Выбор

Больница, кабинет. Чарли сидит на передвижной коляске в длинной пижаме и с пустым, слабым взглядом, будто из неё дементоры высосали все хорошие воспоминания, оставив ту безэмоциональной куклой, что бросили и оставили на чердаке. Возле Уоттс находился врач-психиатр, который был послан Фаулером для работы над последствиями всех событий, что произошли с девушкой, и помочь той встать на ноги. Психиатр: Чарли, вы можете быть полностью открытой со мной. Я выслушаю всё, что рвётся у вас изнутри. Чарли: Я хочу, чтобы это все кончилось. Я хочу домой. Психиатр: После месячного курса терапии вас непременно отправят домой, даю слово. Позвольте задать вопрос. Какие чувства у вас вызывают воспоминания о... тех событиях? Чарли: Было поинтереснее, чем здесь. Здесь довольно скучно, и тошно. Особенно, когда из меня пытаются выжать все соки, чтобы узнать то, чего я лично вспоминать не хочу! Психиатр: Я вас понимаю, для вас это ужасная и болезненная травма. Однако, чтобы начать работать с вами, мне нужно некоторое понимание, что именно тогда произошло. Чарли: Если вам это нужно для отчёта, то забудьте! А если вы хотите действительно мне помочь, то оставьте меня в покое! У меня уже есть подходящий человек, который выслушает меня и поддержит при любых обстоятельствах! Психиатр: Даже если так, вы ведь понимаете, что вам в любом случае придётся всё рассказать? Не мне, так им. Чарли: Знаете, мне плевать. Когда вас выебут в задницу проводами, вот тогда и поговорим, а сейчас... идите вы нах! После этих слов Уоттс развернулась на кресле и выехала из кабинета. На месте ожидания сидела монашка, ожидавшая свою подругу. Увидев, как та резко вылетела из кабинета, Фрэнки поспешила за ней. Фрэнки: Какой план, кэп? Чарли: Одна неделя проколотая дрянными шприцами, так ещё и... меня, и возможно тебя, не выпустят с Джаспера. Фрэнки: Они че там, вообще охренели?! Мы имеем право ехать и идти куда захотим! Чарли: Видимо, это право для всех, кроме тех, кто взаимодействовал с неземной расой. А ты, судя по твоим словам, раскрасила Нокауту личико. Фрэнки: Хех, не просто раскрасила, он мой кирпич и мой ебальник надолго запомнит! Кстати, тот жёлтый упырь так и не уезжал с того момента, как мы привезли тебя без сознания в больницу. Может, тебе стоит спуститься и... Чарли: Нет!! Нет... нет, я... я не хочу его видеть. Только не сейчас, и не завтра, и не послезавтра, вообще... давай не будем о нём. Я хочу меньше думать о... них, и больше сосредоточиться на побеге. Ты со мной? Фрэнки: Естественно! Я всегда за! Что вообще за гондоны, что не хотят выпускать нас?! Мне нравится, как ты мыслишь! Чарли: Отлично, обдумаем это завтра. А пока, не отвезёте ли вы меня, сударыня, обратно в мои покои? Фрэнки: Сочту за комплимент, моя госпожа! Они вместе засмеялись. Фрэнки довезла Чарли до палаты и помогла той забраться на кушетку. Протезы, что когда-то были подарком Рэтчета и прикреплены к Уоттс, были отделены от её тела. Злость. Вот, что накопилось за тот остаток времени, что назывался спасением. Злость о времени, что она провела в заточении у Нокаута. Закрыв глаза, девушка почувствовала страх проснуться в том страшном месте, рядом с тем красным монстром, что когда-то пытал её, но при этом проявлял садистскую заботу, оберегая её от своих же ему подобных. Хоть кто-то выполнял эту работу, в отличие её жёлтого друга, что так и не явился на её выручку. Её же друг – жёлтый автомобиль-автобот Бамблби – находился под её окном, не выходя из состояния ожидания в надежде, что Чарли спустится к нему. Мимо его бампера прошёл мальчик Рафаэль, которого привёз Смоукскрин. Маленькая ладошка мальчика коснулась жёлтой краски железного корпуса автобота и прошлась по периметру. Рафаэль: Ничего, Би, я всё исправлю! По крайней мере, я постараюсь! Поднявшись на нужный третий этаж, мальчик прошёл по коридору и зашёл с предупредительным стуком в палату Чарли Уотсон. Фрэнки сидела на стуле, а Чарли же лежала на кушетке. Девушки услышали посторонние звуки и обратили своё внимание на гостя. Рафаэль: П-привет. Как ты, Ч-Чарли? Чарли опустила глаза. Ей было сложно смотреть на того, на чьих глазах по её вине погиб близкий ему человек, и который впоследствии предательски выдал ту Нокауту, а потом... От одних воспоминаний от того, что было дальше, тело как будто пробило электрическим разрядом. Рафаэль: Я ненадолго. Я пришёл извиниться за многое, в чём я виновен. Фрэнки: Джесси щас не в духе, заходи завтра. Рафаэль: Простите, мисс, а вы кто? Фрэнки: Мисс?! Ой, только не делай из меня пожилую женщину! Мне всего-то... а сколько мне? Чарли: Не знаю, вроде тридцать шесть? Но я могу ошибаться. Фрэнки: Хочешь сказать, я настолько стара?! Ого, даже моему боссу меньше! Ну, тогда мне... столько, сколько и тебе! А тебе явно не под сорок, Джесс!! Так что ты, мелкий, хотел? Рафаэль: Всё это произошло из-за меня. Ты наверняка сейчас ненавидишь Би за то, что он не спас тебя вовремя, но это всё из-за того, что я сказал, что ты мертва. И тогда, в лесу, когда мою сестру убили, я инсценировал твою смерть, чтобы ты... ты не.. не лезла и не забирала у меня Бамблби! Стоило тебе приехать, так он взгляда с тебя не сводил. Я был слеп в своей ревности и презрении, я не заслуживаю прощения! Хоть Оптимус, как лидер всех автоботов, дал мне второй шанс на искупление, я его не заслуживаю, т.к. Оптимус после моих слов объявил всем о твоей смерти! Фрэнки: Оптикус значит, понятно... Рафаэль: Моё наказание на данный момент – сознаться в содеянном и поднять тебя на... Чарли: Мне всё равно. Рафаэль: Ч-что? Чарли: Мне плевать. Меня скоро здесь не будет, и всё станет как прежде. Тебе не обязательно горбатиться со мной ради утехи Оптимуса. Я вижу, как я тебе противна, и вскоре я исчезну, и всё встанет на свои места. Больше ты меня не увидишь. Рафаэль был потрясён. Чарли говорила безэмоционально, с пустыми глазами, но так открыто, будто высказывания произносила в суде. Фрэнки же не устроили её слова. Фрэнки: Стоп, стоп, стоп! И это всё?! Ты вот так просто сдашься, не высказав этому Оптикусу всё что ты о нем думаешь? Рафаэль: Он - Оптимус! Фрэнки: Это гнида, кто бы он ни был! Рафаэль: Предводитель автоботов. Фрэнки: Предводитель этих упырей без всяких доказательств на слово поверил этому мелкому сосунку, что ты мертва, не пытаясь найти даже признака того что его слова верны. Буквально похоронил тебя заживо!! Да, Господь же его Бог, даже тело! Он не умудрился даже тело твоё мёртвое найти, чтобы заявить о твоей кончине и устроить достойные похороны! Да я оббегала пол США, чтобы найти твою шкуру, Джесс! Хотя все твердили, что это бессмысленно, и я ищу пустоту!! Но какое совпадение и благое знамение отца нашего Бога, что я не послушала тех простофиль, что говорили мне о моих пустых поисках!! Угх, как же меня бомбит!! Собирайся, мелкий, мы идём чистить ебальник твоему начальнику! Рафаэль: Но он не мой начальник, а автоботов... и тем более, туда так просто не попасть! Фрэнки: Ой, вот не надо этого ля-ля. Пиздёж твой так уже провонял, что на Джесс одни синяки остались! Так, звони этим своим чмошникам, и пусть первого по вызову гонят сюда! Рафаэль: И что мне им сказать? Фрэнки: Объяви им, что меня ждёт свидание с одним из них! Фрэнки со злобной ухмылкой посмотрела на мелкого, а затем её настроение сменилось на ещё более безумное. Поцеловав в лобик Чарли, монахиня потащила за собой мальчика за дверь палаты больницы, бросив напоследок: Фрэнки: Я скоро! Отдохни, отдых тебе сейчас не помешает! Не успеешь открыть глаза, как я прибегу!! И вот, Чарли снова одна. Её тело расслабилось, веки стали тяжелеть, девушка начала засыпать. Но сон потревожил посторонний шум, это был цокот каблуков. Открыв глаза в ожидании своей подруги, она с ужасом осознала, что это были люди в чёрных одеяниях. Они связали ей рот, ноги и руки, чтобы та не убежала или не позвала на помощь. Попытавшись сопротивляться, Чарли увидела своего психолога, что снова подсела возле неё. Психолог: Мы не закончили наш разговор, миссис Уотсон! И хотите или нет, но мне нужно получить все ответы! Уотсон не понимала, что происходит, сопротивление было бесполезным. Но рот освободился, и немедля она укусила одного из типов, что держали её. Тот закричал, а Чарли пыталась дальше бороться. И вот шанс позвать на помощь, но в ответ ей лишь дают жёсткую пощечину, чтобы она не сказала больше ни одного лишнего слова. Психолог: Нам нужно, чтобы она могла говорить! А не отрубать всё то, чем она говорит! Не позволяйте лишнего! Голова кружилась. Она снова в беде, и ей никто снова не поможет. Тихим и слабым голосом она снова попыталась докричаться до Бамблби. Чарли: Би.. Бам.. бл.. Голова шла кругом. Девушка почувствовала боль в вене, в которую вставили иглу для введения препарата, что развязывает той язык. Психолог: Всё дошло до того, что тебе пришлось вколоть наркотическое вещество, состоящее из натриевой соли (RS)-5 - (1-метилбутил)-5-этил-2-тиобарбитуровой кислоты с безводным натрия карбонатом – она же сыворотка правды. Я честное слово хотела по-хорошему, но это моя работа, и я обязана тебе помочь, даже если придётся залезть к тебе в мозг силой! Чарли: Не.. не надо... я не... не хочу... я не хочу возвращаться снова ту... да. Психолог: Извини, но придётся, иначе я... мы не получим всю ту информацию, что хранится у тебя в коре твоего затуманенного мозга. Не волнуйся, всё скоро кончится. Я обещаю!