И ты тупая, потому что не...

Зима… Вьюга… Я, прижавшись коленками к туловищу, сижу на подоконнике и с пустыми глазами смотрю в окно, отходя от очередного скандала с мамой. На фоне еле слышно играет музыка, а из соседней комнаты доносятся крики. Это мама снова жалуется своей подружке по телефону, выставляя меня врагом всего человечества. После измены отца, моя мама перестала быть той, кем была до этого. Из-за развода, состоявшегося 3 года назад, она стала чокнутой маразматичкой. Ссоры, обзывательства, угрозы, невероятная ненависть, издевательства, это досталось от неё единственному человеку на свете, а то есть - мне. Моя младшая сестра ничуть этому не подверглась, чему я действительно рада, ведь она всё таки ещё ребёнок. Но вот я… Из-за неё я тоже перестала быть той, кем была, особенно за последние полгода... У меня пропал аппетит. Моё тело похудело до костей. Нервная система разрушилась на тысячи частиц. Я потеряла краски жизни. Глаза перестали сиять. Все мои цели свелись к минимуму. Я отказалась почти от всех друзей. Отказалась от себя. Единственное, чего нынешняя я хотела, так это сдаться и умереть. Ложившись спать, в моей голове засела мысль, насколько же меня ещё хватит? Я очень давно хочу уйти отсюда, ведь перед моими глазами только лишь работа и конченная мать. Разве так выглядит жизнь девушки в 19 лет? Каждый день одно и то же. Никакого веселья. Единственное разнообразие, это могу в свободные дни выйти поиграть с сестрой на детской площадке на территории жк, и то, только лишь потому, чтобы быть не в одном помещении с матерью. Под красивые звуки вьюги мне всё таки удалось уснуть, а проснувшись, я была одна в квартире. У мамы работа, у меня выходной, сестра в школе, на часах 14:38, а значит у меня есть чуть меньше 4 часов до прихода мамы. Первым делом я включила погромче музыку и начала заниматься, потому что стараюсь поддерживать хоть какие-то оставшиеся формы, после этого сходила в душ и на конец заварила чашку бодрящего кофе. С успехом доделав все свои утренние дела я спряталась в своей комнате и надев наушники включила аниме, но, к сожалению, особо не могла сосредоточится на нём. Голова без конца была переполнена мыслями об уходе из дома, но как и все предыдущие разы, мой план обрывался на одном и том же. Я не знала куда мне идти. Оставшаяся подруга живёт с парнем на другом конце Москвы, папа живёт в другой стране, а писать бывшим друзьям а-ля “приютите меня”, я сочла за глупость. Итог таков, что уйти я могу, но увы некуда… Из-за забитой головы я и не заметила, как на часах стукнуло время приблизительного прихода мамы. После осознания я быстренько побежала на кухню, чтобы сполоснуть свою грязную чашку кофе, дабы потом, если вдруг что, меньше выслушивать, как вдруг в квартире становится напрочь темно. Я тихо ойкнула и прижала руку к сердцу, так как испугалась нежданному выключению света, но не растерявшись, я включила фонарик на телефоне и в спешке сполоснула чашку, следом также быстро уходя обратно в комнату, слыша за спиной звуки открывающихся входных дверей. — «Успела…» – Облегчённо выдохнула я, закрывая дверь своей комнаты и медленно направляясь к кровати. Квартира тут же начала наполняться счастливым голоском сестры, которая громко восхищалась тому, что они успели доехать на лифте до того, как выключили свет, а мама тихо смеялась и подыгрывала ей. Эта сценка, как и все прошлые, сделала новый порез на моём сердце. Мысли о том, что раньше мама вела себя со мной также, как и с Алисой, начали поедать изнутри. Она всегда смеялась с моих слов, поддерживала, оберегала, любила, гордилась... Мы были словно лучшие подруги, а теперь… Через несколько минут ко мне пришла сестра и сразу же запрыгивая на кровать начала рассказывать о горячих новостях сегодняшнего дня. Пару раз к нам заглядывала мама и спрашивала у Алисы зачем она сидит с таким отбросом, если ей ещё уроки делать. Но что я, что сестра, уже привыкли, хотя ей каждый раз было неприятно слышать подобное. А для меня это настолько постоянная фраза, что она заменила мне обычное “Привет”. Общение с сестрой помогло мне чуточку расслабиться и даже подумать, что сегодняшний день закончится на спокойной ноте, но стоило только подумать об этом, как на всю квартиру раздался зов мамы, и звала она меня… — Зайка, включи фонарик и иди в свою комнату, я скоро вернусь. – Вставая с кровати сказала я и вышла из комнаты, лениво направившись в зал, где и находилась мама. Облокотившись об барный столик я скрестила на груди свои руки и глубоко вздохнув начала наблюдать, как она зажигает свечи на подлокотнике дивана и, как обычно, специально игнорирует мой приход. — Из-за чего выключили свет? – Увалившись на диван наконец задаёт та вопрос и зацикливает на мне свой строгий взгляд. Свет от огня дрожал на наших лицах, играя тенями, из-за чего обстановка тут же накалилась. — Откуда я знаю? — А кто знает? Ты же дома весь день была, а не мы. — Вот именно, я была дома, а не в отсеке с электроэнергией. Я тебе ответила, что не знаю, поэтому я пошла. — Стоять! – Вскрикнула она пока я разворачивалась. — Узнай когда включат свет, в чате жк ничего не пишут. — Каким чудом?! – Не удержавшись повысила я тон. — Если в чате никто не знает, то я уж тем более не узнаю. — Ты ненормальная? Алло, дорогуша, очнись! Да мы могли пешком подниматься на 10 этаж, ты понимаешь?! А что если его не будет и завтра? Тебе вообще всё равно? — Это не мои проблемы, поднимайся как хочешь. – Шикнула я, вновь собираясь уходить. — Конченная, за языком следи… Ты только и можешь, что бесить меня и права качать. – Заорала та, а я закатила глаза. Слава богу свет такой слабый и почти ничего не видно, а то б и за это выслушала. — Вот ты сделала то, что я просила? Нет! Даже без света видно, какие полны грязные. — Но ты ведь не просила… — Да что ты говоришь? В одну руку телефон, в другую тряпку, и мой его прямо сейчас же. — Да это издевательство! Какой нормальный человек будет это делать? — Вот именно, нормальные люди этого не делают, но ты то ненормальная. У тебя есть целый час, чтобы вылезать пол, а если ослушаешься, то Алису больше не увидишь. Закрою тебя в комнате и ты будешь гнить там, пока Алиса дома. Поняв, что слова тут не помогут, я тихо шикнула и пошла набирать тазик с водой, в голове проклиная её всеми существующими способами. Спустя 40 минут мучительно неудобного мытья пола я закрылась в своей комнате и ,посмотрев на свои красные коленки, неосознанно заплакала. Не знаю даже, что болело больше, сердце, или руки с коленями. Из-за голода сил вовсе не осталось, голова безумно кружилась, живот скручивался в сотни узлов. Я выполняю лёгкие тренировки зная, что на это мне сил хватит, но если добавить мытьё полов одной рукой, я уж точно сломаюсь. Почему бы просто взять и не поесть… Куда делся мой аппетит… Почему стоит мне прикоснуться к еде, меня тут же начинает тошнить… Может быть я подсознательно убиваю себя этим? Ведь ещё чуть-чуть, и я точно умру от голода. В комнате, освещаемой одним лишь фонариком, я почувствовала себя как никогда одинокой. С подругой общаемся редко, а сестра хоть и разговаривает со мной, но это явно не то, что я хочу обсуждать. Мне бывает чертовски скучно с ней, ведь ей 10, а мне 19, что у нас может быть общего... На работе сплошная конкуренция, поэтому общаться не с чем. Моделинг… Что ещё сказать... Все друг друга ненавидят, все друг друга подставляют. Там не существует ни дружбы, ни любви. — Дарья. – Вдруг отвлёк меня от мыслей мамин голос, но от обиды я никак не ответила и лишь молча посмотрела на неё. — Долго мне ещё ждать новостей про свет? — Кто знает… — Ты ничего не узнала?! – В полной ярости удивилась она, мне аж смешно стало, но смех я, конечно же, сдержала. — Выйди, пожалуйста, из комнаты, я нехорошо себя чувствую. — С чего вдруг? Устала ничего не делать? — Устала от тебя. – После этих слов повисло тишина, обозначающая ничего другое, как затишье перед бурей. Я глубоко вдохнула и безумно пожалела, что сказала это, после чего прикусила губу и закрыла глаза, чтобы было спокойнее выслушивать. — Да ты совсем уже в край ахуела… Я уже давно могла вышвырнуть тебя отсюда, но каждый раз не делаю этого, потому что видок у тебя слишком жалкий. Вот значит как ты ценишь мою доброту, да? Ну ты и тварь… Значит надо пожестче с тобой, чтобы с небес спустилась, а то совсем уже от рук отбилась. — Извини, я сказала не подумав. – Открыв глаза уточнила я, понимая, что в этих словах нет никакой ценности. — Ты че издеваешься надо мной? Ты наказана, поняла? Нет сил на тебя, серьёзно.. Короче, сидишь дома, пока не наступит тепло, и решение я не поменяю! — Сейчас декабрь! Я потеряю сотни съёмок и деньги, на которые живу! Я не буду сидеть здесь до апреля. — Тебя никто не спрашивал. — Я не буду сидеть здесь до апреля. – Сердито повторилась я, а у той аж лицо передернулось, будто в тике, она закачала головой и, психически усмехнувшись, начала мне аплодировать, но не долго... Через секунду её лицо вновь стало привычно строгим. — Концерт окончен, клоун, теперь заткнись и слушай, что тебе говорят. — Выйди из комнаты, пожалуйста, мне очень хреново, я не могу тратить силы на это, как ты не понимаешь? Хорошо, я наказана, ты добилась своего, а теперь прошу тебя, уйди отсюда! – Кричала я из последних сил. Мне давно уже не было настолько плохо, но я всячески скрывала это сейчас. Было ощущение, что в какой-то момент у меня либо остановится сердце, либо меня стошнит. Руки были тяжёлыми, а в глазах мелькали какие-то пятна. Мне стало страшно, но я держалась… С трудом держалась… — Если я сейчас выйду из комнаты, то ты на руках меня поднимать будешь, если свет не включат, поняла? — Ага, и случайно зайду на крышу и спрыгну вместе с тобой. – Шикнула я, чувствуя, как от адреналина началось трясти тело, а внутри всё сжимала какая-то невидимая пружина. Ну, терять мне всё равно больше нечего, я уже наказана. — Лучше сделай это без меня, ничтожество! – После этих слов мать гордо скрылась из комнаты, а я, зависнув на одной точке, без остановки начала прокручивать её последние слова, из-за чего стало казаться, будто они всё ещё раздаются эхом… Снова и снова... Мама впервые пожелала мне смерти прямым текстом, да ещё и в таком серьёзном тоне. В какой-то момент в ушах противно запищало, но так отдалённо, будто меня поместили в вакуум. Сердце выбивало болезненные удары, а слёзы сами покатились по щекам. Было ощущение, будто сейчас начнется паническая атака, но она всё никак не начиналась, из-за чего появилось чувство, будто я сейчас сойду с ума. Не видя и не слыша ничего, под слабым освещением фонарика я сдуру начала складывать большой рюкзак с самыми нужными мне вещами. Не знаю как, но мозг работал в эвакуированном русле, а руки автоматически тянулись за всем, что мне необходимо. Забив рюкзак вещами, я уперлась об стол и быстро дыша взялась за сердце, пытаясь успокоится, но всё бестолку. Моё состояние только ухудшилось. В глазах плавали какие-то белые точки. Сердце с каждым стуком билось всё быстрее и быстрее. Слёзы душили. Ноги стали ватными и тяжёлыми. Мне чудом удалось натянуть первые попавшиеся под руку вещи и закинуть толстый рюкзак на спину. В коридоре, сквозь заложенные уши я слышала, как мама уже разговаривает с подругой по телефону, а сестра, выбившая из комнаты, задаёт нескончаемое “Ты куда?”, но ответить я ей, к сожалению, не смогла, ведь во первых я и сама не знала куда я, а во вторых, я не могла говорить… Я пыталась выдавить хоть слово, но горло свело судорогой и я только лишь всхлипнула... Это напугало меня ещё сильнее. Я вывалилась из квартиры и машинально направилась к лестничной площадке, спотыкаясь о собственные ноги и чуть ли не падая на каждом шагу. Что со мной… Я будто провалилась в пустоту, ничего не видно, ничего не слышно, сплошной страх и отчаяние. Сил всё меньше и меньше. Тошнит настолько, что хочется кричать. Теряется равновесие. Ломит всё тело. Кровь отхлынула от лица, а кончики пальцев онемели. Мысли только об одном, я умираю. Спустившись всего на 3 этажа, силы закончились идти дальше. Я села на холодные ступеньки и облокотилась об бетонную стену подъезда. Сверху еле-еле слышались зовы матери, видимо она уже шла за мной, а снизу эхом раздавались чьи-то шаги. В этот миг у меня появился лучик надежды, что если сосед живёт на 7 этаже, то не знаю как, но он поможет мне, а если нет, то метель снаружи убьёт меня… И тут мне действительно чертовски повезло. Сосед остановился на 7 этаже и я еле-еле начала махать фонариком, чтобы он увидел вспышки и заметил меня. Добившись этого, он сразу же поставил пакеты с продуктами у двери и кинулся ко мне. Его голос раздался где-то вдалеке головы, а лица совершенно не было видно, хотя он был всего в полуметре от меня. Его руки начали слегка трясти мои плечи, чтобы я пришла в норму, но это не помогало. Он всячески пытался дозваться до меня, но я слышала лишь то, как голос мамы становился всё громче и громче, из-за чего я, будто открыв второе дыхание, мёртвой хваткой вцепилась за его предплечье и подняв голову из последних сил сказала. — Не отдавайте меня маме… Прошу… Не… Не ведите меня домой… Спасите меня… Помогите мне… После этих слов я окончательно выжалась. Сознание было всё ещё при мне, но безумно мутно. Я почувствовала, как сосед взял меня на руки, а через время, как кожа покрылось теплом. Он отнёс меня к себе в квартиру и посадил на диван, начиная снимать рюкзак с курткой и массивные ботинки, после чего аккуратно положил моё тело в горизонтальное положение и куда-то в спешке ушёл. Подметив, что я могла использовать на максимум лишь обоняние, я тут же ощутила приятный запах квартиры. Через пару секунд появился ещё один аромат, который я чувствовала ранее, это безошибочно были духи соседа, он вернулся, и, кажется, начал с кем-то говорить по телефону. Стоило мне вырубиться, как вдруг спустя какое-то время послышались голоса женщины и мужчины, а так же что-то возбуждённо рассказывающего соседа. Мне стало страшно, мало ли что… Я ведь не знаю, что он за человек… Но после укола в руку и задницу до меня дошло, что он вызвал мне скорую. Боль была мимолетной, ведь всё было будто во сне. Всё так обрывчато, что не разобрать где реальность, а где плоды фантазии. После процедуры врачи начали что-то безостановочно говорить, а сосед их слушал и постоянно угукал. Этот гул был таким отдалённым, таким успокаивающим, что не успели они покинули квартиру, как я окончательно уснула. Иногда, на пару секунд, я просыпалась, чувствуя неописуемую боль. Болело абсолютно всё от пяток до макушки, и мне настолько хотелось избавиться от боли, что я просто напросто заново вырубалась, наплевав вообще где я и с кем. И так было несколько раз. Слух постепенно восстанавливался и иногда мне удавалось услышать тихие шаги вперемешку с мяуканием. Иногда я даже слышала его голос, от чего узнала, что он молодой парень, а не какой-то там дед. Но самое главное, это потрескивания камина и сильная вьюгу за окном. Это я слышала постоянно, даже когда спала. Но окончательно проснуться мне помог тот самый кошачий житель. Пушистый, красивенный кот топчился на моей груди и подыскивал себе удобное место, а когда увидел признаки жизни с моей стороны, то сразу же начал биться об мою руку и мурлыкать. Пушистик грел меня всё время пока я спала, я это чувствовала, и этот милый факт заставил меня легонько улыбнуться. — Какой красивый. – Гладя кота прошептала я, снова улыбаясь от того, что могу нормально говорить. Поднявшись на локти и усевшись в позу лотоса, я, продолжая поглаживать ласкового кота, начала осматривать округ, который освещал лишь камин в углу. Просторная, белая комната с панорамными окнами казалась довольно уютной, но смутила меня её пустота. Камина, ёлки, гирлянд, дивана, маленькой вешалки и стола явно недостаточно для такой большой комнаты. — А это ещё что. – Уставившись на стол, который стоял рядом с диваном, заинтересованно прошептала я. На нём стояла бутылка сока, графин воды, и баночка доктора пеппера, и как положено, рядом с каждым напитком стоял стакан. Моё лицо тут же расплылось в удивлении, а рука сама потянулись к соку, но увы мне не хватило сил, чтобы поднять его. Подключив вторую руку, я кое как взяла бутылку, но случайно упустила её и недовольно цокнула. Долго не думая, я взялась за газировку и перетянув её к себе на ноги начала попытки вскрытия, но ничерта у меня не получалось. От сильной жажды и такой ненормальной слабости я начала злиться и продолжая испытание по открытию железной банки тихо пыхтеть. Пальцы соскальзывали, будто банка облита маслом, а нервы так сдавали, что я была готова плакать. Я понимала, что если не получиться открыть банку, то я останусь без жидкости, ведь сок мне не поднять, а графин уж тем более, поэтому я пыталась и пыталась и пыталась, но руки почти не слушались. Я откинула напиток в угол дивана и облокотилась на спинку, длительно выдыхая. Пройдясь взглядом по окрестности ещё разок, я вдруг поняла, что здесь стало ещё пустее. Пока я боролась с железякой, кот ушёл от меня, но прищурившись за пределы комнаты, я увидела, как он стоит на задних лапках у закрытой двери и шкрябает её, будто дозывается до того, кто находится в той комнате. В этот миг сердце самовольно выдало волнение и я встала врасплох перед смешанными чувствами страха и интереса. Увидев, как дверь открывается и с освещенной комнаты выходит что-то бормочущий коту парень, я почувствовала, как ладони покрылись холодным потом, а сердце ушло в пятки. Было и страшно, и неловко, и стыдно, и неудобно и всё подряд. Я безумно испугалась, ведь боялась его реакции на произошедшее. Мне хотелось притвориться спящей, но меня словно парализовало, да и смысла уже не было, ведь он сразу заметил меня… А вот я почти ничего не видела из-за неудобного света, но всё тут же изменилось, стоило ему лишь подбежать к дивану и сесть на полу прямо напротив меня, уставившись взволнованными глазами. Даже в самом бредовом сне мне бы не привиделось такое. На меня снова смотрели те самые глаза, с которыми я так часто сталкивалась раньше. Чуть ниже та самая родинка на щеке. Эти лохматые волосы, которые он вечно поправлял, когда куда-то шёл. Эти большие, костлявые ладони. Эти губы. Этот нос. Эти широкие плечи. Это выражение лица… Это без ошибок он. Тот самый парень, с которым мы так долго играли в гляделки…