Стеклянные глаза

            Солнечный свет льётся в окна, освещая уютную комнату, в которой очень много мягких подушек и игрушек, и даже пол был покрыт чем-то мягким, прибитым к нему по линии плинтуса. Впрочем, даже самые яркие и озорные лучи, щекочущие лицо спящего в комнате парнишки, не способны его разбудить, поэтому это делает женский голос, доносящийся из другой комнаты.        — Зонтик, просыпайся, солнышко, пора завтракать!       Что-то пробормотав в полусне, паренёк, названный Зонтиком, слабо ворочается и потягивается, постепенно выныривая из объятий сна, садясь в постели. Зевнув, потирая глаза, он нашаривает рукой край кровати, поднимаясь на ноги, оказавшись не очень высокого роста и довольно худым. Судя по пушистым бирюзовым ресницам, этот цвет, как ни странно, был его природным. Когда Зонтик наконец приоткрыл глаза, стало видно, что те слабого голубого оттенка, однако зрачков видно не было, их как будто заволокло белой пеленой, словно туманом. Ступая по мягкой поверхности пола, парнишка нащупал ручку двери и, открыв её, вышел из комнаты, ведя кончиками пальцев по стене, впрочем, это не было необходимым, он в этой квартире жил уже пятнадцать лет, и за все эти года обстановка в ней почти не менялась.       Первым делом Зонтик направился в ванную, чтобы умыться, почистить зубы и причесаться. Уже давно прошло то время, когда он был совсем беспомощен и никак не мог справиться с этим один, однако сейчас паренёк уже привык ко всему, и выполнял необходимые действия практически машинально. Включая воду, он прислушался к шуму струи, после чего подставил под текущую воду руки, набирая её в ладони и умываясь. Затем нашёл зубные пасту и щётку — мама однажды сказала, что всегда покупает ему щётки бирюзового цвета, как его волосы, однако Зонтику это ничего не говорило, хоть он почему-то и запомнил этот факт. Свою щётку с маминой он никогда не путал благодаря тому, что на её щётке всегда была небольшая резинка для плетения, создающая неровность, на которую или, если точнее, на отсутствие которой и ориентировался парнишка. Выдавливая пасту на щетину щётки, Зонтик старательно держал предметы как можно ближе к местам взаимодействия. Это не было сильно удобным, но зато паста не падала мимо, а если и падала, то парнишка быстрее это понимал. Чистка зубов тоже прошла вполне успешно, как и последовавшее расчёсывание волос и сооружение из них слабой косы. Косички Зонтик любил, они были интересные на ощупь и без труда заплетались вслепую, а ещё помогали отвлечься и успокоиться в случае приступа тревоги, так что в мелкие косички в доме хоть раз было заплетено всё, от бахромы до его собственных волос.        Зайдя на кухню, парнишка тут же оказался в объятиях матери, которая заботливо погладила сына по голове, целуя его в лоб. С тихим смешком Зонтик обнял её в ответ, вновь прикрыв глаза и расслабленно улыбнувшись, доверчиво прижимаясь к женщине, которая усыновила его ещё в детстве, забрав из детского дома, о котором мальчишке до сих пор иногда снились кошмары. От мамы, как всегда, пахло ванилью, а сейчас к этому запаху примешался и аромат блинов, который, впрочем, витал по всей комнате. Глубоко вдохнув это уютное сочетание, Зонтик всё-таки отстранился, но женщина всё равно помогла сыну дойти до стола и сесть за него, после чего парнишка стал есть.       Под внимательным присмотром матери он протянул ладонь к тарелке перед собой, обводя её по кругу, после чего протянул руку дальше, касаясь тарелки с блинами и взяв один из них, сворачивая его и начиная осторожно жевать. С тёплой улыбкой женщина чуть кивнула, видя, что у сына всё получается хорошо, после чего поднялась, делая какао для Зонтика, который продолжал задумчиво есть, не открывая глаз.        — Что снилось? — тепло поинтересовалась она между делом, замечая, как встрепенулся, услышав это, парнишка.        — Да ничего особенного… — Зонтик слабо пожал плечами. — Запахи сладкие были, музыка приятная… Мне понравилось.        — Я рада, что у тебя были приятные сны, — женщина задумчиво кивнула, после чего подошла к нему и, взяв ладонь сына за запястье, дала ему чашку с какао, поставив её на стол. — Это какао. Осторожней, горячее, не обожгись, солнце.        — Хорошо, мам, спасибо… — парнишка чуть кивнул, улыбнувшись, после чего продолжил завтрак.        — Какие планы на сегодня? — продолжила разговор женщина, сев напротив и тоже начиная завтракать. — Мне надо будет уйти ненадолго, посидишь дома один?        — Ну, планы у меня как всегда… Сидеть дома, слушать музыку, аудиокниги… А куда ты? — привычно чуть склонив голову набок, Зонтик сделал глоток какао, перед этим аккуратно подув на него.        — Помнишь, я говорила с тобой о том, что одна школа готова обучать тебя? — получив утвердительный кивок в ответ, мать улыбнулась. — Я хочу встретиться с директором и поговорить с ним насчёт этого.        — Ты уверена?.. — парнишка нервно сглотнул. — Там же столько всего изучают с помощью зрения…        — Тебе нужно общение со сверсниками, и я договорюсь с директором о том, чтобы тебе выделили сопровождающего, который станет помогать. Ты справишься, солнце. У тебя всё получится, — женщина погладила Зонтика по голове.        — Наверное… — вяло откликнулся тот, вздохнув.       Дальше завтрак проходил лишь в тишине, лишь стукала кружка, когда Зонтик ставил её на стол, или же раздавалось звяканье и парнишка, понимая, что случайно поставил напиток краем на тарелку, аккуратно передвигал его чуть в сторону. Наевшись, он поднялся, негромко поблагодарив маму за вкусные блины, после чего, найдя на ощупь салфетки, вытер руки от жирных пятен и ушёл в свою комнату, продолжая придерживаться стены кончиками пальцев, давно привыкнув к такому способу ориентирования в пространстве.       Когда его ноги ступили на мягкое покрытие, Зонтик сел сразу на него, а после и лёг, вздохнув и расслабившись. Мысли крутились вокруг маминого решения, и парнишка даже надеялся, что в школу его не возьмут… Он никогда не был любителем социума, а там ещё и не будет рядом никого знакомого… И что делать, если вдруг что-то случиться? А если над ним будут смеяться? Или станут издеваться? Слепой шмыгнул носом, закрывая лицо руками и тихо плача. Страшно оказаться с обычными людьми без мамы, без папы, без тех, кто защитит, поддержит, подскажет, без тех, кто хорошо знает его и поймёт, что нужно делать… Вера матери в его силы, конечно, была приятной, однако сам Зонтик в себя не верил… Да и как тут поверишь, когда сам знаешь, что ни на что не способен без сопровождающего? Что он может? Сидеть на одном месте, бродить по комнате, по памяти включать плеер, пользоваться телефоном с помощью голоса… Если прибавить трость, то пройдётся по двору, не отходя далеко от подъезда, но ведь не более! Парнишка зарылся пальцами в волосы, тихо хныча.       Рядом послышалось мяуканье, и в щёку Зонтика ткнулся кошачий нос, после чего по мокрой от слёз щеке прошёлся шершавый язык. Парнишка невольно тихо рассмеялся и обнял пришедшую к нему кошку, прижимая её к себе. Спина у питомицы всегда была тёплой, мама говорила, что это потому, что там шерсть чёрная, а чёрные вещи на солнце всегда теплее становятся, чем вещи других цветов. Прислушиваясь к звонкому мурлыканью, Зонтик ознакамливался с Софой заново, в который раз проводя по ней пальцами, зарываясь ими в короткую, но пушистую и приятную шерсть, чувствуя, как мудрая пожилая кошка обнюхивает его лицо и иногда мяукает. Когда-то, когда мама только принесла домой котёнка, паренёк решил послушать аудиоэнциклопедию о кошках, и тот факт, что их мяуканье для них самих является чем-то вроде человеческого сюсюканья с детьми, привёл Зонтика в восторг, и он до сих пор не мог не улыбаться, когда Софа начинала с ним так разговаривать.       Паренёк глубоко вздохнул, расслабленно улыбаясь, наконец-то успокоившись и задумываясь по поводу того, что же делать дальше. Школа будет абсолютно новым местом, стоит попросить у мамы, чтобы директор разрешил ему пройтись по зданию до того, как там начнётся беготня учеников, ведь тогда Зонтику будет удобней ориентироваться там. Кстати, может, кто-то из одноклассников согласится помогать ему на уроках? Мама говорила о сопровождающем, скорее всего, это будет кто-то из класса, так может, он и на уроках сможет помогать ему? Конечно, писать Зонтик не сможет, однако у него хорошая память, да и после урока, на перемене, он сможет всё надиктовывать на телефон, чтобы не потерять информацию, а потом слушать и запоминать.       Воспряв духом, паренёк поднялся, продолжая держать кошку, которая, отъевшись, стала достаточно тяжёлой, после чего нашёл плеер и наушники, ложась на кровать и включая себе музыку, проваливаясь в другой мир, даже дышать начиная немного в темпе звуков в наушниках. Расслабленно улыбнувшись, Зонтик старался не думать о том, что сейчас вокруг, кто может быть рядом, старался оставить все тревоги в стороне и дать себе отдохнуть и разгрузиться. Сейчас явно было не время для загонов и разных тревог…       Он почувствовал слабый ветерок, однако не пошевелился, понимая, что это пришла мама. Когда лишаешься возможности видеть глазами, начинаешь «видеть» кожей, выстраивать окружающую картинку и восполнять нехватку 80% информации, получаемой от зрения, с помощью запахов и звуков вокруг. Однако сейчас это было не нужно, и Зонтик старался абстрагироваться от мира, оставив лишь музыку в наушниках, вновь стараясь понять, что он чувствует, слушая её. Он не мог, как другие люди, представлять что-то, передаваемое зрением, не мог представлять танец, вспышки, однако вместо этого представлял вкусы, запахи, прикосновения… Какие-то песни оказались бы похожи на газировку или взрывную карамель, другие могли бы пахнуть дымом или сигаретами, а третьи на ощупь были бы как мягкая, струящаяся ткань или лепестки цветов… Зонтик победно улыбнулся, с радостью понимая, что смог дать свою причудливую формулировку ещё одной песне. Какие-то были сложными, какие-то, напротив, очень простыми, где ответ так и просился быть угаданным, однако не все песни ему нравилось слушать, и не всегда это были одни и те же песни. Порой он мог несколько минут сидеть и листать плейлист, выбирая, что послушать, но сейчас он включил всё вперемешку.       Софа тем временем улеглась на животе паренька, мурча и слабо выпуская когти. Зонтик, чувствуя вибрацию от неё, тепло улыбнулся, продолжая гладить питомицу, слабо морщась от того, что кошка слегка царапала его, впрочем, это было явно не специально. Наверное, если бы её не было с ним, слепому парнишке было бы совсем одиноко, хоть мама и была дома большую часть времени, но она работала удалённо, и не всегда могла проводить с ним время, а ещё было не очень удобно то, что она не воспринимала его как самостоятельного человека. Усыновив слепого мальчишку лет шести, она продолжала воспринимать пятнадцатилетнего сына всё тем же беспомощным и пугливым ребёнком, что порой мешало. А вот папа… Он любил Зонтика, и они хорошо проводили время вместе, но большую часть дня отец проводил на работе. Конечно, парнишка был не в обиде на него, однако всё равно чувствовал себя порой слишком одиноко.       Вытащив наушники, он прислушался к звукам в квартире, проверяя, не ушла ли мама за то время, пока Зонтик ничего не слышал. Нет, было слышно её голос из глубины квартиры, она говорила с кем-то. Судя по всему, разговор вёлся по телефону, ведь собеседника слышно не было… Обняв Софу, Зонтик сел в кровати, утыкаясь носом в пушистую и тёплую шерсть, прислушиваясь к звонкому и приятному мурчанию. Впрочем, кошке такое положение быстро наскучило, и она, забарахтавшись, вывернулась из чужих рук, спрыгивая на пол.        — Софа… — Зонтик разочарованно вздохнул, понимая, что питомицы рядом уже нет, после чего осторожно поднялся. — Ну да ладно… — привычка говорить с собой была у него с детства, пока он слышал собственный голос, мальчишке не было страшно. — Зато можно потренироваться почитать. Ведь если я вдруг забуду, как читать, это будет неприятно, верно? — парнишка печально улыбнулся, подходя по памяти к книжной полке со множеством толстых книг, пробегая касаниями по корешкам, «читая» названия. — Возьму эту…        — Зонтик! — парнишка вскрикнул, подпрыгнув на месте от неожиданности, удивляясь тому, что не услышал шагов к своей комнате. — Ох, прости, не хотела пугать…        — Ничего, мам, всё хорошо… — Зонтик улыбнулся, прикрывая глаза. — Что-то случилось?        — Нет, просто хотела сказать, что сейчас ухожу. Может, сходишь со мной? Погуляешь, заодно и школу изучишь…        — Ты уверена?.. — парнишка обречённо вздохнул. — Хорошо… Я сейчас соберусь.       Дверь закрылась, что стало понятно по слабому и короткому ветерку, колыхнувшему волосы Зонтика, после чего послышались удаляющиеся шаги. Слепой отошёл к кровати и присел на неё, вздыхая и массируя переносицу. Впереди были нелёгкие дни…