Слесарь

Редкая удача - при перемещении со мной попала и пища, и дрова, котелок и спички в рюкзаке, топорик тоже. Даже и вода сразу нашлась, и спокойное место, чтобы прийти в себя, с квестовыми подарками и возможностью как-то усилиться. Правда, еще не ясно, как именно. Такие вот мысли гуляли в голове в послеобеденный отдых. Конкретно - дубиной вращаю, как будто много уже тренировался. На родной Земле, с такой способностью, легко от двоих-троих отмахался бы. Хорошо бы обнаружить местных заранее, присмотреться, понаблюдать, очень не спеша. Самолетов или чего летающего не видно, вообще следов разумной деятельности еще не встречал. Видел только баранов, впечатляющее зрелище, особенно самец. От него веяло силой и мощью, кило двести пятьдесят, наверно. Снесет с одного удара, один только вариант может быть – ранить из засады, на водопое, одно из животных, самку барана. И дождаться, когда ослабнет от потери крови, догнать и добить. Но нужно метательное оружие и еще умение к нему. Плюс – болт-срезень для сильного кровотока, это знание я приобрел из книг. Нашел еще заготовку, крепкий сухой ствол, под дротик. Сделал длиной в два метра, конец заострил как мог, еще и в костре обжег. Подумал, не остаться ли на ночлег здесь, но посмотрев на светило, решил продолжить путь. Надо найти ручей или ключ - это жизненно важно. Без воды по такой, пусть и не жаре, но теплой погоде - реально будет плохо. С палицей-посохом в руке, топориком на поясе, дротиком и корзиной в другой, в корзине так же лежат камни, со всем добром начал спуск вправо. Решил спускаться в одну сторону, как и начал движение от Храма, чтобы не сбиваться с ориентира. Бараны спустились в ту же сторону, всего скорее, к водопою. Около источника воды всегда жизнь кипит, может и озерцо будет. Держать корзину долго вместе с дротиком было неудобно, и я пристегнул ее к рюкзаку. Так добрался до ближней рощицы и осторожно обошел ее по периметру, не увидев ничего интересного. Только травы стало побольше, и она выросла повыше. Спуск я продолжил, смотря под ноги и постоянно озираясь по сторонам. Так я увидел вереницу баранов, прыгавших мне навстречу. Заметив меня, они повернули в другую сторону, потом вернулись на прежний курс и проскакали метрах в пятидесяти, не особо на меня обращая внимание. Они испуганы – пришла в голову неожиданная мысль. Не знаю, почему я понял это, но образ был вполне реалистичный. - Кто же спугнул вас? - задумался я. С удвоенной осторожностью я продолжил приближаться к уже солидно выглядевшей роще, правда, высоких деревьев там не было. Скинул корзину и, держа наготове дротик и дубинку, медленно подошел и, углубившись немного в рощу, прислушался. Тишина, только ветерок задувает настойчиво. Внизу, где-то на расстоянии восьмисот метров, и ниже меня метров на сто пятьдесят, лежал уже настоящий хвойный лес, перемежаемый частыми опушками. Подумав, я решил остаться на ночлег здесь. Светило уже начало спуск к линии горизонта и через час-два наступит вечер. Гулять по темноте, там, где кто-то пугает огромного самца барана, причем серьезно пугает? Да ну его на фиг! Тем более, что заметил перспективный хлыст для рогатины, упругое и крепкое молодое деревце, правильно раздваивавшееся наверху. Воды только немного осталось, на ночь хватит с трудом. Завтра с утра нужно найти воду, кровь из носу найти. Я не стал пока шуметь топором, ножом нарезал веток и сложил небольшой шалаш, набросал веток на землю и выкопал топориком солидную яму под костер. Ветерок понемногу все сильнее задувал снизу к вершине горы и можно было не бояться, что кто-то учует запах костра. Еще набрал побольше прошлогоднего валежника. Позже привлекли мое внимание заросли похожего на ивняк кустарника, высотой два-три метра. Местами густо сросшиеся и практически без свободного места, давали относительно безопасное размещение в центре. Добраться до меня, не нашумев, было практически невозможно. Я разобрал шалаш и собрал снова в самой чаще, проделав себе небольшой проход, набросал много веток и сделал целое ложе. Пока я возился - наступил вечер. Костерок почти не давал света, тлея потихоньку в яме. Срубил как можно тише деревце под рогатину, уселся у костра и принялся подрезать и обжигать крепкую древесину. За этим занятием совсем стемнело, за день находился по каменистым склонам, начало клонить в сон. Но перед тем, как улечься спать, вышел на край рощи и долго смотрел. На чистое и звездное небо без знакомых созвездий, без инверсионных следов от самолетов, вглядывался вниз в поиске костра или светового зарева над городом. Но нет, ничего подобного. Ночного Спутника тоже не видать. Бывало и на Земле Луну было не найти. Так, что, еще посмотрим, точно ли по ночам никто небосвод здесь не освещает. Есть ли в этом мире разумные существа? Долго лежал перед сном, глядя в противоположную сторону от догоравшего костерка. Ветер шумел в верхушках кустов, мешая прислушиваться. Мысли о доме и родителях, любимице дочке мешались с воспоминаниями о прежней жизни. Как переживут родители его исчезновение? Отец примерно знает, где я собираю грибы, машину найдет без проблем. Ключей у него нет, но откроет без труда, он рукодельный по жизни мужик, всю жизнь проработал в гараже и сервисах. Привезет к дому на эвакуаторе, там есть куда поставить. Как мама все это переживет? Только, если мыслями о внучке, Ксения бабушку любила и отца любила, пусть сейчас из-за матери они немного отдалились. Про жену, нашедшую новое семейное счастье в офисе, Олег теперь не думал. Хотя из леса не вылезал, чтобы меньше из-за этого переживать. Было очень больно. Но теперь боль пропала, здесь она не имеет никакого смысла, когда надо думать о выживании. Почти выплаченная по ипотеке квартира и так остается жене и дочери. Да и по времени могло столько пройти, что никого давно не осталось в живых. Местной луны я так и не увидел, может, еще увижу. Небо чистое, звезд множество, а Луны нет. Еще одно доказательство, что я попал. В темноте гораздо легче размышлять, что нужно ему сделать и как устроиться в новом мире. Если, конечно, есть куда устраиваться, и на дворе не времена первобытных людей. В книгах про попаданцев всегда, в основном, к ним было негативное отношение. Всегда их ловили или выслеживали, преследовали и пытались убить, несмотря ни на что. Притом, часто они знали или мгновенно учили местный язык, постоянно лезли на рожон и, по справедливости, должны были быть убиты при первой стычке. Ответов на вопросы у меня пока нет. Но может, те процедуры на Столе в Храме дадут понимание языка или очень быстрое его постижение. Ночь прошла беспокойно, я просыпался постоянно, каждый час. Прислушивался, боясь зажечь фонарик и потом не сразу засыпал. Несмотря на это, проснулся рано и не чувствовал себя разбитым. Дождевик, как одеяло, оказался не так плох и прикрывал от сквозняков. Сапоги все же натирали ноги при такой ходьбе по склонам, но без серьезных мозолей. Пока не стал использовать лейкопластырь, наверняка, будут и более серьезные поводы. Просто плотнее набил травой, чем вчера. Размявшись, я поднял обработанную ночью рогатину и попробовал поработать ей. Получалось плохо, она была слишком тяжелая и неуклюжая, пришлось отрезать почти метр ствола, чтобы появились силы махать такой здоровой и толстоватой жердью. Концы я заострил почти идеально, насколько мог, со стороны рогатки, немного заострил и обратный конец, чтобы упирать и втыкать в землю. Когда пещерный медведь или лев нападут на меня, мне будет чем их встретить. Даже смешно. Теперь мне предстоял пеший переход до рощи с настоящими деревьями. Склон горы становился все более пологим, каменные осыпи уже не были монополистами и иногда сменялись настоящими лугами. Через час я подошел к роще, где рассчитывал найти источник воды. Жажда начала уже мешать думать, очень хотелось промочить горло. Светило еще не успело прогреть склоны и воздух, было слишком рано, но я чувствовал, что день будет жаркий. Ноша была нелегкая, уже сильно оттянула руки, поэтому я все оставил и взял только рогатину для осмотра. Что-то здесь перепугало семью горных баранов. Они, конечно, и так достаточно пугливые, могут и от лисицы побежать, и от громкого звука. Я оказался прав, стоило пройти первые деревья, как блеснуло своей гладью небольшое озерцо. Помня, что у водопоев можно встретить всех местных обитателей, осторожно оглядел подступы к водоему. Близко у берега кустов не было, на земле виднелось множество следов копытных животных, навоза и, даже, немало шерсти застряло на кустах в сторонке. Озерце оказалось метров двенадцать на четыре метра, я обошел его по берегу, но источника не увидел, к своему сожалению. Сразу чистой воды не набрать, ключ где-то на дне и воду придется кипятить. Жалко очень, что пластиковая бутылка литра на полтора не попала со мной сюда. Носить воду в котелке неудобно, прилегание крышки не полное, вода расплескивается. Я быстро сходил за вещами, набрал котелок и собрав валежника, поставил его на огонь. Пить хотелось нестерпимо, но приходилось терпеть. Употреблять такую воду опасно и быстрым расстройством, и пожизненными проблемами. Котелок поставил на краю рощи, деревья здесь уже выросли под пятнадцать метров, какие-то хвойные породы, типа наших сосен и елей. Удивили меня длинные и пушистые уголки на одном их деревьев, на Земле таких ни разу не видел. Но странно, что более высоких деревьев нет совсем, все большие - примерно одной высоты и возраста, толстых стволов не видно тоже. Наверно, здесь выше вырасти они не могут. Оставив все вещи под особо разлапистой елью-сосной, я осмотрел свое деревянное оружие. Носить его становится тяжеловато, мне надо подумать, не стоит ли что-то оставить здесь. Рогатина точно необходима, чтобы теоретически остановить кого-то вроде медведя или вооруженного человека, чисто теоретически. Естественно, сам я с такими задачами в жизни не сталкивался, но читал нередко, в тех самых книгах про попаданцев. Дубина нужна для ближнего боя, для меня необходима, да и получается неплохо, размахиваю себе на удивление. Дротик, конечно, не так нужен. Наконечника нет, способен только поцарапать или оглушить при попадании в голову. Но это просто кусок ствола, более или менее прямой и все, он полетит куда попало. Чтобы метать и попадать с уроном, надо тренироваться, и дротик совсем другого уровня. Толку от него для меня почти нет, раз есть рогатина. Я снова подхватил рогатину, вышел к краю рощи и, стоя в тени кустов, начал высматривать дальнейший свой путь. Вдали внизу виднелась сплошная стена леса, но до нее не менее пары километров. До леса нужно пройти еще несколько рощ и перелесков. Ближайшая метрах в трехстах, к ней нужно серьезно спускаться, здесь серьезный перепад по высоте. Рассматривая местность, я вышел из кустов и подошел к краю склона. Маленькие камешки покатились вниз из-под моих ног. Скатываясь все дальше, они вызвали небольшую лавину внизу. Здесь спускаться нельзя - успел подумать я, как сердце предательски дрогнуло, и забилось, как дурное. Из складки склона, немного в стороне от устроенной минилавины, появилась и пристально уставилась на меня огромная кошачья голова с торчащими ушами. Я замер, ожидая, что потревоженный хищник разберется в ситуации и уйдет с достоинством. Наверняка, он сыт и устроился на дневной отдых, поэтому не будет нападать на вооруженного человека. Такая успокоительная надежда недолго гуляла в голове. Зверь одним прыжком вскочил на край и, о Боже!!! Он оказался гигантский, длина тела не меньше трех метров в длину, ну может два с половиной метра. Решил я секунду спустя, уссурийский тигр минимум на полметра меньше. Эта зверюга не такая солидная по форме тела, как наш дальневосточный хищник, но выглядела гармоничнее и опаснее. Я стоял, не двигаясь, и дышать даже перестал. Кошка все так же пристально смотрела на меня, и хоть не менее восьмидесяти метров разделяло нас, мурашки поползли по спине. На меня напало непонятное оцепенении, я так и стоял, даже мысли перестали крутиться в голове. Хищник с пару минут смотрел на меня, потом яростно хлестнул хвостом по бокам и неспешно двинулся в мою сторону. Оцепенение сразу спало, я развернулся и ломанулся к месту моей стоянки. Голова снова заработала на полную мощность, и я лихорадочно думал, как спастись. Убежать не получится, в бой вступать – без шансов! Размеры и мощь животного подавляют, остается одно – искать спасения на деревьях. Там я смогу хоть немного уравнять шансы. Зверюга тоже чувствует себя там, как рыба в воде, но добраться до меня будет посложнее. Я подлетел к той самой ели–сосне и, пользуясь форой по времени, начал подготовку к битве за жизнь. Рогатину воткнул в почву изо всех силенок и облокотил на одну из нижних веток с удобной развилкой, следующая по высоте ветка тоже поддержала рогатину почти вертикально. Рогатина осталась стоять с небольшим наклоном к стволу. Быстрее, надо быстрее – билась в голове паническая мысль. Схватил дротик, и его тоже воткнул в землю в метре от рогатины, ему хватило и одной ветки поддержки. Глянул на закипавший котелок, но нет. Лезть с ним на верхушку и поливать кошку в шикарной шубе - глупо и бессмысленно. Прошло секунд двадцать, как я бросился бежать, Зверю придется в гору подниматься по неустойчивой осыпи, пожалуй, время на исходе! Рюкзак за спиной, дубина в руке, и я бросился подниматься по крупным и удобным веткам, с животным ужасом ожидая сокрушительно прыжка на спину. Дубина, зажатая между большим и указательным пальцами, не мешала цепляться оставшимися. С поразившей меня самого прытью, я поднялся к почти самой верхушке, и замер, держась за тонкие ветки. Сердце судорожно колотилось, я крутил головой, ожидая появление зверя под деревом. Вот и подошла к концу карьера попаданца. Шансов почти нет, может оно и лучше, меньше мучений и проблем – думал я. Помощи ждать тоже не от кого. Но что-то внутри не соглашалось сдаваться, тем более, ни о какой милости речь и не шла. Быть сожранным огромным котом – не та участь, чтобы проделать такой путь и усиливаться в Храме! Этого просто не может быть!!! Думая так, я заметил, что прошла минута, другая, а Зверя у подножия сосны-ели не видно. Посмотреть по сторонам мне мешали ветки с густыми иголками, но ближайшие деревья были в поле зрения. Вернее, низы стволов. Успокоившись немного, я спустился вниз, на более толстых ветвях гораздо проще держаться и сражаться. На топорик и, тем более дубину, я не рассчитывал особо. Если до них дойдет, то хватит одного удара лапы, чтобы я полетел вниз с неясными последствиями. То есть очень ясными. Рассчитывать я мог только на то, что зверь потеряет интерес, и уйдет. Или на свой неожиданный, последний сюрприз, попавший со мной в этот мир. Но скоро выбор исчез, огромный кот прямо материализовался из ниоткуда, около дерева. Встав на задние лапы, уперся передними на ствол и уставился на меня своими коричневыми с желтыми зрачками глазищами. Я прижался к стволу, и как мог более угрожающе занес палицу над головой. Зверь так же неподвижно смотрел на меня, и я смог подробно рассмотреть такое чудо. Мех, на вид очень густой и плотный, красивейшей серо-голубой окраски, переливался под лучами местного светила. В голове внезапно зашумело, напала слабость, даже появилось желание закрыть глаза и прыгнуть вниз. Переборов себя с трудом, я зло оскалился и крикнул с вызовом: – Или сюда, шуба чертова! - и снова махнул дубиной, смело приглашая подняться к себе. Зверюга не стала заставлять себе ждать, и, присев на задние лапы, одним легким и изящным прыжком взлетела на четыре метра. Сердце екнуло и замерло в груди, следующим прыжком она еще на пару метров приблизилась ко мне. Я заорал и неистово замахал дубиной, пытаясь сбить такую беспощадную машину смерти с ритма. С ритма моей смерти. Хищник плавно перетек вокруг ствола и оказался в трех метрах от меня. Тут он уже перестал так легко подниматься, и начал это делать осторожнее, тщательно нащупывая ветки лапами и продолжая неотрывно смотреть на меня. Уходя от взгляда беспощадных зрачков, я опустил глаза на его грудь и ориентировался по ее приближению, пытаясь дубиной обозначить границу продвижения кошки. Она поднималась все медленнее и аккуратнее, все же ее двести пятьдесят-триста кило напрягали ветки гораздо ощутимее, чем мои восемьдесят килограммов. Скоро Зверь оказался в паре метров от меня и остановился. Видно было, что дальше подниматься ему сложно. Снял сапоги, они сильно мешали удерживаться на дереве, я с силой, по очереди, прицельно запустил в Зверя. Не скажу, что чего-то добился, но Зверь зарычал, когда один сапог слегка ударил его по морде. Я впервые услышал его голос, и он снова замер, глядя снова мне в глаза. Теперь уже почти в упор. Я лег на основательную ветку, уперся животом, и левой рукой, с зажатым баллончиком, изо всех сил вцепился в ветку повыше. Приподнял ноги из опасной зоны и перекинул их на пару соседних веток, упершись пальцами ног в сами ветки для равновесия. Наступила решающая минута, голова Зверя находилась в двух метра от моей тушки, но возможности двинуться выше он почти лишился, ветки под передними лапами потрескивали уже конкретно. Если бы я поднялся еще на полтора метра, как раньше, то был бы недосягаем для него. Но и сам сидеть здесь точно не смог бы, хоть какое-то продолжительное время. Зверь, убедившись в моей недосягаемости на дереве, ждал бы меня внизу, не отходя далеко. К тому же, мне показалось, что он явно использует какие-то ментальные или магические способности. Что-то похожее на чувство подчинение чувствовалось вполне осязаемо. Нет, вопрос надо было решать сейчас. Вряд ли я смогу, хотя бы ранить его, но даже падение с такой высоты может отбить у Зверя желание меня преследовать. Поэтому я снова заорал и махнул дубиной, пытаясь попасть по огромной голове Зверя. Однако, он смог меня удивить, едва удерживаясь на разъезжающихся ветвях, мгновенно взмахом одной из когтистых лап вырвал дубину. И замер, пытаясь снова восстановить равновесие. Дубина улетела в сторону. Глядя на этот потрясающий маневр, сплетение стальных мышц и необыкновенной ловкости, я понял – остался последний шанс, хотя бы не проиграть в этой битве окончательно. Я ухватился освободившейся правой рукой за присмотренную заранее ветку, отпустил левую. Перекатывая в ладони баллончик, резко опустил руку к оскалившейся огромной морде, с усами в полметра, и придавил спуск большим пальцем сверху, удерживая его оставшимися четырьмя. Мне нужно было оставить в баллоне хоть половину газа, но, и выпущенный, должен был попасть точно на огромные, злобные глаза и широченный, в десять сантиметров нос. Координация меня не подвела, струя перцового газа легла прямо, куда и планировалось. Я тоже смотрел на здоровенную морду не просто так, изучая, как изловчиться одним росчерком газа поразить и глаза, и нос. Попасть удалось и немного в пасть, которую Зверь угрожающе начал раскрывать навстречу моему движению. Я отдернул руку, Зверь на секунду замер, потом взвыл негодующе и отпрянул от меня. Теряя равновесие, соскальзывая с ветвей и падая спиной вниз, он уже прижимал лапы к морде. Зверь падал, раздвигая ветки своей тушей и задние лапы продолжали двигаться в этот момент. Это я запомнил навсегда.