Дракон для Василиска

Драко проснулся в крепких объятиях. Гарри навалился на него со спины, крепко прижал к себе и не выпускал во сне. Слизеринец отдал бы многое, чтобы просыпаться вот так каждое утро, никуда не спешить и заниматься любовью с гриффиндорцем. Драко пока слабо представлял, как бы это происходило, но был уверен, что Гарри был бы нежным и осторожным. За окном было ещё темно, но Драко и так очень много проспал за вчерашний день, а тут и ночь оказалась желанной. — Тебя проводить? — Нет, но было бы здорово, если Добби принесёт мою форму, пока я буду купаться в ванной старост. — Ммм, ванная старост, — протянул Гарри, пошло облизывавшись, но Драко резко обернулся и ужаснулся. — Ты там… с кем-то… — он не мог подобрать слов от испуга, что ванная ассоциируется у любимого с потрясающим сексом не с ним. — Малыш, я девственности лишился только после смерти Волдеморта. Мы с Джинни впервые переспали на мой восемнадцатый день рождения. Я тебе говорил уже, — напомнил брюнет, радуясь, что и его могут ревновать. — Всё равно мало верится. Неужели на тебя не вешались девчонки? — Ромильда Вейн даже Амортенцию подлила, но она досталась Рону. Блондин прыснул, а Гарри по очереди облизал соски мальчишки, которые так манили. Драко зарылся пальцами в волосы брюнета, резко отстраняя от себя, заставляя заглянуть в его серебряные глаза. — Парвати, Чжоу, Джинни, Ромильда — вот девушки, которые бегали за мной. Но спал только с одной. — А парни? — В школе мне нравились Седрик Диггори и ты. Но Седрик погиб от рук Хвоста на Турнире Трёх Волшебников. — Он его выиграл. — Теперь да. — И вы с Седриком… Ничего не было? — не веря, спросил блондин. — Пару поцелуев, дрочка… — признался нехотя Гарри. — Ты соврал! — негодовал Драко, больно ущипнув мужчину за сосок. Гарри зашипел от боли, и внезапно завёл руки парня за голову. Драко ухмылялся, а гриффиндорец им восхищался. Он толкнулся утреней эрекцией об эрекцию мальчишки, заставляя того прикрыть глаза от наслаждения. — Мне назвать имена всех парней и мужчин, с которыми я спал после Джинни? — А ты можешь? — наглел Малфой, потираясь бёдрами о стояк любимого, едва сдерживая себя. Гарри сглотнул, ведь его преднамеренно провоцировали. Он желал поддаться соблазнению, не зная, напугает мальчишку или нет? Даст ли Драко разрешение на продолжение? — Я любил в ванной старост прятаться от всего мира, — признался Герой. — Больше ничего. Но идея с сексом мне понравилась. Позови как-нибудь. — А сегодня нет? — Думаю, сегодня и кровать подойдёт. Хищный оскал заставил сердце трепетать от предвкушения ласки. Вчера Драко убедился, что Гарри понимает его страхи, понимает, как предрасположить к себе. Поттер не произносил ни слова, но трусы обоих магов исчезли. Их обнажённые тела и члены соприкоснулись. — Нам нужна разрядка, — прошептал в губы блондина брюнет, жадно целуя студента. Драко отвечал страстно, и Гарри освободил его руки. Мальчишка сразу обвил шею одной рукой, а другой зарылся в чёрные, торчащие во все стороны, смоляные волосы. Малфой отдавал себя полностью, но Гарри в такие моменты научился думать. Только в полном экстазе разрешал забыться. Правая рука гриффиндорца пролезла меж телами и коснулась пенисов обоих. В руке была смазка, позволяющая членам скользить друг по другу. — Когда ты успел? — не понимал блондин. — Практика. — А я… Драко хотел снова накрутить себя, но нежный поцелуй мужчины, не дал ему этого сделать. — А ты научишься. Я тебя всему научу, змейка. Только не накручивай себя. Первый толчок после слов заставили Драко прикрыть глаза от удовольствия, усилив хватку на плечах. Блондин сам не понял, когда его руки оказались на крепких плечах обожаемого преподавателя. Гарри толкался в руку, заставляя члены чувствовать друг друга. Упёршись локтем в кровать, ускорил движение толчков. Малфой стонал громко, пошло, шепча постоянно имя виновника наслаждения. Гарри прошипел на парселтанге имя мальчишки, извергаясь ему на живот. Драко кончил сразу за мужчиной, позволяя тому рухнуть на него. Слизеринец гладил по волосам профессора, пока тот тяжело дышал в шею мальчишки. Слизав языком капельки пота с шеи блондина, услышал мурлыкание над ухом. — Я… тоже хочу вкусить тебя. — У нас впереди много ночей. Но сейчас времени уже нет, малыш. Добби перенесёт тебя к башне с ванной. — Однажды нас поймают. — Я тоже так думаю, но тогда мы будем готовы, — улыбнулся Гарри. Слезать с мальчишки, выпутываться из его нежных объятий не хотелось, но нужно. Скоро завтрак. Драко должен попасть на него. Да и Гарри нужно привести себя в порядок, потому что весь его вид кричал, что у него был секс. А почти вся школа знает о конфликте Греты и Гарри из-за Малфоя.

***

Входя на завтрак, Гарри стушевался. Ему нравилось преподавать, и со старшаками можно было пошутить, расслабиться. Сегодня по расписанию только первые три курса. Он долго ещё обдумывал слова мальчишки о Даниэле. Возможно, Госпожа решила возродить парселтанг и тех, кто мог противостоять высшим силам тьмы. — Приятного аппетита, Даниэль. Парень сглотнул, не ожидая приветствия от дяди, чьего одобрения всегда искал. — Спасибо, профессор. — Нет, сейчас я твой дядя. Томас, подвинься, — Дин послушался мгновенно, а Гарри сел возле племянника. — Я специально это делаю при всех. Никакой тёмной магии, но скажи, ты хотел бы пойти по моим стопам? — Да! — выкрикнул он, улыбнувшись Избранному. — Отец против того, чтобы я шёл в Отряд ищеек, но ты ведь ищейка. — Усовершенствованная. — Да, охотник, — стушевался парень. — Ищейки могут только изгонять демонов, а Охотники убивают. Ты единственный в своём роде. Твои дети станут следующими. — Только достойные. Этот дар передастся не всем, а может и вовсе спать много лет, пока не родится достойная душа. Эта палочка, — он показал Бузинную, — Дар, который почему-то мне оставили. Мы родились в один день и час. Думаю, я могу сделать из тебя змееуста. — Правда? — не веря, шёпотом спросил мальчик. — Да. Ты достойный дара! Станешь змеем! Твой Патронус может не проявляться поэтому. Он ждёт новой магии. — Но твой Патронус — олень! — Это маска, — Гарри взмахнул рукой, и Патронус-Василиск осветил весь Большой зал. — А ещё я такой же анимаг. — Мерлин! — восхитился парень. — Ты всему меня научишь? — Конечно. — Я думал, ты меня не любишь… Даниэль был готов расплакаться, и Гарри вовремя обнял мальчишку, который скрыл лицо на груди дяди. — Завтра на уроке ты либо станешь змеем, либо останешься собой. — Если я стану змеем, ты возьмёшь меня в ученики? — Конечно. Я немедленно напишу Министру и запишу тебя в курсанты. Поттер-младший светился от счастья, а Гарри поцеловал племянника в макушку. — Между нами намного больше общего, нежели ты видишь! Всё, стирай улыбку, я снова твой профессор! — Да, сэр, — улыбаясь, ответил гриффиндорец. Гермиона удивилась тому, что предложил Гарри племяннику, но видя счастливое лицо того, поняла, что всё правильно. У парня есть мечта и Гарри хочет помочь её достичь. Грета сидела обиженной. Дядя к ней больше в жизни не подойдёт. А её кандидатуру на роль змеи даже не рассматривал. От обиды аппетит пропал, поэтому девушка оставила Большой зал, но это заметил только Гарри. Он присматривал за племянницей, пусть та и превращалась в озлобленную ведьму.

***

После уроков Гарри ждал капитанов команд квиддича. Первым пришёл Макс Агапов из Когтеврана, через минуту явилась Эллис Тонкин из Пуффендуя. Гарри пригласил всех к себе в гостиную, чтобы можно было поболтать подольше не в официальной обстановке. Добби накрыл на стол: фрукты, конфеты и вино. Студенты светились от счастья, ведь профессор понимал, что перед ним уже не дети. Даниэль вошёл в открытую дверь и хмуро улыбнулся. — Нотта не будет. У нас только что были Зелья. Дафна бросила не тот ингредиент и Тео закрыл её собой. — Правда, — произнёс Драко, закрывая за собой дверь. — Я староста Слизерина и ловец команды, Тео не против, что пришёл я. Мадам Помфри утром его уже выпишет. — И я не против, — улыбнулся Гарри. — Присаживайтесь. Три кресла и диван так и манили. Драко ждал, куда сядет Гарри. Если на диван, то и он туда сядет. Даниэль опустился в кресло, как и Макс. Эллис опустилась тоже в кресло, и счастье Драко не знало предела. Сидеть возле любимого было лучшим подарком вечера. Профессор наполнил бокалы и сделал глоток. — Итак, в какие дни у вас всех тренировки? — Каждую неделю мы составляем новый список, — признался Поттер-младший. — Например, у нас некоторые часто получают отработки. — У нас тоже, — ответила Эллис. — Так у всех, кроме слизеринцев, — вставил «пять копеек» Агапов. — Хорошо. В будни я не могу вас тренировать. У меня много работы, трое студентов и завтра, скорее всего, появится четвёртый. Лонгботтом и Уизли тренируются со мной сегодня в пять. Это через час. Драко стушевался, понимая, что побудет здесь всего час, но у него есть пароль. Он может прийти сюда, если захочет. — Значит, по выходным ожидайте всех на поле, — предложил Драко. — Если какая-то команда не явится — их проблемы. Мы не можем отбирать у Вас рабочие будни. — Нечестно, — прошептала Эллис. — А я поддерживаю, — заявил Даниэль. — Это проблемы того игрока, который заболел или получил отработку. Остаётся согласовываться только друг с другом. — У нас на Когтевране у старосты есть кубики дней и времени дня. Я попрошу два кубика за субботу на утро и обед, и два за воскресенье. Кто какой кубик вытянет, того и время. Если кто-то не сможет прийти, их проблемы. — Ладно, — сдалась Эллис, понимая, что она в меньшинстве. — Отлично. Итак, один — в Министры, второй — в Аврорат, а вы куда собираетесь? Может, чем подсоблю, — улыбнулся Гарри, откидываясь на диван, почти касаясь плечом плеча Драко. — Малфой в политику? Шеклболт ненавидит твоего отца, — опомнилась Эллис. — Министр редко отказывает в просьбах мне, — уточнил Гарри и Драко поиграл бровями, показывая своё превосходство. — Мне лучше видно, кто сменит Кингсли через десять лет. — Я хочу в спорт, — заявил Агапов. — Хочу стать профессиональным вратарём. — Чтобы тебя заметили, нужно ходить на отборы в запас. К кому ходил? — «Пушки Педдл» и «Уинбурнские осы». — К «Осам» Бэгмен водил? — Да, — недовольно буркнул парень. — Отец заплатил ему триста галеонов за то, чтобы меня посмотрели. — У Когтеврана игра с Пуффендуем в середине декабря, я могу пригласить на неё своего друга Байрона Стерна. — Он же тренер «Лиссабонских летунов», — удивился парень. — Да, португальская команда ищет молодого вратаря на запас. Через два года их вратарь уходит на пенсию. В этой команде очень строго с возрастом. Стоит исполниться тридцать пять — всё. Пенсия. — Я был бы благодарен, — глаза мальчишки загорелись счастьем. — Если возьмут, с тебя бесплатные билеты, — ухмыльнулся профессор. — А Вы, мисс Тонкин? — Я хочу стать мракоборцем? — Почему не аврор? Это выше по званию. — Всегда хотела пойти в мракоборцы. — Думаете, дедушка поможет? Я наслышан о Вашем деде, но поверьте, без меня и моего одобрения ни одна взятка не поможет. Главный Аврор является начальником Главного Мракоборца. Понимаете? — девушка стушевалась. — Если у Вас не будет задатков, не пущу дальше. Пуффендуйка задумалась над словами Гарри, но Драко и Даниэль только оскалились. Им не нравилась эта девчонка, и когда её осадили, парни испытали удовлетворение. — Если вопросов больше нет, можете идти. — Всего доброго, профессор, — улыбнулся Агапов, и первым покинул гостиную. Эллис только учтиво кивнула, не имея возможности говорить из-за обиды. Даниэль не поднимался, что означало, что у парня есть разговор с дядей. Он выжидающе смотрел на Малфоя, который всё поняв, поднялся на ноги. — Доброго вечера, профессор! — И тебе, Драко. Даниэль ухмыльнулся, но ничего не сказал. Он заметил, как Драко посмотрел на Гарри, закрывая дверь. Но дядя был лучшим. И не заподозришь, что неровно дышит к слизеринцу. — Я написал письмо маме. — О! — засмеялся Гарри. — Мне ждать гневных Патронусов от Джеймса? — Скорее всего, — улыбнулся племянник. — Он не против Аврората, но твой Отдел ищеек пугает его. Когда я заикнулся впервые, он был в бешенстве. Теперь я могу стать уникальным учеником — Охотником. Почему это будет прилюдно? — Не хочу, чтобы нас дискредитировали. Это не тёмная магия, а подарок от Госпожи через меня. — Я счастлив, дядя. Мне всегда казалось, что ты избегаешь меня… — Так и было. Война ожесточила меня. — Но не к Малфою. — О чём ты? — недовольно прищурив глаза, спросил Поттер. — Я сам в последнее время замечал, как ты смотришь на него. Вы строите глазки друг другу, улыбаетесь. — Считаешь, что Грета сказала правду? — Частично. Он совершеннолетний. Неважно, что творится за этой дверью, когда вы вдвоём. Ты всю жизнь один… Волдеморт и работа отобрали у тебя всех. Я хочу сказать, что не осуждаю. Не знаю, что ты в нём нашёл, но ты светишься изнутри. Разве это плохо? Гарри внимательно смотрел на неуверенного в себе племянника. Высказать такое профессору, аврору и дяде в одном лице очень опрометчиво. — Она хотела уничтожить Драко настолько, что не пожалела меня. — Она неправа. Грета говорила, что шла к тебе за помощью с цветком, и случайно услышала всё. — Пару фраз. — Дядя, — улыбнулся Даниэль, — не ври мне. Если мы будем работать вместе, а этот приду… слизеринец является важной частью твоей жизни, то мы будем видеться. Нам придётся друг друга терпеть. — Ты бросил в него Сектумсемпру намеренно? — в лоб спросил дядя. — Да. — Ты знал, что собой являет заклинание? — Да, — признался парень. — Отец рассказал, — он виновато опустил глаза. — Я желал Малфою смерти. Джинни — хорошая девушка и не заслужила тех слов в свой адрес. Я сказал ответные. А через два дня услышал его плач. — Ему постоянно писала мать. В мэноре творился ад. — Теперь я это знаю. Откуда ты узнал про Сектумсемпру? Снейп сказал? — Поверь, если бы я узнал это от Северуса, то ты испытал бы на себе Круциатус, — честно ответил Гарри и племянник улыбнулся, закусив губу. — Ты увидел. Поттер не ответил на обвинения, но Даниэль и так всё понял. Это был ответ дяди об их с Драко отношениях. Гриффиндорец видел, что за Драко дядя порвёт. Он был ему дороже брата и племянников. — Я никому не скажу. — Думаешь, тебе бы поверили? — Я слышал разговоры. Грете поверили. МакГонагалл поверила. — Что ж, я привык к сплетням о себе с двенадцати лет. Даниэль тепло улыбнулся дяде, который обновил обоим бокалы. Его не волновали сплетни, пока их не поймали на горячем. — Дядя, а как ты понял, что ты гей? Гарри прищурил глаза и попытался вспомнить, на кого он засматривался помимо Седрика. — Вы с Джинни расстались? — Я предложил сделать перерыв. К тому же, она часто видится в Хогсмиде с Вудом. По-моему, он специально там появляется каждую субботу, — Гарри ухмыльнулся. — Род Поттеров должен продлиться. — Снейп создаёт зелье, насколько я помню. И ты тоже Поттер. Гарри загадочно улыбнулся, заглядывая в ореховый взгляд племянника. — Ты возьмёшь его фамилию? Гарри не ответил, но победно глядел на племянника. Ему нравилось, что они понимали друг друга. — В общем, мне нравится один парень, но он натурал. — Уверен? — Да. — Слизерин? — тот согласно кивнул. — Седьмой курс? — Даниэль снова кивнул. — Забини или Нотт? — Не зря ты крутой аврор, — засмеялся брюнет. — Тео. Она… Дафна — сука! — выплюнул парень и пересел к дяде на диван. — Мы с ним работали в паре. Снейп всех поделил. Гринграсс работала с Браун. Мы говорили исключительно по делу, но я засмотрелся, — Поттер-младший закатил глаза, пытаясь сдержать слёзы. — Она специально бросила лишний ингредиент. — Откуда ты знаешь? — Она позвала меня. Шёпотом. А потом бросила чёртов одуванчик, которого в зелье должно быть совсем немного. Дальше она крикнула: «Мерлин, я случайно уронила весь одуванчик в котёл!» Тео среагировал мгновенно. Это я виноват… Гарри больше не желал слышать терзаний племянника. Даниэль сейчас был очень уязвим. Он любил того, кто на него даже не смотрел. Его судьба так была похожа на судьбу юного Гарри. Даниэль разрешил себе заплакать. Здесь его не осудят. — Ты не виноват, Дани. Ты хороший парень, ты умеешь чувствовать. Грета знает, что ты бисексуал? — Никто не знает. Даже мама. А я с ней всем делюсь. — Что ж, мисс Гринграсс получит своё наказание. Уверяю. Никто не смеет обижать мою семью. Ты станешь змеем и тогда она будет молчать. — Но Тео на меня не посмотрит, — не вырываясь из объятий, прошептал парень. — А это мы узнаем от Драко. Даниэль тепло улыбнулся, и отстранился от дяди, чтобы, набравшись духу, спросить: — Это серьёзно? Ты любишь Малфоя? — Он смысл моей жизни, — не задумываясь, ответил аврор. — Как Тео для меня, — понимающе прошептал мальчик. Гарри понимал племянника, который снова прижался к груди того, кто понимал и не осуждал. Дядя не будет читать нотаций, как Джеймс. Последние минуты перед тренировкой с Уизли и Лонгботтомом прошли в тишине, но она не была давящей. Даниэль уходил окрылённым и даже поприветствовал Рона с Невиллом, извинившись за прошлое. А Гарри поклялся сделать всё, лишь бы Даниэлю не понадобилось просыпаться одиноко в кровати ближайшие тринадцать лет, как ему.