Созерцая тёмный мир...

      Победа над Варнером принесла для жителей Арнира множество положительных новостей и эмоций. Они были свободны от головной боли и больше не носили на себе тяжёлое бремя. Не только для мирных жителей победа над злейшим врагом была хорошей новостью, Гектор и Доктор Блэк восстановили свою репутацию и им даже новый правитель предложил переселиться в Арнир, а им стал никто иной, как Рома. Но Лозовый отказался от такой возможности. Ему было в тяготу рассказывать такие новости, когда они уже свыклись с Гарденсией, с местной флорой и фауной. Здесь Гектор ощущал себя куда более комфортно, нежели прежде в Арнире. Доктор Блэк не отказался от такой возможности. Он перенёс свою лабораторию в одну из башен замка, которую ранее, когда ещё на престоле торжествовал Варнер, охраняли стражи. На деле, Иссушающий просто перенёс бòльшую часть вещей, книг, старинных записей и дневников в Арнир. Старая лаборатория осталась на прошлом месте, как элемент для подстраховки, если башня окажется непригодной для проживания (А порой Блэк мог проводить опасные эксперименты, которые подвергали не только его жизнь к плачевному исходу). Больше всего радовало Иссушающего то, что под башней находилась огромная библиотека, в которой хранились письменности, летописи, книги от других учёных и даже основателей Арнира. Подобное являлось огромной и редкой ценностью, поэтому ему безгранично повезло. К слову, не всегда Блэк скучал один в своей лаборатории. К нему часто приходил Гектор. Они стали нечто больше, чем друзья. Оба "повесили" на себя титул близких людей друг для друга. —       Волшебник в очередной раз собирался к своему другу. Он обещал вернуться как можно быстрее, но то, зачем его Блэк позвал к себе, заставляло мурашек пробегать по коже. Зайдя в один из порталов, Гектор слегка прикрыл глаза ладонью. В Арнире было самое яркое солнце, из-за чего бедные глаза волшебника, которые уже отвыкли от таких ярких лучей, сильно слепило. Направляясь к нужному месту, с Лозовым то и дело заводили разговор люди. Ему нравилась эта приветливость, от чего неосознанно улыбка появилась на лице, которая померкла в момент прибытия в лабораторию. Везде валялись раскрытые на каких-то страницах книги, по полу разлеталась исписанная бумага от встречного ветра, проникающего в открытое окно. Беспорядок был огромен. Даже боясь шагнуть куда-то, Гектор собрал часть книг, рукавом фрака стирая пыль с обложек. –Книги о мирах, измерениях и планетах? — удивление отобразилось в приподнятых бровях и широко раскрытых глазах, — Блэк точно не скучал, — обернувшись, волшебник заметил открытый вход в библиотеку.       Спустившись по винтовой лестнице, Гектор сразу услышал бормотание друга, звук бьющегося стекла об деревянные поверхности и бурление жидкости. Пройдя мимо некоторых стеллажей, волшебник заметил, что Блэк занимался не только опытами, но и местом обустройства их проведения. В середине, между стеллажами, стоял большой стол. На нём были расположены реактивы, пробирки, штативы, мерные стаканы и другое оборудование. А сам Доктор, сверяясь с текстом какой-то древней книги, смешивал все нужные ингредиенты. –Блэк! — позвал бывшего ученика Гектор, подходя ближе. Блэк шарахнулся. Он ещё не успел установить колокольчики, указывающие на прибытие кого-то в его обитель. — Что ты делаешь? И объясни, пожалуйста, что означает твоё письмо? –Гектор! Рад тебя видеть! — безумные, от сероватого цвета, глаза сейчас казались куда более сумасшедшими, чем в прошлые моменты. Его улыбка моментально стала шире при виде наставника, хотя казалось, что уже некуда. — Гектор, можешь, пожалуйста, подержать здесь? — Блэк не забывал про свой опыт и ему требовалась помощь. Только спустя пару минут он добился нужного результата, сразу обращая внимание на своего учителя. — Гектор, ты просто обязан мне помочь! Это будет огромный прорыв в магии и науке! — Лозовый недовольно промычал, продолжая указывать на письмо, которое держал мужчина в руке, но Доктор быстро ходил из стороны в сторону, поднимая руки вверх, словно видя Божество перед своими глазами, одарившее его великим даром знаний. — Я узнал, что было причиной головной боли! — теперь-то и сам наставник увлёкся речью своего ученика, ведь эта тема касалась и его. –А разве это не был Варнер? –Всё куда грандиознее, мой друг! — безумие прямо сочилось из Блэка, а им он любезно делился со своим окружением. Доктор вынул из кармана рубашки зелёно-белые таблетки — изобретение самого Гектора. Он показывал их так, словно Лозовый впервые их видит. –Блэк, что произошло? Я тебя не понимаю. –Гектор, это будет колоссальный прорыв! Твои таблетки! Они просто приглушали боль, но я нашёл настоящий её источник! Ну, почти, — Иссушающий тряс наставника за плечи, не веря своему счастью. — Мне осталось только провести ритуал, выставить рунические камни, нарисовать пентаграмму и доготовить зелье! –Блэк, ты меня пугаешь… — теперь волшебник смотрел на друга с жалостью. Такое буйкое настроение Блэка, совершенно не характерное для него, настораживало весьма сильно. Подобное поведение было присуще Иссушающему только в случае, когда эксперимент или опыт может привести его жизнь к смертельной опасности. Всполошившись и опомнившись, что Гектор ничего не знает об его догадках, Блэк поднёс к волшебнику книгу, указывая на нужную строчку. Она гласила, что существует неограниченное количество планет, каждая которая расположена на определённом расстоянии; в ходе аномалий учёному-волшебнику *.*.**** **** удалось выявить две скрытые планеты. –Планета Вокс! Помнишь? — Гектор кивнул. Эта планета полностью радиоактивна и чуть не подвергла к гибели почти всё население. — Это одна из тех двух планет, которые удалось открыть! И теперь, — Блэк прервался, переворачивая страницу, вновь указывая абзац, с которого следовало начать читать. — Этот текст гласит, что вся магия материальна и не может появиться взброс огромного количества магии просто так. Варнер бы не смог управлять таким количеством магии и просто банально сдерживать её, а это значит! — Доктор замолк, ожидая пока волшебник договорит за него мысль, а пока восторженно кусал губу. –Это значит, что существует ещё одна скрытая планета? –Верно, Гектор! Ох, Эребон, если мне удастся открыть новую планету! Это же! — на миг прервавшись, Доктор вернулся к зелью, смотря на него. Жидкость почернела, а по консистенции она напоминала слизь. — Так… Всё идёт как надо… — вчитываясь в текст другой книги, Блэк перелил странную жидкость в мерный стаканчик и добавил один лепесток растения из измерения Луналуса. — Гектор, мне нужна пентаграмма, — не отвлекаясь, пробубнил Доктор, поочерёдно добавляя новые ингредиенты, что временно меняли цвет жидкости. Эта реакция приводила Блэка в потрясения, а все действия и результаты он записывал в дневник, много чего зачёркивая и переписывая заново. Лозовому не нравился слишком буйкий и безумный азарт в глазах и действиях Иссушающего. Подобным Блэк был тогда, когда он был ещё учеником волшебника и только начинал делать первые существенные успехи в магии. Тяжело вздохнув, мужчина, взяв в руки мел, уточнил место проведения ритуала, а после принялся чертить нужные символы, сверяясь с книгой, которую подал ему Блэк. Плохое было предчувствие у Гектора. А оно почти никогда его не подводило…