Наказание

Будто на зло уроки, совмещённые с «Гриффиндором», стали медленно пропадать из расписания Драко, чему он был не рад.   Приемы пищи Гарри пропускал все чаще, чем ещё больше разжигал волнение Малфоя. Он перестал его видеть. Совсем. А это означало, что и думать о Поттере, Драко стал больше.   В его голове постоянно всплывали воспоминания того вечера. Того поцелуя. И Малфой невольно улыбался, раздражая сам себя. Ему явно было не по нраву то, что всякие мысли то и дело возвращались к одной единственной - к Гарри.   Парень хотел отвлечься и больше не думать о Поттере. Он уже должен был сдохнуть от икоты, сколько Драко о нем думает.   Малфой хотел уединения, но ни в гостиной «Слизерина», ни в спальне Подземелья он его не находил.   К парню всё чаще подсаживалась Пэнси и о чём-то мурлыкала рядом. Но как только замечала отстранённый взгляд своего предмета воздыханий, сразу перебиралась за другую парту и угрюмо утыкалась в учебник, показывая всё своё недовольство.   И вот, спустя несколько мучительно долгих недель, когда Драко вошёл в двери кабинета подземелья, увидел его. Поттер сидел за второй партой спиной к выходу, и с большим энтузиазмом о чём-то рассказывал Уизли, не замечая вошедшего. Но заметил Рон. Он тут же придвинулся к другу и стал что-то шептать ему на ухо. После чего послышался громкий смех парней, который ещё больше разбудил в Драко злость. Тот прошёл за первую парту, забросил все учебные принадлежности на стол, уселся поудобнее и, постукивая пальцами по гладкой деревянной поверхности, стал ждать профессора.   Снейп, как всегда, очень эпично вошёл в класс и зажёг свечи движениями волшебной палочки. Вся аудитории в один миг наполнилась мрачным свечением, который отблёскивал от баночек и пузырьков с разным содержимым.   Драко стал нервно крутить перо в руке, уставившись на отражение Гарри и его рыжего дружка в большой колбе с какой-то моргающей и шевелящейся субстанцией, которая стояла на полке между стеллажей. Но вдруг шкаф с ингредиентами для зелий загородил Северус. По его вечно недовольному и мрачному выражению лица невозможно было понять, напортачил Малфой или нет. Оказывается, что урок уже начался, и всё это время ученики записывали то, что говорил профессор.    -Так вот, после того, как я сказал, что толчёный корень златоцветника с настойкой артемизии образуют снотворное зелье такой силы, что его называют «напиток живой смерти», откройте страницу учебника двести пятьдесят шесть и запишите оттуда все свойства аконита, он же волчий корень, он же синий борец.–медленно проговорил Снейп поверх головы Малфоя, который старался записать на пергамент услышанные слова. Ведь остальные уже приступили к написанию, а некоторые даже подходили к его концу.   Весь оставшийся урок, под чутким надзором профессора, ученики изготавливали очень сложное снотворное зелье, о котором Северус рассказывал в начале занятия. «Напиток живой смерти» - это сильное усыпляющее средство, которое состояло из настойки полыни, сока дремоносных бобов, корня валерианы и асфоделя. Ошибка в рецепте или приготовлении с лёгкостью может привести к смерти того, кто его выпьет. Поэтому профессор был ещё более назойлив и буквально дышал в затылки учеников.   Северус стремительно расхаживал по кабинету в своей длинном чёрном плаще и критиковал всех и каждого - кроме Малфоя, который всегда был ему по нраву. В то время, как сам Драко только и делал, что бросал косые взгляды на колбы с отражением второй парты. Поттер с Уизли сидели слишком близко, о чём-то говорили и изредна хихикали, за что получали по голове учебником от профессора.   Под конец занятия слизеринцы и гриффиндорцы стали сдавать свои работы на стол Снейпа. Но их получилось очень немного. Такое трудное зелье в приготовлении оказалось невероятно запутанным и лишь немногие смогли перелить его в свои сосуды, не расплавив пробирки и подставки под ними.   И Поттер с Уизли были не исключением. Зелье рыжего, на первый взгляд, ничем не отличающееся от других, взорвалось и стало растекаться по столу. Чёрная жидкость образовалась на деревянной поверхности лужей и в один миг поглотила зелье Гарри, которое, похоже, тоже было не очень правильное.   Не убери Поттер руки со стола, они бы уже были в красных пятнах и волдырях. Северус будто вырос из-под земли и одним движением убрал зелье, которое уже намеревалось проделать дыры и в полу. К великому счастью парней, все столы в кабинете профессора были покрыты специальным лаком, с помощью которого деревянная поверхность оставалась целой и невредимой даже тогда, когда на нее проливали самые испорченные жидкости.   -Минус пять баллов, Уизли и Поттер. С каждого. Следующее занятие будет последним, чтобы набрать проходные баллы на экзамен, если вы конечно собираетесь сдавать зельеделие. Напоминаю, что за все время обучение их должно быть 300. Так что у вас есть время подготовиться, а не витать в облаках.–прогремел Северус и вышел из кабинета.   Рон тихо выругался и показал неприличный жест в сторону двери. На что получил грозный взгляд от Гермионы.   -Многие не сдали зелье, а вычел баллы он только у нас. Это несправедливо.–простонал парень и стал сгребать вещи в старый школьный рюкзак Перси.   Грейнджер сложила руки на груди и проговорила:   -Вы сами виноваты. Если бы ты, Рон, не рассказывал Гарри смешные истории, а сам Гарри бы не смеялся, то...Что? Почему вы улыбаетесь?   Уизли с Поттером переглянулись и растянулись в улыбке. Гермиона была такая Гермиона. Скоро конец учебного года и они будут очень скучать по всему, что с ними было. По пирам в Большом зале. По походам в «Хогсмид». По друзьям и преподавателям. Гарри с Роном по квиддичу. Гермиона по самой большой библиотеке «Хогвартса», в которой она когда-либо была. И все они будут безумно тосковать друг по другу.   Но был человек, по которому будет скучать только Поттер.   Гарри сидел на своей кровати, окружённый книгами, учебниками и своими домашними заданиями, которые он давно сделал. Очки свалились на кончик носа, а волосы были растрёпаны сильнее, чем обычно. Парень кусал губы и устало перелистывал страницы. Рон давно уснул, а Поттер никак не мог подготовиться к экзамену по зельеделию. Глаза слипались, спина устала, но он все ещё продолжал искать ингредиенты для самого сильного зелья правды под названием веритасерум. Но сколько бы сил не прикладывал Гарри, чтобы сидеть ровно и не ткнуться носом в пергамент, усталость победила и он уснул.   Тихий скрип двери в спальню заставил Рона повернуться на бок, но тот не проснулся. Прохладный поток воздуха ворвался в душную комнату и бордово-красный балдахин покачнулся. Гарри устало разлепил глаза и повернул голову к вошедшему. Мутный неразборчивый силуэт стоял около кровати. Думать кто бы это мог быть было слишком тяжело. Мозги от усталости отказывались воспринимать любую информацию. Возможно, Рон просто проснулся в туалет.   Незнакомец пропал от глаз Гарри и в следующую секунду чьи-то теплые руки обняли его, а острый подбородок коснулся макушки темных волос. Поттер не мог видеть лица того, кто был рядом, но эти объятия он не забудет никогда, ведь провел в них не одну ночь.