Пока бегут волны

-А ну отошел от моей дочери! - Киллиан уже собирался броситься вперед, пока не заметил, что Кейт стоит с Пэном в обнимку, совершенно не так, как если бы была в заложниках. Дыхание в груди прервалось. На автомате, он вынул меч из ножен и выставил вперед, прицеливаясь острием в голову этому подонку. Последовавшие за этим действия Питера пронеслись у всех перед глазами за считанные секунды. Заслонив собой Роджерс, он, одним движением, вырвал меч из руки Джонса. Тот, с бряцающим звуком, заскользил по камню и остановился в нескольких метрах от владельца. -Генри, мы здесь! - пока Питер разбирался с пиратом, Свон разглядела у огромных песочных часов как рисующий свет факелов подсвечивал лицо ее сына и, немедля, рванула в его сторону. Она успела заметить, что мальчик никак не среагировал на ее голос, когда почувствовала, что летит по воздуху и бьется о рельефную стену пещеры. Упав на землю, она инстинктивно прижала руку к больному плечу, а правое бедро горело от удара. Несмотря на боль, она попыталась встать на ноги. Роджерс, воспользовавшись моментом, подбежала к ней и, выхватив кинжал, уперлась его концом в шею блондинки. Та, не желая сдаваться, сделала подсечку и девушка рухнула вниз. Бедро пронзило выстрелом - простым ушибом Эмма не отделается. Вскочив на ноги, Потерянная не стала атаковать - Спасительница обезоружена и теперь было достаточно просто держать ее в поле зрения с мечом наготове, чтобы та не натворила глупостей. Придвинувшись к стене, блондинка с трудом смогла встать, но не рискнула приближаться к противнику. -Что здесь происходит? - голос Генри отозвался в пещере звонким эхом. Повертев головой, он увидел знакомые лица - Мам, мам - перебросив взгляд от Реджины к Эмме, он сделал шаг назад вместо того, чтобы броситься в их сторону, что удивило обеих. -Генри, мы пришли, чтобы спасти тебя. -Неправда - Питер крикнул так, что отголосок еще какое-то время носился между присутствующими. Оглянувшись, он посмотрел на часы. Песчинок наверху оставалось ничтожно мало. Опустив руку на плечо мальчика, он указал ему в нужном направлении - Видишь. Нетландии и всем, кто находится на острове вот-вот настанет конец. -Генри, он лжет - Реджина выступила вперед, протянув руки к сыну. Питер и Роджерс переглянулись: оба заметили отсутствие браслета - Он хочет завладеть твоим сердцем, чтобы спастись самому. -Какой бред - парень сильнее надавил на плечо, но не настолько, чтобы спугнуть мальчонку - Смерть здесь не властна над людьми. Вы просто хотите, чтобы Бостон оставался в вашей тени, пока вы всем скопищем записываетесь в герои. -Мам, мам, я уже принял решение - Истинно Верующий с надеждой посмотрел в глаза Питера - Что мне нужно делать? -Всего-то отдать сердце, как я и говорил. -Нет! - бросившаяся вперед Эмма тут же застыла на месте. Было заметно, что Пэну изрядно надоел этот спектакль и он обездвижил всех, кроме мальчика и Роджерс, стоявшую у него за спиной, уже на автомате держа блондинку на мушке. -На меня твои трюки больше не действуют, мальчик - Реджина не стала подходить вперед, опасаясь, что мерзавец быстро расправится с Генри - Дорогой, прошу тебя. -Нет! - мальчик приложил руку к груди - Я не хочу, чтобы все погибли из-за меня. -Погибнет только Пэн. -Нет - на фоне остальных звуков, Роджерс никто не услышал. Только Джонс заметил, как ее губы едва шевельнулись и понял, что его дочь, как и остальные, не знает самого главного. Он, все же, одурачил ее. В ее ушах раздался противный писк, а правая рука, держащая клинок, начала подрагивать. Теперь все сошлось и рассказ Питера о заселении острова только подтверждал правоту королевы. До него сюда прилетали только во снах, но именно Пэн сделал Нетландию реальной и стал растрачивать все больше магических ресурсов. Все по закону иерархии: первым удар на себя принимает старший. Что же ты натворил? Ноги отказывались слушаться и девушка застыла, оказавшись перед выбором: спасти Генри, ценой жизни Питера или продолжать оставаться на его стороне и подтолкнуть мальчика к самопожертвованию, чтобы жил тот, чье умирающее сердце она, кажется, смогла оживить. Со своей стороны, Киллиан наблюдал как меняется лицо его дочери. Однажды, он уже видел его в собственном отражении, когда побег Кейт привел его на распутье. Ему потребовалось время и долгий путь, чтобы вернуться к исходной точке и пойти на зов совести, чести и долга. Несмотря на то, что дочь долгое время росла без него, они были похожи гораздо больше, чем думали. И, к его сожалению, не тем, чем можно желать: взросление без отца, пылающее от боли сердце, долгий поиск своего места в мирах и трудности выбора, ставящие под удар тех, кого они любят. По горячему лбу побежала капелька пота. Он был готов сорвать голос, лишь бы Кэйтрин услышала его и не повторяла те же ошибки, но сейчас его не слушались даже собственные связки. -Давай, Бостон, осторожно вынь сердце из груди и увидишь, сколько в нем силы - засветив руку Генри, Питер трепетно наблюдал за процессом. Сделав глубокий вдох, мальчик без промедления засунул ее в грудную клетку. Тело сразу же парализовал спазм. Инстинкты самосохранения отказывались отдавать то, что питает жизнь в еще не до конца, сформировавшемся теле. Приложив усилие, Генри, все же, вынул руку, держа в ней сердце, светящееся ярко-красным светом и не имевшее в себе ни одной червоточины. -Генри, прошу, не надо! Мы любим тебя и знаем, что ты - настоящий герой. Отдав ему сердце, ты умрешь! - по щекам Реджины побежали слезы. На ее глазах самый дорогой в мире человек готов был добровольно расстаться с жизнью. Оставаясь в стороне, Эмма также вытирала ладонью соленые капли. -Я люблю вас, мамы - с этими словами Генри поднес руку прямо к груди Питера, но тут же свалился вниз, еле удержав сердце. Теперь на месте мальчика стояла Роджерс, преградив Потерянному единственный путь к выживанию. Уловив вопросительный взгляд Питера, она сделала еще шаг вперед. -Прости. Пещеру заполнил крик. Не осознавая, что происходит, Реджина подбежала к сыну, на ходу вернув сердце обратно в грудь. Как только свет от него исчез, она быстро потянула его в сторону. Оставив сына в безопасности, она дала себе время оценить ситуацию. Несмотря на оглушительность крика, никто так и не понял от кого он исходил. Сделав шаг назад, Роджерс ответила на этот вопрос. Из живота Пэна торчала рукоятка ее клинка, отчего парень припал вниз. Ему захотелось рассмеяться во весь голос. Она оказалась другой, совершенно иной, чем в его представлении: сильной, ослепляющей и, к его сожалению, честной, но от этого он был не менее очарован. Когда Роджерс смотрела на него, забыв об исходящей опасности со стороны героев, он на мгновение застыл, запоминая каждую черту ее лица, ее взгляд, из которого еще не пропал интерес и восхищение. И Питер не чуть не пожалел, что решил показать ей, приоткрыть часть своей потерянной в этом тысячелетнем ожидании души. И, в этот раз, не для того, чтобы похвастаться или возвыситься в ее глазах, он хотел увидеть интерес, удивление по отношению к себе. Загвоздка оказалась в том, что все эти эмоции он сейчас отдавал ей. Улучив момент, Реджина достала припрятанную коробочку и приблизилась к раненному, но Роджерс не отступила и они встретились взглядами. Несмотря на бойкий вид, ее рука предательски дрожала как при лихорадке, а из пальцев заметались искры. Питер перевел гневный взгляд на Злую Королеву, но, увидев предмет, тут же попытался сделать невозмутимый вид. -Ты прекрасно знаешь, что это, верно? - издевательским тоном поинтересовалась Реджина. -Да - голос был хриплый, но уверенный - Так же, как знаю, что тебе его не открыть. -Ты в этом уверен? - она медленно развернула ларчик так, чтобы он заметил крышку. Камень, до этого оставаясь черным, теперь пылал бордовым цветом. Следя за его реакцией, Реджина не могла не улыбнуться. Пэн был явно напуган, хоть и старался не подавать виду - В таком случае внутри сейчас не бьется твоя Тень? -О чем она говорит? - вспомнив о девушке, Миллс махнула рукой и та отлетела к стене. Помещение разразил еще один рык. Киллиан снова попытался закричать, но это было бесполезно. Роджерс распласталась на каменном полу рядом с Эммой. -Это мой остров! Ты не имеешь права здесь быть! - Пэн попытался подняться, но рана пригвоздила его к полу, а любая попытка напрячь мышцы сразу же отдавалась болью по всему телу. -Замолчи и прими поражение с достоинством. -Питер Пэн никогда не проигрывает! -А вот это мы сейчас и проверим. -Взмахнув рукой, королева воспламенила шар и направила его на крышку. Оникс, впитав весь жар, запылал янтарным светом и та, без сопротивления, отворилась. -Эй! Закрой на хрен эту штуку! Обернувшись, Реджина увидела Роджерс, которая стояла за ее спиной, прижимая к себе Генри. Поначалу, женщина подумала, что эта ненормальная держит у его шеи кулак, но, затем, разглядела тонкую веточку, на конце которой росли колючки мор-шиповника. Шаг за шагом, девушка подвела Генри к Питеру так, чтобы они оба оказались между ним и королевой. С распахнутыми стеклянными глазами, она заговорила медленно, выдавливая из себя каждое слово: -Забирайте Генри и уходите. Я не желаю ему зла, но, если вы сделаете что-то с Питером, Нетландия заберет сразу две жизни. А если попытаетесь меня обездвижить, я все равно успею его поцарапать. Королева внимательно посмотрела в две темные точки, которые пристально следили за ней. В этих зрачках читались ужас и растерянность, но никак не угроза. Если она не дала Пэну убить ее сына, то сама, тем более, этого не сделает. Краем глаза Реджина видела взгляд пирата, который говорил сам за себя “не трогай Кейт”, отчего женщина подивилась его недальновидности. Оставив Роджерс с Пэном, они, тем самым, подпишут ей смертный приговор. Оборот “Убить одним выстрелом двух зайцев” подходил к ситуации как нельзя кстати. Оказавшись в ловушке, Генри старался дышать как можно аккуратнее, чтобы самому не задеть шеей отравленный шип. Пэн молча уставился на Роджерс, крепко сжимающую ветку с отравой, молясь, чтобы она не натворила глупостей. -Ну уж нет! Вы поплатитесь за то, что хотели сделать с Генри! - разъяренно выпалила брюнетка, занося руку для создания огненного шара. -Такой чести я вам не окажу. Слишком много людей умерло от руки Злой Королевы, и я не собираюсь пополнять их ряды. -Много на себя берешь - одним взмахом руки, Миллс сдавила горло девушки, с наслаждением наблюдая, как в ее глазах поселился страх. Однако, королева ошиблась, приняв его за ужас от приближения собственной смерти. Роджерс неотрывно смотрела в сторону Пэна. -Хороша королева! - Питеру все же удалось вынуть клинок из ноги. Залечить рану было невозможно, последняя крупица магии была нужна ему для другого - Все сделала чужими руками. -Еще не все - оторвавшись от девчонки, Миллс направила открытую коробочку в сторону Пэна, не сводя глаз с почти бессознательной девушки, которая рухнула вниз, защищая шею руками от невидимой силы. Темно-красным вихрем Питера начало затягивать внутрь. Киллиан бросился к дочери, схватив ее в охапку, защищая от магического вихря. Роджерс протянула к нему руку, надеясь, то ли попрощаться, то ли спасти. Вместо этого, Пэн взмахом переместил к себе Генри и тут же вцепился ему в ногу. -Отпусти! Отпусти меня! - мальчик попытался вырваться, но Потерянный схватил его обеими руками. Задержавшись на пару мгновений, он почувствовал, что сил больше не хватает и последний раз взглянул на Роджерс, прошептав неизвестные ей слова. Она перешла в ту стадию предсмертия, когда перед человеком возникает ясность. Она не предстала перед ней так, как описывается в книгах, в виде пазлов, складывающихся в одну картинку. Скорее это было похоже на шарики, сияющие перламутровым оттенком, которые соединялись в цепочку, словно бусы. И чем больше шариков объединялось, тем ярче они начинали сверкать. Несколько штук так и не вошли в цепочку, давая ясности открыться ей с другой стороны. И всем своим нутром, она больше всего на свете хотела подсветить оставшиеся шары. В глазах Питера девушка впервые увидела страх. Животный страх смерти пробрал всё его тело, но больше держаться он не мог. Расцепив пальцы, он исчез, не оставив за собой даже крика. Через секунду Роджерс, отключилась, уронив голову на колени пирата, не подозревая, что тот еще долго будет держать ее. Здоровая рука перебирала темные волосы, пока Киллиан настороженно слушал ее дыхание. Ее сердце билось очень быстро, двигая кровь по телу, и Джонс ощутил ее боль, забытую, раздирающую его сущность на две половины, несовместимые друг с другом в этом мире. Он сжал зубы, молясь и терпя эту агонию неизвестности – малая доля настоящей пытки, которую он испытал, потеряв дочь, много лет назад. Опустив взгляд, пират рассматривал ее лицо, воскрешая в памяти ее глаза, сверкающие как янтарем, так и вобравшие свет, ставшие темным коридором в ее потаенную душу.

***

Девушка стояла босиком посреди зеленой поляны, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь густой туман. Мозг возвел высокую непреодолимую стену, преграждающую путь к последним воспоминаниям и расставил ловушки, чтобы даже подойти к ней было неповадно. Вокруг нее вились прикрытые ветками ямы и петли, готовые обхватить ногу с особой деликатностью, чтобы подвесить любого смельчака вниз головой. Медленно, она обошла каждую, аккуратно лежащую веревку. Воздух в груди заперся, отказываясь выходить наружу, отчего у Роджерс начала кружиться голова. Приоткрыв рот, она медленно выдохнула. Так то лучше. Вытянув руки в стороны, девушка постралась сохранить равновесие. Ямы. Между каждой из них было расстояние в половину стопы, отчего ей пришлось двигаться боком. Под кожей снова зудело и единственным способом прекратить это было добраться до абстрактной цели, которую она даже не знала. Обходя одну за другой, она мимолетом оглянулась назад, к своему удивлению обнаружив, что там ничего нет - плотный туман заволок весь лес, по которому она пробиралась. Как она в нем оказалась? Перебирая в голове события, девушка не смогла вспомнить ничего, кроме Сторибрукских улиц. Продолжая идти, шаг за шагом, её взгляд остановился на небольшом камне на котором лежала флейта Пана. Аккуратно взяв её, Роджерс понимала, что этот инструмент до боли знаком ей, но не могла взять в толк откуда: играл ли кто на ней ее любимую песню или она принадлежал человеку, которого она знает? В голову пришла легенда о флейте Пана, чью музыку ... Пан. Почему ей так знакомо это имя? Внезапно поднялся ветер и туман, преследовавший её, начал постепенно отступать, приоткрывая ветвистое дерево с причудливыми красными плодами, выглядывающими из-за листьев. Ветки провисали под красным, почти багровым гранатом, готовым вот-вот упасть на мягкую траву. Путь к нему был свободен и девушка подошла ближе. Рука не дотягивалась до плода на нижней ветке даже, когда она предприняла попытку взобраться. Свалившись с ног, ей удалось сорвать лишь несколько зелёных листьев. Отбросив их в сторону, она снова потянулась за плодом. Как только ей удалось дотронуться до него кончиком пальца, все гранаты начали гнить, падая с хлюпающим звуком. Прикрыв голову руками, девушка прижалась спиной к стволу и почувствовала как его корни обвили ноги и тело. Нет,нет,нет,нет,нет! Кричать не получалось, звук застревал в груди, даже не думая выходить наружу. Один из плодов упал прямо ей под ноги, оставшись целым, но прикатившись ближе, раскололся на две части, хвастаясь сочными зернами. Роджерс потянулась, чтобы распробовать их, в горле пересохло и она уже не обращала внимания на спутанные ноги, когда издалека послышался свист, заставивший ее вздрогнуть. Вглядываясь, она продолжала попытки освободиться, но все было впустую. Странный звук стал громче и только тогда девушка разглядела стрелу, летевшую прямиком в ее грудь. От страха Роджерс зажмурилась, но боли не последовало. Приоткрыв один глаз, она увидела, что наконечник висит в воздухе прямо напротив груди, обвитая фиолетовым дымом. -Питер! - её будто ударило молнией - Питер! Остатки тумана окончательно рассеялись, обнажив темную худощавую фигуру, стоявшую неподалеку. Даже подойдя к ней вплотную, она оставалась черной, но Потерянную это совершенно не пугало. Девушка внимательно следила, как та схватила гранат и выкинула плод в противоположную сторону, после чего наклонилась и, положив холодное подобие рук ей на плечи, начала вдавливать ее в Древо. -Не надо! Питер! Стой! Очнувшись, девушка не сразу смогла открыть глаза. В голове снова гудело. Поерзав, она попыталась сдуть мешавшую на лбу прядь волос. После нескольких тщетных попыток, решила убрать ее рукой, но не смогла пошевелить ни одной. Запястья были туго связаны толстыми веревками. Что за хрень?! - слова собрались в одно предложение не сразу. Пытаясь двигать затекшими ногами, она прогнулась в пояснице - от кончиков пальцев до колена по мышцам побежал неприятный ток. Наконец, она смогла слегка приподнять стопы, которые, как оказалось, не были связаны. -Черт! Не открывая глаз, она попробовала изменить положение, но после долгих усилий у нее получилось только немного перенести вес на правую сторону. -О, посмотрите-ка, кто очнулся. Голос был до боли знакомый, но вслепую Роджерс не смогла определить его обладателя. Разлепив глаза, она увидела сначала светлые волосы, а за ними и шрам, проходящий от глаза до подбородка. -Лис - набрав в грудь побольше воздуха, она продолжила - Что ты тут делаешь? Что я тут делаю? Вспомнив, как Злая Королева практически убила ее, Роджерс охватил шок. Как она оказалась жива? -Понятия не имею. Ты уже валялась здесь, когда нас затащили на этот чертов корабль. Последнее слово прозвучало для нее как выстрел. - Мы на корабле? Каком корабле? Последние события замелькали перед глазами с невероятной скоростью, и только последний зафиксировался как в замедленной съёмке. Испуганные глаза Питера, непонимающе поднятые брови и губы, даже не дрогнувшие, чтобы просить о помощи. - Крюка твоего, кого же ещё? Они пришли в лагерь и сказали, что Пэна больше нет. Мы конечно не поверили, но, когда одна из этих показала шкатулку, стало ясно, что они не лгут. Многие испугались за свои жопы и согласились, чтобы их забрали. - А ты? - Конечно мне не сдалось это все, но из "благих побуждений героев" они обездвижили несогласных и перемахнули нас сюда. Роджерс в очередной раз безрезультатно попыталась ослабить веревку, которая перевязывала ей запястье. Ещё одна была обмотана вокруг тела и прижимала девушку к мачте. Феликс же ограничился перевязанными запястьями и ногами. - Почему сейчас ты мне все так легко рассказываешь ? - Чтобы ты знала чего мы из-за тебя лишились - он сплюнул на палубу, но это не принесло ему особенного удовольствия - Я предупреждал его, что тебе нельзя верить, но он меня не послушал. - Попав в шкатулку, он умер? - Я тебе что, ходячая энциклопедия? Понятия не имею. Жив он или нет, я всегда буду в него верить. - Я тоже. Но помимо веры, постараюсь сделать все, чтобы выяснить, что они с ним сделали. - Ты уже сделала, пиратка. С нас хватит. Поняв, что больше она от Лиса ничего не добьется, Потерянная осмотрелась. “Весёлый Роджер”, со стороны пленника, выглядел достаточно устрашающим, но не для нее. Со всех сторон слышались шаги и ей оставалось понять, к какой из трех мачт она привязана. Ориентиром стал спуск в нижние каюты, находившийся практически позади пленников. Это была фок-мачта. - Ты очнулась, слава Богу- из ниоткуда возник Крюк. Крадучись, он приблизился к подросткам, опасаясь, что его застукают - Как ты? Роджерс ответила гневным взглядом и снова поерзала на месте. -Знаю, но так ты не устроишь нам неприятностей по дороге домой. -Почему я жива? Киллиан понизил голос. -Ты не должна была умереть. Это было мое условие и Реджина сдержала его. Девушка не смогла скрыть удивления. Нахмурившись, она попыталась вспомнить события того времени, но, несмотря на отключку, прекрасно помнила, как срезала часть ядовитой ветки, и, позже, угрожала ей Генри. Питер… -Мы теперь пленники? -До поры до времени. Ваша судьба решится в Сторибруке, а до того, будьте паиньками. Мы скоро взлетаем. - Как взлетаем? Киллиан ретировался прежде, чем Роджерс успела договорить. - Тот еще гад - она первый раз за много лет увидела как Феликс ухмыльнулся. - Согласна - девушка подвигалась ещё немного, пытаясь почувствовать кинжал, и только чуть позже поняла, что он остался в пещере, после того как выпал из бедра Питера. Она лишилась единственного амулета - Сколько человек на корабле? - Наши, пират, Спасительница, Королева, фея, недотёпок Бэй.. - Погоди. Тинкербелл здесь? - Да, она появилась вместе с остальными. Мне надо её увидеть - Поднять паруса! Крик холодом прокатился по спине девушки, возвращая её в далёкое прошлое. - Как они собираются покинуть Нетландию? Лис ничего не ответил, только продолжал крутить головой, в надежде увидеть хоть кого-то из своих. Роджерс не потребовалось много времени, чтобы понять - пока они в этом мире, у нее ещё осталось немного сил, чтобы освободиться с помощью магии. С огромной тяжестью на душе, она придалась воспоминаниями о Пэне. Ненависть к Реджине родилась довольно быстро и ее бы хватило, на то, чтобы поджечь опутывающие её канаты. Сконцентрировавшись, она представила как вокруг неё одна ниточка за другой, начинает полыхать канат, как пламя быстро перескакивает на запястья, не обжигая ее, но открыв глаза, не почувствовала даже легкий запах дыма. Следующие попытки оказались столь же бессмысленными. Сил было недостаточно, а в Сторибруке она была уверена, что вовсе лишится их, считая, что магию даёт ей сам остров. О том, что Реджина буквально выкачала из неё волшебство, пока она была в отключке, Роджерс узнает позже. О том, что магия была дана ей в тот момент, когда Тинкербелл залечила её переломы, передав таким образом часть своей силы, не узнает вовсе... Корабль медленно начало окутывать желто-зеленое свечение. Сначала нос, где все ещё виднелись отметины от первых букв старого названия судна. Затем распространившись вдоль внешней части кормы, она покрывала закрытые отверстия из которых раньше торчали дула, и, добравшись до самой крайней досочки на задней корме, начала приближаться к бизань-мачте. Потерянные внимательно следили за краем этого волшебного шлейфа, когда он пополз наверх. Реджина с Эммой, в это время, стояли за спиной Тинк, втроем взявшись за руки. Фея делала большие успехи, но её сил, все же, не хватило бы, чтобы в одиночку поднять целый корабль. Бэй с Киллианом стояли за штурвалом, держа курс на вторую звезду слева. Поговорить о произошедшем они ещё не успели, но парень был единственным, кого Киллиан подпустил к себе в подмогу. Белфайер неохотно, но твердо держал руль. Капитан жалел, что ему пришлось собственноручно привязать дочь к мачте как заарканенного зверя, но альтернативный вариант - держать её в забвении весь путь - его определённо не устраивал. Когда пыльца полностью заволокла поднятые паруса и уже добралась до вороньего гнезда, “Роджер”, раскачиваясь в стороны, начал медленно отрываться от водной глади. Пленницу охватил трепет. Больше всего на свете она жалела, что не может взглянуть на Нетландию в последний раз. Закрыв глаза, она позволила показаться одной слезинке, и та тут же покатилась по щеке. Лис, наблюдавший за каждым проходящим мальчишкой, мысленно проклинал их, а в сторону Элевена даже цокнул, показав шею. Догадаться было не трудно: стоит Феликсу выпасть из поля зрения Сторибрукского шерифа, маленькому городку штата Мэн не видать покоя. Если он действительно начнёт мстить каждому, кто по его мнению предал доверие Пэна, включая её, придётся потратить драгоценное время, чтобы вывести его из игры, и уже потом разбираться с остальными хлопотами. Краем глаза она уловила невысокую фигурку, которая подошла к Реджине. Теперь, когда “Весёлый Роджер” парил в воздухе, ей не было нужды помогать Динь - вся ответственность сейчас лежала на капитане корабля и его помощнике. Королева медленно наклонилась вперёд и поцеловала фигурку в макушку, после чего оба встали с другой стороны от мачты, выпав из виду. То, что с Генри все в порядке немного успокоило её. Этот паренек запал ей в сердце, и она уже ничего не могла с этим поделать. Так же, как и с Белфайером. После всего, что она сделала вряд-ли её извинения принесут хоть какую-то пользу. Она рассказала ему правду, а дальше пусть делает с ней всё, что пожелает. Единственное, за что ей было обидно - Румпельштильцхен вернёт своего сына её же руками. Оттого, что она сделала Тёмному одолжение, ей стало не по себе. Но, пока время на её стороне, у неё ещё будут шансы ему отомстить. И она всей душой надеялась, что Белль бросила его после обмана с кинжалом. Не помешало бы раздобыть его во второй раз. Что ж, никто не говорил, что будет легко. Тяжко придется только если её не посадят или, того хуже, вывезут за пределы Сторибрука, наложив какое-нибудь невозвратное заклинание. Роджерс была уверена в одном: если все продолжат видеть в ней злодея, придётся им стать, чтобы играть в свою пользу. Питер был злодеем, готовым убить Генри, но глубоко внутри в нем жили и теплые человеческие чувства. Реджина истребила треть жителей Зачарованного Леса и наложила заклинание, но сейчас на нее смотрят другими глазами. Девушка уже заставила себя ненавидеть и остается только двигаться в этом же направлении. Питер шел к цели, несмотря ни на что, но пусть хоть весь мир перевернется, если он сбросил ради нее маску злодея. Как бы то ни было, это был единственный человек, который видел её насквозь и принимал безусловно. И, если он жив, а она чувствовала, что это так, то обязана вытащить его из этой треклятой коробки. Витая в мыслях, Роджерс не заметила, как за ее спиной стоит Генри, внимательно наблюдая за ней. Она слышала только шум волн, оставшихся от прошлой жизни. Рассекая воздух, “Веселый Роджер” беспрепятственно летел, окруженный бесконечным ночным небом и яркой плеядой звезд. Эмма думала, что у нее есть немного времени расслабиться, пока она не приземлятся в Сторибрукском заливе. Киллиан был рад, что его дочь сделала правильный выбор, но ему не давали покоя ее чувства к Пэну. Реджина вдыхала морской воздух, и представляла как придя домой, они с Генри смогут спокойно поужинать. Бэй знал только одно - он ни за что не станет встречаться со своим отцом. Единственным желанием было увидеть новый мир, где, он наконец, сможет вырасти. Тинк снова и снова репетировала речь, которую скажет Голубой Фее. В голове Генри сменялись образы, которые он с трудом выудил из своей памяти, среди которых была большая книга с картинками. Принцессы, путешественники, герои и злодеи, но не было его, однако мальчик надеялся это исправить, вписав себя в переплетения чужих историй. А, пока, глава каждого человека, находящегося на корабле, подходила к концу.