Посыпать голову пеплом

Замелькали дома. В ушах свистел ветер. — Помедленнее! Сано не реагировал или не слышал из-за шума. Лишь увеличил скорость. И тогда я, испугавшись, снова крикнула, пытаясь перекричать шум мотоцикла и ветра: — Пожалуйста, давай поговорим! Сбавь скорость! Мы можем разбиться к хуям!! Он никак не отреагировал. Мне стало очень страшно. Это была моя первая поездка на мотоцикле. Вдобавок, у меня не было шлема и я держалась только за свою сидушку, расположив руки за спиной. От этого казалось, что из-за малейшей кочки я слечу с сиденья и размажусь по асфальту. Мы начали ехать ещё быстрее и находясь в стрессовой ситуации мне ничего не пришло на ум, кроме как обнять Майки, чтобы сохранить себе жизнь. На раздумья времени у меня не было, в страхе я прижалась к его спине всем телом, обхватив руками грудь и живот Манджиро. *У Майки был удивленный взгляд, он немного повернул голову в её сторону* — Я не хочу снова умирать! В этот момент он начал сбавлять скорость, потом вовсе остановился. Мы приехали к какой-то детской площадке. Он слез с байка и прошёлся немного вперёд. Замер, стоя спиной ко мне. Кажется, снова погрузился в свои мысли. Я пока не вставала с мотоцикла и пыталась успокоить своё сердце, которое лихорадочно стучало из-за пережитого страха. «Адреналин из всех щелей лезет. До конца жизни хватит, даже ещё останется» — пошутила я в своей голове. Кроме шуток мне ничего не оставалось. — Ты слышала историю о моём брате? — не оборачиваясь, спросил Манджиро. На этом шутки закончились. — Расскажешь мне? Манджиро опустил голову и долго молчал. Казалась, будто он выбирает: стоит делиться этим или же нет? Я встала с мотоцикла, но подходить к нему пока не решалась. — Баджи и Кадзутора собирались украсть CB-250 — байк моего брата. Они хотели сделать мне подарок на день рождение. Этот байк напоминание о моём брате. Мой любимый транспорт. Я тяжело пережил его смерть. Уже столько лет прошло. Я понимаю, что они хотели порадовать меня и убили его не специально, но осадок всё равно остался… — он сделал недолгую паузу. Было видно, что ему тяжело об этом вспоминать и говорить, пусть тон его голоса и оставался спокойным. Майки задумчиво оглядел площадку и продолжил: — А здесь мы часто играли с Баджи. Наши дома были рядом, но мы не были в таких хороших отношениях: постоянно ссорились и дрались. Несмотря на это, я очень дорожил им… Пару месяцев назад, во время «Кровавого Хеллоуина», он умер. — он посмотрел на небо. На улице было холодно, медленно падали крупные хлопья пушистого снега, освещённые желтоватым светом уличных фонарей. Майки собирался рассказать ещё что-то, но вдруг опустил голову и произнёс: — И вот я всё понять не могу. Тех, кто всегда был рядом, резко не стало. И как такое произошло… мне никак не понять. Я стояла позади него, застыв как каменная статуя, и слушала его монолог, наблюдая за тем, как красиво развивались его волосы из-за ветра. Он обернулся и посмотрел на меня. А потом начал вытаскивать что-то из под куртки. Это оказался фиолетовый амулет на белой верёвочке. — У меня к тебе просьба. Я подошла к нему и озадаченно посмотрела в его глаза. Увидела, как в них застыли тоска и печаль. «Он снова вспомнил об их смерти. Снова удар в старую, больную рану». Майки снял со своей шеи амулет и протянул мне. — Я хочу, чтобы он был у тебя. — он натянул улыбку. Я посмотрела сначала на амулет, затем перевела взгляд на Манджиро. Мне стало неловко от этой ситуации и, заметив моё выражение лица, он слегка опешил. — Прости… Меня понесло. — Манджиро собирался сунуть оберег в карман, но я схватила его за руку. Зажала амулет вместе с его рукой между своих ладоней, обхватив с обеих сторон. — Буду беречь его, как зеницу ока. Я заметила, как его глаза заблестели от подступающих слёз, но это было лишь на мгновение. Он едва заметно улыбнулся — самыми краешками губ. Эта улыбка и тёплый взгляд стали резким контрастом на его утомленном лице… Казалось, он собрал в себе самые последние крупинки света и с радостью отдавал их мне. Совершенно не заботясь о том, что сам остаётся ни с чем, в полной темноте. «Ты пережил столько боли… Как удаётся быть таким, какой есть?» Я не знала, как он отреагирует на то, что я собираюсь сказать и сделать. Просто мне показалось, что он очень нуждается в чём-то таком, но никогда этого не попросит. — Манджиро, выполнишь и мою просьбу? — не выпуская его руку, немного смущаясь, я прижала её к своему сердцу. — Я прошу тебя только об одном… Позволь мне быть рядом с тобой и поддерживать тебя. «Ведь в будущем ты не выдержишь и сломаешься. И мне понятно почему. Я обещаю, что не позволю тоске, перерастающей в тьму, поглотить тебя. Ты заслуживаешь счастливого будущего. Я спасу тебя». Улыбка с его лица спала и он удивлённо смотрел на меня, но руку не выдернул. В его глазах промелькнула едва заметная надежда. Свободной рукой он мягко дотронулся до моего плеча. — Спасибо, Мики. Надеюсь, ты не забудешь. Нам пора возвращаться. «Чего? Мики?» — теперь я была удивлена, но возражать было бессмысленно. Позже он привёз меня к моему дому. — Пока-пока. — Подожди. У меня остался один вопрос. — М? Какой? — Почему ты рассказал мне о таком личном? Мы с тобой почти не знакомы. — Дурацкий вопрос. Он ответил не сразу, немного призадумавшись. — Потому что Такемучи доверяет тебе, а значит и я. — он снова улыбнулся мне своей добродушной улыбкой, после чего уехал по своим делам. Я перевела взгляд с его удаляющегося силуэта на амулет, который провесит на моей шее всего два с половиной года.