Не влюбляться.

Мизуку с минуту стояла у заборчика, смотря на горящий свет в гостиной. Что если парень сейчас не один, а она вот так просто вламывается в его дом? Понимая, что она уже не чувствует кончиков пальцев, Мизуку постучалась в дверь несколько раз. Кажется, она прервала зарождавшийся сон Ханмы, потому что выглядел он помято, стоя у дверей без привычной укладки и в одних шортах. – Где ты так наклюкалась? – спросил Шуджи, подхватывая подругу, готовую упасть на порог. – Стоять. Почему ты в таком состоянии, но алкоголем даже не пахнет? Парень крепко обхватил лицо Мизуку ладонями, заставляя посмотреть на него. Однако глаза Есикавы непроизвольно закрывались, не давая оценить состояние зрачков. – Хочу в горячий душ, – пробормотала брюнетка, повиснув на парне, а тот вздрогнул от внезапного холода, исходящего от тела Мизуку. Кое как сняв с девушки мокрые кеды, Ханма поднял её на руки и понёс в ванную комнату, надеясь, что у неё хватит сил помыться самостоятельно. Набрав в ванну горячую воду, парень повернулся в сторону Мизуку, что стояла у стены, ища хоть какую-то опору. Есикава явно была не в состоянии даже стоять, а снять с себя одежду и залезть в ванную тем более. – Шуджи, сделай всё сам, – приподнимая руки, тем самым намекая на то, чтобы он снял с неё топ, сказала Мизуку. За последний год Шуджи повидал много раздетых девушек перед собой, но одна мысль о том, что сейчас он увидит тело подруги детства, заставляла зажмурить глаза. Всю жизнь он думал о том, что это произойдёт в иных обстоятельствах, но Мизуку вынуждает его сделать это прямо сейчас и без промедления. Парень снял с Есикавы одежду и усадил в воду, после чего ушёл в свою комнату, дабы найти подходящую одежду. – Что же с тобой произошло, Мизуку? – прошептал он, сидя на коленях перед ванной и аккуратно смывая с девушки растёкшийся макияж. – Много чего, – Есикава улыбнулась, прижимаясь лбом к плечу Ханмы и глубоко вздыхая. – Кажется, я качусь в бездну и не хочу это останавливать. – Поговорим об этом позже. Как сейчас себя чувствуешь? Холодно? – Нет, в самый раз, – Мизуку чуть не упала, поскользнувшись на мокром полу, но крепкая хватка Ханмы не дала ей разбить лицо о холодный кафель. Шуджи не понимал, что происходит, и эта неизвестность убивала его. Его лучшая подруга детства сейчас находится в ужасном состоянии, но он понятия не имеет о том, что творится в её жизни. Наверное, он стал слишком редко интересоваться, отдаляясь от Мизуку и пропуская важные детали. А сейчас она стоит в его объятиях, полностью обнажённая, беззащитная и просящая хоть какой-то поддержки. Он слишком давно знает её, поэтому понимает её даже по мелким движениям, как, например, сейчас, когда она впивается ногтями в его бока, чтобы не зарыдать. Ханма и не знал, что его грубые ладони способны так нежно прикасаться к кому-то. Он аккуратно сушил волосы Мизуку феном, пока она сидела на полу у его кровати. – Извини, я не умею делать модные укладки, – Ханма улыбнулся, выключая фен и смотря на улыбающуюся девушку. – Думаю, зелёный чай немного поможет. Тело перестало дрожать, голова кружилась намного меньше, поэтому Мизуку была готова рассказать Ханме о прошедшем дне. Вся история крутилась вокруг сводного брата, который уже начинал сводить с ума. Не забыв упомянуть картину, которую она увидела через окно, девушка закончила. – Поживи ещё немного с ним, может, он просто не может привыкнуть? Всем нужно время. А теперь посмотри на меня, – Шуджи снова схватил лицо Мизуку, заглядывая в серые глаза. – Блять, Мизу, у тебя зрачки больше луны, что за хуйня? – У тебя темно, – прошептала девушка, понимая, что он ни за что не поверит в эту чушь. – Пиздец, – Ханма схватился за голову и резко отошёл в другой угол комнаты, повышая голос с каждым словом. – С каких пор, Мизуку? Зачем? – Это всё ебучий Акихико виноват! – закричала Есикава, разводя руками. – И из-за этого ебанько нужно было себя начать губить? – Шуджи понимал, что сейчас разговаривать с ней так явно не лучшая затея, но справиться с эмоциями, вышедшими из под контроля, Ханме не удалось. – А что ещё я могла сделать? Я хотела забыться, объебаться до потери сознания! – кружка, что была в руках Мизуку, со стуком ударилась о столик, жалобно звякнув. – Я хотела чтобы меня поддержали, помогли мне справиться с этим дерьмом, но никому не было до меня дела! Всем плевать на меня, абсолютно каждому человеку на планете! Родная мать не разговаривает со мной уже несколько лет, а если и делает это, то раз за разом повторяет, что я не оправдываю её ожидании. Все подруги были фальшивками, которые искали выгоды, когда я просто хотела почувствовать настоящую дружбу. Знаешь, что мне ответила Аи, когда я написала ей об измене Такасахи? Знаешь? Она ответила мне почти спустя сутки, написав "оу, это ужасно", а после сразу же попросила помочь с подготовкой ко дню рождения. Почему я должна помогать всем подряд, а когда мне хуево, никого нет рядом? – ярая жестикуляция придавала девушке жутко озлобленный вид, однако небольшое скопление солоноватой жидкости, капля за каплей начинающие литься из её глаз, предательски явили на показ её настоящие чувства. Жгучая боль и обида захлестнули Мизуку, и она не могла скрыть те чувства, что она пыталась подавить всё это время за счёт наркотиков. – Мизуку, чёрт бы тебя побрал, я был рядом! – Ханма не мог не кричать, слыша такие вещи от своей подруги. – Я всегда готов быть рядом с тобой, утешать, смотреть твои сопливые драмы, часами слушать твои рассказы, ходить по магазинам в жару, пока ты не можешь выбрать себе одежду. Я на всё готов, чтобы тебе было хорошо! Когда ты пришла ко мне в тот вечер, ты уже была объёбанная? – Я скажу тебе больше, мой дорогой, – сквозь слезы Мизуку ядовито улыбнулась. – Я приняла таблетки прямо в твоём доме, пока ты ходил за выпивкой. Я продолжала делать это раз за разом, каждый блядский день, и я продолжу. И мне абсолютно похуй на то, что кто-то против, особо если этот кто-то ты, Шуджи Ханма. Спасибо, конечно, за заботу, но, наверное, не стоило мне идти к тебе. Прости, сглупила. – Есикава вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь. Она надела обувь, которая всё ещё была влажной, и вышла из дома Шуджи. Смотря на рассвет и вдыхая свежий воздух, она шла в сторону "своего" дома. Всё, что мог сделать парень в этот момент – осесть на ступеньки и закурить, смотря на отдаляющийся силуэт. Почему-то ему казалось, что сама она не вернётся, но и он пока что не готов простить её поступок.