Пока бегут волны

В маленьком городке штата Мэн часовая башня пробила пять часов, когда трое подростков уверенно шли по лесу, пытаясь отыскать цель своего путешествия. -Думала, ты будешь менее предсказуем - Роджерс пыталась не выдавать царившую внутри панику. С каждым шагом, она проходила все стадии, характерные для человека, оказавшегося в такой ситуации. Сейчас, именно паника, вкупе с гневом были обращены не только на Пэна, но на всех причастных к этой истории, в том числе и себя. - А что мне ещё остаётся? Несмотря на то, что я в теле своего ненавистника, я все ещё остаюсь собой. - К слову об этом, когда ты планируешь вернуть свое? - девушка старалась не смотреть на лица своих спутников, в которых теперь видела лишь марионеток. - Как долго нам ещё идти? - почувствовав себя лишним, Феликс решил напомнить о себе. Когда Питер явился за ним в офис, заключённый не сразу осознал, что перед ним стоит тот, кому он преданно служил ни один век и кого уже несколько дней считал мёртвым. Смириться с гибелью Пэна было удобно, в первую очередь потому, что закрыв эту изрядно обветшалую дверь, он мог открыть себе новую, в мир, который он никогда не видел и о котором, при всем желании, не мог расспросить Роджерс. И, если в Нетландии не говорили о прошлом, то здесь, он сразу решил, что увидит все своими глазами и сам решит как ему относится к миру без магии. Когда же Пэн, чужой рукой, открыл замок, внутри Феликса все рухнуло. Перед ним снова возникла воронка прошлого, которая затягивала его на самое дно. Не выказав ни единой эмоции, парень послушно встал и медленно зашагал вслед за своим предводителем, обреченно осознавая, что его единственный шанс покинуть город потерян. - Не знаю, в прошлый раз я подходила к колодцу с другой стороны. К тому же, я добиралась на машине. - На чем? - Лис искренне хотел узнать, что это такое, хотя голос выказал пренебрежение. Роджерс пропустила вопрос мимо ушей. Объяснять мальчишкам из леса что такое машина, равносильно ее попыткам рассказать о диснеевском мультфильме про них самих. Она лениво посмотрела в его сторону готовясь закатить глаза, но тут же передумала, разглядев за маской насмешника неподдельный интерес, поэтому следующие полпути девушка как могла рассказывала о машинах, автобусах и катерах. Оба парня внимательно слушали её, пытаясь визуализировать заниженную повозку, облитую разными красками, от которой слышно гудение работающей мельницы с сидениями, мягкими как мох. Она сама не заметила, как отвлеклась от мысли о своей скорой гибели.

***

Подъезжая к городской черте, Свон ещё издалека заметила две тёмные фигуры, разделяющие внизу жёлтую полосу. Голд стоял ровно и невозмутимо с ящиком Пандоры в руках, выражая полное спокойствие, несмотря на внутренний раздрай. То, что Пэн завладел телом его сына после стольких лет пленения в Нетландии сделало вечного молодого Питера его врагом номер один. Во время своего заточения, Штильцхен не раз представлял что сделает с этим ублюдком, когда тот снова станет собой. Ему было мало просто уничтожить, Пэна ждала хитроумная расправа. Почему бы ей просто не перенестись сюда и не заставлять нас ждать? Узнав о сыне Голда, Реджина ощутила прилив материнских чувств и выразила соболезнование и понимание. Белфайер был неплохим человеком, который сумел внутренне противостоять и Пэну и его ручным собачкам. Выбор для переселения был для главаря очевиден, и женщина надеялась, что они сумеют вернуть Бэя без каких-либо повреждений. - Все, я здесь. Можем начинать. - Мисс Свон, понимаю, речь идёт не о жизни вашего ребёнка, но прошу Вас быть пунктуальной и хорошо постараться над заклинанием. От такого укола блондинке стало не по себе. Она задержалась в больнице всего на пять минут, пытаясь убедить Киллиана не вмешиваться и обойтись без импровизации, однако, как только он рассказал о проявившихся способностях дочери, Свон тут же поспешила к черте, предупреждая Королеву об ещё одном форс-мажоре. - Тем более, если у Роджерс появились силы - продолжил маг - Она давно уже распознала подмену, я в этом не сомневаюсь. - Тогда нам не до разговоров. Начнём? Переключив взгляд с мэра на Голда, Эмма, насколько это возможно, постаралась взять себя в руки. - Мисс Свон, Ваша задача - подавать энергию и как можно больше. Остальное мы сделаем сами. Как только вы увидите, что дым из ящика Пандоры принимает форму, идите за городскую черту вместе с этим - Румпель протянул ей кусок ткани, размером с шарф, который привлек её внимание как только они встретились. - Задача понятна. - Тогда приступим. Нагнувшись вперёд, Штильцхен осторожно поставил небольшую коробку четко на ближней границе жёлтой полосы. Кроваво-красный камень, обвитый витиеватыми узорами, смотрел на небо, кое-где прикрытое макушками сосен. Вся троица закрыла глаза. Королева и Румпельштильцхен начали читать заклинание.

***

-Вот мы и на месте. Колодец, через который мы с Генри попали в Нетландию - сама того не замечая, Роджерс вцепилась в край как за спасательный круг. - Выглядит обычным - Лис безынтересно обошел его, не забыв заглянуть вглубь. - Так что мы будем с ним делать? - последовав его примеру, Роджерс перегнулась через камни и посмотрела в мрачные пресные воды, плескающиеся на дне, вспомнив морские волны, а вместе с ними и маму. Пока бегут волны, я всегда буду думать о тебе - Мы создадим новую Нетландию - и Пэн и Роджерс услышали в голосе Феликса нотки раздражения. - Можно сказать и так - положив свёрток на каменный выступ колодца, Пэн оглядел своих спутников. - Подойдите ко мне, друзья мои. Сопровождавшие повиновались. Кейт встала по левую руку, продолжая глядеть в темную холодную воду, которая билась о каменные стенки. Лис, по обычаю или привычке, занял место справа. Затем, оба услышали того, что совершенно не ожидали.

***

Эмма открыла глаза, как только удостоверилась в том, что энергия равномерно поступает через пальцы вовне. Красный дым уже начинал закручиваться на дороге, ведущей в обычный мир, без фей, ведьм и принцесс. Свон не раз задумывалась, что бы она делала, не появись Генри однажды на её пороге, а потом смахивала слезу, осознавая возможную обреченность. Она бы полностью отдавалась работе, а затем, упаковав три спортивные сумки, отправилась бы на юг, заскочив по дороге в Таллахасси. Сейчас, она размышляла о возможном будущем с Киллианом и Генри в одном из южных штатов, где обязательно будет причал для "Весёлого Роджера", но все это было слишком идеальным, чтобы быть правдой. Без злодеев, иных миров и появления новых родственников она могла только фантазировать об этом, превратив это в свою тайну. Тёплый свет продолжал окутывать коробку наравне с фиолетовым и темно-серым. Когда дым принял форму колонны, Эмма заступила за жёлтую линию.

***

- Я вижу, насколько вы оба преданы мне и, вынужден признать, я рад, что мы остались именно в такой компании. Но я чувствую, что несмотря на поддержку, вы не разделяете моих идей. При этих словах Роджер и Лис испуганно переглянулись. - Я не могу заставить вас насильно присоединиться ко мне, но, когда мне удастся сотворить новую Нетландию в одиночку, вам будет предоставлено отдельное место. Кейт всеми силами заставляла себя слушать, что говорит Пэн. От страха сознание пыталось переключиться и выбрало старую морскую песню, которую она слышала от моряков, и которую она пела, когда только попала на остров. Слова Питера звучали где-то на фоне. - Вечная молодость, на первый взгляд, то, что хотят все, стараясь оградить себя от проблем и обязательств. Сейчас я вижу, что ты - он повернулся к Феликсу - Слишком долго пребывал на острове и теперь хочешь посмотреть мир. А ты - он обратился к девушке - страшишься отправиться в бега. Но, взяв с собой Белфайера или Лиса, ты хотела бы попробовать сбежать ещё раз, я прав? Подростки остолбенели, не зная, что сказать. Пэн досконально прочитал их мысли и Кейт стыдливо опустила взгляд на запыленные ботинки, а Феликс вопросительно смотрел ей в макушку. - Посмотрите в колодец - тело Бэя наклонилось почти параллельно воде, рыская в поисках невидимых ответов - Будущее, любое будущее, не сильно отличается от того, что вы сейчас видите перед собой: оно холодно, неизведанно и пугающе. Не все готовы к нему. Он выпрямился и достал из кармана пиджака маленькую склянку с зеленой жидкостью и свёрток, который он забрал из склепа Злой Королевы. - Я сделаю вам одолжение и облегчу совесть - откупорив крышку, он вылил содержимое на дно колодца. Каждый следил как жидкость быстро растворяется среди самого главного из зелий всех миров, которое пропитывает растения, животных и людей - Я не собирался создавать новый мир для детей. С этими словами он за считанные секунды достал ещё одну склянку и облил содержимым руку заставив её сиять жёлтым светом, мерцая в угасающем луче солнца. И, пока Феликс завороженно смотрел на неё, Роджерс желала в последний раз взглянуть на лицо брата. Не дав обоим времени осознать происходящее, Пэн протянул руку вперёд, почувствовав как пальцы прошли сквозь тёплую плоть и ухватились за бьющееся сердце, которое уже ускорило ритм от страха и выплеска адреналина. От боли жертва согнулась, стараясь поймать ртом остатки воздуха. Глаза вопросительно устремились на своего убийцу, на лице которого читалось сожаление. Из соображений гуманности, Питер резко выдернул окровавленную руку из грудины, держа в ней бьющийся орган. - Жаркое и вечно-молодое сердце. Оно может пылать не только любовью, но и безмерной преданностью, не так ли? Роджерс не могла оторвать взгляда от нахлынувшего ужаса. Бездыханный Феликс лежал на земле, распластавшись в неестественной для него позе: ноги собранные вместе в коленях завалены вбок, руки вытянуты по сторонам, а стеклянные глаза, которые еще утром надеялись увидеть мир в ожидании новой жизни, смотрели в бесконечно-голубое небо. - Сконцентрируйся на моем голосе, Роджерс. Правду будешь знать только ты, хорошо? Тело Белфайера перегородило ей ужасную картину. Чистой рукой молодой человек прижал её к себе. Попытки вырваться ни к чему не привели и девушку охватило оцепенение. В ней смешивались облегчение от продолжения жизни, страх, что ее время на исходе, горе от потери брата и какого-никакого друга и ненависть к убийце обоих. Она не представляла чего в ней сейчас больше и как реагировать на происходящее, но по прежнему была уверена, что Питер вырвет её сердце, как когда-то сделала Реджина, убив своего отца, чтобы наслать заклинание на Зачарованный Лес. Питер не мог точно знать, заменит ли преданность любовь. Он мог с легкостью лишить её жизни. От этих мыслей у нее начали сдавать нервы и затряслись руки, на щеках появились слезы, а ком в горле не давал закричать. Боясь рухнуть на землю от переизбытка чувств, ей оставалось только опираться на тело брата, которое ему даже не принадлежало. К какофонии чувств прибавилось отвращение, но она продолжала стоять. Услышав, что Питер обращается к ней, Роджерс ничего не оставалось кроме подчинения и она стала вслушиваться. Сам Питер, не получив отказа, посчитал, что может продолжить: - Давным-давно один мальчик путешествовал с труппой бродячих артистов, которые давали выступления и в поселениях, и в городских стенах различных королевств. На одном из таких мальчика заметил придворный самого принца и выкупил его у тех, кого он считал родителями за десять серебряных монет. Это много, очень много, и они посчитали, что это приемлемая цена за жизнь ребенка. Тогда мальчик не понимал, что он сделал не так и почему его разлучили с семьей. Только через много лет до него дошло, что никакой семьи у него, в принципе, и не было - Питер сделал глубокий вдох - Я отвлекся. Так вот, мальчик стал придворным шутом для королевского сына, который был чуть старше его самого. Взрослея, мальчики подружились и не раз принц участвовал и покрывал поделки своего слуги. Эти двое обещали, что их дружба будет длиться всю жизнь, и они всегда смогут рассчитывать друг на друга. Они росли, не ведая страхов, забот, и самой жизни, которая решила перевернуть игру. Прости мне мой высокий слог - поглощенная рассказом, Кейт не заметила последних слов - В один из вечеров, когда мальчик выполнял свои обычные обязанности во дворце, он узнал, что принц разбился, гоняясь за оленем на охоте. Единственный наследник престола, Габриэль, умер в возрасте шестнадцати лет. Ближе у обоих никого не было. Оплакивая его, слуга осознал, что больше он никому не нужен, и в одну из ночей, он сбежал, решив, что лучше уйти самому. Скитаясь по лесам, он вспомнил о волшебной стране, которую давным-давно видел во сне: без боли и страданий, где светит солнце и останавливается время. Роджерс почувствовала, как нервно поднялась его грудь, а рука сильнее прижала её к себе. -Ты была абсолютно права, назвав меня лицеделом, хоть я и предпочитал называться артистом. Но я не могу позволить себе нарушить клятву, данную другу. Я не могу расти без него - отпустив руку, он медленно отстранил девушку. Слезы на щеках немного подсохли, но чёрные глаза все ещё смотрели себе под ноги. Она почувствовала озноб и обняла себя, немного скукожившись - Я не хочу умирать, как Габриэль. Я вообще не хочу умирать! Но правила этого мира работают иначе. Даже в этом гребаном городе, где каждый сантиметр земли пропитан магией, я не могу оставаться в своем теле вечно. -А как же, как же Лис? - она прошептала это так тихо, что Питер еле услышал ее. -Дружба, Роджерс, это когда вы учитесь друг у друга, когда вы на равных. Лис хотел лишь стать лучшим из подчиненных. Если бы я знал, что появишься ты… Он остановился на полуслове. С телом Бэя что-то пошло не так.

***

Эмма внимательно следила за тем, чтобы не пропустить момент, когда дым станет осязаемым, чтобы набросить на него ткань. Реджина с Голдом не переставали направлять энергию на ящик: то, что оказалось затянутым в него, обычно, не возвращалось. На исходе сил, оба посмотрели друг на друга и одновременно опустили руки. Свон повесила ткань туда, где предположительно должны были оказаться плечи. К её удивлению, через несколько мгновений, из красной завесы появился Питер Пэн. Не понимая происходящего, он посмотрел сначала на блондинку, а затем и на двух человек, стоящих в границах города. Остановив взгляд на отце, он прочитал смесь горя и облегчения. Пытаясь сконцентрироваться, парень пошатнулся - в голове шумело, а ноги еле удерживали его в равновесии. Приложив ладони к виску, пальцы легли на коротко стриженные волосы. Он растерянно продолжал копаться в собственной памяти, выискивая ниточку, которая могла бы привести его туда, где он оказался. Эмма не решалась подойти, несмотря на то, что они находились в мире без магии. Она забыла какого это, но чувствовала, как время бежит сквозь пальцы. Рискнув нарушить воцарившееся молчание, она решила проверить их гипотезу: - Добро пожаловать в Сторибрук, Пэн. - Что? Почему вы называете меня Пэном. - Что последнее ты помнишь? Растерявшись, парень заставил шерифа заподозрить ложь и она включила свой дар ее распознавания. - Я помню как сидел в стороне от Потерянных и ждал, кто вернётся с Пика Мертвеца, вы или Пэн - он снова задумался - Больше ничего не помню, будто уснул и проснулся здесь. - Бэй - Голд с горечью выдохнул его имя так, чтобы никто не услышал. Реджина прикрыла глаза, она никогда ещё не видела Румпельштильцхена таким разбитым и уязвимым, хоть его голова никогда не была здорова, сейчас же, она увидела за стеной монстра отца, давно потерявшего сына. Эмма продолжила. - Ты не уснул. Пэн каким-то образом смог переселиться в твоё тело и представляет большую опасность вместе с Роджерс. Приготовься к тому, что ты сейчас увидишь. Достав из заднего кармана джинс телефон, она включила на нем фронтальную камеру и направила её на Бэя. От увиденного он ужаснулся. Он стал тем, от кого бежал не одно столетие. - Так, теперь нам надо вернуться в город, чтобы поменять вас обратно. Времени мало, все к машине. Понимающе кивнув мальчику, Эмма подошла к нему и протянула руку. Он, не колеблясь, сделал то же. Пытаясь избегать контакта с отцом, даже чужими глазами, он прошёл мимо, рассматривая жёлтый жук. Королева с тоской смотрела на эту сцену, однако быстро вернула мыслям должное восприятие. - Пойдём, Голд потом разберешься. Когда все сели в машину, Эмма на автомате потянулась к ключу зажигания, однако брюнетка её остановила. - Ну уж нет, нам пора ускориться. Маленький автомобиль окутал фиолетовый дым, перенеся его с пассажирами прямо к лавке ростовщика. Проходя в заднюю комнату, Бэй не мог не удивиться количеству предметов, выставленных на витрине. Увидев свое отражение в раритетном зеркале, он быстро зашагал в заданном направлении. Свон аккуратно положила руку ему на плечо. -Нам сюда - отодвинув штору, Голд жестом пригласил всех пройти внутрь. За спиной раздался звон колокольчиков. - Киллиан, что ты тут делаешь? - подойдя к нему, Эмма крепко обняла его и, наконец-то, немного расслабилась. Вызволить Бэя оказалось сложнее, чем она предполагала и теперь она обрадовалась, что может на кого-то положиться. - Я знал, что рано или поздно вы придёте к Голду. Оставалось только выжидать. Свон одними губами прошептала "спасибо" и, развернувшись, потянула пирата за собой. В комнате Белфайер уже лежал на небольшой кровати, не сводя глаз с потолка. Румпель собирал необходимые предметы: широкий кожаный браслет, чашу и несколько ониксов, лежавших на столе черными каплями. Повернув голову, парень внимательно рассмотрел каждый, но прежде всего обратил внимание на кинжал. От одного его вида, в нем возродилось то, что он подавлял столько лет. Едва взяв себя в руки, он с опаской посмотрел на пирата. Теперь первым в глаза бросался не железный крюк вместо руки, а огромный синяк, расположившийся на лбу. - Это она вас так? - А кто ж ещё? С Румпельштильцхеном мы давно зарыли топор войны. Не оценив сарказма, Голд подал голос из дальнего угла: - К сожалению, не на твоей могиле. Бэй сразу сложил два и два: история Роджерс о мести и ее желание отыскать обидчиков была ему близка. Вернувшись к остальным, Штильцхен приставил к кровати стул и знаком попросил сына дать руку. - Нужно немного твоей крови, это мощное заклинание. Неохотно, Бэй протянул ему руку Питера. Резать ладонь было не самым приятным ощущением, но как только Румпель получил нужное количество, тут же залечил порез. - Это было не обязательно. - Пусть так - остальные молча наблюдали за его действиями. Сейчас он впервые выглядел как старик, трепетно ухаживающий за больным сыном. - А вот это точно обязательно - мужчина надел Бэю кожаный браслет - Сильная штука, блокирует любую магию. Когда Пэн снова станет собой, мы должны убедиться, что он не причинит никому вреда. - А где моё тело? - Этого мы не знаем - Свон решила взять удар на себя - Но как только ты очнешься, постарайся найти кого-то из жителей. Они подскажут тебе как дойти до гостиницы "У бабушки". Там ты сможешь поесть и отдохнуть. Прости, что не успели найти тебя. - Пэн годами играл с Потеряшками в прятки, так что спасибо. Окропив камни кровью сына, Голд провел над ними кинжалом, нашептывая слова на непонятном языке. Бэй отключился, глаза Пэна закрылись.

***

- Питер? Питер! Как только Пэн бессознательно рухнул на землю, он выпустил сердце и оно откатилось к своему бывшему владельцу. Упав на колени рядом с телом Бэя, Роджерс аккуратно положила его голову себе на колени и начала прогонять все возможные варианты. Первый - Пэн мог не до конца завершить переселение и души могли вернуться на свои места. Второй, и самый страшный - Белфайер мёртв. Инстинктивно Кейт потянулась к ремню, но, не обнаружив там кинжала, взвыла от негодования и накопившихся эмоций. Она привыкла, что на лезвие иногда попадает чье-то дыхание. Приложив пальцы к шее, она сняла галстук и постаралась нащупать пульс. Почувствовав поток крови, она выдохнула. Бэй, по крайней мере его тело, было ещё живо. Значит, Пэн просчитался. Она посмотрела в сторону, где по её воспоминаниям, проходила дорога, ведущая в Сторибрук. В голове мелькнул ещё один вариант и он ей не понравился. Обняв Бэя, она решила дождаться, пока он очнется и начала молиться, за то, чтобы глаза открыл уже ее брат. Действия и рассказ Питера сбивали её с толку и она решила, что он, при любом раскладе, справиться без неё. А Бэй не заслуживает проснуться в лесу рядом с трупом одного из преследователей. Поглаживая волосы, она запела колыбельную, которую когда-то ей пела мама. Её песню слышали оба.

***

Тело Пэна судорожно затряслось на маленькой кровати. Если бы Румпель решил дотронуться до него, то почувствовал, что его мышцы одеревенели как у мертвеца.

***

- Бэй, Господи, не умирай. Я не могу тебя потерять, прошу. С каждым новым содроганием девушка держала брата все крепче. Приступы конвульсии становились все чаще и она не знала, как ему помочь. Пытаясь найти в себе силы на магию, она каждый раз упиралась в пустоту. Последние события полностью опустошили её и теперь оставалось только молиться. Окруженная густым лесом, она боялась остаться одна, наедине с трупами. Холодный страх подобрался слишком близко, но Роджерс не позволяла ему пройти через себя. Из-за слез она почти ничего не видела. Белфайер пребывал на грани смерти, и она не хотела его терять, как когда-то маму. Их маму. Эта мысль возмутила ее: Бэй не смеет повторять ее судьбу и умирать молодым на её глазах. Она сделает все что угодно, чтобы не допустить этого. Прижав непослушное тело крепче, девушка обвила его грудь руками, чтобы он смог опереться на неё спиной и, положив голову ему на плечо, закрыв глаза, начала думать обо всем, что связывало их столько лет в Нетландии. Роджерс держалась за обломок мачты во время бури. Вокруг неё вздымались волны, которые то и дело готовились обрушить на крохотное тело тонны соленой воды. Вместе с штормовым ветром они не давали ей вздохнуть полной грудью и лишь заставляли озираться в ожидании погибели. Руки уже не так крепко держались за спасение, ногти до крови вцепились в деревяшку. Силы были на исходе. "Это всего лишь страхи, которые я могу контролировать" Но волны не утихали, подбираясь все ближе, грозившись захлестнуть девушку и отправить его на морское дно. Из подсознания перед ней возник Питер, стоящий под тенью Древа Дум. - Позволь страху пройти через тебя и тогда останешься только ты. Все, чего ты боялась, останется позади. Колеблясь, она чувствовала как руки медленно отпускают вырывающийся обломок. "Сейчас" Прижав тело Белфайера, она позволила волнам с шумом накрыть её и затянуть на глубину. Ощутив холод, ее охватила паника, а, затем, вокруг стало тихо.