Love is a deadly game

      — Чёртова Жозефина, будь ты проклята, старая карга, — Селена стремительно летела по коридору, направляясь к лестнице и извергая на ходу лавины из слов.       Да, между двумя дамами вновь вспыхнул локальный конфликт. Жозефина была крайне недовольна тем, как Селена «протёрла пыль» в гостевой. Она всегда знала, к чему придраться, и это ужасно злило властолюбивую девушку. И хоть Жозефина велела ей «исправить это недоразумение», называемое уборкой, она не намеревалась исполнять дурацкие капризы заносчивой тётки.       Спустившись со второго этажа, девушка направилась в сад. Эмоции били через край, необходимо было что-то с ними сделать. Она огляделась. Жаль, нигде не было видно Примы, этой жутко раздражающей девчонки. Уж на неё можно было бы вывалить всё своё негодование. Лёгкий вечерний ветер заметно остудил её пыл, Селена на мгновение остановилась и закрыла глаза, позволяя дуновению поиграть с локонами. Ветер сплетался с её волосами, осторожно шевеля их тут и там, щекоча лицо и шею. Отчего-то Селена рассмеялась, но смех этот был сродни отчаянию и бесконечной усталости. Да, она неимоверно устала играть в игры Таролога, подчиняться вредной Жозефине, слишком внезапно сталкиваться с не менее противной Примой и терпеть её выходки, невыносимо было каждый раз искать повод, чтобы поскорее сбежать от навязчивого и самовлюблённого Берта. Все эти люди были ей омерзительны.       Она склонилась над клумбой и сорвала калистегию вопреки строгим запретам Жозефины. Вдохнув аромат цветка, Селена почувствовала, как её плечи постепенно окутывает расслабление. Ноги неспешно вели её вдоль клумб, уводя в центр сада. Дойдя до фонтана, она остановилась. Послышалось? Нет. До неё доносился едва различимый голос. Как будто кто-то пел. Но где? Кажется, так далеко, что не различить ни самого голоса, ни уж тем более слов песни. Она прислушалась и определила примерное направление звука, взяв курс в его сторону. Она не ошиблась — голос постепенно становился всё ближе, пока в какой-то момент сердце Селены не опустилось в пятки и резко подпрыгнуло к горлу. Она узнала голос исполнителя песни. Стараясь не спугнуть его лишним шорохом, она на цыпочках подкрадывалась к молодому человеку, чей прекрасный голос разливался по дальнему нехоженому участку сада.

— Let’s rewind if you choose it.

We leave it all behind.

Misery and self-delusions

No more explanations, just good-bye.*

      «Как же великолепно он поёт», — подумала Селена и словила себя на мысли, что едва дышит.       Она осторожно выглянула из-за огромного куста дикой розы. Лиам стоял к ней спиной, исполняя свою песню второму такому же кусту. Она не видела его лица, но почему-то чувствовала, что его глаза закрыты. Лиам протянул руку в воздухе и тут же прижал её к сердцу, дойдя до припева.

— Lo-o-o-ve is a deadly game,

Pla-a-a-yers are not to blame.

Lu-u-u-ck is the only way

Wi-i-i-n and be free again.**

      Сердце Селены сжалось в один крошечный комок от душераздирающих строчек.       «О ком так горестно ты поёшь, мой милый Лиам?» — с грустью подумала девушка и почувствовала укол в сердце.

— I leave you with just my heart alo-o-o-ne

For a brand-new start

Le-e-e-t me forget the past

Lo-o-o-ve wasn’t meant to last.***

      Лиам повернулся к Селене лицом, но его глаза всё ещё были закрыты. Брови сдвинуты в агонии, на длинных белых ресницах виднеются несколько слезинок.

— As love wasn’t meant to last.

It’s fading fast.****

      Закончив припев, он распахнул глаза и встретился с глазами Селены. Несколько секунд они смотрели друг на друга, влекомые нежными чувствами и бесконечной печалью.       — Лилит… — только и смог произнести он, осторожно смахивая навязчивую слезу со щеки. — Как давно ты здесь?       — Лиам, прости, я не хотела мешать тебе. Я… не так давно.       — Ты никогда не мешаешь мне. Я рад, что ты здесь. — Он едва заметно улыбнулся, опустив глаза.       — Мне правда не хотелось тебя тревожить.       — Я просто не ожидал, что здесь кто-нибудь будет.       — Да, место ты выбрал поистине уединённое, — ухмыльнулась Селена.       — Я часто прихожу сюда, когда хочу побыть один. — Лиам чуть склонился к ароматным бордовым бутонам и на мгновение задумался. — Буду рад, если и ты будешь иногда сюда заглядывать.       — Здесь очень красиво. — Селена оглянулась и медленно обернулась вокруг своей оси.       — Теперь да, — тихо сказал молодой человек, не сводя с неё глаз.       — М? — она повернулась к нему, поджав губы. Взгляд Лиама скользнул по ним, пальцы едва заметно сжали низ выпущенной рубашки, затем ещё и ещё. — Тебя что-то беспокоит?       — Я бы назвал это иначе.       — Как? — голос девушки стал тихим, неподконтрольным ей в полной мере.       — Я схожу с ума, Лилит. — На лице Лиама мгновенно сменилось сразу несколько выражений: от отчаянно-безумного до строгого и непроницаемого. Он силился скрыть эмоции, раздирающие его изнутри, получалось плохо, но пока получалось.       — Я… могу тебе как-то помочь? — Селена сделала к нему несколько шагов и остановилась с вытянутой рукой, зависшей в воздухе.       Он смотрел на неё долгое мгновение, затем перехватил её ладонь, притягивая к себе.       — Просто будь рядом… — он накрыл её ладонью свою щёку. — Просто не забывай меня больше… — его губы коснулись тыльной стороны её ладони. — Больше я этого не вынесу, Лилит… моя милая Лилит… — он взглянул на неё, и в его взгляде читалась смесь чудовищной страсти и бескрайнего сожаления.       Селена перестала дышать, время замерло, ветер затих. Большие печальные глаза напротив и холодные руки, прижимающие её ладони к таким же холодным щекам. Она сделала ещё шаг навстречу, оказавшись совсем близко. Лиам был значительно выше, его сбитое дыхание касалось её макушки, грудь прерывисто вздымалась, но он не позволял себе большего. Селена подняла голову и наткнулась на его серо-голубые глаза, в которых бурлила едва сдерживаемая страсть. Лиам приподнял её подбородок, медленно склонился над девушкой и осторожно коснулся губами её губ. Сердце Селены повторило траекторию, когда она услышала его пение, и ухнуло в самый низ, после чего подлетело куда-то высоко-высоко. Она закрыла глаза и ответила на поцелуй. Её жаркие губы изучали его ледяные, которые не спешили отогреваться. Лиам осторожно, но смело обхватил её талию, прижимая к себе. Дышать было нечем, но отрываться друг от друга не хотелось. В один из таких моментов Селена жадно вдохнула прохладный вечерний воздух и запрокинула голову. Лиам воспользовался заминкой и накрыл всё ещё холодными губами её шею. Над его ухом раздался сдавленный стон Селены.       Она запустила руку в его волосы на затылке, сжав их и подставляя шею под его ласки. Лиам то становился напористее, то в мгновение терял уверенность, словно осознавая происходящее. Селена опустила голову, столкнувшись с ним взглядом, и обхватила его лицо ладонями.       — Не отстраняйся, Лиам… — выдохнула ему в губы.       — Лилит… пожалуйста, разбуди меня. Я знаю, что это сон, — произнёс он, закрыв глаза.       — Нет. Нет. — Селена то ли отрицала предположение молодого человека, то ли протестовала тому, что всё может вот так закончиться.       Лиам печально изучал её лицо с явным намерением отстраниться.       — Я не могу поверить в то, что завтра всё не вернётся на круги своя, что ты не скажешь мне снова, что не помнишь меня, что всё забудешь. Я не могу…       Селена вовремя словила руку Лиама, который в порыве отчаяния хотел бежать, и приложила её к своему сердцу, что выпрыгивало из груди. Он замер, будто не веря в её реакцию.       — Мне невыносимо от мысли, что я доставила тебе столько неприятностей, причинила столько боли. — Она вновь сократила расстояние между ними. — Всё это время я ненароком отталкивала тебя, хоть ты и тянулся ко мне. И вот мы поменялись местами: я жажду тебя рядом, но ты отворачиваешься. Это больно, но справедливо. — На глазах выступили слёзы.       Лиам внезапно рыкнул, меняясь на глазах, притянул её к себе и прошептал в сантиметре от её лица:       — Что бы ты ни делала, я не готов отказаться от тебя. Разум твердит мне оставить попытки настигнуть тебя, но сердце ломает грудную клетку, стоит тебе появиться или посмотреть на меня, назвать моё имя. — Он сильнее прижал к себе девушку. — Если ты — моё проклятье, я вынесу всё, что положено мне судьбой.       Его голос разливал эти слова с ноткой злости, но бездонные, всё ещё печальные глаза выражали неимоверную нежность и любовь. Селена, почти потерявшая равновесие, подалась вперёд, задев коленом бугор между ногами Лиама. Это стало спусковым крючком. Он вновь издал гортанный звук и впился губами в губы Селены. Их руки беспрестанно блуждали по телам друг друга, одежда, не выдерживая такого напора, мялась и задиралась, пуговицы расстёгивались, шнурки развязывались. Лиам подхватил Селену, вынуждая скрестить ноги на своей пояснице. Девушка оказалась прижата к большой прохладной статуе, на выступ которой усадил её Лиам. Коснувшись холодного камня, он внезапно отстранился от неё, увлекая за собой и побуждая встать на ноги.       — Лиам…       — Чш-ш-ш, — он снял свою рубашку, положив её туда, где только что сидела Селена. — Чтобы ты не замёрзла.       Селена смотрела на него, не моргая. Её взгляд опускался всё ниже, изучая прекрасное тело, бледную аристократическую кожу. Худощавость не умаляла его красоты, не создавала впечатление слабости, особенно когда он уверенно подошёл к ней, наклонился, положив руку на щёку и приподнимая её лицо, заставляя взглянуть на него. Взгляд, полный решимости и страсти, любви и трепета.       «Смотрит, словно на богиню», — подумала Селена.       — Невероятно красива… — произнёс Лиам низким, чуть охрипшим голосом и вовлёк её в очередной поцелуй, вновь подсаживая на статую.       Селена раздвинула ноги, подпуская его ближе. Даже сквозь несколько слоёв платья и брюки ощущалось его желание, упёршееся в её промежность. Лиам осторожно развязал шнурки на платье, которое, изрядно потрепавшись, без дополнительных усилий соскользнуло вниз, оголяя сначала ключицы, а затем и грудь девушки. Блондин, не отрываясь от губ Селены, накрыл ладонью правую грудь, осторожно сжимая её, второй рукой сильнее прижал Селену к себе, сбивая её дыхание и возбуждаясь сильнее. Она приподняла ногу, цепляя Лиама за поясницу и прижимаясь к нему в ответ. Платье, задравшись почти до пояса, сильно оголило стройную ногу, и Лиам провёл холодной рукой от щиколотки, выше, к бедру, сжав нежную кожу. Сходя с ума от такого напора застенчивого молодого человека, Селена понимала, что в любом тихом омуте действительно можно встретить чертей, нужно лишь создать подходящие условия. Она вновь запрокинула голову, прерывая поцелуй и вдыхая холодный воздух. Вокруг стремительно стемнело, естественным освещением служили звёзды. Где-то здесь могла быть Прима, где-то там Лиама могла искать Жозефина. От этих мыслей внизу живота сильнее стянуло.       — Вдруг нас ищут? — еле слышно спросила Селена.       — Я убью любого, кто посмеет нарушить этот момент. — Конечно, фраза имела переносное значение, но… переносное же? Лиам заглянул Селене в глаза и добавил: — Лилит, я бесконечно сильно люблю тебя. Даже если ты вновь забудешь меня, я буду снова и снова заставлять тебя вспомнить меня, вспомнить всё.       Селена прикрыла глаза и тихо взвыла. Внизу живота неимоверно тянуло, сердце, готовое проломить грудную клетку, вырывалось наружу.       — Лиам…       — Да, моя дорогая? — Он осторожно приподнял её, позволяя платью соскользнуть с тела на землю.       Селена не ответила. Её сбитое дыхание было столь горячим, что клубилось на прохладном воздухе.       — Ты замёрзла… — Лиам на мгновение погрустнел в привычной манере, но быстро добавил: — Это ненадолго, я согрею тебя.       — М-мне н-не х-х-холод-дно, — с трудом проговорила она.       — Но ты дрожишь.       — Эт-то не от х-холода…       Возвращаясь к её губам, Лиам заставил её развести ноги сильнее, и надавил на бугорок, отозвавшийся внутри девушки тянущей, но такой приятной болью. Он продолжал массировать сочащуюся ложбинку, затем осторожно отодвинул трусики и повторил действия напрямую. Селена прижалась к нему, продолжая дрожать. Лиам положил руку вдоль всей её спины, сомкнув ладонь на затылке.       — Лиам… — в очередной раз прошептала Селена.       — Да, Лилит? — он коснулся лбом её лба, пытаясь отдышаться.       — Пожалуйста…       — Ты о чём? — с лёгкой хитринкой спросил он, прекрасно понимая, о чём шла речь и чего так хотела девушка.       Селена вновь не ответила, лишь сжала его предплечья, опуская глаза и наблюдая, как его рука двигается внизу.       — Ты спешишь… Я понимаю твоё желание, но позволь мне… насладиться моментом. — Лиам мягко поцеловал её в губы. — Изучить тебя. — Ещё один кроткий поцелуй. — Твой запах. — Опускаясь к шее, он двигался ниже, не переставая вдыхать запах её кожи.       Селена жутко смутилась, но неотрывно следила за каждым движением Лиама. Он опустился на колени, оказавшись прямо напротив сочащейся промежности. Девушке вновь пришлось на мгновение приподняться, так как Лиам вознамерился избавить её от нижнего белья. Оставшись в одном корсете, даже не прикрывающем грудь, она, наконец, поняла, что он хотел делать дальше.       — Лиам, не надо…       — Пожалуйста, Лилит, не мешай мне любить тебя. — На неё устремилась пара печальных глаз, которая тут же переключилась ниже.       Лиам медленно приблизился к мокрому бугорку и коснулся горячим языком. Селена издала тихий вздох, больше похожий на всхлип. Лиам, смелея, усерднее двигал языком, подключая губы. Её соки стекали по его подбородку, каплями спускаясь ниже. Его палец мягко вошёл внутрь, не встречая никакого сопротивления. Селена застонала громче, запуская руку в мягкие белоснежные волосы и сжимая их.       — Да, Лилит, — хрипло произнёс Лиам, добавляя второй палец и возвращаясь к ней губами.       Селена больше не сдерживала себя, постепенно переходя в крик, но предательский голос скакал, создавая прерывистые звуки. Ноги задрожали, внутри разлилось тепло. Лиам поднялся с колен, расстёгивая ремень на брюках.       — Я бы очень хотел продолжить, но я так…       — Не тяни, прошу, Лиам… — Она, наконец, подняла на него взгляд: красные щёки, растрёпанные волосы, почти без одежды. Просить Лиама дважды не пришлось.       Он приставил к ней член, который плавно вошёл в неё. Оба издали протяжный стон, пропитанный наслаждением и чувством наполненности. Движения сразу стали быстрыми от бушующей страсти. Лиам не переставал поглощать Селену взглядом. Его всегда бледного лица коснулся румянец, опухшие губы так и притягивали к себе, и Селена не отказала себе в удовольствии привлечь его ближе и впиться в его рот. Не в силах насытиться, они почти до хруста костей сжимали друг друга в объятиях, не переставали целоваться. Лиам склонился над Селеной, хоть она и сидела на удобном для него уровне — всё равно была ниже. Рукой он опёрся о холодный камень, отрезвляюще подействовавший на разум. Он остановился, взглянув на девушку.       — Я столько раз представлял себе, как это могло бы быть. Но это лучше всех моих фантазий, вместе взятых. — Он приподнял её подбородок, набирая темп и вызывая очередную волну стонов Селены. — О, Лилит…       Его рука сомкнулась на её шее, чуть сдавив. Ноги Селены, задрожав, выдали, насколько ей это нравится. Она схватилась за его плечо одной рукой, другой придерживалась за край статуи, почти соскользнув с него. Лиам бережно спустил её на землю, разворачивая к себе спиной. Селена выгнулась, как только член вновь оказался внутри, доставая до особой точки. Её крики разносились по округе, Лиам, взявшись за её бёдра, продолжал касаться этой самой точки, приближая девушку к очередному оргазму. Селена постепенно переставала держаться на ногах, Лиам крепко прижал её к себе, и в какой-то момент она просто повисла на его руках, не в силах стоять. Лиам зажмурился, вышел из Селены и изверг жидкость на землю.       Едва отдышавшись, он поспешил одеть её.       — Ты не замёрзла, Лилит? — заботливо спросил он.       — Нет, — еле слышно ответила она.       Когда они оба были одеты, реальность лавиной обрушилась на две разгорячённые головы, приходящие в себя. Щёки по-прежнему пылали, но не от страсти, а от бескрайнего смущения. Селена улыбнулась и, наконец, подняла на Лиама глаза. Он повторил её движения. Она протянула руку, накрывая его щёку, на негнущихся ногах подошла ближе и кротко поцеловала его.       — Мне понадобится твоя помощь, чтобы добраться до комнаты.       — Конечно. — Лиам улыбнулся, поднял её на руки и пошёл вдоль цветов, ставших немыми свидетелями жаркой сцены.       Когда они вошли в главный холл, из кухни показалась недовольная голова Жозефины, которая произнесла:       — Лиам! Где ты был? Я обыскалась тебя! — Её взгляд тут же переключился на Селену в его руках. — Лилит, что, чёрт возьми, с тобой произошло?       — Лилит упала в саду, повредила ногу, я помогаю ей добраться.       — Конечно, вместо того, чтобы выполнить веленное, пошла разгуливать по саду. Вот тебе и результат! — Жозефина, никак не посочувствовавшая «несчастью» Селены, скрылась в кухне, что-то недовольно бормоча под нос.       Пара молодых украдкой улыбнулась, как подростки, которых едва не поймали за пакостью. Лиам поднял Селену по лестнице и внёс в комнату, положив на кровать.       — Мне… помочь тебе раздеться? — Его глаза забегали в смущении.       — Нет, я справлюсь сама, спасибо, — она улыбнулась, глядя на привычно стеснительного молодого человека.       — Тогда я пойду.       — Лиам, — окликнула его Селена. Он обернулся, склоняясь к ней, повинуясь её невербальной просьбе. Её губы мягко накрыли его, оставляя лёгкий поцелуй. — Доброй ночи, Лиам.       — Доброй ночи, дорогая Лилит, — ответил он, заливаясь румянцем и покидая её комнату.       Придя к себе, он снял мокрую от пота и соков одежду, уткнувшись носом в рубашку. Она пахла Селеной и их близостью. Не веря в произошедшее, Лиам так и уснул с ней в обнимку.

***

      Жозефина была крайне недовольна тем, что Лилит и Лиам проводили всё свободное время вместе. Она постоянно пыталась им помешать, но они постоянно находили способ сбежать от её пристального взгляда и побыть вдвоём.       В один из дней Жозефина заявила, что ей нужно уехать в соседний город, чтобы уладить юридические моменты, связанные с отелем. Нехотя она покинула особняк, оставляя их вдвоём.       — Лиам, следи за ней хорошенько и не позволяй отлынивать от обязанностей! Я ещё Приме накажу приглядывать за тобой! — обратилась она к Селене.       — Да-да, хорошо, я не буду отлынивать, — проскрипела Селена, закатив глаза.       — Хорошей дороги, сестрица, — Лиам мягко улыбнулся.       День прошёл в обычных хлопотах: Селена исправно выполняла свои обязанности, Лиам запропастился в своей импровизированной мастерской, пользуясь отсутствием Жозефины, которая так не любила, когда он садился за картины. Ужин пришлось готовить в одиночку, хотя обычно Селена делала это вместе с хозяйкой. Когда Лиам пришёл на кухню, девушка заканчивала накрывать на стол.       — Добрый вечер. — Он осторожно сплёл их пальцы, целуя её в щёку.       — Садись, будем ужинать. Где Прима?       — Не видел её со вчерашнего дня.       — Ладно, захочет, придёт, — недовольно сказала Селена, усаживаясь за стол. — Приятного аппетита.       — Взаимно.       Ужин прошёл в уютной атмосфере. Лиам рассказывал о своих успехах, вспоминал какие-то забавные моменты, о которых «забыла его милая Лилит». Когда трапеза была завершена, Лиам поблагодарил Селену за еду, и они вместе быстро убрали и помыли посуду.       — Оставлю это здесь на случай, если Прима всё же надумает поесть.       — Кто знает, где носит эту странную девчонку, — вновь проворчала Селена.       — Прима забавная, — улыбнулся Лиам, облокачиваясь о большой деревянный стол.       — Да уж, очень.       — Не вредничай, Лилит. — Лиам почему-то засмеялся, поднося ко рту чашку с горячим чаем. Рука дрогнула, и её содержимое вмиг оказалось на белоснежной рубашке парня.       — Боже, Лиам, ты в порядке? — Селена оказалась рядом, быстро распахнув и стянув испорченную одежду. — Не обжёгся? — Её руки покоились на мокрой обнажённой груди.       — Нет, всё хорошо. — Лиам накрыл её ладони своими.       Некоторое время они смотрели друг на друга, затем Селена медленно приблизила своё лицо к его лицу, замирая в сантиметре от его губ.       — Волнительная сцена, — прошептала она.       Лиам лишь нервно сглотнул, наблюдая за её действиями. Девушка подступила ближе, вовлекая его в поцелуй. Лиам застыл, словно статуя. Селена взяла его руки и обвила ими свою талию. Поддавшись порыву, он ответил на поцелуй, прижимая её к себе. Но всего через мгновение отстранился, обеспокоенно сказав:       — А что если Прима придёт?       — Да, а ещё Жозефина внезапно вернётся, — съязвила Селена, вновь нацелившись на его губы.       — Но…       Лиам не успел ничего сказать, так как его нагло, но приятно заткнули. Селена запустила язык в его рот, осторожно поглаживая им его губы с внутренней стороны, ненароком цепляя язык. Лиам простонал ей в губы, схватив её за талию, развернувшись и усадив Селену на стол. Страсть быстро разгоралась, но, боясь быть застуканными с поличным, они не раздевались — не считая испорченной рубашки Лиама — и ласкали друг друга сквозь одежу. Повалив Селену на стол, Лиам избавился от ремня, закинул ноги девушки себе на плечи и быстро вошёл в неё. Она протяжно простонала, но Лиам тут же накрыл её рот ладонью.       — Тише, мы же в столовой. Прима услышит.       — А может… я и хочу… чтобы она услышала… — прерывисто проговорила Селена.       — Что ты такое говоришь?! — Лиам был действительно обеспокоен, но движений не прекратил, а, наоборот, ускорился.       — Да-а-а… а ещё хочу, чтобы она увидела, ха-ха-ха.       — Ты ужасна, Лилит, — строго произнёс Лиам, нахмурившись. — Невыносимо безрассудная.       — Да, именно поэтому ты ещё сильнее возбудился от моих слов и всё ещё продолжаешь трахать меня на обеденном столе, боясь, что сюда кто-нибудь заглянет.       Беспощадность её слов залила румянцем его щёки, затем породила волну злости.       — Испорченная, Лилит, какая же ты испорченная.       Он набрал сумасшедшую скорость, сжимая её бёдра и раз за разом целясь в особую точку, до которой в этой позе было так легко достать. Селена схватилась обеими руками за край стола, безжалостно содрагаемая телом Лиама. На глазах проступили слёзы от наслаждения, ноги, покоившиеся на его плечах, задрожали, оповещая Лиама о том, что ей хорошо. Выйдя из неё и закончив в одну из салфеток, лежащих на столе, он склонился над Селеной, тяжело дыша. Капли пота скатывались по лбу и капали ей на грудь. Он помог девушке приподняться, поправляя её платье.       — Я люблю тебя, Лилит, — прошептал он, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос.

***

      — Эй, очнись! — Селена услышала настойчивый крик незнакомой девушки, та трясла её за плечо и явно нервничала.       Она открыла глаза и огляделась. Шумный паб, она на полу, над ней склонилась незнакомка со стаканом воды.       — Фух, ну и напугала ты меня!       — Ты кто?       — С ума, что ли, сошла?       — Я спрашиваю: кто ты такая? — Селена вскочила, чуть не сшибив девушку с ног.       — Лилит, кончай придуриваться и за работу, мы не успеваем обслуживать посетителей. Вот тебе вода, стакан потом сама уберёшь. — Незнакомка сунула стакан ей в руку и стремительно отошла.       «Где я?»       Заправляя за ухо выбившуюся прядь, Селена пришла в ужас.       «Что с моими ушами?!»       Она добежала до ближайшего окна, уставившись в своё отражение. Длинные уши. Эльф. Позже она узнает, что здешних жителей называют драядами. А здешних — это откуда?       «Чёртов Таролог, куда ты отправил меня теперь?» — Злость кипела внутри. Опять никаких объяснений. Опять ни одного знакомого лица вокруг.       Её мысли были прерваны нежданными посетителями, на которых обратил внимание каждый в баре. Люди были одеты в дорогие доспехи, главный мужчина одет в строгий костюм. За его спиной робко стояла девушка в изумрудном платье. Погодите-ка… Мэри?!       — Мне сказали, что здесь работает Лилит. Есть такая? — спросил мужчина.       — Это она! — На Селену ткнула пальцем та самая девушка, что протягивала ей стакан воды.       — Мисс, Вы Лилит? — спросил у неё мужчина.       — Да.       — Вам придётся поехать с нами.       — Я так не думаю, — Селена заняла оборонительную позу, нахмурившись.       — У Вас нет выбора. Мы должны доставить Вас по назначению, и сделаем мы это либо используя силу и, возможно, делая Вам больно, либо по Вашему согласию. Выбирайте второй вариант, мисс.       Поняв, что сопротивляться действительно бесполезно, она злобно рыкнула и направилась к выходу.       «Мэри, почему она делает вид, что не знает меня?»       Её пригласили сесть в карету, запряжённую красивыми чёрными конями. Мэри последовала за ней, сев напротив.       — Куда мы едем?       — Во дворец, — невозмутимо ответила она, изучая Селену.       — Зачем?       — Скоро Вы всё узнаете.       «Опять секреты».       Пока они ехали, разум Селены заполнили воспоминания. Отель. Задний двор. Она, Лиам, Жозефина, связанный Роб. Лиам, будучи не в себе, говорит о том, как заточает души людей в картины. Его сумасшедший взгляд. Очнувшийся Роб. Выстрел. Мёртвый Лиам.       — Нет! — крикнула Селена, очнувшись от вереницы мыслей.       — Всё в порядке? — спросила Мэри.       Селена не ответила. Они, наконец, подъехали ко дворцу.

***

      Оказавшись в своей новой комнате, Селена опустилась на край, переваривая только что случившийся разговор. Её назвали внебрачной дочерью короля и будущей королевой Долины Наваждения. А ещё она встретила Берта, который, как и Мэри, не узнал её или сделал вид, что не знает. Это ещё предстояло выяснить. Но главным потрясением стала встреча с Лиамом, которого представили, как сына королевской семьи. Он смотрел на неё пустым взглядом, с недоверием, но без ненависти. Таролог всё обнулил.       Переодевшись, она вышла в коридор. Побродив немного по дворцу, девушка вышла на улицу, сразу найдя дорогу в сад. Место было невероятно красивым: всюду неописуемо прелестные цветы, деревья, сплетающиеся стволами и ветвями, образуя лианы; потрясающие ароматы и волшебные бабочки, снующие между бутонами. Залюбовавшись, она не сразу поняла, что потревожила кого-то своим присутствием. Высокий силуэт обернулся, и перед Селеной предстал печальный Лиам. Вопреки всему, что было у него на душе, он мягко улыбнулся ей.       — Прости, что побеспокоила.       — Ничего, я часто прихожу сюда, когда хочу побыть один.       — Мне уйти? — разочарованно спросила Селена.       — Останься, — тихо проговорил Лиам, садясь на скамейку.       Девушка последовала его примеру. Они молчали и думали каждый о своём. Было невыносимо сидеть вот так и делать вид, что она его не знает. Что не помнит всё, что с ними происходило совсем недавно. Вереница воспоминаний окутала по периметру её сознание, и щёки вспыхнули алым. Рядом сидел совершенно другой Лиам-драяд, который имел её на обеденном столе и в других местах отеля, но сейчас видящий перед собой лишь незнакомку.       «Так вот каково тебе было, когда Лилит раз за разом забывала тебя», — с грустью подумала Селена, и боль отозвалась глубоко в груди.       — Тебе нравится здесь? — внезапно спросил он.       — Да, очень. Я тоже часто прихожу в сад, когда становится одиноко.       — Так тебе сейчас одиноко, раз ты пришла сюда? — Лиам повернул голову и встретился с её глазами.       — Да, очень, — повторила она.       — Мне жаль. Всё так внезапно свалилось на твою голову. Хотя и для нас стала шоком новость о внебрачном ребёнке отца.       Он помолчал немного и добавил:       — Но я надеюсь, что мы поладим, ты кажешься хорошим человеком. — Он устало улыбнулся и поднялся. — Я пойду, мне ещё нужно кое-что сделать. Благодарю за компанию.       — И тебе спасибо, Лиам.       Когда он ушёл, Селена почувствовала жгучую боль в груди. Таролог снова наказал её: она поменялась с Лиамом местами.

***

      День за днём она сталкивалась с длинноволосым блондином то тут, то там. Он мило улыбался, но его глаза всегда были полны бесконечной печали. Периодически они заводили поверхностные беседы, которые никак не приближали их даже к точке «хорошие знакомые». Отчаяние Селены обретало немыслимые масштабы, потоки мыслей о Лиаме мешали сосредоточиться на всём остальном. Даже появление Дэймона никак не отозвалось внутри, в отличие от забытья Лиама.       В очередной раз оказавшись в саду, она целенаправленно забрела в дальний угол, чтобы выразить накопившуюся грусть. В голове мелькнула сцена, как на ресницах поющего Лиама блестели слёзы, и слёзы подступили к горлу в реальности. Выдохнув и сделав глубокий вдох, теперь уже Селена запела:

— Lo-o-o-ve is a deadly game,

Pla-a-a-yers are not to blame.

Lu-u-u-ck is the only way

Wi-i-i-n and be free again.

I leave you with just my heart alo-o-o-ne

For a brand-new start

Le-e-e-t me forget the past

Lo-o-o-ve wasn’t meant to last.

As love wasn’t meant to last.

It’s fading fast.

      Она замолчала, не в силах продолжать петь. Слёзы градом потекли по её щекам, она закрыла руками лицо и тихо завыла. Вдруг невдалеке послышался шорох, затем ещё и ещё. Отодвинув высокий куст неизвестного растения, рядом появился Лиам. Его расширенные глаза свидетельствовали об удивлении. Затем печальное выражение привычно обрамило его лик.       — О ком ты так горестно поёшь, Лилит?       Селена бросила бежать, не различая дороги. Слёзы душили её, не позволяя даже вздохнуть. Ворвавшись к себе в комнату, она рухнула на постель, разрыдавшись в подушку. Он даже задал тот же вопрос, коим и она задавалась тогда, в прошлом, когда он пел эту песню…

***

      Королева умерла. Её жизнь пришла к логическому завершению. Об этом сообщила Жозефина, когда Селена беседовала с Дэймоном в саду. Она отправилась в её покои, чтобы побыть с Лиамом.       Он обернулся к ней сразу, как только она вошла.       — Как ты? — спросила девушка на пороге.       Его голос дрогнул.       — Я наблюдал за тобой всё это время. Присматривался. Последние месяцы я отдалился от всех. Не мог понять, отчего мне так тревожно… Но с твоим приходом всё поменялось. Не знаю, может, это простая надежда, или в этом кроется что-то ещё… Я вверяю тебе нашу страну.       Он резко сомкнул губы. Ему хотелось добавить «милая Лилит».       «Но… почему?»       «Его лицо! Он что-то вспомнил?» — подумала Селена.       — Мой милый Лиам… — прошептала она.       — Что ты сказала?

***

      После инцидента на похоронах королевы Лиам предложил Селене сходить к реке, чтобы посмотреть его воспоминания, ведь «они теперь семья, а о семье нужно знать больше». Показав ей воспоминание из своего прошлого, он спросил, что она видела.       — Не знаю, как объяснить, это было нечётко.       — Странно, может, я сделал что-то не то…       Селена коснулась его щеки и посмотрела на него взглядом, полным сочувствия, понимания и нежности. Лиам удивлённо взглянул на неё, затем его взгляд соскользнул на её губы — он догадался о её намерениях. Но Селена одёрнула руку.       — Прости. Мы брат и сестра. Нам нельзя.       — Нельзя что?       Он вернул её руку на свою щёку.       — У нас нет общих родителей. Мой отец погиб. Матушка вышла ещё раз замуж. За Винса.       Селену поразила продуманность Таролога. Красиво всё подстроил, ничего не скажешь…       — Рядом с тобой я чувствую себя как дома, — смущённо произнёс Лиам. — Не знаю, как это объяснить.       Селена прильнула к нему так резко, почти отчаянно, что они повалились на землю.       «Ещё не всё потеряно. Ты вспомнишь, Лиам. Я надеюсь…»