Это не любовь, а заглушение одиночества.

Я помню больницу только в самом странном виде, когда лежишь на койке рядом кто-то важный для тебя сидит и следит за тем, как ты отходишь от анестезии. В палате тишина, уже не болит простреленный бок, а в метре от твоей койки еще одна. С твоим таким же потерпевшим товарищем. Смутно припоминается момент выстрела, много шума, потолок этой самой палаты. Примерно один день в итоге потеряли детективы, чего вполне хватило чтобы мафия успела сделать ход, но какой? Несмотря на то, что Йосано долго не хотели пускать к коллегам, она все же кое-как забралась туда и вернула их в прежний вид. Раздражение не слазило с лица Акико, она нервно трепала волосы и громко ругалась, чуть не разбила телефон, когда вновь не услышала гудки на той стороне. А когда услышала звонок, то даже разочаровалась в том, что это был Фукудзава. Уже две ночи Дазай где-то шляется. Не отвечает на звонки, не приходит домой. Квартира пуста, только несколько осколков какого-то стекла валялись на полу на кухне. Теперь оставалось ждать, когда очнутся детективы и спросить у них, вдруг они что-то знают. Вы когда-нибудь лежали с искусственной вентиляцией легких? Когда приходишь в себя после нее не очень приятное чувство в челюсти, довольно смешно пытаться открывать и закрывать рот. Особенно при отходе от анестезии ты лежишь и не понимаешь, что вообще происходит с тобой. Так вот сейчас лежал Эдогава, спустя день после выстрела он мог здраво мыслить и спокойно отреагировал на присутствие Акико. Немного затуманенная голова не особо мешала. Пулевого ранения, как и не было. Куникида почти в таком же состоянии лежал, рассматривая потолок. Тишина палаты должна придавать спокойствие, да? Сейчас же она лежала камнем на груди. Возможно, потому что нельзя до конца было осознать все происходящее. Ранпо хрипло смеется, чем привлекает внимание коллег. Доппо поднимается с койки и проходится по палате, Йосано продолжает разглядывать телефон. — Ацуши больше не вернется в агентство, — Эдогава следует примеру Куникиды и тоже поднимается. — Как бы ужасно это не звучало, но ничего не поделать, — разочаровано выдает Акико и поворачивается на блуждающих коллег. — Что произошло? — наконец нехотя вылетает эта столь избитая фраза. Куникида громко топает ногой от злости и летит к тумбочке дабы попробовать найти свой блокнот. — Тебя когда-нибудь Дазай озадачивал вопросом, на который он усердно ищет ответ? — Ранпо приземлился обратно на кровать. Йосано только странно посмотрела на Эдогаву и покачала головой, но потом вспомнила. — Есть два вопроса, но на один из них ответ вполне найден. Эта тварь Мори приближает свою смерть, — Акико начертила что-то пальцем в воздухе, не спуская взгляда с великого детектива. — Второй же вопрос более философский, а это «в чем же смысл жизни»? Эдогава продолжая в упор смотреть на врача, немного припоминал недавний диалог. — Дазай задавал мне первый вопрос и судя по твоему ответу, я сказал все правильно, — он почесал затылок и оторвал взгляд. — Куникида-кун, что же ты нам расскажешь? — Нет уж, Ранпо-сан, давайте вы первый, — начал отнекиваться Доппо. — Я понял причину конфликта заместителя портовой мафии и босса, — великий детектив радостно улыбнулся, немного скрасив атмосферу. — Так вот. Мори Огай скорее всего просто натравит на нас Дазая. Все под приказом Осаму будет выполнять несмотря ни на что. Пока не случится точка кипения, что произойдет при выходе из себя Фукудзавы-сана. Ему это надоест. И тут правая рука босса начнет работать на все сто процентов. Только вот есть одна проблема, — Ранпо аккуратно подошел к окну и выглянул в сторону высоток мафии. — Какая же? — нетерпеливый Доппо. — Не могу представить и предугадать, что же произойдет с нашими организациями. В особенности, что же сейчас происходит с сотрудниками. И каким образом сработает точка кипения, что будет ее инициатором, — побыв немного серьезным Эдогава потянулся и резко выхватил телефон из рук Акико. — Тебе стоит срочно связаться с ним. — У Дазая нет телефона, только тот, что в его кабинете, а к делу еще спрошу. Куникида-кун, как завязался ваш диалог? — Йосано только разочаровано смотрела на Ранпо. — Он вмешался в мое дело, его вытащили из речки, как труп, — Акико с Эдогавой с удивлением повернулись на Куникиду. — Позже оказалось, что он жив. Немного помог с расследованием, скорее полностью его решил и проходил все оставшееся время за мной по пятам. Даже не боясь, что в полиции его могут схватить. Мы не разговаривали, он только спросил мое мнение, а я ему не ответил, — Доппо раздраженно вздохнул. — После нашего прощания я лишь услышал фразу, что бесполезен. Ну и получил пулю в бок. Мы точно не сможем вернуть Ацуши обратно? — Шансы есть, но совсем малые, — тихонько сказала Йосано отобрав обратно телефон, вновь набирая номер. — Скорее всего он сейчас в основном штабе мафии. Куда простым пешкам просто не попасть, — Ранпо вздохнув смотрел на Акико. В глазах с черным пятном прошлого зажигалась искра надежды, когда она смотрела на экран и наконец услышала гудки. *** — Слушай, а не дешевое вино ты так усердно хранишь у себя в кабинете, — звуки открывающейся бутылки алкоголя до ужаса вызывали раздражение. Вид на Йокогаму был слишком обычным и уже не вызывал удивления. Вроде бы с пятнадцати лет и каждый год, каждый день видеть одну и ту же картину надоедает. Те же стены, стеллажи и книги на них, что он перечитывал по три раза каждую, чтобы его не подловил на чем-нибудь наставник. Сейчас читать их некому, покрылись пылью. Тот же стол и стул, иногда появляется еще три таких же. Единственное, что когда-то тут менялось это ковер. И он уже лежит и не цепляет лишний раз взгляд. Это место пропахло запахом хозяина. Больница. И он за пять лет как-то сам таскал на себе этот аромат. Возможно помощь в этом оказали бинты и постоянные обработанные ранения. До того, как был заперт Кью, он часто повторял, что от них всегда пахнет больницей. Юмено ненавидел этот аромат, а после своего заточения наконец перестал ощущать его всегда и везде. Почему-то сегодняшний вид этого места напоминает самое ненавистное воспоминание, только на столе босса лежит не черный конверт, а честно украденная бутылка вина. — Хочу услышать, как прошла твоя миссия, раз уж письменного отчета от тебя не дождешься, — босс, наливая себе в бокал красную жидкость, даже не посмотрел на своего подчиненного. Те же холодные глаза и заранее выбранная улыбка из всех, что Огай имел в запасе. Руки переплелись друг с другом и его взгляд устремился на два наполненных бокала, когда успел появится второй точно сказать не получится. — Сядь. Ноги потянулись сами, всегда, когда он заходит к боссу у него стоит два стула направленные на окна, так всегда. Иногда даже при Дазае Огай сам ставил второй стул. Зачем весь этот цирк? Исполнитель сел, но не особо торопился брать бокал. Они скрестили ноги, Осаму положил голову на кулак, вторую на ноги и ждал. Огай уселся почти так же только с вином в руке. — Детективы уже два дня в больнице, сейчас скорее всего уже стоят на ногах с помощью способности Йосано. Тигр в пыточной, а что насчет еще одного сотрудника агентства я пока что не знаю, — Дазай все же перешагнув через себя взял алкогольную жидкость, примерно понимая, что босс не будет с ним разговаривать если тот не выпьет. Ну что за человек. — Если хотите услышать в подробностях то… — Как давно ты живешь вместе с Йосано? — Мори перебил Осаму и повернулся, смотря ему прямо в лицо, прожигая все внутренности в поиске нужной информации. Исполнитель закрыл глаза и откинул голову на спинку стула, попутно делая глоток из бокала. И более чем уверенно зная, что отравы там нет. — Мори-сан, вам когда-нибудь говорили, что вы слишком прямолинейны? — Дазай продолжал так сидеть, но так и не услышал ответ на свой вопрос. Кто-то аккуратно постучал в дверь. Никто из них не обратил внимания на пришедшего, они оба хотели услышать ответ на вопросы друг друга. Накахара не услышал ни одобрения для входа, ни слова чтобы выйти. Только продолжал стоять, пялясь на странную картину. — Думаю прямолинейность неплохое качество, — наконец решил проиграть в их войне Огай и повернулся на Чую. — Можешь проходить, я готов слушать. — Хорошо, но, Дазай, — Накахара странно посмотрел на напарника, думая, что тот выйдет дабы он рассказал отчет. — Ничего страшного, Осаму-кун, же глава исполнительного комитета. Почти равен боссу, довольно странно, Чуя-кун, что ты не хочешь при нем что-то рассказывать, — Мори необычно улыбнулся и был готов слушать еще один отчет, хотя первый таковым совсем не назовешь. Дазай все так же не шевелится. После продолжительного рассказа насчет действий группы Чуи, стал известен тот факт, что он полностью провалил свое задание. Скорее всего поэтому не особо хотел говорить об этом при Дазае. Цель его миссии заключалась в похищении Джуничиро, но тот улизнул с помощью способности. Значит тут вновь нужен Дазай. — Я приму любое наказание за провал, — Чуя в ожидании приговора, долго смотрел на Осаму, думая, что тот точно засмеется над ним. Но ни Мори ни исполнитель не изменились в лице. Только спустя еще секунд пятнадцать Огай повернулся на Дазая. — Осаму-кун, у тебя прибавилось работы, — он ехидно улыбнулся, замечая первые действия спустя десять минут со стороны подчиненного. Бинтованный открывает глаз и презрительно смотрит на напарника и такой же взгляд получает в ответ. — Я не намерен делать его работу, пусть хоть ищет по всему миру эспера с такой же способностью, — Дазай еще раз глотнул вина и поставил его обратно на столик, что был рядом. — А еще у меня нет свободного времени для целой миссии, — он немного расплылся на стуле и сцепил руки. — Так и будет звучать твое наказание, Чуя, — Мори оперся на руку и внимательно смотрел на взволнованного рыжего. — Меня не волнует, как, но ты должен выполнить свое задание. Провал не принимается. Можешь быть свободен. Как только Накахара вышел атмосфера немного напряглась. — Наверное, сейчас он прибьет кого-нибудь по дороге, — говорит Осаму и встает со своего места. — Всего три месяца, Мори-сан, — Огай округляет глаза и пялиться на подчиненного. Дазай направляется к двери больше он говорить не намерен. — И что же ты думаешь теперь, Осаму, после прихода Чуи, — босс смерил его тяжелым и цепким взглядом, и махнул рукой. В это время люди у двери подняли на Дазая оружие, попутно заряжая. — Мори-сан, эта ситуация вам ничего не напоминает? — Осаму повернулся обратно на наставника. — Провал Чуи сильно сказался на общем плане, но отлично вылился на ваш личный. Вы хотите рассорить меня с врачом агентства. Если бы операция этого идиота прошла успешно, мы бы загнали Фукудзаву-сана в угол, тем самым получили бы выгоду в виде нескольких полезных эсперов. И только начинающийся конфликт пришел бы к быстрейшему окончанию, — не смотря на оружие Дазай пошел к двери. — А ты отлично усвоил урок двухлетней давности. Если Фукудзава-доно тебе что-то будет говорить, то будь любезен передай в точности, особенно если это будет приглашение о встрече. — Мори-сан, почему вы так сильно жаждете умереть, если у меня в этом есть смысл, то в чем же состоит ваш? — Осаму опять повернулся. — Если бы прошлый босс не заболел и не сошел между этим с ума, он бы поступил так же со своим подчиненным. А сам бы незаметно умер, но, как видишь этого не произошло. — Я не понимаю вас. — Вырастешь, поймешь, — наконец говорит Мори и выкидывает из своей руки пустой бокал. Что разбивается и Дазай выходит из кабинета. *** Пыточная — это самое отдаленное и ужасное место в мафии, оказаться там хуже, чем перед самим боссом, а если попасть в лапы не мелких сошек, то можно просто постараться сразу умереть. Особенно опасно попадать к Дазаю, но и с этим можно поспорить. Тигр находился в идеальном состоянии и тут виновата не регенерация, а бездействие Осаму. Все, что он делал это каждый раз вводил ему снотворное в организм, чтобы не раздражал лишний раз. Но если исполнитель его не тронул, то Рюноске иногда приходил выплеснуть на нем эмоции, что особо не выводило из себя Дазая. Ранение Акутагавы скоро полностью затянется, а до тех пор ему лучше на глаза не показываться наставнику. Он смог показаться Осаму хорошим псом только после того, как бесшумно утащил Ацуши из его квартиры. Задача была не из легких, но от провала будет хуже, чем от хорошей миссии. Выбора у Рюноске не было и никогда нет. В последнее время наставник все чаще перестает ругать его за все подряд, стал мягче и почти не попадается кому-либо из мафии на глаза. Живет слишком скрытно ото всех. Это началось полгода назад, а до этого времени Дазай кажется вообще не участвовал в делах, только приходил на собрания. Так было ровно год. В этот период из организации и жизни исчез Ода Сакуноске. В мафии даже появилась легенда о мафиози, что никого не убивал. До сих пор новички часто задаются вопросом легенда это или в самом деле. Когда Дазай исчез из дел мафии на время в мафии было очень странное общение, тогда еще много кто пришел работать в организацию. А по возвращению Осаму никто и не додумался предупредить об главе исполнительного комитета мелких сошек. Они относились к Дазаю, как к новому сотруднику, были вежливы, хорошо общались. Но потом старик Хироцу развеял их небылицы и рассказал о сущности их нового друга. Сейчас же они смотрят на него с опаской и винят себя за легкомыслие. — Эй, тигр, подъем! — Дазай похлопал мальчика по голове. Не успел Ацуши открыть глаза, как в пятую пыточную зашла Хигучи. — Простите, Дазай-сан, вам записка от босса, — она аккуратно протянула ее Осаму и исчезла за дверью. Внимательно осмотрев бумагу, исполнитель принялся читать ее. «Приведи тигра в порядок и узнай от Акутагавы одну прелестную весть, что не входила ни в один из наших планов, но значительно облегчит хотя бы твой.» От бумаги исполнителя отрывает телефонный звонок. — О! Так вот где я тебя оставил, но как же мне позвонили, — Дазай схватил мобильник и странно посмотрел на него. — С каких пор в пыточной ловит сеть?