Сегодня не его день рождения

Нил ненавидел свой день рождения. Точнее, нет. Нил Абрам Джостен ненавидел день рождения Натаниэля Абрама Веснински. И, к сожалению, он помнил каждый, начиная с шестого. В тот день он получил свой первый нож. Маленький Натаниэль с восторгом рассматривал блестящий клинок и красивые кожаные ножны. Правда, восторг быстро сменился ужасом, когда отец поставил перед ним клетку с кроликом и приказал сыну выпотрошить животное. Ночью мальчик провёл в душе около двух часов, пытаясь очистить себя от крови. Даже когда вода давно потеряла кровавый оттенок, он продолжал с остервенением тереть кожу, в попытках смыть отвратительное ощущение. День своего семилетия Натаниэль провёл в подвале в компании мышей и тараканов. Оглядываясь назад, этот день рождения был самым спокойным из всех, так как мыши хотя бы не желали ему вреда. Выйдя из подвала, Натаниэль подумал, что был бы не против вернуться туда и в следующем году. Но у отца были другие планы. Через год он накормил сына отвратительно сладким тортом, а потом ограничил ему доступ к любым жидкостям. Под конец дня Натаниэль был готов на всё, лишь бы получить каплю воды. С тех пор он не ест сладкое. В качестве сюрприза на свои девять лет Натаниэль получил сломанные пальцы. Вечером ему пришлось играть на фортепиано на банкете, организованном в его честь. Все подарки, которые он получил, были сожжены у него на глазах. Свой десятый день рождения он старался не вспоминать. В бегах было проще. Мэри относилась ко дню его рождения, как к обычному дню, полностью игнорируя более тревожное, чем обычно, состояние сына и его рук, не перестававших дрожать весь день из-за того, что во сне он вновь переживал один из своих дней рождения. Когда он стал жить один, он поступал также. В свой девятнадцатый день рождения он буквально искупался в крови. Ложась спать восемнадцатого января, он не знал, чего ждать от своего двадцатилетия. Он не знал, как избавиться от тревожного состояния, не покидавшего его в течение последней недели. Он не знал, какой день рождения приснится ему на этот раз. Ложась спать, он знал только одно. Он знал, что девятнадцатого января предпочёл бы не просыпаться.

***

Раздался тихий стук в дверь. Не открывая глаз, Натаниэль сосчитал количество ударов по двери и когда в дверь постучали в десятый раз, он поднялся с кровати и подошёл к двери. Открыв её, он увидел свою мать. Она держала в руках тарелку с салатом. Натаниэль улыбнулся и отошёл от прохода, пропуская её в комнату. — С днём рождения, Абрам, — она поставила тарелку на его письменный стол. — Я решила, что перед тем, как ты увидишь отца, тебе стоит подкрепиться. — Спасибо, мам, — мальчик кивнул с искренней благодарностью. — Он говорил тебе, какой подарок ждёт меня в этот раз? — Нет, — дождавшись, когда сын доест, Мэри забрала у него тарелку. — Но не думаю, что это что-то хорошее, — сказала она и покинула комнату. В девять утра Натаниэль сидел за большим деревянным столом в холодной и тёмной столовой, отсчитывая секунды до неизбежного появления отца. Ровно через пятьдесят шесть секунд послышались тяжёлые шаги, а ещё через пятнадцать секунд Натан вошёл в столовую. — Доброе утро, семья, — сказал он обманчиво-ласково. — Доброе утро, отец, — привычно откликнулся Натаниэль. Натан сел за своё место во главе стола и по очереди оглядел сына и жену. — Мэри, сегодня у нашего сына день рождения. Ты уже поздравила его? — спросил он жену. — Нет, я ждала тебя, — тихо ответила женщина. — Что ж, это имеет смысл, — он повернулся к сыну. — С днём рождения, Натаниэль. — С днём рождения, сын, — повторила за мужем Мэри. — Спасибо, — мальчик через силу улыбнулся. Натан лишь кивнул и принялся за еду. На секунду Натаниэлю захотелось поверить в то, что в этом году ничего не будет, и у отца есть более важные дела, чем превратить день рождения сына в очередной кошмар, но следующая фраза отца разрушила надежды мальчика: — Завтракай быстрее, Натаниэль, тебя ждёт сюрприз. — Хорошо, отец, — Натаниэль искренне надеялся, что его голос не дрожал. Как только отец положил вилку на стол, Натаниэль тут же поднялся со стула. — Так не терпится получить свой подарок? — хмыкнул отец. — Я просто не хочу тебя задерживать, — безжизненным тоном сказал Натаниэль. «Я просто хочу, чтобы это всё скорее закончилось», — пронеслось у него в голове. Отец вышел из комнаты, знаком приказав Натаниэлю идти следом. Они поднялись на второй этаж и остановились перед дверью, ведущей в одну из комнат для встреч. — Открывай, — сказал Натан, и Натаниэлю не оставалось ничего, кроме как послушаться. В комнате стоял большой стол, за которым сидело девять детей его возраста. Ещё одно сиденье было свободным. За спиной каждого ребёнка стояло по одному из людей отца. Комната и каждый предмет в ней был покрыт клеёнкой. Простой обыватель предположил бы, что это для того, чтобы избежать пыли, но Натаниэль знал лучше. Клеёнки нужны были для того, чтобы не пришлось отмывать вещи от крови. Натаниэль молча занял пустующее место и стал ждать объяснений от отца. Тот на мгновение замер, рассматривая комнату так, будто видел её впервые, а потом заговорил: — Натаниэль, перед тобой дети людей, задолжавших нам крупные суммы. Их родители любезно согласились отпустить их к тебе на день рождения. Натаниэль знал, что это значит. Часть детей была похищена из их семей, чтобы напомнить их родителям, что обмануть Веснински невозможно. Другие же дети были отданы в качестве оплаты. Натаниэль задумался, а поступил бы его отец так же, если бы была такая необходимость. Тогда он ещё не знал, что буквально через полгода отец решит продать его младшей ветви Морияма. Много лет спустя Нил предположил, что к тому моменту отец уже рассматривал такой вариант развития событий, поэтому решил преподнести настолько запоминающийся прощальный подарок. Поэтому ответ Натаниэля и Нила был одинаковым. Они оба знали, что отец бы использовал его как разменную монету без угрызений совести. — Что же ты не приветствуешь своих гостей, Натаниэль? — грубо прервал их мысли отец. — Добро пожаловать, — Натаниэль кивнул им. — Рад, что вы смогли уделить мне время сегодня. — А я то как рад! — воскликнул отец. — Давайте все вместе сосчитаем до десяти в честь Натаниэля. — Итак, раз! Внезапно прозвучал выстрел, и Натаниэль запоздало осознал, что это выстрелил один из людей отца. Оставшиеся в живых дети должников завизжали и попытались подняться, но это им не позволили сделать тугие верёвки. Натаниэль же даже не вздрогнул, зная, что это взбесит отца. Мальчик лишь с ужасом смотрел на лужу крови на клеёнке. Он знал, что это был непоследний выстрел. И он не ошибся. Отец продолжал считать, и раз в десять секунд количество живых в комнате уменьшалось. Наконец отец дошёл до «девяти» и мальчик понял, что настала его очередь. Натаниэль услышал, как отец снимает с предохранителя пистолет, приставленный к его голове. Дойдя до цифры десять в своей голове, он глубоко вздохнул и зажмурился в ожидании неизбежного, но выстрела так и не последовало. Вместо этого Натаниэль услышал новый голос: — Нил? — осторожно проговорил незнакомый голос. Натаниэль с опаской открыл глаза и обнаружил себя в полной темноте. При других обстоятельствах он бы напрягся, но сейчас он чуть ли не плакал от облегчения. Голос зазвучал вновь. Он что-то говорил, но Натаниэль смог различить лишь «Нил», «безопасность», «Эндрю». Натаниэль заставил себя сконцентрироваться на голосе, чтобы понять, что тот имеет в виду. На этот раз ему удалось услышать больше: — Нил, это всего лишь сон, ты не в Балтиморе. Ты дома. «Я дома», — повторил про себя Натаниэль. И тут в помещении, в котором он находился, включился свет, заставляя Натаниэля вспомнить что-то важное. Он вспомнил, что уже давно не живёт в Балтиморе. Он вспомнил, что играет в команде «Лисы» и учится в университете Пальметто уже второй год. Он вспомнил, что его зовут не Натаниэль. Его зовут Нил Абрам Джостен. Он открыл глаза и увидел перед собой Эндрю, разглядывающего его лицо. — Привет, — тихо сказал Нил. — Привет, — ответил Миньярд. — Сколько времени? — Нил знал, что Кевин не оценит, если он пропустит утреннюю тренировку, а сегодня он явно не был готов к спорам. — Четыре утра. Я предупредил Кевина, что нас не будет на утренней тренировке, если тебя это волнует, — вероятно, Эндрю просто послал его нахуй, но сейчас Нилу было плевать. — А Ваймак отпросил нас с занятий на сегодня. Кевина с Ники я выгнал к Мэтту ещё вчера. Нил благодарно кивнул и прикрыл глаза. Воспоминания о кошмаре всё ещё были свежи, но их почти перекрывали мысли о том, что Нилу больше никогда не придётся сталкиваться ни с чем подобным в его жизни. Он услышал, что Эндрю поднимается с корточек, и осознал, что сам он лежит на полу. Нил решил, что не будет узнавать, как он там оказался. — Крыша. Да или нет? — спросил тем временем Миньярд. — Да, — без сомнений сказал Нил и поднялся с пола. Ему было необходимо проветриться. Обычно путь на крышу не стоил ему больших усилий, но после ночного кошмара он чувствовал себя как выжатый лимон, поэтому подъём занял у него добрых пять минут. К счастью, Эндрю не торопил его, лишь терпеливо проходя с ним каждую ступеньку. Наконец они добрались до точки назначения. Нил со вздохом опустился на пол и не смог сдержать слабой улыбки, когда Эндрю сел рядом. — Что было в том сне? — голос Эндрю звучал безразлично, но Нил знал, что за этим голосом скрывается интерес и беспокойство. — Мой десятый день рождения, — Нил кратко пересказал события того дня, кроме финала. — В тот день отец выстрелил в стену, лишь немного задев моё ухо. Часть останков тех детей отправились должникам. «Подарки» упаковывали при мне, — он сглотнул. — Но во сне было по-другому. — Что изменилось? — Я услышал твой голос. Он вытянул меня, — он посмотрел на Эндрю. — Можно я возьму тебя за руку? — Да, — ответил Миньярд. Нил нежно переплёл их пальцы и долгое время просто смотрел на них. Прошло несколько минут, прежде чем он снова заговорил: — Знаешь, год назад я был уверен, что умру до лета, — он рассмеялся. — И вот он я, год спустя дрожу из-за собственного дня рождения. — Нет, — резко сказал Эндрю. — Нет? — Сегодня не твой день рождения. Твой день рождения в марте. Нил посмотрел на небо. Солнце начинало свой подъём, знаменуя начало нового дня. Нил улыбнулся, легонько сжимая руку Эндрю. Эндрю был прав.

Сегодня не его день рождения.