По-настоящему экстремальный фестиваль

Горечь потери доходит не сразу, оседает где-то глубоко внутри. И когда кажется, что все возможные и невозможные слёзы выплаканы, воспоминания окатывают ледяным потоком измученное угрызениями совести тело. Возникает множество мыслей "всё могло быть иначе, если бы…" Но они ни к чему не ведут, это лишь шаг в бездну. Так и Дима буквально стоял на обрыве, вглядываясь обессиленно в тьму под ногами. Если бы Масленников когда-то не взял Стаса на работу, он был бы жив… пусть бы они так и не пообщались никогда… слишком уж большую цену пришлось заплатить. Если бы старший выбрал другой сейф, всё бы было иначе, он бы не стоял сейчас на краю перед пропастью, протягивающую свои омерзительные щупальца отчаяния к сердцу и разуму Димы. Вокруг тишина, будто бы кто-то выключил звук, всё будто бы в тумане и лишь в отдалении звучат шаги и чей-то смех. Темнота сгущается и остаётся еле заметный лучик света, направленный на Масленникова, цепляющийся за жизнь, заставляющий надеяться, что это всё неправда и лишь сон, сейчас Стас обязательно выбежит и рассмеётся как обычно, сказав, что это розыгрыш. Чёрт возьми, Дима бы простил ему всё что угодно, лишь бы тот был жив. Старший виновен. Он давно решил так и не искал чего-то, что могло опровергнуть это. Нет сил плакать, нет сил проявлять хоть какие-то эмоции, нет сил существовать дальше. Один шаг, всего один единственный, и назад пути не будет. Будто бы по щелчку пальца старухи, ровесницы вселенной, случайно отрезают нить, которую уже не прикрепить. Семья, дети, внуки - всё кануло в небытие, так и не успев претвориться в жизнь. Но вот, когда казалось, что тьма полностью поглотит мир, показался лучик света, напоминающий открытую ладонь. Дима поднял голову и заметил смотревшую в другую сторону девушку, которая подала ему руку. Эмоции эмоциями, а сидеть посреди парка на не самом чистом мосту было, и правда, не самой лучшей идеей, хотя это явно не главное, что могло больше всего волновать в тот момент. Взяв себя в руки, Масленников рукавом вытер лицо и поднялся, ответно протянув руку. Почувствовав это, девушка двинулась вперёд, осторожно ступая. Лишь сейчас старший смог приглядеться к незнакомке. Белое платье, чем-то напоминающее атрибуты клоунов из различных квестов, безэмоциональный взгляд в никуда. Она была слепа, без сомнений, но тем временем, кажется, видела и чувствовала гораздо больше. Из размышлений его вывели звуки противного наигранного смеха. По краям дорожки, на которую они вышли, стояли клоуны, издавая различные звуки и пританцовывая под едва различимую музыку. Когда они прошли чуть дальше, их сопровождающие выстроились кругом и пошли вперёд, продолжая посмеиваться довольно жутко. "Только не цирк…" - подумал обессиленный парень, всё так же безэмоционально смотревший вперёд. - "Хотя… пусть делают что хотят". Его, будто животное, завели в какую-то комнату и заперли, всё вокруг стихло. Оглядевшись, Дима заметил, что помещение было чем-то похоже на лабораторию, хотя, казалось бы, какая к чёрту лаборатория, если снаружи были клоуны? На дальней стене висела доска с фотографиями и подписями, а посредине было небольшое зеркало. - Цирк уродов, превосходно, - произнёс с сарказмом Масленников. - С виду обычные люди, может, грим наносят, чтобы соответствовать названию… Вот наконец взгляд молодого человека упал на надпись под отсутствующей фотографией, на месте которой было его отражение. "Убийца собственных друзей", - прочитал мысленно он, вздохнув и отвернувшись. Как бы не твердил здравый смысл, что во всём виноват чёртов организатор, глубоко внутри Дима считал себя именно тем, кем его назвали. Пришло время выбираться, и не в таких переделках был, справится. Дёрнув дверь, которую закрыли ранее за ним, Масленников убедился в том, что она, и правда, заперта. Оставалась ещё одна, рядом с которой висела маска, которую и взял старший, нацепив на себя и открыв проход дальше. Он попал в помещение, находившееся на небольшом возвышении. Приглушённый цвет едва распространялся по комнате, освещая силуэты расставленной мебели. - Что за чёрт?.. - пробормотал блогер, подойдя к огромному полотну и сдёрнув его. Перед глазами открылись стеклянные колбы, двое по-прежнему оставались пустыми, а в остальных под толщей жидкости, похожей на воду, виднелись те, кого Дима успел найти, как и Стас… разве что в отличие от всех он был в отключке и выглядел неважно. Обалдев от произошедшего, Масленников тут же бросился к одной из колб, встретившись взглядом с Сударем. На лице того заиграла лёгкая улыбка, и он кивнул, глазами указав на две пустые колбы. - Эмиль и Полина, - догадался старший, не имевший ни малейшего понятия о том, что будет происходить дальше. Тут же занавес за его спиной поднялся и зазвучал голос, заставивший Диму обернуться к трибунам со зрителями. - Добро пожаловать на наше представление. Под потолком огромного шатра включился экран, на нём показали ложе, по-видимому, главных лиц происходящего. Среди них была фигура в длинном красивом платье, лицо которой так же было скрыто маской. Она сидела, не двигаясь, на своём месте, слушая, что ей скажет та странная девушка, из-за которой Масленников оказался здесь. Несмотря на завесу тайны личности центральной фигуры, парень мог поклясться, что ему нужно было именно туда, к ней.