Лев и Воительница

Усталыми сумерками вечер окутал пыльную Москву. В помпезном номере отеля пожилой мужчина сосредоточено водил глазами по пожелтевшим страницам книги. Перед его мысленным взором пролетали пули и осколки, кричали солдаты, вздрагивала земля. Но всю эту картину разрывала мысль, не дающая покоя - стоит ли ему соглашаться на гастроли в сентябре? Один внутренний голос услужливо шептал, что он заслужил полное право на время оставить своих поклонников, другой - что в его возрасте всякое может случиться, и если уж он умрет, то разве не лучше сделать это на сцене, в окружении цветов и радостных лиц?.. Третий, гордый и надменный, говорил о том, что он обязан быть сильным и крепким, что он проживет еще много лет, он Лев Лещенко, а не какой-нибудь крашеный малолетка-рэпер, он ответственный и волевой, и никогда не уступит судьбе! Потом голоса смешались, отчего голоса смешались в неразборчивый гам, отчего закружилась голова, и мужчина отложил книгу. В дверь осторожно постучали: - Лев Валерьянович, - обратилась к нему вошедшая женщина, - пора выдвигаться... - Да, Леночка, - он суетливо поднялся, поправляя пиджак, кинул взгляд на огромный букет красных гвоздик в трехлитровой банке, отломал одну и вставил в кармашек пиджака, - я готов. Они с помощницей вышли в холл, прошли по длинному коридору к лифтам. - Ой, Леночка, - воскликнул Лев, - я забыл свою шляпу! - Минутку, Лев Валерьянович, я сбегаю, вы пока спускайтесь, - женщина выскочила из лифта и побежала обратно. Кумир миллионов пожал плечами и нажал на кнопку первого этажа. Лифт ехал так медленно, что в какой-то момент Лев даже задремал. Наконец, механизм остановился, двери распахнулись и в кабину лифта хлынула тьма... - Что это? Свет отключили? - удивился дедушка. Он осторожно сделал шаг вперед, еще один. Вокруг было так темно, что даже свет, падающий из лифта, не мог пробить этот мрак. - Эй! Есть тут кто? Что случилось? Тишина. И вдруг - грохот закрывшихся за спиной дверей. Лев обернулся, моментально осознавая свою ошибку, хотел нажать на кнопку, но стена с кнопкой лифта, пропала вместе со светом, и его рука лишь зачерпнула воздух, отчего он пошатнулся и чуть не упал. - Дурдом какой-то... Дезориентированный, он двинулся вперед, окликая людей и пытаясь что-нибудь нащупать. Прошло несколько минут, и Лев понял, что в отеле нет такого помещения, которое он не пересек бы за это время, даже если бы его сносило в сторону. Устав, он аккуратно, стараясь не повредить колени, сел на пол. От непонимания и беспомощности на глаза, укрытые глубокими морщинами, наворачивались слезы. Но он терпел. Прошло по ощущению несколько часов... Лев Лещенко спал на полу, свернувшись калачиком. Ему снилась его милая смешливая Иринка, их теплый дом... Снились овации зрительного зала, цветы... Во сне он улыбался. Вдруг, сквозь сон, он услышал пение птиц. Мужчина встрепенулся, окрыленный надеждой, забыв о возрасте, резво вскочил на ноги и увидел луч дневного света. Лев быстро, насколько позволяли ноги, ковылял к обретающему очертания проему двери. Лишь на миг он остановился, быстро оглядев грубо сколоченную деревянную дверь без замка или засова, резко распахнул ее и ступил на свет. На несколько мгновений он ослеп от всепроникающего летнего солнца, и глаза снова заслезились, теперь уже от радости! Дедушка пошел вперед, с интересом оглядываясь по сторонам. Вокруг буйной зеленью шевелился лес. Множество птах порхало средь листьев и трав. Пьяняще пахло цветами. Голоса зверей раздавались то тут, то там. Лев Валерьянович восхищенно замер, улыбаясь во весь рот. Но тут его омрачило озарение: - Черт, я умер что ли? Он тут же сконфузился, уставившись в землю под ногами. Происходящее больше всего походило на то, что он умер и попал в рай. Но как же так? Без цветов, без зрителей, в лифте? Мужчина покачал головой. Ущипнул себя. Больно! Попробовал приседать - колени взвыли, как дикие собаки! Нет, он не может быть мертв! Иначе, какой это рай? В раю не может быть больно, а в аду не может быть так умиротворяюще красиво. Тогда что это? Перемещение во времени? Что было на месте отеля раньше? Насколько он знал, тут несколько веков жили люди, а этот лес... такой нетронутый. - Неужели меня перенесло в эпоху динозавров? - шокировано воскликнул статный артист. Он испуганно оглянулся и стремглав спрятался за ближайший куст малины, заодно решив и подкрепиться спелыми крупными ягодами. Послышалось лошадиной ржание, затем кто-то скомандовал "Трру!" и спрыгнул с лошади. - Отдохни милая, - раздался властный женский голос. Лев тут обрадованно вышел навстречу всаднице. - Здравствуйте! Я попал в нелепую ситуацию... понимаете... Женщина сверкнула голубыми глазами и выхватила меч. - Сколько вас тут? Говори, живо! - Я один, барышня, вам не стоит волноваться, - бархатный баритон проникновенно вплыл в уши женщины. - Один? А чего меня поджидаешь? Очередной бард-поклонник? - скептически ответила она. - Я? Я вас не ждал, но очень рад знакомству. Вернее, мы еще не знакомы, как вас зовут? - Меня? - насмешливо приподняла бровь брюнетка, - я вижу вы издалека, раз не знаете Королеву Воинов? Я Зена! - Зе... - ошарашено выдохнул дедушка, мигом вспомнив старый сериал, который он изредка смотрел в 90е. Как это? Это не путешествие во времени? Он в старом сериале? И эта эффектная брюнетка в кожаной броне - настоящая. Тут, прямо рядом? Как такое может быть? Наконец, он собрался с духом: - Вероятно, я думаю, вы меня не знаете, я Лев Лещенко, артист сцены, исполнитель песен... - Значит, все-таки бард, ха! - Нет, я бы попросил так обо мне не выражаться. Я лауреат... - Да ладно, Лев Лещенко, давай на ты и по-простому. Я смотрю, ты хороший человек, и явно не на своем месте. Заблудился? - Да, вроде того... И можно просто, Лев. - Как скажешь... Зена потрепала лошадь, потом достала из седельной сумки хлеб, сыр и вино, и устроилась на поваленном дереве, разложив нехитрый обед перед собой. - Угощайся. Я иду в деревню Гринфильд, могу довести тебя. - Спасибо, Зена, буду очень благодарен. Они сидели на лесной поляне и разговаривали. Большой бурдюк с вином подходил к концу. У Зены порозовели щеки, а Лев, которому сделалось вдруг жарко, скинул пиджак и слегка расстегнул рубашку, то и дело, невольно, попадая глазами на декольте воительницы. Она же, в свою очередь, тоже бросала жаркие взгляды на россыпь седых волос на его груди. День уже клонился к вечеру. - Заночуем тут, а утром двинемся в деревню, - сказала Зена, разводя костер. Она устроилась, положив голову на мешок с вещами, а меч - рядом, вдоль тела. Лев сделал себе подушку из листьев, и примостился напротив. Они смотрели друг на друга, и языки пламени плясали в их глазах. Но тут мужчина вспомнил жену, вспомнил их сад, полный цветов, улыбка сошла с его лица, он отвернулся спиной к воительнице и уснул.