Гарри Поттер и (Не)Удачное желание

На следующее утро Рон и Гермиона пришли в Большой Зал. Гарри их уже ждал, сидя за столом. Вокруг толпились, разговаривали и веселились ученики – сегодня пятница, а значит, скоро выходные и отдых. - Ну, как прошло? – Весело спросила Грейнджер, подойдя к другу. Поттер только усмехнулся. - Вы еще главного не видели. Рон, усевшись напротив друзей, сразу принялся поглощать еду, попутно спросив очкастого: - А как профессор МакГонагалл отреагировала? Гарри наложил себе в тарелку бутерброды с ветчиной и картофельное пюре и ответил: - Ну, как полагается. Рон мгновенно прекратил жевать. - В смысле? - У нее была крайняя степень удивления, - пояснил подросток. – А мне кажется, это абсолютно нормально. Гермиона же отодвинула посуду и достала из сумки тяжелый талмуд. У Рона отвисла челюсть. - Ты где это взяла? - Из библиотеки, - пожала плечами Грейнджер. – Мне разрешили. – А потом скептически посмотрела на еду, свою тарелку и спросила: - Гарри, у нас ведь первым трансфигурация? - Да. - Замечательно, в таком случае я лучше не буду есть, - и с позитивным настроением открыла книгу, принявшись что-то искать. Рон с Гарри же переглянулись. Уизли покрутил пальцем у виска (как так-то ведь – не есть?!), а Гарри только улыбнулся. - В этом вся наша Гермиона, - по-доброму усмехнулся Мальчик-Который-Выжил. *** После завтрака друзья отправились в кабинет трансфигурации. Сегодня на дворе сияло солнце, снег весело искрился, где-то даже птицы щебетали. Ничто не могло испортить троице хорошего настроения, даже стычка с Малфоем. Когда Драко, Крэбб и Гойл случайно поравнялись со своими заклятыми врагами, первый в своей привычной манере спросил: - Как поживаешь, Поттер? - Нормально, Малфой, - ответил Гарри, и вместо того, чтобы огрызнуться, улыбнулся во все 32. – Хороший денек, не правда ли, мм? Драко удивился такому поведению и невозмутимости гриффиндорца, однако соизволил ответить, причем без привычной ядовитости: - Плохой, Поттер, и ты знаешь, почему. - Для кого как, - решилась вставить и свое слово Гермиона. Малфой не стал даже на нее как-то обращать свое внимание, а просто продолжил беседу с черноволосым, пусть и очень странную. - Слушай, Поттер, а чего ты сегодня такой веселый? - Ну так у нас трансфигурация первым. Объединенная, - добавил Гарри и подмигнул друзьям. - Не вижу в этом ничего хорошего. - Для кого как, - повторил Гарри слова Грейнджер. - Во всяком случае, сегодняшняя трансфигурация обещает быть запоминающейся. И Золотое Трио бодро зашагало по коридору, оставив Малфоя и его дружков недоуменно переглядываться. - Странный он сегодня какой-то, - наконец удивленно произнес Гойл. Придя в кабинет трансфигурации, ученики Гриффиндора и Слизерина расселись по местам и оживленно шептались. Профессор МакГонагалл не спешила идти на лекцию, что всех очень удивляло. Однако Гарри знал причину ее задержки и в каком-то роде понимал женщину – как идти на урок, где будет ждать влюбленный в тебя подросток? Пусть на самом деле это и был розыгрыш, но… Ведь профессор не знала правду – точнее, догадывалась, но ответ Поттера был направлен на уничтожение ее сомнений, - и потому ее поведение можно было понять, пусть это и казалось очень странным, необычным и нетипичным для строгого учителя вроде нее. Наконец через пять минут в аудиторию зашла МакГонагалл. - Здравствуйте, ученики. - Здравствуйте, профессор, - ответил ей хор голосов. Минерва подошла к учительскому столу и взмахнула волшебной палочкой. На доске начали сами собой вырисовываться буквы. - Итак, дети, начинаем урок. Тема: «Превращение простого предмета в более сложный предмет». И началась лекция. Учащиеся увлеченно записывали все, что говорила волшебница, изредка поднимали руки, чтобы задать пару вопросов. Гарри старательно вел конспект, но мыслями был на другом конце мира. Ведь он не выполнил желание до конца, он только написал на стене признание и забыл сказать его в начале урока, а если выкрикнуть его сейчас – можно напороться на серьезные проблемы… Дождавшись достаточно длительной «паузы», когда МакГонагалл показывала превращение стакана в графин, Гарри поднял руку. Сейчас или никогда. Поттер заметил, что Минерва напряглась. Э-эх, зря он вчера ей сказал об этом… Сегодня ему точно несдобровать. - Да, мистер Поттер. Гарри незаметно махнул палочкой – письмена на стене начали проявляться. Потом он вдохнул побольше воздуха, и… - Ой, профессор МакГонагалл, там надпись на стене! – Закричала какая-то гриффиндорка. - Точно, там надпись! – Подхватила Пэнси, сидящая около Малфоя. – Написано «Профессор, я вас так люблю!». Раздался хохот, преимущественно мужской. Гарри покраснел, как рак, и опустил глаза в пол, сгорая от стыда. Рядом послышалось хихиканье Гермионы и смех Рона. - По крайней мере, тебе говорить не пришлось, - поддерживающе похлопал Уизли друга по плечу. Гарри это не помогло. А потом сквозь всеобщее веселье послышалось страдальческое: - Мистер Поттер! И хохот в аудитории усилился вдвое. Мальчик-Который-Выжил еще сильнее залился краской. Прошла не одна минута, прежде чем все успокоились и лекция продолжилась. Гарри не знал, как смог отсидеть почти два часа за партой, но едва профессор трансфигурации объявила об окончании занятия и задала домашнее задание, Поттер собрал вещи и первым вылетел в коридор. *** Гарри несся по Хогвартсу, как сумасшедший. Молниеносно пролетев четыре лестничных пролета, он остановился у портрета Полной Дамы. - Аркация Рулон! – Быстро произнес он. Проем открылся, Поттер залетел в гостиную, пробежал по ступенькам лестницы и так же залетел в спальню. Только здесь он устало лег на кровать и наконец перевел дух. Утреннее солнце ободряюще освещало комнату с четырьмя кроватями, которые были прикрыты красно-оранжевыми шторами. Впереди ждал учебный день; как этого бы не хотелось, но идти на уроки надо. Следующим после трансфигурации было зельеварение, которое, как назло, вел профессор Снегг – еще одна жертва желаний Золотого Трио. Что ж, теперь Гарри придется пахать как не в себя, иначе Северус отнимет кучу баллов, ну или рассказать истинную причину своих тогдашних слов, хотя тогда влетит Рону и они поссорятся, потому что… Ладно. Делать нечего. Зельеварение начнется через пятнадцать минут, опаздывать ему совсем не рекомендуется. Вздохнув десятый раз за эти сутки, Гарри встал с постели и отправился на следующий уровень ада. *** Зельеварение прошло относительно хорошо, если не считать постоянных придирок Снегга и небольшого опоздания, но в целом все было просто прекрасно по сравнению с трансфигурацией и вторым объединенным уроком со Слизерином. Не обошлось и без насмешек как со стороны враждебного факультета, так и со стороны одногруппников, но если это отбросить в сторону, все прошло очень даже неплохо. В конце концов проишествие в начале учебного дня разлетелось по всему Хогвартсу. Гарри везде встречали смешки; кто-то издевался, как слизеринцы, а кто-то, наоборот, поддерживал его, как гриффиндорцы или когтевранцы. Пуффендуйцы, что весьма удивило Золотое Трио, предпочли оставить Поттера в покое и вообще не обращать внимания на произошедшее, и Гарри был этому несказанно рад. Учителя же просто махнули рукой на все выходки Мальчика-Который-Выжил, и решили вспоминать о них с теплотой – как-никак, а настроение они поднимали, и профессорам, и ученикам. Впоследствии МакГонагалл – разумеется, с позволения Дамблдора, - впервые в истории Хогвартса за фактически сорванный урок дала Гриффиндору сто баллов, что страшно обрадовало учеников «львиного» факультета и обидело волшебников «змеиного». Когда учебный день закончился, друзья пришли в гостиную Гриффиндора и уселись на ковер. Гермиона взяла в руки коробочку с бумажками и настольный кубик. Рон почему-то поспешно отодвинулся от нее. - Эм, ребят, давайте лучше не будем, а? Гарри вдруг улыбнулся и лукаво спросил: - Боишься водить? - Ага, вот прям чувствую, что мне выпадет эта ужасная честь, как в случае со Снеггом, - признался рыжий. Поттер усмехнулся. - Тогда давайте я, что ли, водой буду – все равно мне нечего терять. - Но, Гарри, тебе ведь тогда влетит, - заметила Грейнджер. – И у нас к тому же отнимут баллы. - И что? Знаете, я теперь готов хоть каждый день устраивать всякие выходки. Даже если мне придется пойти к МакГонагалл и предложить ей руку и сердце, - весело откликнулся очкастый, улыбаясь до ушей. - Но ведь это было очень неудачное желание для тебя, - сказал Рон. – Хотя… МакГонагалл за эту шутку даже прибавила нашему факультету лишнюю сотню баллов… - Тогда – да, оно мне казалось неудачным, - кивнул Гарри. – А сейчас я понял, что оно было действительно хорошим, потому что его оценили все. - В другой раз так может не получиться, - покачала головой Гермиона. Поттер же беспечно отмахнулся. - Не получится – и ладно, - ответил он. – Ведь это было только одно неудачное желание, Рон. - А потом посмотрел в окно башни, где вспыхнул последний луч солнца, и задумчиво добавил: - А может быть, и удачное, не знаю. В любом случае, как говорится – шалость удалась, ребята. И затем рассмеялся от души под недоуменными взглядами лучших друзей. Желания и шутки – это хорошо, особенно если они способны развеселить. А конкретно это желание, пусть и неудачное на первый взгляд, подняло настроение всем обитателям Хогвартса. Даже профессорам. И именно поэтому его можно смело считать удачным.