nice ideas and some consequences

Вечер, как и обычно, в этой квартире проходит спокойно-тихо. Сынмину, правда, заняться нечем, ведь всю работу он успевает делать в компании за редкими исключениями. А Хёнджин, как директор этой компании, всегда перерабатывает, но все ради благополучия их семьи из двух людей с кошкой. Но, надо подметить, Ким еще и студент, который в фирме лишь на практике с 6 часовыми сменами и прелестями студенческой жизни. Собственно, спустя тройку часов бездумных скитаний по квартире (в это время входила уборка в гардеробе, игры с кошкой, мытье посуды и простой скролл ленты инстаграма с чтением каких-то научных статей позднее), в голову приходит идея. Прелестная идея, как побесить старшего, которому он сегодня еще не мешал ни капельки и был максимально тихим, как только мог. За мыслью следует поход в душ, легкая подготовка, одевание себя в (не-)приличную одежду. *** Ким прижат спиной к стене, а сверху Хван нависает. Младший хихикает, будто в ситуации ещё осталась хоть капля чего-то смешного. А старший – не железный, да и нервы вообще потряхивает часто. Сынмин ведь решил, что очень неплохой идеей было бы выйти к работающему в гостиной парню в одних чулках и юбке, и начать дразнить этим. Ну, просто прекрасно ведь. Главное – план надёжный, как швейцарские часы. Парень ведь точно бы не разозлился. Наверняка. Именно поэтому тот глядит потемневшими до предела глазами с такой яростью. Налившийся кровью член трётся о его частично голое бедро, и они всё ещё безмолвно стоят, как Хёнджин начинает говорить: – Котёнок, ты ведь знаешь, что так делать не стоит? Прямо совсем. Я занят работой, мне нужно согласовать с секретарем время встречи с поставщиками, а тут ты. Неприятно так отрываться, да, – в ухо звучит тихо, угрожающе, с укором и специальной строгостью. Сынмин же остаётся безмолвным. Что здесь отвечать? Что он захотел поиграть, так сказать? Ему же хуже в итоге. – Чего ты молчишь, Мин? Уже испугался, понятно. Не бойся, больно не будет, обещаю, ты же меня знаешь, – тон тот же, но в конце смягчается – он всё же никогда не причинил боль без согласия. Особенно в сексе. – Я... Хотел поиграть с тобой. Во что-нибудь интересное, знаешь, – тут его с тихим хныком поворачивают грудью к стене, он щекой упирается не очень удобно, а Хван теперь стоит за его спиной, прижимая руки Мина сзади одной рукой и держа за талию второй. – Наигрался? Веселишься, маленький? Ах да, конечно, меня же так просто вывести из себя, – оставляет лёгкий чмок на шее, после слегка прикусывая место чувствительное. Хёнджин знает, что шея Мина чувствительна. Хёнджин знает, куда целовать. Хёнджин знает, где трогать. Хёнджин знает и границы Сынмина, потому грань не перейдёт. Понимает, на что давить или как с ним играться, чтобы тот в его руках плавился. Хёнджин это знает, и использует знания на практике. А Киму в зад упирается член. Чувствует он его невероятно близко, и ему хочется, чтоб этот член был внутри, а не так далеко, за двумя слоями ткани. Потому хнычет снова, желая видеть лицо любимого, но возможности повернуться нет. – Так хочется, да, мой хороший? Всё будет, подожди лишь чуть, – старший надавливает чуть на его анус, понимая, что вокруг кольца мышц чувствуется вязковатая влага. Смазка. Тот не надевал белье под юбку, очевидно, так что всё доступно. – Хм, так ты ещё и готовился? Какой нетерпеливый малыш. – Не совсем... Всего пара пальцев, ты понимаешь, этого недостаточно, – мяучит, оправдываясь. – Отпусти, пожалуйста, руки, я хочу... Смотреть на тебя хочу. Старший отпускает всё таки, и отходит ненадолго, говоря, что идёт за смазкой и презервативом. Вскоре же возвращается, уже и с расстёгнутой рубашкой – та виснет на плечах красиво очерченных. Светит мышцами, а у малого и дух спирает. – Тебе совсем не терпится, да? – Да. Хочу тебя. Прямо сейчас, – и красиво выпячивает задницу, снова отворачиваясь к стене. Насмотрелся уже на него, гляди. Хван же смазку на пальцы выдавливает, лубрикант закрывая после, а потом проходясь прохладными пальцами по анусу, одним проникая, чувствуя, что тот и правда легко идёт. Тот вздрагивает от неожиданности (или как раз от ожидания?). Добавляет и второй с ним, разводя внутри и попадая по простате, от чего он стонет протяжно и с задышкой. Третий незадолго, и Ким не выдерживает: – Блять. Пожалуйста, мне так… надо. Не могу уже. Пожалуйста, просто сделай это, давай же, прошу, – на грани истеричности, а старший себе усмехается, расстёгивая брюки с уже болезненной эрекцией, высвобождая ту, а губами касается шеи все чаще и мельче, облизывает иногда, посылая мурашки по коже. Немного предъэякулята на головке он смазывает. Тот проводит пару раз по органу, после презерватив распаковывая и раскатывая по члену. Младший снова руки отводит за спину, молча призывая их самому обхватить. Хван и не отказывается: он любит контроль над руками, а Мин любит, когда его контролируют. И когда его Минни такой разнеженный, податливый и в своей похоти милый, удержаться невозможно. Старший неспешно вводит член, прислушиваясь к стонам и хныканью жалобному со стороны младшего. Того крутит невероятно, стоять с широко разведёнными ногами нереально сложно, хочется всё свести их, но не может. На бедро опускается шлепок. Он лёгкий, боли особой не доставляет, но нужный эффект возымает. Ким подаётся назад, немного резко, на член насаживается больше. – Сделай это ещё раз. Пожалуйста. – Не слышу тебя, малыш? Что ты говоришь? – с насмешкой звучит. Всё-то он слышит. – Ты меня слышал. Пожалуйста, – а наблюдать за тем, как младший мучается, почему-то и интересно. Ему всегда интересно. – Хм, Минни, что же будет, если не сделаю я того, что ты хочешь? Может, я больше не в настроении, – он смеётся тихо ему на ушко, целуя там же. Но по бедру снова шлёпает, движений бедрами не прекращая. Приятно ему ощущение хрупкости младшего. Приятно быть внутри. Приятна эта небольшая, но присутствующая разница в росте и размерах. Фрикции уже быстрее, мелкий и сам работает тазом, шлепки двух потных тел, стоны, хныки, мяуканье Мина. Все самое лучшее в жизни. А член младшего так и не трогали. У всех руки, что-ли, заняты? Хван отпускает снова руки Мина, тот же одну сразу о стену опирает, а второй член накрывает, Джин же сверху свою ладонь кладет, помогая достичь оргазма младшему. Бёдра дрожат невероятно крупно, они на грани, стоны еще более громкие, и они кончают с небольшой разницей во времени, в голове какая-то вспышка будто, а сразу после мозг отключается напрочь. Дышат тяжело, сложно восстановиться, но кто-то должен позаботиться о другом. И этот кто-то – Хван, скорее всего, ведь малой как-то не в состоянии. Сынмин сейчас будто в трансе – смотрит невидящим взглядом куда-то в ту же стену, а надо бы и повернуться. – Хей, милый, в порядке? – он знает, что тот скорее всего полуспит сейчас, но, в любом случае, они оба вспотели и пойти в душ вместе было бы неплохо. Снова. Спустя время Мин ему отвечает всё же – спасибо огромное, да. – Всё отлично, просто выпал немного, – и тот разворачивается к нему с лёгкой улыбкой на лице, встряхивая затекшие от удерживания руки, а после тянется за объятиями, как это обычно бывает. И не то чтобы Хёнджина не устраивало.