"...Мрачные дни. Дни, когда мы будем одиноки."

      Я сидел за столом у окна, вертя в руке пачку сигарет, которая принадлежала Рут. Белая зажигалка была предусмотрительно извлечена и выложена на стол. Зажав между губ очередную бумажную трубочку, я приблизил к лицу пламя. Маленький рыжий огонек появился совсем ненадолго, оставив после себя тусклую точку, которая оживала только при затяжке.       Дверь скрипнула. Тихие и нерешительные шаги проследовали ко мне. Щёлкнул выключатель и комната озарилась ярким слепящим светом. Я, недовольно щурясь, сделал еще одну затяжку и закашлялся. Ну не все курят с молодости. Промочив саднящее горло из стакана, покачнувшись, встал.       — Слушай, как ты можешь курить эту гадость? — Потирая покрасневшие глаза, я пытался разглядеть Рут, которая застыла на входе. Даже сквозь опьянение, стирающее детали, было сложно не заметить, что моя сожительница выглядела… Милее чем обычно. Распущенные волосы, обрамляли нежное лицо красиво уложенными прядями. Она подвела глаза, и на потрескавшихся обычно губах играл соблазнительный блик. Из-под джинсовой куртки кокетливо выглядывало легкое белое платье в мелкий горошек. Это она… для меня старалась? О, нет. Нет-нет-нет-нет.       — Питер? — В голосе Рут послышалось нескрываемое осуждение, или мне показалось?       — Боже, да выключи ты этот чертов свет, пока я не разбил лампочку. — Все еще щурясь, я направился к девушке неуверенной походкой, но с твердым намерением вырубить злосчастный выключатель.       — Ты что… Пьян? — Она скользнула глазами по полупустой бутылке и блюдцу с потушенными бычками за моей спиной. Я погасил свет, громко шлепнув ладонью по пластиковому корпусу. Положив бумажную коробку на столешницу, Рут подошла ко мне, ориентируясь видимо, на огонек сигареты. Я ощутил, как ее пальцы мазанули по моим губам, вытаскивая бычок и туша его в раковине.       — Не пьян. Просто был день тако-о-ой…       Перехватив руку девушки, я почувствовал сильную дрожь. Вырвавшись Рут, сделала пару шагов назад, вжимаясь спиной в стену.       — Не трогай меня.       — Ты… Чего… Трясешься? Замерзла… Опять? — Я непонимающе вгляделся в ее силуэт. Помассировав переносицу, развернулся к столу и, плеснув в бокал виски, протянул ей. И буквально услышал, как скрежетнули плотно сжатые челюсти.       — Сделай глоток, это поможет… — Я все еще держал стакан, перед ее лицом, стараясь ничего не пролить. Видит Бог, это не так просто, как кажется.       Бокал вырвали из моей руки, и он с грохотом разбился о край раковины.       — Ты что?! С ума сошла?! — Мой голос перешел в крик от неожиданной грубости.       Рут обхватила себя руками, все еще не нарушая тишину. Мои руки легли на ее плечи, и я встряхнул ее. Она хныкнула.       — Да хватит уже дрожать! Успокойся! — Еще сильнее раздражаясь, я тряхнул ее еще несколько раз.       — Пусти-и-и. — Царапнув мне шею ногтями, Рут сползла по стене вниз, издавая сдавленные рыдания, от которых у меня в сердце защемило       — Да, я тебя не держу! — Выкрикнул я, почувствовав себя максимально гадко. Видя ее, сжавшуюся у моих ног, и отступил. Чувство стыда отрезвляло.       Потерев горящую шею и потоптавшись на месте, я не нашел ничего лучше, чем опуститься на пол рядом с ней.       — Рут. Рут, посмотри на меня… — Я хотел было прикоснуться к ней, но вовремя передумал и отдернул руку, понимая, что сделаю только хуже.       Желтый свет фонаря рассекал ее исказившееся болью лицо напополам. Тушь черными каплями сползала по щекам. Зеленые глаза с бешеным страхом смотрели на мое лицо. Могу поклясться, на моем месте в ее глазах сейчас находился монстр.       Облизнув пересохшие губы, я прошептал:       — Рут, я никогда не обижу тебя… — Мое обещание не произвело никакого впечатления на девушку. Я нервно потер горящие щеки и опустил глаза в пол. Мои слова не работают. Я не могу к ней прикоснуться. Замешательство, вот что я чувствовал в этот момент. Хриплые рыдания со временем начали затихать. Покусывая губу, я выжидающе поднял взгляд на Рут. Скрестив руки на своих коленях, девушка смотрела сквозь меня, погруженная в прошлое.       — Ми… Милая. На полу холодно. — Непривычное слово получилось таким неуверенным, но я продолжил. — Я не хочу, чтобы ты простыла.       Встав и пытаясь не делать резких движений, вытерев взмокшие ладони о футболку, я протянул ей руку, смотря на нее с мольбой.       Рут не реагировала. Я психованно обхватил свою голову руками. Замкнулась. Бля-я-ять. Взлохматив волосы, я отошел к окну. А потом, скрипнув зубами, развернулся к ней.       Плевать. Все равно, это все глупые игры. Может и лучше, что считает меня чудовищем. Может так для нее и лучше.       Помотав головой, борясь со своей нерешительностью, я снова подошел к ней, наклонился, скользнув одной рукой за спину, а другой под колено. Рут не дернулась. Тихо выругавшись, поднял ее на руки. Пьяно покачнувшись, сделал над собой усилие, чтобы вернуть баланс, и понес девушку в спальню.       Опустив ее поверх пледа и закутав как всегда ледяные ноги, я избегал смотреть на безучастное лицо. Принеся бокал воды, сел рядом.       — Попей. Это просто вода. — Я осторожно прикоснулся стеклянным краем к ее губам, чтобы Рут было удобно сделать глоток. Она не глотала. Чуть наклонив стакан, пытаясь напоить, я только намочил ее подбородок, шею и декольте. Дернувшись от своей неловкости, я выпалил.       — Блять. Извини. — Найдя полотенце, я приблизился и промокнул влажную кожу на ее шее, не решаясь опуститься ниже.       К моему огромному облегчению, зрачки моей подруги, наконец, сфокусировались на мне. Поняв, в чем дело, я промокнул мокрым полотенцем уже виски и лоб. Замерзшие пальцы перехватили мою руку, останавливая. Я убрал полотенце и начал растирать ледяные руки в своих теплых ладонях.       — Ну, ты меня напугала, конечно… — Продолжая согревать ее пальцы, я выжидающе скользил глазами по ее лицу.       — Ты меня тоже… — Сдавленно прошептала она, слабо улыбнувшись.       — Я понимаю… — Я закивал головой. — Теперь я понял. Прости. Я нечасто пью. Просто сегодня…       — …День такой. — Продолжила мою фразу Рут. Ее пальцы выскользнули из моих рук, и она ласково провела ими по моей слегка заросшей щеке и скользнула к виску. И в этом холодном прикосновении было столько понимания и поддержки. Как будто бы там, на кухне Рут была не в своем кошмаре, а стояла со мной на кладбище.       Я сглотнул и прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как ее рука зарывается в мои волосы.       Ее глаза смотрели на меня с доброй печалью. Инстинктивно приблизившись, нависая корпусом над кроватью, я опустил свою лохматую голову на ей на грудь. Она все это мне позволила. Я пролежал так не долго, чувствуя, как моя скула и ухо мокнут от ткани платья.       — Слушай, я тут тебя немного намочил. — Глупо улыбнувшись, я смущенно отстранился, пытаясь не смотреть на просвечивающее белье. История повторяется.       — Да, я почувствовала. — Рут дернула плечиком, накрываясь краем пледа.       — Эм… Прости, что… Напугал тебя. И за платье. — Я вскочил с кровати, нервно потирая предплечья.       — Все хорошо. Я сама… Виновата.       — Ну… Я пока чайник поставлю, да? — Рут чуть приподняв уголки губ кивнула. — А ты пока… переоденешься.       — Да. — Сев на кровати девушка проводила меня взглядом, когда я ретировался.       Прижавшись затылком к двери, я выдохнул. Постояв так немного, повернул голову и сквозь небольшую щель увидел… Как Рут, встав с кровати, развязывает пояс, находясь ко мне полу боком. Замерев, я почувствовал как к моим щекам и паху приливает кровь. Боясь дышать, боясь быть замеченным, я жадно смотрел, как с ее плеч, сползает ткань и обнажает сначала намокший тонкий кружевной белый лифчик, а потом и такие же белые трусики. Этого хватило, чтобы у меня привстал. Стараясь даже не дышать, я поправил рукой член неудобно упирающийся в джинсы, и нервно кусая губы, переступив через свои желания, прокрался на кухню.       Поставив чайник, я старался не думать о том, что только что видел. Сложно остановится, когда твоя половая жизнь не такая насыщенная, как хотелось бы. Собрав осколки стакана в раковине и спрятав бутылку недопитого виски, я облокотился о столешницу. Мои глаза наткнулись на коробку пиццы, которая может быть уже и не была горячей, но издавала аппетитный аромат.       Рут вошла на кухню, когда я уже засунул руку в коробку.       — Я возьму кусочек? — Замерев в нерешительности как пойманный вор, я давил улыбку.       — Да, конечно. — Рут фыркнула сквозь тихий смех. Приятно видеть, что я заставляю ее смеяться. Сначала положив кусок на тарелку для моей подруги, я впился зубами в пиццу, попутно разливая кипяток по кружкам. Во рту уже начинало сушить. Девушка проигнорировала пиццу и, устроившись за столом, пила чай.       — Ты не голодная? — с виноватым видом, я заставил себя оторваться уже от второго куска. Рут покачала головой.       — А хочешь мороженое? У меня… — Я бросился к холодильнику и полез в морозилку, находя заветное клубничное ведерко.       — Спасибо, Пит… Я…       — Оно очень вкусное, ты такое точно не пробовала. — Это конечно была ложь, но мне так хотелось хоть чем-то ее угостить. Поставив перед ней открытое ведерко с воткнутой большой ложкой в десерт, я сел напротив.       Рут не смогла сдержать улыбки, прикусив нижнюю губу, не сводя с меня глаз, зачерпнула совсем чуть-чуть.       — Только… Только с горячим лучше не есть, если у тебя чувствительная эмаль. — Огласив этот глупый общеизвестный факт, я прижался к кружке, пытаясь выдержать молчание.       Моя подруга робко погрузила ложку себе рот, краснея. Я чертыхнулся про себя и старательно пытался не смотреть, как она ест.       — Очень вкусно, спасибо… Рука девушки, потянулась за новой порцией лакомства.       Я счастливо улыбнувшись, подвинул стул чуть ближе. Почувствовав лёгкое прикосновение своего колена к ее ноге, нервно сглотнул.       — У тебя тут… Немножко… Тушь размазалась. — Чуть замешкавшись, я взял салфетку и почти невесомо прикоснулся к веку девушки. Ложка упала из ее пальцев. Она замерла в напряжении, следя, за каждым моим движением. Конечно, я бы не стер темные разводы с ее кожи простой салфеткой. Но я смотрел в ее глаза. А она смотрела в мои. Проведя по ее щеке уже подушечками пальцев я, не моргая приблизился к лицу Рут. От нее соблазнительно пахло клубничным мороженным. Скользнув рукой к шее девушки, которая замерла, я приблизился к губам и, почти касаясь их своими, прикрыл глаза. Не выдержав такой маленькой дистанции и теплого дыхания… Поддавшись вперед, я прижался к ней губами, нерешительно целуя. Рут буквально сразу приоткрыла губы, разрешая, быть мне откровеннее, но вопреки всему, руки девушки уперлись мне в грудь, слабо отстраняя. Это не сработало. Я не хотел, да и не мог заканчивать это безумие. Скользнув языком по ее нижней губе, я все глубже и грубее ее целовал. Мои руки, все сильнее прижимали ее тело к себе, буквально усаживая к себе на колени. Рука Рут несильно стукнула меня по лопатке, в знак протеста. Но она отвечала на поцелуй. Вскоре, ее попытки были сломлены. Может быть, она почувствовала бедром эрекцию, и я услышал, как девушка тихонько застонала мне в губы.       Это было так крышесносно. Крепче обнимая, я оторвался от ее рта и распаленный страстью прижался губами уже к шее. Начиная с нежных поцелуев, я, опускаясь к солнечному сплетению, становился все требовательнее и настойчивее. Пальцы Рут путались в моих волосах и вороте футболки, то скользя по плечам, то спускаясь к груди. Она снова простонала, когда я сильнее впился губами в ее шею, составляя розовые следы. Захватил пальцами край ее футболки, я проник под одежду. Проскользив теплыми пальцами до ее груди и оставив очередной влажный отпечаток на коже, неохотно отстранился и прошептал ей в губы:       — Можно я сниму твою футболку?.. — Рут неопределенно качнула головой, но я воспринял это за согласие. Ссадив девушку с себя, я заметил, как она смотрит на меня. Ее глаза сверкали с той страстью, с которой они горят у влюбленных. Глупо было отрицать, я тоже был ужасно возбужден. И сейчас, пытаясь не торопится, стягивал верхнюю часть гардероба. Когда я закончил, девушка стеснительно обхватила себя руками, чуть отойдя от меня.       — Иди ко мне. — Я рывком стянул и свою футболку, оставляя нашу одежду на полу. Вжимая оголенным телом девушку в стол, я продолжил покрывать ее губы требовательными поцелуями. Чуть подсадив ее на стол, смёл рукой коробку пиццы и расстаявшее мороженое. Было вообще не до того. Рут вздрогнула от грохота, но только обхватила мои бедра ногами. Ее короткие ноготки начали впиваться в мою спину, когда мои губы коснулись солнечного сплетения и заскользили ниже. Придерживая спину Рут, я оставил влажную дорожку до ее декольте и чуть сжал грудь через лифчик.       — Пит… Пожалуйста… — Жалобно застонав Рут, чуть сильнее обняла меня ногами.       — Что… — Мне пришлось ненадолго оторваться от ее тела. — …Такое?       — Хочу тебя… — Закусив краешек губы, Рут чуть повела бедрами мне на встречу.       Теперь была моя очередь сдержать неожиданный стон. Сдвинув ткань бюстика, я впился губами в нежную кожу. Лаская ее сосок языком, неохотно прошептал:       — У меня… Резинки нет. — Мне ответил вздох грустного разочарования. Скользнув глазами по ее полуобнажённому телу, я чуть отстранился… Бедра Рут соскользнули со стола. Я провел по своему лицу, признавая собственную ошибку. И почувствовал прикосновение холодных пальцев к краю джинсов. Расстегнув мою ширинку, и опустившись на колени, девушка вопросительно подняла на меня горящие страстью глаза. Ее ладони ласково скользнули по моему животу, ниже и остановились на бедрах. Я запрокинул голову, отказываясь верить во все происходящее. Медленно приспустив ткань белья, Рут перехватила мой возбужденный член за основание и, сдвигая кожу, коснулась губами головки.       С моих губ сорвался сиплый стон. Вот что она творит, что она творит? Чувствуя, как ритмично она двигает головой навстречу, лаская плоть языком, я перехватил ее рукой за волосы, пытаясь притормозить процесс. У меня давно не было ничего такого, и я ужас, как не хотел показаться скорострелом.       — Рут, я же кончу… — Простонал я в ответ на то, что она взяла глубже. И поняв, что она не остановится сдался и заткнулся. Стараясь инстинктивно не поддаваться бедрами навстречу, чтобы не сделать больно, я придерживал ее спутанные пряди, чтобы те не попали в рот. Тело было на пределе. Сколько бы я не пытался оттянуть момент, я почувствовал, что вот-вот.       — Я сейчас кончу, Рут… — Осторожно коснувшись щеки девушки, я попытался отстранить. Она подняла на меня влажные зеленые глаза в разводах нестертой туши и еле заметно мотнула головой, продолжая ласкать уздечку языком. Я не выдержал и с сиплым стоном излился в ее рот. Рут закашлялась после двух последующих слишком резких толчков, но я уже не обращал на это внимание. Мое тело охватила эйфория. Я с пыхтением отстранился, наклоняясь к девушке и помогая ей встать. Обойдя меня, она без слов скрылась в ванной. Поджав губы, я тихо постучал. — У тебя… У тебя все в порядке? — Слышалось только журчание воды. Моя рука коснулась ручки и дверь легко поддалась. Ее никто не закрывл Отражавшееся в зеркале лицо блестело от воды и слез. Рут стирала остатки макияжа. — Все хорошо, Питер… — Ее припухшие губы чуть тронула улыбка. — Мне теперь неловко. — Оперившись на дверной косяк, я прикоснулся к ее спине, извиняющееся поглаживая. — Прекрати, пожалуйста… — Рут сверкнула глазами с укором и начала поправлять волосы. — Как твои колени, милая? — Я подошел ближе и прижался к ее телу обнаженным, слегка взмокшим торсом, оставляя свои руки по бокам ее талии, и зарылся лицом в каштановые пряди. — Все порядке… — Промурлыкала девушка, чувствуя, как я приник губами за ее ушком.