Дракон для Василиска

Последний месяц для Гарри был трудным, но он справился. Ни разу он не выказал особого отношения к Драко или Тео. Грета и Дан, как племянники, могли удосужиться объятий, поцелуев в щеку, а перед каникулами Даниэль огорошил семью новостью, что пробудет дома только неделю, остальные две он запланировал отдохнуть у Джорджа, который заказал двусторонние портключи в горы Швейцарии. Даже Грета не знала об отношениях брата, а Джинни только хихикала, говоря, что предчувствовала такой исход после поцелуя в магазине. Когда был этот поцелуй ни Джинни, ни Дан не рассказали, но то, что младший Поттер ожил было заметно. Гарри провожали слёзно. Обнимали почти все студенты, и он был удивлён такой отдачей. Младший курсы особенно переживали, что будущая профессор Уизли не сможет приглянуться им, но Гарри заверил, что француженка лучшая в своём деле. Новогодний корпоратив Министерства вызывал недовольство у Гарри. Он всё-таки купил костюм тройку синего цвета и налегал на шампанское. Кингсли всем напомнил, что Избранный убил Волдеморта, а Люциус восхищённо объявил о том, что Поттер пожертвовал из хранилища сто тысяч галеонов на нужды приюта и начальной школы. Конечно, Гарри не скрывал, что вступил в наследие Лестрейнджей. Максимилиан Нотт поблагодарил Гарри за возможность выехать из страны. Он спрашивал о сыне, что напрягало Героя. Гриффиндорец догадался, что Тео рассказал отцу о своей любви, и тот желал выгодную партию для своего отпрыска. — Мистер Поттер, — улыбнулся Люциус, — рад видеть Вас. Ваши деньги очень помогли. — Рад, Люциус. Можно на «ты». Отец твоей жены воспитывал меня. — Мне казалось, что после расставания с Драко мне и обращаться к тебе нельзя, — улыбнулся блондин. — Драко, — с нежностью прошептал Гарри. — Мистер Нотт, не могли бы Вы оставить нас? — Малфой нагло ухмыльнулся бывшему соратнику, говоря, что ему здесь не место. — С Рождеством, мистер Поттер, — заявил Нотт, отходя в сторонку. — Гарри, я не знаю, что между вами произошло, но прошу поделиться. Поттеру давно хотелось выговориться, и он рискнул. — Когда я начинал отношения с Драко, он мне напоминал бывшего возлюбленного. Тот погиб от рук демона, который вернулся. Я боюсь за жизнь Драко, Люциус, и боюсь, что вижу в Драко замену. — Ты был близок с тем мальчишкой? — Нет. Я любил его со школы, как и он меня. Но о его чувствах я узнал от его матери после похорон. Он о моих чувствах так и не узнал. — А теперь послушай опытного старика. — Тебе сорок четыре, — Люциус засмеялся. — В апреле, — напомнил лорд. — Когда ты увидел Драко впервые, тебе привиделась тень прошлого, но скажи, узнав его ближе, что ты почувствовал? — Что я дома. Что он родной и светлый мальчик. — Хорошо, — Люциус улыбнулся. — А теперь вспомни того мальчишку и скажи, рискнул бы тот парень ради тебя всем? Драко готов был отречься от семьи, но сорвать помолвку. — Правда? — Он мне рассказал об этом на днях. И помни, Северус до сих пор не создал зелья мужской беременности, не факт, что оно выгорит, но Драко неважна участь Рода. Только ты. — Я боюсь его потерять, Люциус. Боюсь причинить вред. — Ты причиняешь вред, находясь на расстоянии. Ты думаешь, что ваши отношения — это секс, но разве это так? Разве ты не переживал за него потому, что он дорог на самом деле? Гарри, секс очень важная часть отношений, но вы ведь не всё время проводили в постели. Знаешь, почему ты отверг его? — Почему? — Ты забыл того мальчика. Его вытеснил Драко. Мой сын оказался не таким, как ты предполагал. Ты желал замены мёртвому, а в итоге влюбился в нового и живого. Из рук Поттера выпал бокал, и он с удивлением посмотрел на самодовольного Люциуса. Аристократ победно ухмылялся, а Гарри понимал, что павлин прав. Он забыл охрипший голос старого Драко, его грустную улыбку, его бледность и худобу. Мужчина видел перед глазами влюблённый взгляд, искреннюю улыбку, помнил вкус губ, запах тела. В ужасе посмотрев на Малфоя, сглотнул. — Приглашение на Рождество всё ещё в силе. Мы на Рождество завтракаем в десять, разрешаем себе выспаться. Я открою камин? — Да. Да, Люциус! — из глаз мужчины потекли слёзы, ведь он понял, что любит. Его сердцу стало так больно за малыша, которого обидел. Совсем не аристократично он обнял Люциуса, и почувствовал ответные объятия. — Цисси по тебе тоже скучает. Вспоминает тебя малышом, и считает тебя лучшей партией для сына. Гарри, даже я с тобой возился в детстве. Надеюсь, ты помнишь, что когда мне было восемнадцать, а тебе четыре, ты для меня украл трусики Цисси? — Не напоминай, — засмеялся Поттер, отстраняясь. — Прости меня за Драко. — Ты запутался. Тебе простительно, с такой-то жизнью. И ты в сентябре вернул мне место в Отделе Образования. Нотт хоть и возглавляет Попечительский совет, но зуб на меня точит. У вас с Тео… — Ничего не было и быть не может, — Малфой облегчённо выдохнул. — Прикрой меня. — Уходи. Думай. Я прикажу эльфам накрыть на четверых. Гарри благодарно кивнул будущему родственнику и пока его никто не окликнул, быстро оставил Атриум. Ему нужно было обдумать слова Люциуса и наконец-то передать управление сердцу, а не разуму. Он и правда забыл прошлого Драко, что его пугало. Он сам создал новое, почти безопасное будущее, а теперь упрямится его последствиям.

***

Люциус уже читал газету за столом, когда Нарцисса с Драко только спустились вниз. Возле Драко стояла ещё одна тарелка, что удивило юного лорда. Он был по-домашнему одет: брюки и белая водолазка, а волосы взъерошились после сна и расчёски. — Мы кого-то ждём? Я не в форме, — негодовал парень, садясь за стол. — Да. К нам заглянет очень важная особа. Попрошу вести себя целомудренно. — В Рождество дела? Люциус, — хмурилась Нарцисса. Камин вспыхнул и оттуда вышел Гарри. Парадный чёрный костюм и такая же рубашка говорили о том, что он явно готовился к встрече. Улыбка на лице Гарри обескуражила, а Драко не мог и пальцем пошевелить. Он не видел Гарри почти неделю, к тому же в школе их общение свелось к нулю. — Вот какой гость, — улыбнулась Цисси, и Люциус подмигнул ей. — Драко, мы можем поговорить? Парень согласно кивнул, поднялся на ватных ногах и последовал в библиотеку. Когда дверь за Гарри закрылась, то оба неуверенно посмотрели друг другу в глаза. — Змейка… Прости меня за эту разлуку. Блондин не спешил прощать, он засунул руки в карманы брюк и, прищурив глаза, ждал продолжения. Гарри ведь не думал, что одно «прости» заставит его броситься тому в объятия? — Драко, я боялся. Боялся своих к тебе чувств. Ты полная противоположность того Драко, которого я знал, и это меня напугало. Я полюбил тебя, слышишь, а его забыл. — Что ты сделал? — на лице Драко появился намёк на улыбку. Гарри улыбнулся, подошёл впритык к мальчишке, взял его руку в свою, поцеловал пальчики и заглянул в серебряные омуты. — Я тебя люблю, Драко! Поистине, люблю! Мальчишка расплылся в улыбке, а Гарри, запустив пальцы в волосы любимого мальчика, притянул его к себе и поцеловал. Странное красное свечение окутало обоих, но они этого не заметили. Они неистово целовались, позабыв о времени и мире в целом. — И я люблю тебя, Гарри. — Не думала, что мы так скоро увидимся. Стальной голос заставил мужчин обернуться. Госпожа Смерть стояла, улыбаясь. — Госпожа, — прошептал Гарри, склонил голову, этот же жест повторил Драко. — Дракон и Василиск — уникальное сочетание. Такого в природе ещё не было. Ваши дети смогут унаследовать оба дара. — Дара? Это анимагия, — заявил Драко. — Больше нет, мой мальчик. Должна же я и тебе сделать подарок. Отныне, это наследство достойнейших Малфоев, а Василиск достойнейших Поттеров. Думаю, с демоном ты сам разберёшься, Гарри. — Мы ещё увидимся? — Обязательно. Я сама охочусь на этого демона. Ты принял наследие Лестрейджей и должен принять наследие Певереллов. Эти фамилии своё отжили. Мэноры в полном распоряжении Лорда Поттера. — Лорда? — удивился Гарри. — Это мой подарок тебе, дорогой. Дети Джеймса никогда не смогут стать лордами. И мэнор в его распоряжении, ты же Лорд. У вас будут прекрасные дети. Двойная фамилия многое скажет, когда один ребёнок совместит несовместимое. — И дракона, и василиска? — Драко не верил услышанному. — Да, мой милый, — женщина поцеловала Драко в лоб, а затем так же сделала с Гарри. — Это ваше наследие. Не советую пока об этом распространяться. Эта тайна ещё спасёт ваши жизни. Найди этого демона, Гарри. Он не даст тебе покоя. А это время отныне настоящее, — улыбнулась женщина. — Вы полюбили. Это было моим условием. Я держу слово. Это передайте Северусу, — она протянула свиток с рецептом зелья. Женщина исчезла так же незаметно, как и появилась. Драко же почувствовал в себе силу, которую знал, как контролировать. Глаза стали жёлтого цвета, как у венгерского хвосторога. — У Василиска тоже жёлтые глаза, любимый, — прошептал Гарри. Драко припал к желанным губам и теперь ни один взгляд Теодора Нотта не заставит усомнится слизеринца в своей важности в жизни Гарри. Тот любил его. Сама Смерть это подтвердила. — Я скучал, — прошептал дракон. — Прости меня, — молил василиск. Объятия были лучшим ответом. Они так и стояли обнявшись, моля о прощении и прощая, очень долго. Завтрак давно закончился, а влюблённые не расставались. Чуть позже Драко попросил эльфа принести еды в его комнату, в которой мужчины вспоминали друг друга, целуя и любя тела.

***

Гарри и Драко не вылезали из постели до самого вечера. Им было о чём поболтать, помолчать, постонать. Их не волновало больше ничего. Рождество проходило на «ура», и к вечеру пришло время открывать подарки. Конечно, Нарцисса не могла удержать себя от колкости в сторону Гарри, что убивать демонов не страшно, а признать себя влюблённым — трагедия. От родителей Драко получил в подарок новые парадную мантию, драконьи сапоги и книгу о манипулировании в политике. Люциус лично её создавал много лет и теперь пришёл черёд перейти в руки наследнику. — Эльфы сказали, приходила Госпожа Смерть. — Люциус, — расплылся в улыбке Гарри, — ты едва до вечера дотерпел с этим вопросом? — Да, — не скрывал ухмылки мужчина. — У меня с ней был уговор. Я дважды умирал от Авады… — Гарри не был уверен, что родителям Драко стоит знать его настоящего, ведь они так свято верили в прошлое. — Она подарила мне Василиска. Она пробудила его и… мои глаза могут не убивать, благодаря слезам Феникса в крови. Всё это её заслуга. Она любит сильных магов. Госпожа дала мне год, чтобы полюбить или стать машиной убийства. Я полюбил. Меня полюбили взаимно. Теперь Драко не просто анимаг, он, как и я, существо. Наши Дракон и Василиск передадутся по генам. — Великолепно, — Нарцисса была рада. — Да. Но только достойнейшей ребёнок, сможет в себе соединить оба существа. Никаких Певереллов или Лестрейджей. Их время ушло. Я Лорд Поттер. У нас будет двойная фамилия. — Малфой спереди? — уточнил Люциус. — Какая разница, отец? — Да, я не против, — улыбнулся Гарри. — И прошу руки вашего сына. Если это возможно? — Конечно, возможно. Я даю благословение, — ответил Люциус. — Гарри… — Помолчи, змейка, — гриффиндорец вынул из кармана коробочку с кольцом. — Это кольцо принадлежало Розите Гриффиндор, его подарил ей Салазар Слизерин. Драко смотрел на серебряное кольцо с чёрным камнем восхищенным взглядом. Магия чувствовалась очень сильно. — Это кольцо хранилось в сейфе Лестрейнджей. Не знаю, где они его взяли, но его ценность неописуема. Ты моя ценность, Драко. Ты выйдешь за меня? — Да. Поцеловав пальчики левой руки своего дракона, Гарри надел на палец кольцо. Люциус дал одобрение, и золотая нить обвилась вокруг их запястий. — Теперь ты от меня никуда не денешься, Гарри. — И не собирался, — они нежно поцеловались, а родители блондина тихо вышли. Магия была такой же нежной, как и их отношения друг к другу. Они жили здесь и сейчас, не подозревая об угрозе. Войдя в спальню слизеринца, не спеша раздели друг друга. Им больше не нужно спешить, поэтому можно исследовать руками и глазами тела. Гарри поцеловал шею своего малыша, опускаясь всё ниже, и когда встал на колени, то провёл по всей длине члена языком. Драко томно выдохнул, запуская пальцы в волосы жениха. «Жених! Шикарное слово!» Гарри неистово вылизывал достоинство своего дракона, чья кожа теперь пылала огнём. Гарри зачастую тоже был горячим, но когда вверх брал василиск, то становился холодным. — Хватит! Поттер поднял пленительный изумрудный взгляд, в котором змей зачастую тонул. Драко взял за руку гриффиндорца, толкнул на кровать, а сам оседлал его бёдра. Блондин касался пальцами шрама на груди, нежно целовал его, и Поттер расслабился. Он отдал бразды управления мальчишке, доверяя полностью себя. И Драко не подвёл. Он целовал каждую клеточку тела аврора, каждый кубик пресса, каждый шрам. Опустившись к члену аврора, вдохнул мускусный запах и зарычал. Гарри хотел своего малыша, с его уретры скапывала капелька смазки. — Драко, поверни ко мне свою попку! Малфой хищно улыбнулся, развернулся, оттопырив попку на обозрение, а сам принялся вылизывать мошонку любимого. Гарри был доволен увиденным. Дырочка Драко явно давно не применялась по назначению. Змеёныш не удовлетворял себя анально без Гарри. Поттер прошёлся по анальной промежности языком, а затем припал к дырочке страстным поцелуем. Драко застонал. Он боялся, что не выдержит такой пытки. И как бы ему не хотелось оседлать гриффиндорца, он знал, что всё будет так, как запланировал Гарри. Почувствовав пальцы внутри, блондин пошло застонал. Он выпустил изо рта член, и теперь мог только пытаться не кончить от первого же попадания пальцем по простате. — Гарри… Я на пределе, Гарри… Брюнет понимал его, ведь и сам едва сдерживался. Усадив Драко на колени, сам пристроился со спины и плавно вошёл в тугую дырочку любимого. Поттер не сдерживал стонов. — Как хорошо! Как я скучал! — прошипел на парселтанге Гарри, но Драко его понял. Видимо, Смерть и тут подсуетилась. Рык и шлепки от Гарри, его властные поглаживания груди слизеринца, заставляли Драко стонать. Когда пальцы гриффиндорца вцепились в бёдра мальчишки, то Драко накрыл его руки своими ладонями. Им было хорошо вдвоём. Так хорошо, что сдерживаться больше не хотелось. Малфой вскинул голову вверх и с гортанным стоном, который слышал только Гарри и который блондин дарил только Гарри, кончил, не прикасаясь к себе. Для Гарри удовольствие любимого всегда было на первом месте. Его стон, горячее, потное тело, прижимающее к его груди, заставили кончить внутрь, впиваясь зубами в лопатку мальчишки. Драко не почувствовал боли. Только удовольствие. Больше между ними никто не стоит. Только любовь!

***

— Сколько ты ещё собираешься бегать от меня, Том? Госпожа Смерть смотрела на безобразного Волдеморта, но глаза безумца были не красными, а чёрными. — Думаешь, раз сумел найти альтернативу, то я не заполучу твою душу? — Не заполучишь. — Лучше бы твоим концом была я, а не Охотник! Он передаёт демонов Магии! Знаешь, что станет с твоей душой, когда она попадёт в её лапы? Ты станешь энергией. Ни перерождения, ни покоя, ничего! Как будто не было в этом мире, и никогда не будет в моём. — Посмотрим! — Ты всю жизнь убегал от меня. Что же, побегай в последний раз. Ты мне больше не нужен, да и предложить уже ничего не можешь. Твоя судьба в руках Василиска. Лучше бы ты головой думал, а не шарахался от моей тени. — Это всё? Ты меня отпускаешь? — Я же сказала, что ты больше не можешь мне что-то предложить взамен. Тебя нет. — Я есть. — Временно. Прощай, Том. Волдеморт не знал радоваться ему или плакать. Смерть отпустила его демонскую сущность, заявляя, что теперь на него претендует сама Магия с Охотником. Ему не впервые бороться против Гарри Поттера. Однажды, он чуть не сломал его. Пришло время уничтожить. У него осталось ещё два связных, в чьих жилах он пробудил старые клятвы. Мелкий Нотт выскользнул из его лап, не успев подтвердить клятву, но остальные двое погрязли в его руках очень крепко. Пора их призвать!