six months later

Можно ли влюбиться с первого взгляда? Кто-то скажет "да", кто-то скажет "нет", а кто-то промолчит, потому что сам не знает, верит в это или нет. Если задать такой вопрос Сонхва, то ответ будет незамедлительным и положительным. Работа в кофейне это всегда взаимодействие. С посудой, с продуктами, с приборами, но в первую очередь с людьми, а люди бывают разные. Улыбчивые и приветливые, злые и агрессивные, закрытые и молчаливые или такие, которые сочетают в себе все приведённые выше типажи. Но этот парень был не похож на всех остальных посетителей. Прошло уже полгода с того момента, как Сонхва впервые увидел Хонджуна на пороге небольшого уютного кафе. Этот день остался навсегда запечатлён в памяти молодого человека. Весенний ветерок растрепал до этого ровно уложенные синие волосы; чёрная рубашка из тонкой, слегка просвечивающей тело, ткани, расстегнутая на верхние пуговицы, открывая вид на тонкие выпирающие ключицы; обтягивающие тёмные штаны, подчёркивающие стройность ног молодого человека; на губах ослепительная улыбка. Именно таким запомнил его Сонхва в тот день. На такого парня в принципе сложно не обратить внимание, а запомнить не составляло труда вовсе. Хонджун долго стоял возле стойки, рассматривая напитки, и неизвестно, сколько бы он ещё там простоял, если бы Сонхва не предложил свою помощь. Десятиминутный разговор во время приготовления кофе, после чего Хонджун расплатился и так же быстро исчез за дверями кафе. Сонхва готов был поклясться, что за эти десять минут общения испытал невероятное облегчение и разгрузку в тяжёлый рабочий день. Хонджун как будто бы излучал какие-то флюиды счастья и позитива, делая всех вокруг себя радостнее. С того дня прошло полгода, и на протяжении этого времени Хонджун практически каждый день приходил в кафе, делая один и тот же заказ. Какое-то время спустя Сонхва познакомился с ним ближе, они обменялись страничками в соцсетях и номерами телефонов. Даже несколько раз провожали друг друга до дома. Да, в планы Сонхва не входило влюбляться, но так получилось. Каждый раз, видя, как Хонджун открывает дверь и заходит внутрь, сердце Сонхва замирало, на губах расцветала приятная улыбка, в животе начинали порхать бабочки, и, Сонхва был готов поклясться, что только этот человек способен вызывать у него такую симпатию. — Приём, приём. Ёсан вызывает Сонхва, — напарник пару раз щелкнул пальцами перед глазами парня. — Ты чего замечтался? — Да так, ни о чём, — несколько раз поморгав, Сонхва продолжил вытирать стакан с поникшей улыбкой на лице. — Опять о любви своей думаешь? — Ёсан легонько толкнул парня в бок локтем. — Скоро обед, значит, и он скоро подойдёт, — парень опустился на стул, продолжая не отрывать взгляд от Сонхва. — Что у тебя случилось? — С чего ты взял, что что-то случилось?.. — Мы знакомы не первый день, поверь, я научился отличать, когда ты в хорошем настроении, а когда вообще без него. — Просто… Я заметил, что всё чаще начинаю ловить себя на мысли, что… — руки Сонхва крепко обхватили стакан, а губы сжались в тонкую линию. — Что я хочу с ним встречаться. — То же мне, удивил! — в ответ Ёсан звонко рассмеялся и вытер пальцем невидимую слезинку. — Я думал, что ты раньше до этого додумаешься. — Но я даже не знаю, с чего начинать. — Напиши ему на кофе: «Хэй, красавчик, го мутить». — Тебе вот весело, а мне не очень, — Сонхва развернулся спиной к парню, чтобы поставить стакан на полку. — И вообще, не могу же я прямо об этом сказать. Типо: «Я в тебя давно влюблён, давай встречаться?» — повернувшись, парень увидел стоящего напротив Хонджуна. — Давай, — парень звонко рассмеялся, поправив прядь волос около уха. — Эй, ты чего? Я же шучу. А ты что, признание репетируешь? — Я… Эм, не думаю… В общем, нет, — только сейчас Сонхва заметил Ёсана, который благополучно слинял в другой конец помещения, мило улыбаясь очередному посетителю, лишь на секунду переведя взгляд на Сонхва и подмигнув. — Как обычно? — Ага, — кивнул Хонджун. — Прикинь, мне сегодня девушка в любви призналась. Прикол, да? — А чему ты удивляешься? — руки Сонхва на мгновение замерли, а внутри появилось неприятное чувство. — Ты симпатичный, молодой, умный парень. Кто угодно влюбится. — Даже ты? — Хонджун снова рассмеялся. — Шутка. Ты сегодня какой-то напряжённый. Тебе надо развеяться, не думаешь? — Было бы с кем. У Ёсана бесконечные тренировки, он до ночи в зале. А так, чтобы расслабиться, больше особо не с кем… — Ты меня в самое сердце ранил… — Хонджун схватился за грудь и драматично закатил глаза. — А я? Или… — Да нет, никаких «или». У тебя своя жизнь, учёба, а тут я… — Ты недооцениваешь моё отношение к тебе. Только скажи — я пойду с тобой куда угодно. Так что, сегодня вечером идём гулять. До скольких у тебя рабочий день? — Ну, где-то до 7 вечера. — Можешь уйти пораньше, — Ёсан появился также незаметно, как и исчез пару минут назад. — Вечером народу немного, тем более будний день. Так что валите и отдыхайте. — Я не смогу бросить на тебя всю работу. — Ля, какой правильный. То есть, когда ты оставил меня одного и укатил на свиданку — это норм было? — после этих слов Сонхва чуть не выронил стакан с кофе. — Ничего не знаю, чтобы через час тут не было ни твоего духу, ни куртки. — Встретимся тогда на парковке, около пяти часов, — Хонджун аккуратно принял горячий стаканчик в руки и, расплатившись, быстрыми шагами вышел из кафе. — И что ты натворил? — Личную жизнь твою. Я морально не готов выслушать твои любострадания ближайший год. — Да ничего у нас не получится. Тем более, ему сегодня какая-то девушка предложила встречаться. — И? Он согласился? — Сонхва ничего не ответил, лишь пожал плечами. — Ваще не понимаю твоих загонов. У тебя в голове ничего не кликает? Он предложил тебе прогуляться, а ты ещё думаешь: идти или нет? Вы офигели, господин Сонхва. Давай, взял руки в ноги и дуй отсюда по дороге прямиком в свою квартиру. Приведи себя в порядок, натяни на своё кислое лицо прекрасную улыбку и, вперёд и с песней, покорять студента. Вали, говорю, — Ёсан буквально вытолкнул парня из-за стойки к двери и помахал на прощание.

***

Сонхва неторопливо плёлся по улице в сторону своего дома. Чувство страха будто сковывало его движения, не позволяя идти быстрее. Страх отказа, страх одиночества, страх насмешек. Казалось бы, такие простые слова: «Я тебя люблю», а сколько тревоги. От этого чувства у Сонхва даже начал болеть живот, как перед важным экзаменом. Парень пытался настроить себя на хорошее и думал о том, что нет ничего такого в том, чтобы влюбиться в очаровательного парня. Ведь так? Значит в Хонджуне действительно есть что-то столь привлекательное. И пускай для Сонхва это были не первые отношения, именно сейчас он волновался. Словно боясь спугнуть предмет своего обожания, как бабочку с цветка. — В такой прекрасный день ходить с таким плохим настроением как-то неправильно, Сонхва-хён, — сзади раздался знакомый голос, и тут же на плечи парня навалился Уён. — С чего ты взял, что у меня плохое настроение? — Да ты идёшь как заключённый на каторгу! Что-то случилось? Давай рассказывай, я же не отстану, — Уён обогнал Сонхва со спины, идя теперь немного впереди него. — И чего это ты так рано с работы ушёл? — Какое тебе дело? — Ну как, какое? Мой лучший друг идёт, если точнее, еле тащится, по улице так, как будто у него защита диплома через час. Диплома, которого нет. Давай выкладывай, — Уён склонил голову вправо, не отводя взгляда от друга. — Ладно… Мне давно нравится один парень, а сегодня… Сегодня он позвал меня гулять, и я теперь не знаю, что делать… — «Один парень» — это тот очаровашка студент с синими волосами? — Откуда ты… — Ёсан как-то показал мне его, когда я к вам на кофе забегал. Он симпатичный, согласен. Но, честно говоря, я думал, что у вас уже давно всё серьёзно. Значит, все только начинается, и сегодня ты идёшь с ним на свидание? — Не то, чтобы это свидание… — А, вы просто идёте гулять вдвоём? Да, это не свидание, когда люди, которые друг другу нравятся, идут вместе гулять, нет-нет! — парень звонко рассмеялся и похлопал Сонхва по плечу. — Я тоже так думал, когда Сан меня позвал помочь ему с английским, который я знаю хуже него самого. Знаешь, чем всё закончилось? — Предполагаю, можешь не вдаваться в подробности. — Хва, ну ё-моё, как будто это твои первые отношения! Как девочка себя ведёшь! Взял бы себя в руки и добился студента! И не таких завоёвывали! Уён шёл с парнем вплоть до его квартиры, и Сонхва хотел распрощаться с ним у подъезда, но гостя это не смутило, поэтому Уён зашёл в квартиру первее хозяина, чувствуя себя как дома. — Итак, для начала: куда вы идёте? — Не знаю. Но мы встречаемся у парковки возле кафе в пять часов. — Тогда надевай джинсы, не ошибёшься. И удобно, и стильно. А ещё у тебя есть классная футболка, с такими розовыми разводами, и кожанка твоя любимая. Идеальный набор для парня мечты. Сонхва удивлённо выгнул бровь, на что Уён недовольно цокнул языком и, подойдя уверенным шагом к шкафу друга, принялся собирать «набор парня мечты». Время летело быстро и незаметно. И вот уже половина пятого. Сонхва с Уёном вышли вместе, а после разошлись в разные стороны. Парень пожелал удачи и взял с Пака обещание позвонить после свидания, а затем бодрой походкой растворился в толпе. Сонхва пришёл на место встречи на пятнадцать минут раньше назначенного. Живот снова болел, сердце билось до боли в груди, на лбу то и дело выступал пот. Сонхва опустился на стоящую рядом скамью. Руки никак не могли успокоиться — дошло до того, что парень начал расковыривать кожу вокруг большого пальца — надо отвлечься. Сонхва достал телефон, с целью зайти в Интернет и обнаружить, что кто-то из друзей в онлайн. Однако, вместо этого, первое, что увидел парень: новую фотографию Хонджуна. Он стоял возле какой-то белой стены, какие чаще всего бывают в фотостудиях, в свободных джинсах с дырками на коленях и заправленной белой рубашке, открывающей вид на тонкие красивые запястья — такие рисуют в учебниках по художественному искусству: тонкие, с выпирающей косточкой. Сонхва увеличил фото, желая рассмотреть его ближе. — Ну как тебе? — раздался голос у самого уха. — Купил новую рубашку и решил посмотреть: как будет сидеть. А вышла отличная фотка. — Просто потрясающая. Ты довольно фотогеничный, — Сонхва слегка вздрогнул от неожиданности. — Спасибо, — парень обошёл скамью, садясь рядом, и ярко улыбаясь. — Надеюсь, ты не долго ждал? — Да нет, ты даже раньше времени пришёл. — Привычка, — Хонджун хихикнул и хлопнул Сонхва по коленке, оставив свою руку на ней. — Кстати, ты совсем редко свои фотографии вставляешь… А ведь у тебя привлекательная внешность. — Да я особо не хожу никуда, фотографий почти нет, — Сонхва только сейчас заметил, насколько маленькая ладонь Хонджуна по сравнению с его собственной. — Ну, это мы сегодня исправим! Хонджун поднялся со скамьи, хватая парня за руку, утягивая за собой. Сонхва лениво последовал за ним, но внезапно младший на что-то отвлёкся и начал махать в сторону кафе. Сонхва пригляделся и увидел Ёсана, который стоял возле входа, махая в ответ, и показывая парням большой палец. — Твой напарник — просто очаровашка, очень милый. — Да, Ёсан умеет очаровывать людей с первых слов, — «Прямо как и ты», хотелось добавить, но Сонхва подавил эту фразу в своей голове. — Но мы ведь не о нём будем говорить весь вечер? — Ну конечно же нет! — воскликнул Хонджун, указывая рукой в противоположную от кафе сторону. — Я предлагаю прогуляться до набережной: сегодня какой-то праздник, поэтому там будет концерт, фейерверк, а в некоторых заведениях сниженные цены на еду. — Ты тот ещё знаток, как я вижу. — Мы группой очень часто ходим на такие мероприятия: и весело, и вкусно, а зачастую ещё и недорого. Наши и сегодня пошли, но уже без меня. — Неудобно как-то. Получается, я испортил твои планы. — Ещё раз так скажешь, и я окуну тебя головой в ближайшую лужу. Во-первых, я сам тебя позвал гулять, значит могу. Во-вторых, мне очень приятно проводить время с тобой, так что пошли. Пока Сонхва пытался подавить глупую улыбку на губах, Хонджун двинулся вперед, что-то напевая под нос. Прогулка обещала быть весёлой. Набережная встретила парней легким вечерним ветром, громкими криками других отдыхающих и вкусным запахом из прибрежных ресторанчиков. Было уже довольно темно, потому что Хонджун потащил парня в обход, обосновывая это красивыми местами для фотографий. Сонхва даже не пытался сопротивляться — ему просто нравилось видеть счастливого младшего, который с интересом подбирает ракурс для фото. К слову, камерой Хонджун владел отлично, и даже самому Сонхва понравились некоторые кадры. — Скоро салют будет! — с детским энтузиазмом радовался младший, снова хватая парня за руку и протаскивая за собой к самому краю набережной. Людей вокруг почти не было, а шум бьющихся о гранит волн успокаивал. В глазах Хонджуна, поднятых к небу, отражались все миллионы ярких звезд, и Сонхва казалось, что он сам светится от симпатии к этому парню изнутри. Даже просто смотреть на свою любовь в такой спокойной атмосфере было приятно и до одури романтично. После первого взрыва Хонджун, как маленький ребенок, захлопал в ладоши и прижался спиной к Сонхва. Салют старшего не особо интересовал, а вот последнее действие Хонджуна даже очень. Неосознанно он обнял парня за плечи, скрепив руки на груди. Никто из них обоих не предал этому особого значения, особенно Сонхва, который, как заколдованный, слушал радостные эмоции младшего. В какой-то момент он действительно поверил в то, что это больше похоже на свидание, чем на дружескую прогулку. — Сонхва… Эй, Хва! Из собственных мыслей парня вырвал громкий голос Хонджуна прямо на ухо. Сонхва повернул голову и носом к носу столкнулся с младшим. — Ты… Ты меня обнял? — Я… эм, прости… Просто замечтался и… Боже, мне так неловко, — Сонхва мгновенно убрал руки и немного отдалился. — Прекрати глупые оправдания, — Хонджун смущенно улыбнулся. — Мне, вообще-то, понравилось. Что-то щёлкнуло в голове Сонхва, какой-то барьер, сдерживающий все чувства до этого, исчез. Появилась уверенность, смешанная с влюбленностью, которая, видимо, и родила в голове парня эту идею. — Хонджун, я… Я понимаю, что мы с тобой друзья, и это всего лишь дружеская прогулка, но… Я давно должен был сказать это тебе: я люблю тебя… Наверно… Хонджун не дал парню закончить, схватил его за ворот футболки и резко притянул к себе, нежно сминая губы. От такой резкости Сонхва оторопел. Что произошло? Это сон? Возможно, это был один из его снов, которые так часто видел парень, но поцелуй был слишком горячим, слишком ощутимым, чтобы быть просто видением. Язык Хонджуна слишком вольно проник в чужой рот, оглаживая зубы, переплетаясь с чужим, заставляя Сонхва почувствовать тугой узел внизу живота. Спустя пару мгновений Хонджун осторожно отстранился, неспешно открывая глаза. Во взгляде напротив Сонхва увидел то же, что и сам чувствовал внутри: влюбленность, симпатию и желание. Желание овладеть друг другом. — Я тебя тоже, — ответил младший, коснувшись пальцем гладкой щеки. — Причем уже давно. Странно, что ты этого так и не понял. — Ты сейчас серьезно? — А что, мой поцелуй не является серьезным подтверждением? Или это такой способ получить ещё один? — хихикнул младший. Сонхва засиял от счастья не только внутри, но и снаружи. Мир будто бы снова обрел яркие краски, а всё от простых слов, сказанных милым, скромным парнем на гранитной набережной под громкие взрывы салютов: «Я тебя тоже». Ещё один поцелуй, а за ним ещё, и ещё — Сонхва не мог оторваться от таких сладких губ, которые манили его столько недель, а поддались только сейчас. После каждого поцелуя Хонджун смущенно отводил взгляд или прикрывал рот ладошкой, скрывая покрасневшие губы — эта привычка заставила Сонхва ещё больше умиляться со своего любовника. — Знаешь, время уже позднее. Мне надо поторопиться, чтобы в общежитие успеть. — Ты… Ты можешь остаться у меня, если, конечно, хочешь. Я все равно один живу в квартире. Хонджун хитро улыбнулся, и по этой улыбке Сонхва понял, что не просто так они пошли гулять так поздно ночью.

***

Сонхва открыл дверь, пропуская Хонджуна вперёд. Парень быстро разулся и неторопливо прошел вперед по коридору, рассматривая всё вокруг. — У тебя везде так… Чисто. — Я ненавижу грязь, поэтому уборка — практически ежедневное занятие, — ответил Сонхва, следуя за гостем. Хонджун обошёл всю квартиру, оценив чистоту и скромность интерьера, и остановился в спальне у широкого окна, с которого открывался вид на ночной город. Сонхва остановился в дверном проёме, обводя взглядом четкие очертания затемнённой фигуры Хонджуна. Хотелось подойти, крепко обнять, уткнуться носом в синие волосы, скользить руками по стройной талии и подтянутым бедрам. Сонхва знал, что на первом свидании уже всякое может произойти, гораздо большее, чем невинные объятия и поцелуи. Но он очень боялся, что будет слишком тороплив. К Хонджуну он испытывал чувства, которые до этого сидели глубоко в его душе, не показываясь никому. Поторопиться… А вдруг Хонджун не готов? Вдруг он оттолкнет Сонхва, потому что не готов к такому быстрому темпу развития событий? Вопросов много, ответов мало, значит, единственный вариант — начать действовать. Сонхва приблизился к парню сзади, положив руки ему на талию и прижавшись к прохладной спине. Хонджун не оттолкнул, не начал возмущаться, но, Паку показалось, что младший нервно сглотнул. — У тебя просто потрясающая квартира! Была бы возможность, я бы тоже такую хотел, а-то жить в общежитии тесно и жутко неудобно. — Тебе только квартира нравится? — Сонхва сильнее сжал руки вокруг талии, выдавив из Хонджуна неожиданный стон. — Вид… Вид из окна тоже очень впечатляющий, — отвечал парень, будто игнорируя намеки Сонхва в его вопросах. — И это всё? — Пак коснулся губами шеи Хонджуна, осторожно целуя и спускаясь вниз, пока его подбородок не уперся в ворот рубашки. Сонхва почувствовал, как парень в его руках покрылся мурашками и стал чаще дышать. — Ты волнуешься? — Нет… Я… Просто, знаешь, я так долго не был ни с кем в отношениях, что, кажется, уже забыл, что такое все эти нежности. Хонджун повернул голову к правому плечу и чуть не столкнулся носом с Сонхва, на лице которого была легкая ухмылка. Пак прикрыл глаза и потянулся к Хонджуну за поцелуем. Парень не видел причины противиться чужому желанию и, недолго думая, Ким приблизился к чужим губам, нежно целуя. Сонхва почувствовал, как всё тело расслабляется, а ноги, кажется, скоро перестанут его держать. Хонджун целовал робко, будто неумело, так, как будто делает это впервые в жизни, но парню казалось, что он всего лишь боится. Как и сам Сонхва. Пак чувствовал, что чем глубже начинает дышать Хонджун, чем сильнее он кусает его губы, чем сильнее его руки сжимают чужое хрупкое тело, тем быстрее разливается внутри приятное чувство. Возбуждение, смешанное с любовью, страстью. Сонхва казалось, что тонкая рубашка под его пальцами начинает плавиться. Горячий, страстный поцелуй, от которого Пак сгорал как внутри, так и снаружи. Сонхва неосознанно прижал бедра Хонджуна к своему паху. В штанах было тесно, в футболке жарко. Дело начало заходить слишком далеко, и Сонхва в последний момент разорвал поцелуй под недовольный вздох Хонджуна. — Что-то не так? — парень развернулся к Сонхва лицом, виновато подняв глаза. — Я что-то сделал не так? — Нет, нет… Это… Я просто не хочу сильно торопиться; не хочу, чтобы ты думал, что мне от тебя нужно только одно. — Боже, Хва, ты такой идиот. Я тоже хочу близости с тобой. Сейчас, — уточнил Хонджун, положив руки на шею парня. Сонхва почувствовал упирающийся в своё бедро стояк Хонджуна и понял, что это тот момент, о котором он мечтал последние несколько месяцев. Почувствовать любовника всем телом, переплетать с ним пальцы, шептать на ухо непристойные вещи и наблюдать, как на светлых щеках будет расцветать яркий румянец. Хонджун вновь потянулся за поцелуем, но Сонхва резко оттолкнул его. Коль уж младший решился на что-то большее, то надо получить от ситуации всё. — Для начала, Джун-и, покажи мне, как ты работаешь своим ротиком. Он же должен уметь делать ещё что-то, кроме того, чтобы соблазнительно пить кофе. Хонджун хмыкнул. Так, будто Сонхва сказал какую-то и без того очевидную вещь. Последовавший за этим нежданный поцелуй несколько смутил старшего. Не отрываясь от теплых губ, Хонджун начал двигаться небольшими шагами вперед до тех пор, пока Сонхва не уперся ногами в кровать. — Я даже подумать не мог, что ты возбудишься от одного поцелуя, — Хонджун разорвал поцелуй, расстегивая молнию на чужих джинсах и толкая старшего на кровать. — Я настолько сильно тебе нравлюсь? — Может, сейчас не лучшее время для разговоров? — Сонхва сел на мягкий матрас, наблюдая за тем, как Хонджун стягивает его штаны вниз и разводит ноги в стороны, устраиваясь между них. — Значит, Ёсан говорил правду. — Так-так-так, а что это за правду говорил Ёсан? — Может, сейчас не лучшее время для разговоров? — с насмешкой передразнил парня Хонджун, ведя рукой от щиколотки к колену, заставляя Сонхва покрываться мурашками. — У тебя только ноги такие чувствительные, или всё остальное тоже? — Издеваешься? — Растягиваю удовольствие. Ухмылка, играющая на лице младшего, не предвещала ничего хорошего. Для Сонхва была большим открытием эта некая доминантная сторона Хонджуна. Скромный и тихий с виду парень сейчас доведет его до оргазма одним только языком. Звучит как что-то, что ставит под удар самоуверенность Сонхва. И, возможно, в любой другой ситуации парень бы задумался о правильности своих действий, но сейчас, когда Хонджун острожными поцелуями ведет невесомую дорожку к его бедрам, можно оставить осознание на потом. Младший, будто специально, не спешил, испытывая чужое терпение. Аккуратные касания губ вызывали всё больше и больше напряжения в теле Сонхва. — Хонджун, ты издеваешься? — Какой мой хён нетерпеливый. Хорошо, хорошо, не надо так волноваться. Подцепив пальцами резинку боксеров, Хонджун стянул их вниз и поднял взгляд на Сонхва, смотря на него снизу-вверх. От этого голову снесло напрочь. Горячий язык прошелся по стволу — Сонхва тяжело выдохнул. За что ему устраивают такую пытку? Хонджун ещё раз посмотрел на старшего, будто пытаясь прочитать все чувства в его глазах, и обхватил головку губами, неторопливо посасывая ее, обводя языком отверстие уретры. Сонхва был готов застонать уже сейчас, поэтому плотно сжал губы, не позволяя хриплому стону сорваться во мрак комнаты. Хонджун все ещё не торопился, наслаждаясь процессом, одновременно с этим крепко сжимая бедра старшего. Сонхва запустил руку в его волосы, намекая, что тот слишком медлит. Хонджун понял намек и ускорился, заглатывая член глубже с каждым рывком вперед. На лбу Сонхва выступила испарина. В комнате стало жарко, несмотря на открытые окна. Хонджун с пошлым причмокиванием обхватывал плоть почти у основания, чувствуя реакцию тела Сонхва. Старший понял, что уже близок к разрядке, и попытался оттянуть парня за волосы назад. Но в ответ Хонджун лишь плотнее сжал губы вокруг члена. Еще пара толчков, и Сонхва кончил, всё-таки позволяя низкому стону прорезать ночной мрак. Младший громко сглотнул и отстранился от паха Сонхва, продолжая выводить руками непонятные узоры на стройных ногах. — Ну что, скажешь, что было не очень, да? — с уверенностью спросил Хонджун, облизывая губы. С уверенностью в том, что было очень даже очень. — Если да, то что ты сделаешь? — Расстроюсь и уйду плакать. — Тогда я скажу, что это было очень. — Ну, раз тебе все понравилось, я жду благодарности, — Хонджун в последний раз оставил невесомый поцелуй на внутренней стороне бедра и поднялся на ноги. Сонхва притянул парня за талию ближе, скользя руками под тонкую рубашку. Все движения были осторожными, неспешными, как движения охотника, преследующего свою добычу. Сонхва слишком долго ждал этого. Хотелось уже сорвать к черту всю одежду и прикоснуться к желанному телу. Но желание насладиться процессом было выше, сильнее давило на чувства. Белая рубашка полетела в сторону, Сонхва не пропускал ни миллиметра кожи на животе, покрывая её мягкими поцелуями. Хонджун покрывался мурашками от каждого прикосновения, втягивая живот, когда влажные губы вновь касались его. — Малыш, тебе не тяжело стоять? — Сонхва поднял голову наверх и встретился взглядом с подбородком Хонджуна. Парень откинул голову назад, едва держась руками за чужие плечи. — Хва, я… Мне так хорошо… Не останавливайся, прошу. На губах Сонхва появилась довольная ухмылка. Хонджун, будучи ещё несколько минут назад уверенным в себе, сейчас таял от каждого ласкового прикосновения, отдаваясь в чужие нежные руки. Сонхва резким движением стянул кожаные штаны вниз, и младший тяжело выдохнул — очевидно, плотная ткань туго сдавливала член, который был возбужден до предела. Аккуратно сняв штаны и отбросив их в сторону, Хонджун опустился на кровать, пытаясь устроиться удобнее на тёмном белье. Сонхва вело от одного только вида почти обнажённого младшего, стеснительно скрывающего ладонью румянец на щеках. Парень навис над Хонджуном, едва не соприкасаясь с ним носом. — Открой свое личико, Джун-и. Такой красивый парень не должен скрывать свое лицо. Хонджун убрал руку за голову, тут же чувствуя, как её обхватывают длинные пальцы. Поддавшись этому отвлекающему маневру, парень не заметил, как Сонхва приблизился к его губам, уже в следующую секунду касаясь их. Глубокий, чувственный поцелуй, сопровождающийся касаниями и поглаживаниями Пака чужого тела. Хонджун издал сдавленный стон то ли от крепкой хватки на своём бедре, то ли от того, что старший прикусил его верхнюю губу. Сонхва осторожно отстранился. — Что-то не… — Ещё раз… — тихо пролепетал Хонджун, прикрывая глаза. — Сделай так еще раз… — Милый, боюсь, тогда твои губы могут опухнуть. А этого я точно не хочу допустить. — Хва, пожалуйста, — расцепив руки, Хонджун положил их на шею парню, притягивая ближе. — А не много ли ты хочешь для первого свидания? — хихикнул Сонхва, подарив парню легкий поцелуй в нос. — Я, конечно, могу продолжить, но тогда твой член совсем останется без внимания. Хонджун замотал головой из стороны в сторону, получив в ответ ухмылку старшего. Сонхва спустился к шее влажной дорожкой кротких поцелуев, уделяя внимание каждой родинке, которые были рассыпаны маленькими созвездиями по всей светлой коже. Каждый глубокий вздох Хонджуна после каждого поцелуя заводил старшего еще сильнее. Спустившись ниже, к ключицам, Сонхва стал грубее, прикусывая кожу. Хонджун безостановочно облизывал губы, чувствуя, как на теле болезненно появляются красные засосы. Первый громкий стон младшего сорвался в полумрак, когда Сонхва обхватил стоящий сосок, играя с ним языком. Пак самодовольно прикрыл глаза — первое слабое место найдено. Пальцы Хонджуна путались в светлых волосах, больно оттягивая голову старшего назад. Каждое движение шершавого языка вокруг чувствительного места вызывало дрожь по всему телу, заставляло Хонджуна выгибаться в спине, дарило неописуемые ощущения. Парень пытался запомнить каждое движение, каждый поцелуй любимого, но стоило Сонхва обхватить пальцами второй сосок, мягко прокручивая его, как все мысли испарились, ушли на второй план, оставив в голове только горячие поцелуи и чуткие пальцы, которые продолжали ласкать его тело. — Малыш, ты всегда такой чувствительный? — А ты… всегда столько… говоришь во время секса? — с трудом выдал Хонджун, тяжело дыша между словами. — Тебя это не устраивает? — Хён, ты можешь уже трахнуть меня? Или я кончу раньше, чем… Сонхва замер. Сам того не осознавая, Хонджун нашел его слабую точку и больно надавил, подчиняя старшего себе. Сдавленное «хён» врезалось в голову и крепко засело в ней. Одно дело, когда кто-то называл так Сонхва в постели, а совершенно другое, когда это произнес дрожащий от возбуждения Хонджун, с красными опухшими губами. Футболка неприятно прилипала к спине, поэтому Сонхва пришлось отвлечься и снять её, кидая на пол. Внимательный взгляд Хонджуна изучал каждую линию, каждую родинку, скользил по рельефу сильных мышц и, в какой-то степени, засмущал Сонхва. Старший снова прильнул теплыми губами к чувствительной коже, спускаясь к животу. Его пальцы робко переплетались с хонджуновыми, мягко поглаживая костяшки чужой руки. — Ты уже такой мокрый, а ведь мы ещё даже не начали. — Это… это у тебя называется… «не начали»? — все еще глубоко и тяжело дыша, спросил Хонджун. — У меня… уже всё тело… болит от засосов… а ты всё начинаешь. Сонхва обхватил кольцом стоящий член младшего сквозь мокрую ткань боксеров и прошептал на ухо: — Ну так давай, попроси меня начать, — наблюдая за тем, как румянец разливается по худым щекам, и Хонджун застенчиво отводит взгляд, Сонхва второй рукой спустился к ягодице, сминая её сквозь неплотную ткань. — Или твой ротик способен только на хороший минет? — Я тебе в следующий раз член откушу. — А ты уверен, что следующий раз будет? И вообще, не порть атмосферу. — Хва-хён, я так хочу тебя. Хочу почувствовать внутри твой член. Хён, пожалуйста. Дважды за одну фразу Сонхва почувствовал тугой узел возбуждения внизу живота. Либо Хонджун это понимал, либо просто говорил всё подряд, но рычаг управления старшим он уже нашел, и теперь Сонхва оставалось надеяться, что он не поймет этого, дабы избежать своего подчинения и без того слишком властному Хонджуну. Сонхва резко стянул боксеры с парня и отбросил на пол. Теперь ничто не скрывало тело младшего от изучающего темного взгляда. Сонхва смотрел, все ещё не осознавая, что этот парень, который был его мечтой на протяжении нескольких месяцев, сейчас лежит перед ним, весь в красных пятнах и засосах, с медленно вздымающейся грудью и дрожащими от нетерпения ресницами. И таким его видит только Сонхва, только он и никто не больше. Собственническая натура была полностью удовлетворена. Оставив на опухших губах нежный поцелуй, старший слез с кровати, доставая из тумбочки полупустой тюбик смазки и презерватив. Хонджун согнул ноги в коленях, и Сонхва, распределив густую массу по своим пальцам, с легкостью ввёл один из них внутрь. — Ты… Ты подготовился? — Неужели, как ты догадался? — удивленный взгляд старшего развеселил Хонджуна. — Всё свободное время в ванной провел, чтобы моему хёну было приятнее. Теперь Сонхва был полностью уверен, что парень прознал про его слабость — слишком часто он назвал его хёном за последние несколько минут. Палец выскользнул наружу, и Сонхва с шелестом раскрыл пакетик презерватива, раскатывая резинку по своему члену. Парень устроился между ног Хонджуна, вновь переплетая с ним пальцы одной руки, и, подставив головку к растянутой дырочке, резко вошёл в разгоряченное тело. Хонджун зажмурился, сжал руку Сонхва так сильно, что он закусил губу. Старший начал неспешно двигаться, хотя это было и не в его принципах, давая Хонджуну время привыкнуть. Как только хватка на руке ослабла, и из-под пушистых ресниц открылся томный взгляд, Сонхва толкнулся сильнее, глубже, и по громкому стону Хонджуна понял, что он попал по простате. Резкие толчки выбивали из младшего стоны вперемешку с именем парня. Сонхва наклонился и поцеловал красные, но такие желанные губы. Казалось, что только поцелуи дарят ему веру и уверенность в то, что происходящее сейчас реально. Каждый удар по простате всё сильнее приближал Хонджуна к оргазму, и совсем скоро терпеть было невозможно, и с громким «Сонхва-хён» парень излился себе на живот, отпуская руку старшего. Сонхва сделал ещё пару толчков, но последний стон Хонджуна окончательно ударил по мозгам, и парень кончил в презерватив. Выйдя из расслабленного тела, старший завязал резинку и поднялся с кровати. В первую очередь, он взял скинутый на пол пододеяльник и аккуратно вытер Хонджуна от семени — всё бельё он потом обязательно выстирает, но сейчас хотелось только прижаться к любимому и никуда не отпускать. Сгребя всё в одну кучу и выкинув презерватив в мусорку, парень лег рядом с младшим, который тут же положил голову на вздымающуюся грудь. — Всё хорошо? — Хва, это было… Это было прекрасно, за последние полгода такого секса у меня точно не было, — Хонджун перекинул руку через пояс парня, ласково поглаживая его бок. — Кстати, я все ещё жду благодарности за минет. — А это что сейчас было? — Я рассчитывал на бесплатный кофе завтра вообще-то, — Хонджун обиженно надул губы. — Ты можешь приходить за бесплатным кофе хоть каждый день, малыш. Я буду делать всё, чтобы ты был счастлив, — Сонхва коснулся губами синих волос, чувствуя запах фруктового шампуня. — Раз ты в порядке, объясни: что тебе говорил Ёсан? — А что объяснять-то? Я пришел к вам в кафе неделю назад, тебя на смене не было, зато был раздраженный Ёсан. Я спросил: что у него случилось, и он любезно всё мне рассказал. О том, что ты его достал со своим нытьём по поводу отношений, о том, что ты стесняешься подойти ко мне и так далее по списку. Вот я и решил выведать: какой ты в отношениях, чтобы найти к тебе подход. А дальше сам знаешь. — Так, я тебе давно нравился? — Есть такое. Только на Ёсана не ругайся, ладно, хён? — Этот приём он тоже тебе рассказал? — Да. — Ладно, ладно, не буду. Хонджун довольно улыбнулся — Сонхва почувствовал легкое движение губ на своей груди — и начал засыпать, слушая размеренное дыхание любовника. А Сонхва думал о том, что завтра Ёсану предстоит серьезный разговор о том, что не стоит обсуждать с возлюбленными своих друзей.