Демон и пианино

Пальцы скользили по клавишам. Пианино тихо играло какую-то чуть грустную и спокойную мелодию, пока Пиковый Король плавно нажимал на клавиши инструмента, почти ласково водил руками. Музыка лилась рекой. Вару никогда не слышал, как Пик играет на пианино. Он знал, что Король умел, но чтобы так красиво... Хотя в Аду никто не жаловал музыку, особенно игру на чём-то. Но Графу Гнева, Князю Тьмы, было на это глубоко насрать. Он играл в своё удовольствие, на самом деле даже не подозревая, что один из подчинённых тихонько прислушивался к нотам мелодии, хотя это часть особняка давным давно должна была освободиться от слуг. Вару, встав на пороге в комнату, оперевшись плечом о дверной косяк, невольно заслушался. Как бы он не отрицал, как бы не пытался противиться, но сердце всё равно трепетало от этой игры. Пик сидел к парнишке спиной, и демонёнок, на свой страх и риск, тихо шагнул в комнату, подошёл чуть ближе, стараясь не спугнуть вдохновлённого музыкой Короля, который всегда злился на незванных слушателей и обрывал композиции на неопределённой ноте. Немного подумав, замерев на одном месте на некоторое время, парень всё же осмелился подойти ещё ближе. Скользнув взглядом по грубым чертам лица рогатого, Вару заметил, что его глаза закрыты. Его лицо то хмурилось, то отражало скорбь и печаль, то снова спокойно разглаживалось. Пик играл, открывая свои чувства в музыке. Парень снова шагнул ближе, встав совсем рядом с ним, но в этот раз демон не заметил его, продолжая играть. Вару скользнул взглядом по крепким мускулистым рукам. Они плавно пружинили по клавишам, пальцы быстро нажимали на них, выбирая нужные ноты... Руки... Эти руки, огромные лапы с когтями. Эти руки были созданы для того, чтобы сносить головы, чтобы рвать плоть на части, чтобы отрывать конечности и с хрустом ломающихся костей выдирать позвоночник... И эти руки мягко оглаживали ласковый инструмент, наигрывали плавно завораживающую мелодию. Вару снова поднял взгляд. Князь Тьмы едва заметно чуть кивал головой в такт своей игре, из-за чего его рожки забавно дёргались. Его челюсти, вмещающие в себя ряды животных клыков, тоже годились разве что для убийств, для того, чтобы рвать глотки и вырывать куски мяса. Но иногда из этих "челюстей" звучал прекрасный, чуть грубоватый, певчий голос, который становился мягким и податливым во время пения. Естественно Пик не любил петь при других, но, так как Вару был одним из самых приближённых слуг, ему иногда могло посчастливиться услышать этот бархатный бас. Зелёный, сглотнув, заскользил взглядом по крепкой спине и плечам. Эта крупная туша целиком и полностью создана для убийства, однако обычно гордо прямые плечи подёргивались в такт плавной музыке, а спина, всегда прямая, сейчас была чуть сгорблена. Демонёнок не мог поверить, что это огромное существо было бессильно перед музыкой. Пианино словно ослабило его. Разве посмели бы эти когтистые лапы хоть раз оцарапать или ударить инструмент? Разве посмели бы грозные клыкастые челюсти с треском сомкнуться на крышке? Этот здоровяк, всегда угрюмый и страшный, сейчас сидел сгорбившись, смиренно склонив голову, открывая музыке свои страхи и сомнения... На секунду Вару задохнулся от этого осознания, как-то по-новому взглянул на пианино, на Пика и на эту музыку в целом. Он никогда не любил классическую игру на инструментах, отдавая предпочтение року и подобным жанрам. Конечно, это не был грубый рок с его громкими выкрикиваемыми текстами или металл с мощными басами, но сейчас кудрявый узрел настоящую силу музыки. Время словно остановилось. Он стоял, как под гипнозом грустноватой тихой мелодии, не смея шевельнуться, с таким лицом, будто увидел призрака. Хотя, конечно, увидеть, как огромный монстр буквально приклоняется перед нежными клавишами, было сровне призраку... Пик вдруг открыл глаза, заметил Вару, стоящего совсем рядом, и оборвал мелодию на неопределённой ноте, ощутимо вздрогнув. Он тут же выпрямился, раздвинул плечи, играясь мышцами, его лицо приобрело прежний скучающе-холодный, жёсткий вид. – Простите... – парнишка встрепенулся, наконец выйдя из транса. – Я помешал вам? – Скорее, заставил удивиться своим внезапным появлением... – спокойно фыркнул демон в ответ. Словно он только что не открывал свой тайный мир пианино. Словно он только что не ласкал инструмент пальцами, умело подбирая ноты. Словно он только что не преклонялся музыке, в которой смог отыскать для себя что-то ценное. – Чего тебе? Все уже по комнатам разошлись, а ты всё по коридорам шастаешь... – Да я это... Того... – Вару замялся, отвёл взгляд, почёсывая затылок, не зная, чем оправдать себя. – Этого... Зашёл сказать, что бумажки вам занёс! – неожиданно нашёлся он с ответом. –... Да-да! – припоминая сам себе, что он действительно недавно занёс в кабинет Короля бумажки, Вару нервно облизнул губы и с глупой улыбкой взглянул на озадаченного демона. – Да? Ну... Славно, тогда мне стоит заняться этим, – Пик встал с места, лениво потянулся, отчего одежда натянулась, облегая рельефы мышц, – Спасибо, что сказал. – рогатый убрал руки за спину, перед этим ласково огладив Вару по волосам. – Ага... – парнишка отрешённо чуть кивнул, краснея от прикосновений и от воспоминаний потягушек Пика. Они неспешно вышли из комнаты. Сунув руки в карманы джинс, Вару внимательно смотрел мужчине в спину. Он вдруг понял, почему Пик так "стесняется" петь и играть на публику, почему всегда сидит где-то в тени, когда занят этим и почему никогда не позволяет толком поглазеть: не гоже демону показывать свои слабости, особенно такому здоровому Дьяволу... А Вару видел... Смог увидеть, совсем близко... Зелёный чуть улыбнулся уголком губ. Но он сохранит этот секрет... Хотя бы потому, что ему понравилась игра на пианино... И то, как руки Пика скользят по мягким клавишам... А по чужому телу они бы скользили так же ласково? Вару покраснел и попытался заглушить странные мысли, чуть надув щёчки.