТО НЕ СПОСОБЕН И ЗДЕСЬ ТЫ ЛИШНИЙ! Если быть честным, то мне казалось, что он в чём-то прав. От моего дара действительно толку было не много и единственное, что он мне давал – это одиночество, боль и постоянные мигрени, а другим – лишь испорченные нервы. Я уже был готов заплакать, а в груди будто теперь нож торчит, а грозный Алонсо продолжал кричать и стал надвигаться на меня, агрессивно тыкая меня в грудь. Я отходил назад, пряча свое лицо за корзиной, как вдруг раздался новый голос: - Прошу прощения, сеньор!