Публичный дневник девочки-морячки

      В свои двадцать четыре, я считаю себя себя еще не очень осознанным человеком, даже слегка наивным. Уже какое-то (непродолжительное) время я живу самостоятельно, хоть и приходится постоянно наведываться к родителям: то вещи постирать (ведь своей стиралки у меня нет), то собаку выгулять (ведь моя квартира маленькая и псу было бы некомфортно жить в таких маленьких покоях). Поэтому у меня пока и не проявляется чувство абсолютной самостоятельности и свободы.       Даже после непрерывных семи месяцев работы на яхте, я чувствовала себя ребенком по возвращению домой. Хотя в рейсе я за три дня знакомства с мужчиной успела в него влюбиться (зря), лишиться девственности и понять, что он та еще козлина, я все равно вернулась домой маминой дочкой.       А потом пандемия, снова проснулась моя не диагностированная депрессия, работа в офисе, абсолютное выгорание, и вот я снова стою в аэропорту, и смотрю на табличку с надписью «Istanbul», чтоб потом в Стамбуле снова сесть в самолет, на этот раз в Бодрум.       Яхта яхте рознь. И люди тоже разные. Пришлось впервые работать с французами. И пока я старательно пыталась понравится хозяевам лодки, меня уже всю осмотрели и, скажем так, отобрали. А я напомню, кто не в курсе или забыл — я девушка простая — из макияжа только брови подрисовываю и волосы на работе всегда собраны в хвост. В общем, когда я в рабочем амплуа, я себе не нравлюсь, сразу видно лицо с большими круглыми щеками и непривлекательным профилем. Именно по этой причине, я всегда смотрю на всех почти прямо, чтоб мой профиль был виден только мне.       Так вот, даже несмотря на мою заурядную внешность, я все равно получила пару текстовых сообщений от парня-француза, с которым работала. Скажу сразу, не замечала его, ведь он даже не здоровался. А потом после нескольких дней дружески-рабочей переписки все плавно перешло во флирт и спустя пару дней, пока мы ждали перехода яхты из Турции во Францию в Париже, я уже сладко облизывалась своим мыслям «а что же мы будем делать, когда останемся наедине…». Так я и вкусила нового (второго) мужчину. Хоть и это были отношения «секс по дружбе», опыт значительно разнился с моим первым. Здесь я чувствовала себя желанной и не было ощущения, что мной пользуются. Как и бывает в моей жизни, все хорошее (очень) быстро заканчивается, и через полторы недели я уже утирала слезы маской в аэропорту Ниццы, на пути домой.       Горевала я недолго, и через тридцать часов я снова сидела на полу своего домашнего аэропорта, и снова смотрела на табличку «Istanbul». Только в этот раз я летела практически домой, в Афины. И естественно, мне очень захотелось поделиться такой замечательной новостью со своим первым «взрослым» партнером. Обрадовать он меня не смог — парень (хотя какой парень, он старше меня на 11 лет) тоже моряк, на тот момент бороздил воды знакомого мне Красного моря на территории страны, где мы работали вместе, где он впервые меня увидел. Не буду углубляться сейчас, информации много, а марать на него бумагу желания нет никакого.       В общем, снова месяц работы в Красном море, потом две недели в порту недалеко от Афин, и я снова дома. Снова смотрю на море, только уже свое, родное, Черное.       По итогу, на этот момент, количество половых партнеров у меня возросло до четырех, и ни одного моей национальности. Получается, занимаюсь интернациональной проституцией для себя, в свое удовольствие. Хотя «удовольствие» довольно громкое слово, и я могу его использовать только со словом «француз».       И снова ухмыляюсь своим мыслям. Тотальное одиночество съедает мое адекватное мышление не по дням, а по часам, и это единственная причина почему вы сейчас читаете этот текст. Все, что вы будете читать дальше может быть правдой, а может и нет. Время любит искажать наши воспоминания, и то что раньше было большой эмоциональной/психологической/физической травмой, сейчас может быть легкой проблемой, не стоящей внимания или отдельного абзаца. *** Стеклянная трубочка звонко стучала по стакану с моим коктейлем, когда я мешала остаток тоника со льдом. Даже шумная музыка и дым из дым-машины не мог меня отвлечь от мыслей. Как же сильно мне хотелось сейчас лежать рядом с кем-то, тихо слушать последний альбом BADBADNOTGOOD и пить вино. Трогать его тело своими теплыми руками, вырисовывать невесть какие узоры на его торсе и просто чувствовать его рядом. Я остановилась и посмотрела на остатки моего коктейля. Стоп. А кого, «его»? Снова вернуться в Афины и лежать рядом с козлиной или найти новую яхту с портом прописки в Монако чтоб быть рядом с французом?       Конечно, всегда в этом споре выигрывает козлина. Француз хоть и потрясающий внешне и может физически сделать меня счастливой, вообще не подходит мне как мужчина. Я даже влюбиться в него не смогла. Причину знали все — он в отношениях со своей девушкой уже семь лет и я (вроде) тринадцатая в списке его измен. В жизни не смогу быть рядом с изменником, даже бы если он поклялся в вечной любви и что отныне он верный, как собака. Хоть ты тресни, не смогла бы. В этом плане да, у козлины (насколько я поняла за месяц встреч) более высокий моральный порог. Как-то однажды он сказал, что если бы девушка по его вине забеременела, он бы без раздумий женился и воспитывал ребенка. Почему-то мне хотелось ему верить в тот момент. В принципе, я и сейчас верю. — Прием! Над ухом послышался громкий, писклявый голос сестры и я, по привычке, уже закатила глаза и отвернулась от нее. Второй раз она меня уже не звала — я была уверена, младшая была «в зюзю» и танцевала под хиты ее друзей со сцены. Рядом со мной, на фальш-стойке, ютилась уже остывшая картошка-фри и я без какого-либо желания макнула размокший картофель в блюдце с кетчупом. Еще некоторое время палочка картофеля купалась в блюдце, но затем сдалась, утонувши в соусе в тот момент, когда я хотела ее съесть. Я не ждала такого предательства с ее стороны, поэтому просто поднялась со стойки, нацепила куртку и двинулась в сторону выхода. Краем глаза увидела сестру в окружении друзей и ее нового хахаля, поэтому со спокойной душой вызвала себе такси и махнула домой. А еще даже полуночи не было. Старость. ***       Первого января нынешнего года я встала в семь утра чтоб пойти в лабораторию и сдать тест на наличие (а вообще, желательно, отсутствия) коронавируса. А нужен был он мне по одной простой причине — за день до этого меня таки заставили купить билеты в Афины, чтоб на полтора дня повидаться с козлиной. Пока летела до Милана, на лице изредка появлялась улыбка от предвкушения. Когда летела из Милана в Афины, улыбку скрывать уже не получалось. благо, была маска, иначе вообще бы приняли за неадекватного человека.       И вот, я стою на выходе из терминала и заставляю козлину выйти из машины, и встретить меня подобающе. Через минуту подходит ко мне мой мужчина, который совсем не постарел, разве что волос седых прибавилось (мне понравилось). Обнял тепло, но осторожно. Как будто и не было этих двух лет, с тех пор как мы виделись в последний раз.       Если у Вас возник вопрос, зачем я поехала к мужчине, которого даже после этой поездки называю «козлиной», то оставьте этот вопрос при себе. Поездка была потрачена впустую. Хотя нет, я впервые в жизни второго января сидела на открытом балконе в шортах и загорала. Слушала пение птиц, которых дома можно было услышать только поздним маем. Его мама (пока он был на работе) помогла мне со сдачей очередного теста и даже после этого накормила меня чечевичным супом. Не обессудьте, я бы и сама себе сделала обед или ужин, и даже бы на козлину не пожалела, однако кухня была абсолютно пустая, а в холодильнике было только молоко, и то, для кота который залезал в окно, словно к себе домой. До магазина было далеко, и меня очень сильно просили не покидать дом. Я согласилась, так как с короной, на тот момент, в Греции действительно была беда.       Опустим все другие моменты, обозначу главные — целовал он меня словно «очередную» (меня так целовали все, кроме него (в наши первые встречи)) и всего пару раз. Никаких любовных сцен кроме оральных вообще не было, так что рейтинг, на данном отрезке моего публичного дневника, будет стоять PG — 13. И это, кстати, было ужасно обидно, потому что с меня практически слезли за мгновение «до». А снова попробовать своего первого мужчину («козлину» — прим. писателя) с высоты моего нынешнего опыта было ух как интересно. Даже здесь меня обломал. Обе ночи мы ложились спиной друг к другу, а в первую ночь, я до трех часов спала на диване в другой комнате. Потом все же вернулась — неудобно и холодно. А еще я призналась ему в любви во время ссоры перед сном на второй (и последний) день. И в ответ ни слова не получила. Он пытался продвинуться ко мне в кровати, но я отодвигалась до последнего, пока ноги совсем не свесились на пол. Потом он заснул. Утром у меня был вылет, а козлине нужно было на работу, поэтому в аэропорт мы встали в шесть утра. И за последние полтора часа, что мы провели вместе, я услышала от него две фразы: «Ты все собрала?» и «Черт, мы из-за этого дебила в Тойоте опоздаем». А, нет, вру. Была еще фраза «Спасибо, что приехала». Однако ее я уже услышала, когда была в процессе бегства от него в аэропорт. Выдавить что-то в ответ я не могла — слезы уже налились в глаза и я быстро от него отвернулась. Плакала я долго. Остановилась только когда в иллюминаторе увидела наши жилые небоскребы, чтоб не спугнуть своим видом паспортный контроль. Вышла из аэропорта в начале шестого вечера, меня встретил папа. Ему было очень интересно узнать, как прошла моя внезапная поездка. Оно и понятно, я раньше не говорила родителям о том, что вот уже два года я влюблена в своего козлину. Папины вопросы поднимали во мне волны отчаяния и у меня хватило сил только сказать, что поездка прошла впустую и больше у меня в Греции никого нет.       Плакала потом еще. Позвонил лучший друг по видео чату. Пришла сестра. Я с горла пила новогоднее шампанское и заедала его печеньем. Потом попросила сестру уйти, потому что хотела проснуться самой в моей кровати (хотя кровати у меня нет, я сплю на матрасе на полу).       С утра опять начались дела. Поехала переделать медосмотр, потому что на следующий день я уже летела в очень невзрачный город Чивитавеккья, который стоит на северо-западе Италии, чтобы снова начать очередное приключение. Ну и заработать побольше Франклинов.       Здесь я уже почти две недели. Скучно, и не интересно. Рассказывать не о чем. Вернусь сюда, в свой публичный дневник, когда ситуацию в свою пользу оседлаю. Ну, или самолет в сторону дома. Там уже как получится.       Ваша, future_dust (ну или lakekateryna)