Мышеловка

      Аккуратными движениями профессор Тойо достаёт из своего грязного халата пластиковую карту, чтобы открыть дверь и войти в лабораторию. Это дело непростое — в его возрасте бывало, что пальцы иногда совсем не слушались. Не хотелось бы достать что-нибудь лишнее, как обычно обронить это, а затем ползать по полу, пытаясь среди контрастной мозаики найти ту мелочёвку, что копилась в карманах месяцами. Все те предметы он, бывало, собирал совершенно случайно. Проползая пальцами по ткани, он ощущал то что-то мягкое, то что-то липкое, то вовсе холодное и металлическое. Такое ощущение, что в этих карманах можно найти что угодно.       — Кажется, нашёл — прокряхтел профессор — недолго ты скрывалась от меня, малышка.       Профессор Тойо любил называть вещи как-то по-особенному. Пластиковые карты, жидкости в стекле, подопытные животные — всё имело для него особое значение, заслуживало уважения и почтительного отношения. Настолько сильно он любил своё дело, что считал лабораторию своим домом во всех смыслах. У людей заведено, что на работе они отдыхают от дома, а дома от работы. Тойо жил иначе — лабораторная кухня для него и есть вся жизненная страсть и родной дом.       И всё же годы брали своё и будут брать всегда. Как ни посмотрит в зеркало — видит усатую мышь в очках, не иначе. Совсем уже не отличается от здешних подопытных, особенно с его невыразительной серой шевелюрой. Такой взгляд на мир неохотно приобретаешь, проводя здесь год за годом уже несчётное количество выброшенных календарей.       Голова болит так, словно по ней ударили чем-то тяжёлым несколько раз. Седины, конечно, красят человека, но явно не прибавляют здоровья и приятных ощущений. Профессор не мог отделаться от чувства тошноты, крутило так, что стоять на месте не оперевшись ни на что было нельзя. Временами Тойо держался за стены, приобнимая их, когда тошнота накатывала волной и становилось совсем уж плохо.       На стене прямо напротив входа висит какая-то записка, но букв её не разобрать. Видимо, очередные шутки лаборантов. Надо бы написать письмо по внутренней почте, чтобы прекратили немедленно.       Автоматическая дверь раскрылась с характерным скрипом. Может настало время её немного смазать. Профессора это не заботило, пусть этим занимается персонал менее значимый — не пачкать же руки светилу науки.       Медленными шагами он ходит кругами вдоль бесконечных белых шкафов, стоящих по периметру комнаты. Сколько же данных здесь хранится! Эти папки содержат в себе ответы на многие вопросы о генетике в широком её понимании. Очевидно, что такое дорогое учреждение будет заниматься явно не пустой тратой времени. В этих мрачных стенах творились эксперименты внушительных масштабов, попытки поиграть в Бога, работа с интеллектом живых организмов, в стремлении разработать ряд стимулирующих препаратов для военных. Иными словами — предприятие явно не нуждалось в ресурсах и имело вполне ясный карт-бланш и строгую секретность.       Гул компьютеров был единственным звуком, нарушающим тишину. Можно сказать, что он отлично её дополнял, ибо без него это место больше походило бы на гробницу, не иначе. Всему виной никогда не покидающий комнату сладковатый запах то ли гниения, то ли цветения. Дурманящую композицию дополнял чётко различимый, тонкой линией идущий запах формалина. Вентиляцию включать профессор считал кощунством: это нарушало его ощущение соответствия окружающих его предметов интерьера и фильмов жанра научной фантастики, что так некстати он смотрел перед сном почти всю жизнь. Много кто пытался жаловаться на вонь, но ответ Тойо всегда был однозначен.       За стеклом, в центре довольно обширной лаборатории находились прозрачные клетки с мышами. Каждую из них он знает как собственного друга. Когда он увидел их впервые, то сразу запомнил каждую. Тойо наблюдал за их повадками каждый день, не пропуская ни секунды триумфа своей исключительной наблюдательности. Жители этого маленького стеклянного мира могли и не мечтать о приватности, но разве мышей это когда-нибудь волновало?       Двери распахнулись вновь и двое очень неловких лаборантов вошли в помещение, издалека поздоровавшись с профессором. Опять вчерашние студенты опаздывают на работу, не понимая всех масштабов проводимых исследований, иначе не позволяли бы себе такое.       — Молодые люди, почему вы опаздываете ко мне? — с затаённой обидой сказал Тойо.       — Извините, профессор — сказал один из них со стыдливой задержкой.       — Вам следует относиться к работе более ответственно.       — Конечно, п-профессор — собеседник говорил совсем тихо и сдавленно.       — Ну чего же ты так боишься? — Профессор Тойо враскорячку подошёл поближе. Лиц толком разглядеть он не мог, даже голоса их казались какими-то отдалёнными, что Тойо тут же списал на усталость, — располагайся, занимай рабочее место.       Один из пришедших сел напротив профессора. Выглядел он словно ребёнок, впервые пришедший в школу и не знающий как общаться со взрослым человеком. Второй же в то время активно открывал шкафы и нервно что-то искал.       — Вы сегодня отлично выглядите, профессор.       — Ох, спасибо, но тебе не стоит быть столь любезным, люди могут счесть это за лесть. А что это вы тут ищете так упорно?       — Да знаете, в нашем отделе… в общем… долгая история.       — Ну же, рассказывай — настаивал Тойо — может я могу чем-нибудь помочь вам.       На вопросы профессора он не решался отвечать — второй лаборант тихонько что-то выносил из лаборатории, пока профессор вежливо и мечтательно спрашивал вполне тривиальные вопросы, рассказывал о своих планах, поедая хрустящее печенье, которое взял рядом с клетками.       — Будешь? — сказал профессор, протянув печенье.       — Я не голоден.       — Ты не смотри на него так, мы все его едим.       — Не стоит всё-таки. Продолжайте рассказ, профессор.       Второй вернулся, дав, видимо, понять, что закончил что-то относить. Сидящий напротив паренёк подскочил, протянул профессору руку, но всё же резко убрал. Неловкую паузу лаборант попытался прикрыть какой-то неудачной шуткой, но Тойо почти всё прослушал, задумавшись о предстоящих делах. Как итог, двое сотрудников поспешно ушли, оставив его в одиночестве.       — Странно — сказал самому себе вслух Тойо — даже не сказали когда вернутся… В лаборатории пусто. Опять. Профессор с трудом помнил даже вчерашний день, так что нет никаких гарантий, что он не находится тут в выходной, а те двое просто уходят с ночной смены или вовсе просто тут прибираются. Любая догадка, даже такая простая как определение времени и даты, требует проверки — так заведено у людей науки. Не обнаружив на привычном ему месте ни календаря, ни часов, профессор Тойо обратился к своему компьютеру.       Машина всё никак не могла подчиниться. Сколько раз бы он не пытался её включить — результат был отрицательным. Подумать только, сколько важнейших проектов вышло из под крыла этого заведения и в каких же условиях приходится работать его обитателям? Тойо данное препятствие только раззадорило, ведь это очередное испытание перед началом основной работы.       Для решения задачи вполне сгодится любой другой компьютер. Помня о своей исключительности, профессор не чурался залезть и в чужой компьютер. Тем более, задача до ужаса тривиальная — неужели его можно осудить за то, что он просто пытается узнать дату и время? Движением мыши разблокировав экран, Тойо уже принялся выискивать календарь, пока взгляд его не упал на незавершённый файл с отчётом. Кажется, кто-то из лаборантов не успел его отправить перед тем, как уйти вчера.       Как бы профессор не старался вчитаться, буквы слипались в невнятное нечто. Такое впечатление, что он разучился читать. Срочно требовалось что-то с этим сделать и Тойо направился к шкафчику с пробными препаратами в попытках найти кофе, чтобы взбодриться. Сотрудники часто оставляли в этом шкафу кофе и чай как бы в шутку, что, мол, они такие же лабораторные мыши, наравне с ними питаются. Эта шутка здесь в ходу столько, сколько он себя помнит в стенах лаборатории.       Синие таблетки в бесконечном ряду одинаковости — какую бы выбрать? Тойо перебирал одну ёмкость за другой в попытках наткнуться на долгожданную банку кофе. И всё же это оказалось бесполезно, кофе пропало, словно никогда тут и не стояло. Задумчиво почесав голову, профессор решил, что мышиные стимуляторы для активной регенерации вполне можно попробовать принять в экстренном случае. Их свойства могли бы взбодрить организм. В конце концов, длительные побочки профессору не страшны, он не планировал жизнь надолго вперёд, а иметь такое отвратительное зрение даже в очках было уж совсем не комильфо.       Задача стала яснее. Профессор Тойо дотошно знал каждый препарат, и, в отличие от банки кофе, нашёл нужный почти моментально, хоть он и был старательно убран куда-то далеко на самую верхнюю полку. Запах у таблеток был специфичный, легко различимый, даже приятно знакомый за все годы работы.       Вспышка, холодок бежит по неровной спине, круговорот цветов перед глазами, безумный танец образов и голосов в голове — ныне профессор стоял во весь рост и глядел в пустое помещение совершенно ясно, словно плотная пелена спала с глаз. Теперь лаборатория виделась куда грязнее, а в память начали являться странные воспоминания какой-то безумной возни, криков и нескончаемых звонков по интеркому.       Всё было не на месте — кресла перевёрнуты, лампы мерцали, на столах жуткие царапины, а внутри стеклянного лабиринта в окружении клеток с мышами было и вовсе пусто. Профессор с горя схватился за сердце и сел за стол лаборанта, пытаясь отдышаться. Он винил себя бесконечно — ну зачем же он покинул лабораторию так надолго? Нельзя было здесь никого оставлять, за всеми ними глаз да глаз — что за животными, что за лаборантами. Теперь-то стало понятно почему за помещением не ухаживали: профессору казалось, что он здесь первый человек за эту неделю. Явно не дольше, ибо почти вся техника работала более менее исправно, а слой пыли был и вовсе довольно поверхностным.       Прервав шоковое состояние, усилием воли профессор вернулся к расследованию и продолжил чтение файла. Всего в коротенькой таблице указаны четыре подопытных, дата соответствует позавчерашней, как уже стало ясно по приложению календаря в углу экрана. С нетерпением Тойо принялся читать всё, лишь бы что-нибудь хотя бы косвенно могло ответить на вопросы позавчерашнего дня: Предназначено для служебного использования. Доступ открыт для всех работников лаборатории. Имя: Кассий Статус: эвакуирован (см. примечание) Возраст: 10 месяцев Проводимый эксперимент: 5-В Результат: без изменений Окрас: белый Особенности поведения: ленивый, боязливый, апатичный Вердикт: продолжать эксперимент вплоть до видимых изменений       — Они, видимо, сошли с ума! — сказал профессор вслух — Сколько раз им нужно объяснять, что Кассий слишком любит поесть и на голодный желудок почти отказывается работать? Бедный мышонок, зачем они тебя заставляли решать эти примеры, которые тебе совсем не интересны. Имя: Цицерон Статус: эвакуирован (см. примечание) Возраст: 9 месяцев Проводимый эксперимент: 5-В Результат: решение найдено верно Окрас: серый Особенности поведения: аккуратный, исполнительный Вердикт: увеличить дозировку активного препарата       — Зла не хватает! — уже всерьёз злился профессор с громким выдохом поправляя очки — Неужели сложно уследить за пятнышком возле лапки? Он не просто серый, а серый с пятном!       Профессор читал строчку за строчкой и понимал, что как только доберётся до автора отчёта, то тотчас же и уволит. Такая невнимательность к лабораторным мышам выводила его из себя. Эти невнимательные пальцы издевались над трудом всей его жизни, пока писали этот отчёт. Имя: Акеми Статус: эвакуирована (см. примечание) Возраст: 14 месяцев Проводимый эксперимент: 5-Д Результат: отказ выполнять требования Окрас: белый Особенности поведения: агрессивна Вердикт: прекратить эксперимент и перейти к следующей фазе Имя: Тойо Статус: неизвестно (см. примечание) Возраст: 12 месяцев Проводимый эксперимент: 3-А Результат: побег, ликвидация персонала лаборатории, повреждение оборудования (см. примечание) Окрас: серый Особенности поведения: чрезвычайно агрессивен, склонен к каннибализму и людоедству, в высшей степени умён, мстителен, целеустремлён, подвержен галлюцинациям (см. примечание) Вердикт: срочно остановить работу над подопытным, избегать при любой возможности прямого контакта, если достижимо — устранить. Примечание: 16 января 2021 года в 13:04 Тойо принял усовершенствованный лабораторией “Оказия” (проводится проверка) препарат 3, после чего сразу же был направлен в инкубатор на выращивание, однако рост клеток оказался неконтролируемым. Тойо самостоятельно покинул прибор и напал на младшего научного сотрудника. Сработавшая сигнализация автоматически закрыла дверь в комнату с инкубатором, не позволяя ему покинуть помещение, однако жертв среди персонала не получилось избежать. В 13:08 ко входу в лабораторию прибыла охрана, однако Тойо нашёл способ не позволить дверям открыться из-за открытого щитка электропитания, повреждение которого автоматически активировало защитные магнитные замки на дверях (проводится проверка). Поглощая плоть остальных подопытных в инкубаторе и непосредственно наших сотрудников, объект продолжал увеличиваться в размерах ровно до тех пор, пока не достиг размера человека высокого роста, приобретя антропоморфные черты. В 13:20 Тойо обнаружил способ разбить защитное стекло и попасть в помещение лаборатории. Дальнейшие события можно расценить как сопутствующий ущерб среди персонала. Стоимость оборудования будет вычтена из заработной платы профессора Рабля. Охрана не смогла взять ситуацию под контроль, но, к счастью, вмешательство профессора Рабля позволило выиграть время. На данный момент Тойо не представляет угрозы, поскольку побочный галлюциногенный эффект препарата получил ускоренное развитие, коррелируя с ускоренным ростом самой мыши. Внимание всему персоналу: ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах не сообщайте Тойо, что он не является профессором лаборатории. Комментарий 1: Ненавижу эту работу. Я относился к мышам как подобает, любил всем сердцем и занимался ими со всей душой. Видит Бог, Тойо был моим любимчиком, я возился с ним больше всего — он буквально наблюдал за всеми разработками и даже за всей нашей внутренней кухней. У меня нет ни малейшего представления о причинах такого явления. Мне крайне жаль сотрудников, особенно съеденных, но мне ничего не остаётся, кроме как уволиться, после того как я заставил его потерять сознание. Справляйтесь с этим сами. Артур Рабль, 16 января 2021 (21:51). Комментарий 2: И зачем я повёлся на обещания и помогаю вам? Пока я следил за Тойо и старался его вежливо успокоить, вы вылили столько грязи на меня, убираясь в лаборатории. И кто так с телами обращается? Я всё понимаю, ситуация критическая, но не вёдрами же это убирать! И что это за глупые истории с тем, чтобы продолжить эксперименты с мышами? Как вы собираетесь это делать при нём? Я понимаю, что он считает себя лаборантом, но это не значит, что в нём не проснётся видовая солидарность при виде того, что вы хотите делать. Всё что угодно, но уже точно без меня. Артур Рабль, 17 января 2021 (09:34). Комментарий 3: Краткая инструкция для вас, психи: с этой огромной мышью в моём халате вы не справитесь ни за что, просто поверьте мне. Поглотив меня, она буквально станет мной со всеми моими знаниями о комплексе. Советую прекратить любые попытки сюда попасть, меня спасать не надо. Я разошлю это по всему комплексу внутренней почтой. Если кто ещё не понял, я объясню — в лаборатории на последнем этаже обитает монструозная и крайне умная двуногая мышь, которая явно больше вас и имеет куда большие шансы убить вас, чем ваши шансы хотя бы как-то ей навредить. Единственное спасение только в том, что я пустил по лаборатории концентрированный запах формалина, который не даст Тойо начать нюхать и искать выход. Выход к вам. Не пытайтесь бежать — правительство нас кинуло и армия уже оцепила вход. Устранят каждого, кто знает что здесь произошло. Ещё раз: не вздумайте выходить наружу. Советую запастись припасами и запереться в спортзале. Найдите инструменты и копайте оттуда путь до канализации, а оттуда вручную доберётесь до океана и, может быть до суши, где начнёте всё сначала. Серьёзно, не вздумайте никому про это рассказывать, забудьте всё, что здесь было — бегите. Если не можете исполнить мой план, то забаррикадируйтесь где-нибудь и не подавайте признаков жизни. Вспоминайте молитвы. Никому не верьте, военные вас не спасут. Артур Рабль, 17 января 2021 (15:10). Комментарий 4: Я погибну только потому что пытался выиграть время для того, чтобы мышей успели вынести и спасти после уборки. Они в крайне плохом состоянии после инцидента с Тойо. К сожалению, мои опасения подтвердились и группе лаборантов не дали выйти из комплекса. Жаль. Интересно, где сейчас эти мыши? Хорошо бы подальше, потому что если Тойо начнёт тревожить потерявшаяся Акеми из-за своих позывов к размножению… что ж, вряд ли что-то его сдержит. У меня, как у отца, шок. Я не узнаю своего Тойо — он слизывает людские останки и жидкости с поверхностей, словно это сливки на торте, попутно умничая и пытаясь вести со мной беседу. Он прекрасно понимает о чём говорит и искренне убеждён, что является моим лаборантом. К счастью, сам он не понимает как отсюда выйти, я спрятал карту в кармане, он не знает, что она открывает не только вход в лабораторию, но и выход. Всё-таки было что-то полезное в том, чтобы не давать лаборантам работать с замками. Прости меня, Тойо. Сейчас я буду должен перезагрузить вентиляцию и ты учуешь мой запах человека. Я даже не представляю как больно ты мне сделаешь, но просто так я тебе не дамся. Я твой создатель и тоже чего-то стою — я приму столько препаратов, что, съев меня, тебе ещё придётся долго оправляться, эта смесь по тебе ударит как следует, уж поверь. Хорошо если не ослепнешь окончательно. Как же я надеюсь, что ты забудешь всё, что пережил недавно — дозировки должно хватить. Я знаю как это можно излечить, но надеюсь, что ты хотя бы не сразу догадаешься. В конце концов, лаборатория теперь полностью в твоём распоряжении, а твои новые конечности вполне пригодны к точной работе. Молюсь, что если какой-нибудь безумец уж и найдёт тебя, то прочтёт по пути сотню моих предупреждений называть тебя профессором. Теперь ты станешь им — мной, и это всё, что ты будешь помнить о себе. Пускай ты лучше останешься никому неизвестным, и если кому-то и поведётся тебя встретить, то пусть он подыграет тебе как гениальнейший из актёров. Смотрю сейчас на твою самодельную лежанку у выхода и понимаю, что скоро ты проснёшься и опять, проснувшись, будешь бредить словно пришёл в лабораторию утром на работу. Я попрошу только о том, чтобы ты сделал это быстро. Знай, что я тебя любил даже в тот момент, когда ты разрывал меня на части. Поделом. Артур Рабль, 17 января 2021 (16:27).       Профессор пришёл в ужас от увиденного. Он вспомнил всё — всю свою мышиную жизнь до этого случая и все те ужасы, что творил с персоналом. Крики и паника, бесполезные взмахи вешалками в его сторону, кровь на лапах, на зубах, на стенах — всё это пробудило в нём поистине животный аппетит.       Ведомый зовом, Тойо в миг осознал произошедшее и принял его как данное, как неведомый подарок судьбы за избавление от прежней жизни. Проверив карманы, он достал оттуда куски мяса и карточку. Дверь в лабораторию открылась и профессор Тойо навсегда покинул родной дом — лабораторию. Он идеально знал каждый уголок комплекса, знал наперёд где и кто мог спрятаться. Однако впереди его ждали лишь пустые коридоры и бесконечные бессмысленные кабинеты, ровно до тех пор, пока острый нюх не поймает по-странному знакомый запах, так желанный его пустому желудку.