Особое обстоятельство

Мне, наконец, разрешили ходить, чему я была несказанно рада, ведь, по словам капитана, нас скоро ждёт новый остров. Я стою перед зеркалом, задумчиво рассматривая прядь волос в руке. Сейчас мои волосы вполне могут прикрыть грудь своей длиной. Как же они надоели. Натягиваю прядь потуже, крупные ножницы в руке тихонько клацают. Потом снова и снова. Таким образом я состригаю волосы чуть выше плеч. Получилось более-менее ровно, поэтому сойдёт. Веник в углу помогает мне убрать следы безжалостного преступления, а душ уносит жалкие остатки в слив. И почему я раньше не сделала так? Прямо жить легче стало. Немного обсохнув, иду в камбуз, скоро ведь обед, надо помочь Лаки Ру. Людей тут многовато. Ясопп разговаривает с Бенном, заливая смехом всё помещение. - А чего вас так много тут? - О. А ты уже пришла? Думал, проваляешься ещё пару дней. – Лаки Ру выглядывает из-за шкафа. - Надоело уже в постели лежать. – я потягиваюсь, футболка приоткрывает живот. - Я уже закончил готовить, так что, ты поздновато. – он виновато потирает затылок. – Как нога? - Почти не болит, только шрамы останутся. Думаю, жить можно. – на самом деле болит и жжётся, но нельзя ведь нажаловаться. - Думаю, ты слишком добрая, поэтому повредила ногу. Ты ведь не смогла убить того дозорного? – Ясопп скрещивает руки на груди. - Ну! Знаешь ли! Мне людей убить не приходилось. Вот угрожать, ругаться, заставлять и шантажировать приходилось, а убивать как-то нет. – я жму плечами в ответ. - Кем же ты работала, раз приходилось такое делать? - Ну… Я учителем в самой обычной школе была. Ещё и класс курировала. Вот и выкручивалась, как могла. – руки сами тянутся за прядью, но её нет. – В основном, работала с детьми и подростками. - Это объясняет, зачем тебе столько барахла в сумки. Всякие салфетки, лекарства, блокноты. – Бенн смотрит на меня, отчего появляется приятно тягучее чувство. - Никогда нельзя угадать, что нужно твоим подопечным. Всегда надо быть во всем оружии. – я невольно улыбаюсь ему. – И как там мои детки… - Сколько их у тебя? - Приблизительно двадцать три ребёнка по пятнадцать-шестнадцать лет. – мелкая дрожь пробегает по плечам. – Вообще, с ними можно найти общий язык, хотя и бывает сложно. С другой стороны, никогда не скучно. Как в большой семье. Бенн морщится в ответ на мои слова. - А вот я был бы не против большой семьи. – Шанкс присаживается на стол, рядом со своим старпомом. – Куча детишек, жена, друзья. - Ага. – я киваю. – Куча детишек, куча криков, плохой сон несколько лет, переходный возраст, истерики, ссоры, скандалы. Учишь их, любишь, холишь и лелеешь, а в итоге всё равно величайшим злом становишься. Это я уже молчу про тот возраст, когда он закатывает истерику, потому, что ты не даёшь ему съесть хвост вашего кота. Меня снова передёргивает, а парни смеются во весь голос. - У тебя точно своих детей нет? А то мало ли… Может я чего-то не знаю. – Бенн кладёт руку мне на талию. - Нет. Я бы запомнила. Просто с детства с младшим братом возилась, воспитывала как своего. - А ты сама разве не хочешь детей? – Ясопп склоняет голову на бок. - О чём ты? Я вообще разочарование для своей семьи. Мне почти двадцать пять, мужа нет, детей нет, живу не в собственной квартире, тату есть, занимаюсь чем хочу. Просто позор семьи какой-то. – я самодовольно улыбаюсь. – Хотя, детей я люблю, иначе учителем бы не стала. Бенн осторожно лезет под футболку ладонью, поглаживая талию. Казалось бы, такой невинный лёгкий жест, а эмоций вызывает, будто мне пятнадцать. Давненько подобного не было. Он осторожно задевает кончиками пальцев низ живота, заставляя меня едва ли не дрожать. Вот же негодяй. Сам с непроницаемым лицом стоит, а я мурашками покрываюсь. Хотя, судя по всему, ему кажется это забавным развлечением. - Кстати, ты волосы обрезала? – капитан подпирает щёку рукой. - Да. Они мне поднадоели. Нравится? – я верчу непросохшей головой. - Тебе очень хорошо с короткими волосами. – Бенн наклоняется, смотрит мне прямо в глаза. - Вот же подхалим. – Шанкс смеётся, запрокинув голову. – Ему только повод дай, сразу же тебя украдёт. - Ему только волю дай, он бы тебя вообще из рук не выпускал. – Ясопп толкает Бенна в бок. - И не только из рук. – Лаки Ру высовывается из-за холодильника. - Я всё еще тут. – старпом недовольно складывает руки на груди. Прямо-таки идиллия и спокойствие. Хотелось бы мне, чтобы это длилось вечно. Кажется, что всё так и должно быть, всё на своих местах. Приятное тепло разливается по всему телу, оставляя сладкое послевкусие, несмотря на раны, которые всё ещё жгутся. Капитана хитро улыбается, глядя на меня. Что-то не особо хорошее он задумал, мне это не нравится. Он оглядывает меня с ног до головы, а после переводит взгляд на свою правую руку, даже не скрывая ехидной улыбки. - Ария, так у тебя грудь, оказывается, есть? – Бенну явно не нравится это изречение, он хмурится в ответ. - Нет, нету. Это оптическая иллюзия. – я провожу рукой по футболке, заставляя воздух выйти. – Тебе показалось. Теперь, когда я начала носить нормальный лиф, а не стягивать грудь бинтами, она стала такой, какой и должна быть при втором с половиной размере. Это стало отличным поводом для капитана, чтобы подтрунивать надо мной. В общем-то, мне всё равно на эти шуточки, к такому можно привыкнуть, но вот Бенн. Он слишком остро реагирует на подобные вещи, хмурится и недовольно смотрит на Шанкса, который смеётся на мои ответы. Может быть, он правда ревнует, но есть ли для этого повод? Хотя, как говорится, в тихом омуте черти водятся. В любом случае, нужно будет поговорить с ним на эту тему. Бенн обхватывает мою талию, крепче прижимая к себе. Видимо, несмотря на внешнее спокойствие, он всё же ревнует. Шанкс снова ехидно улыбается, заметив этот жест. Кажется, ему доставляет особое удовольствие подкалывать своих накама. Приступ тошноты постепенно подкатывает к горлу. Это не приступ голода, а последствия лечения. Вряд ли, конечно, меня вырвет, но приятного будет мало, если это случится прямо в камбузе. - Пойду подышу. Вывернувшись из рук, поднимаясь на палубу. Запаха солёного тёплого воздуха словно наполняет каждую клеточку кожи, раздувает лёгкие снова и снова, подавляя приступ тошноты. Хочется верить, что это остатки, которые сойдут «на нет» сами по себе. На всякий случай иду к борту на подогнувшихся ногах. Наверняка я уже бледнее, чем простыни в больнице. Новый приступ начинается чуть ниже диафрагмы, постепенно поднимаясь по горлу, заставляя меня вцепиться слабыми ручонками в борт. Кажется, я понимаю, почему мне советовали ещё немного полежать. Чья-то рука ложится на моё плечо. Это последнее, чего хочется человеку, которого тошнит. - Эй, тебе позвать врача? Я отмахиваюсь в ответ, мысленно молюсь Такхизис, чтобы это прекратилось. Надо же, на горизонте, совсем далеко, виднеется что-то очень похожее на остров. Но на эти мысли нет времени, потому, что меня очень оперативно выворачивает за борт. Однако, после этого становится намного легче. - Там что, остров? – я щурюсь, пытаюсь разглядеть размыленный объект в далеке. - Похоже на то. – Бонк опирается на борт. – Ты бледная. Может к доктору? - Нет. Уже слегчало. Позвать капитана? По взгляду мужчины понятно, что мне лучше бы остаться тут и подышать свежим воздухом. Видимо, мне остаётся только сидеть тут и наслаждаться тёплой погодой. Прикрываю глаза, становится тихо, волны шумят и бьются о корму, отголоски каких-то птиц долетают до моих ушей. Шаги из камбуза. Уверенные, крепкие, но обувь не тяжёлая, скорей всего Шанкс, а за ним ещё два человека. Доски скрипят. У меня есть ощущение, что я уже делала что-то подобное в качестве упражнения. Услышать шаги и попытаться понять, кому они принадлежат. - Ооо. Это же остров Рассвет. Я тут как-то бывал. – Рокстар смотрит в бинокль. Что-то очень знакомое мельтешит в моей голове. На этом острове должны произойти особо важные события. Вот только, какие? Чертова память! Если бы я только могла вспомнить эти «важные события», то стало бы намного легче. Мой взгляд падает на шляпу капитана. Точно! Луффи должен получить шляпу. А мне предстоит подумать, что делать.