Survival

Skillet — Monster Алек сидел, нервно грызя карандаш и удивляясь, как он всё ещё жив. Имаджин Эрондейл была грозой для всех учеников музыкальной школы, на её уроки сольфеджио они шли с трясущимися коленками и отправлялись как будто на верную смерть. Хотя первые три класса были даже спокойными, потом сложнее, а в выпускном — вся группа гадала, как бы выжить. У всех остальных урок сольфеджио длился по часу, но у мисс Эрондейл он тянулся целых три. Ребята даже создали группу, где считали количество минут до конца занятия. Имаджин была миловидной старушкой, которая на первый взгляд не внушала страха, но, один раз побывав на её уроке, все готовы были поменять своё мнение. В принципе, она оставалась такой же милой, доброй и улыбчивой, но боялись её страшно. — И отвечать пойдёт у нас, — мисс Эрондейл окинула взглядом класс, выискивая глазами кого-то, — Саймон. Все остальные сразу же облегчённо выдохнули, кроме, конечно же, бедного Льюиса, который от волнения чуть в обморок не грохнулся. Рядом сидящая Изабель протянула ему пузырёк с нашатырём, от чего парень сразу же пришёл в чувства. Он знал, что его главной задачей сейчас было как можно дольше потянуть время, чтобы им не успели дать ещё диктант. Человек, придумавший музыкальные диктанты, заслуживает отдельный котёл в аду. Потому что это настоящая пытка, особенно для тех, у кого нет абсолютного слуха. С десяти проигрываний нужно было записать мелодию в нотную тетрадь, распределить её по тактам, угадать тональность, длительности, модуляции и ещё кучу всяких тонкостей и деталей. Единственным абсолютником, человеком, который слышит всё это, был Джейс, и на него молились, ему поклонялись, потому что он писал все диктанты за три проигрывания, фотографировал и отправлял в общую группу, чтобы у остальных был шанс получить нормальные оценки. Алеку повезло, потому что Джейс был его сводным братом и помогал ему в первую очередь, а ещё его сестрой являлась Изабель, и рядом с ними парень чувствовал себя в безопасности. Саймон плёлся к фортепьяно, начиная играть и петь заданный на дом номер, успевая левой рукой стучать «пульс» по ноге. Пел он не плохо, и стучал тоже, но вот правая рука заплеталась на фортепиано. — Давай ещё раз, — спокойно сказала учительница, и Льюис попытался изобразить всё ещё хуже. — Ну не пианист я, а гитарист! — оправдался он, но это не слишком сильно помогло. Его заставили делать всё третий раз. Алек незаметно переписывался в этот момент с Джейсом, который во всю угорал над бедным Саймоном, Алек же лишь ему сочувствовал, а Изабель ментально поддерживала. В беседе группы велось оживлённое обсуждение. Важных тем было всего две: первая — как выжить и сдать экзамен по сольфеджио, а вторая — какая группа лучше: «Queen» или «Skillet». С рок жанром Александр познакомился именно на этих «весёлых» уроков сольфеджио, и тут родилась его самая большая любовь к такой музыке. Он принялся слушать её всю, начиная композициями шестидесятых годов и заканчивая современными. В общем противостоянии двух частей их группы он никак не мог определиться с выбором стороны. «Queen» были легендами рока, им принадлежало множество известных по всему миру песен, тем более богатство музыкальных приёмов и небесный голос солиста добавляли им баллов, а «Skillet» являлись не менее яркой христианской рок-группой, с глубокими, осмысленными текстами и модным, живым звучанием. Пусть голос её солиста не был настолько богат как у Фредди Меркьюри, но он имел запоминающуюся хрипотцу и приятный тембр. После пяти проигрываний бедного Саймона наконец отпустили. От занятия уже прошёл час, и ребята чувствовали себя намного легче. — А сейчас сдаём свои двухголосия, — объявила Имаджин, и все обречённо вздохнули. Рафаэль, сидевший на задней парте, полез под стол в надежде, что его не заметят. Алек никогда ни на кого не надеялся, поэтому свой номер он пел на пару с фортепиано, и именно сейчас он поднял руку, чтобы отмучиться первым и потом сидеть, наблюдать за остальными. Сложно было сосредоточиться, находясь под постоянно наблюдающим взглядом, да ещё и пример ему попался не из лёгких, и при переходе с первого на второй голос он здорово так сфальшивил, из-за чего ему пришлось перепевать всё ещё раз. Над ним долго не издевались, учительница почему-то считала его одним из лучших учеников класса и была убеждена в том, что он всё сделает правильно и сдаст сольфеджио на высокую оценку, в чём сам парень не был уверен. — Я ещё потренируюсь, — пообещал Алек, и счастливый, что практически пронесло, отправился на место. Следующим дуэтом были Изабель и Саймон, которые спелись достаточно хорошо, а вот дальше была очередь Майи и Джейса, и если последний был абсолютником и ноты слышал, но у него ломался голос, так что пел он всё равно плохо, то первая непонятно каким образом оказалась здесь вообще, потому что её музыкальные способности можно было оценить только нулём. Сбившись на первой же фразе, они принялись пробовать ещё и ещё, постоянно переходя на голос друг друга и попадая мимо нот. Саймон даже не удержался и включил камеру, записывая эту лажу. Вся группа с вниманием наблюдала за бедной парой, и только один человек не обращал внимание на всё происходящее. Этим человеком был Магнус Бейн, он постоянно витал в своих мыслях на уроках, что-то записывал в тетрадь или печатал в телефоне. Он казался незаметным среднестатистическим учеником, с азиатской внешностью, смуглой кожей и длинной чёрной чёлкой, закрывающей глаза. Что-то в нём притягивало Алека, хоть Магнус как-то особенно и не выделялся, помимо музыкальных занятий он посещал ещё и танцы, поэтому двигался очень грациозно и элегантно. Одежду всегда носил чёрную, как и сам Александр, и ещё красил ногти, за что над ним иногда подшучивали и смеялись, но он не обращал внимания. Бейн по большей части игнорировал своих одногруппников, был слишком замкнутым и погружённым в себя. Алек тоже являлся в душе таким, но старался вписаться в компанию, а поэтому строил из себя кого-то другого. С задних парт послышался храп, это оказался Рагнор. Ему вообще было плевать на всё, сюда он ходил только ради Катарины, сидевшей на соседней парте. Эта девушка ему нравилась, и Фелл соглашался терпеть этот ад, только чтобы быть рядом с ней, но сейчас он слишком задолбался и заснул. На звук сразу же пошла учительница. — Молодой человек, вы вообще-то на занятии, — напомнила ему она, но Рагнор даже ухом не повёл, тогда Имаджин принялась трясти его за плечи, пока он не открыл глаза и не смерил её злым взглядом, — Идите лучше ответьте нам ваше двухголосие! С кем вы в паре? — С Магнусом, — нехотя протянул Фелл и поднялся. Джейс с Майей поблагодарили все высшие силы и Рагнора, что он заснул и это избавило их от дальнейших мучений. Парни нехотя поплелись к фортепиано, точнее Фелл плёлся, ещё в придачу зевая, а Магнус спокойно шёл. Он был уверен в своих силах. Не прошло и трёх секунд, как Рагнор перешёл на чужую партию и всё их пение развалилось. Именно тогда Бейн подумал о двухголосии с пианино. После их выступления учительница решила не мучить их больше так сильно и дала теорию по хроматическим гаммам — честно, это была одна из самых лёгких тем на предстоящем экзамене. Провозившись с ней около часа, ребята уже начали засыпать, потому что время близилось к девяти, а выдержать семь уроков в школе, урок по специальности и трёхчасовое сольфеджио не каждый способен. Изабель написала в чат, что осталось пять минут, и настроение у всех резко подскочило вверх, они даже собираться стали. Нужно было только подойти к Имаджин, чтобы она расписалась в дневниках, поставила оценки и дала персональные рекомендации, и они могли почувствовать свободу, впереди имелась целая неделя. Джейс вылетел из класса первым, дожидаясь оставшуюся группу, они всегда шли весёлой шумной компанией. Эти уроки выживания на сольфеджио и правда сплочали. А ещё с недавних пор у них появился свой особый ритуал. В такое время в музыкалке оставался только охранник и несколько родителей, волнующихся о безопасности своих детей и встречающих их в столь позднее время, и, пользуясь этим, группа шла в тихое местечко у окна и дружно пела трёхголосие. Только Рагнор прихватил с собой Катарину и умудрился сбежать, наверное, где-то застревая с ней по дороге и мучая девушку своим убогим флиртом. — Ребята, поздравляю, мы выжили! — закричала Изабель, выбегая из кабинета. Это было, похоже, слишком громко. — Ага. Сегодня. Осталось ещё двенадцать занятий по три часа и экзамен, — убавил её энтузиазм Рафаэль. Он всегда находил что-то плохое. Они пошли к излюбленному подоконнику, находившемуся в противоположном конце здания, но на этом же этаже. Всего этажей в музыкалке было три и имелся подвал, где располагался гардероб, а раньше ещё и столовая, теперь она была закрыта. Туда ходили только некоторые отбитые ученики и учителя, не имевшие свободного класса. Иззи запрыгнула на подоконник, утягивая за собой Майю. В их группе было всего четыре девочки, и одна из них, а именно Клэри, сегодня отсутствовала. Джейс включил камеру, решая заснять всё это на память. Саймон начал номер. — Ми-ре-до-до-о-о, — у него очень даже хорошо это получалось. Льюис вообще любил петь и в будущем хотел создать свою музыкальную группу, но он не мечтал о карьере солиста, его истинным увлечением была гитара. — Ре-до-си-си-и-и, — подхватил Алек, а Рафаэль начал строить второй голос, за третий отвечал Джейс. — До-си-ля-ля-а-а, — не отставала Изабель. — Со-о-о-оль, — запела Майя, и это было больше похоже на крик души. Конечно же, она не попала не только в ноту, но ещё и в ритм, так что номер был завершён просто катастрофически ужасно. Но ведь они и так всего лишь дурачились. Джейс отправил видео в общий чат, и они распределились по маленьким группкам, спускаясь вниз, на первый этаж, и о чём-то оживлённо разговаривая. Алек задержался на несколько секунд, запрыгивая на подоконник и смотря на горящий разноцветными огнями город. В свои пятнадцать лет парень иногда испытывал ужасную тоску и разочарование в жизни, а ещё постоянная нагрузка и прессинг со стороны учителей и родителей сгоняли в его голову не совсем жизнеутверждающие мысли. Он с каждым часом чувствовал, что ему становится всё тяжелее и тяжелее, и Александр боялся сломаться. У парня не было особо друзей, хорошо, что имелись Иззи и Джейс, но те давно уже нашли себе и компанию, и партнёров, несмотря на то, что они были его младше. Александр прижался лбом к стеклу, прикрывая глаза и пытаясь представить, что всё хорошо и дальше будет только лучше, но это нифига не получалось. Он почувствовал руку на своём плече. — Эй, у тебя всё норм? — послышался голос Магнуса. Это было странно, Лайтвуд даже не заметил, что этот человек шёл вместе с ними. Алек развернулся, сталкиваясь с взглядом двух обеспокоенных карих глаз, еле различимых в темноте и под чёрной густой чёлкой. — Я… М-м-м-м, просто устал, — Александр чувствовал себя немного неловко, — Спасибо. Он поспешил спрыгнуть с подоконника, и они молча пошли вслед за всеми.

***

Оставшиеся дни учебного года пролетели практически незаметно, время экзаменов приближалось с устрашающей скоростью. Было немного страшно и грустно осознавать, что это последние их дни в музыкальной школе. Первым шёл письменный экзамен по сольфеджио. Группе очень повезло, потому что завуч, ходивший между рядами учеников и смотрящий за дисциплиной, подсказал им практически все ноты. Рафаэль так боялся, что все эти полчаса экзамена сидел и крестился, а Алек, который всю ночь в бреду пел своё одноголосие, пришёл с гигантским плакатом «SOS», за что его чуть не выгнали, но зато настроение у всех поднялось. Путём беспалевной коллективной работы они всей группой написали диктанты на высший балл. Оставалось самое страшное — устный экзамен. Там ученики должны были входить по одному в кабинет и двадцать минут отвечать теорию по своим гаммам, петь двухголосие и одноголосие, ещё романс с аккомпанементом на фортепиано, а также называть аккорды со слуха и много чего другого. Алек попросился идти первым, потому что ему легче было отмучиться и расслабиться. Дрожащими руками он переворачивал страницы в тетради с теорией, таким же дрожащим голосом, не попадая в ноты, пел пример. У него уже слёзы в глазах стояли, потому что ему казалось, что он ничего не сдал. Спрашивали его не двадцать минут, как полагалось, а все сорок, и вышел он убитый и замученный, проходя в свободный класс, где его встретили остальные. Он проигнорировал все вопросы, скоро его ждал экзамен и по специальности, поэтому он сел за фортепиано, которое ненавидел всей душой, и принялся что-то играть. На заднем фоне Саймон и Рафаэль спорили, какая лучше музыкальная группа, но как только в класс зашла Изабель, поклонница «Skillet», они успокоились. — Эй, как ты? — она подбежала к Алеку, обнимая его за плечи, — Молодец, ты выдержал. Всё будет хорошо, — подбодрила она брата. Иззи быстро нашла телефон и включила песню «Monster», чтобы немного расслабиться. Это подействовало на Александра как нельзя лучше и через пару минут он уже сидел в кресле, спокойно дожидаясь своих результатов, а они должны были быть ещё не скоро. Кабинет опустел, и Алек включил сериал, немного забываясь и отключаясь от реальности. В класс зашёл Бейн и плюхнулся в кресло напротив, молча ему кивая. Три часа тянулись бесконечность. Рафаэля, который шёл последним, держали в кабинете минут пятьдесят, а то и больше. Бедный парень. И вот наконец их вызвали для оглашения результатов. Когда Алек узнал, что у него пятёрка, он не поверил. Саймон с такой же оценкой уже весь обливался слезами счастья. На этом экзамене их реально вытягивали, четвёрки получили только Рагнор и Майя, все остальные оценки были высокими. Оставшиеся две недели с последними экзаменами прошли достаточно быстро. Приближался выпускной. Девушки нарядились в красивые платья, а парни решили просто надеть белые рубашки и чёрные джинсы. Сначала полчаса все собирались на общую фотографию, затем им вручали аттестаты в актовом зале, а потом все спустились в столовую на небольшой фуршет. Это был последний день, когда они все виделись, хоть они и обещали друг другу встречаться в будущем. Ребята решили пройтись по набережной. Как легко было идти и орать трёхголосие, а потом под собственный аккомпанемент, хлопая по ногам и в ладоши петь: «We will, we will rock you» — одну из известнейших песен группы «Queen». Им даже начали подпевать какие-то взрослые. Это было самым лучшим воспоминанием из музыкальной школы у Алека, а потом он вернулся домой и обнаружил у себя температуру и сыпь по всему телу, и на этом его счастливые деньки закончились. Следующие две недели он лежал с ветрянкой, а дальше жизнь пошла своим чередом. В общий чат выживших на сольфеджио стали писать всё реже и реже, пока общение вообще не сошло на нет, но Александр надеялся, что однажды он ещё встретит всех этих людей. Это произошло только через четыре года, за которые случилось много всего интересного, кардинально изменившего жизни каждого из ребят.