Противостояние

      Пестрая боязливо вышла вперед. Перед ней стояли коты. Поначалу даже казалось, что они ничем не отличаются от тех, кого она видела раньше. Но еле заметный свет, исходивший от их шерсти, ставил все на свои места.       — Не бойся, проходи, — сухо проговорила какая-то Звездная кошка.       Пестрая стряхнула с себя неуверенность. Она должна попробовать выполнить то, что попросил ее сделать Остролап. Она подошла, но не позволила начать церемонию.       — Прежде чем выдадите мне жизни, я бы хотела поговорить с вами.       — Мы не говорим с вами, — тем же тоном ответила кошка.       — Но мне нужно это сделать, — уперлась Пестрая. — Вы наши предки. И вы, как и мы, несете ответственность за жизнь в лесу.       — Какая наглость, — прошипел кто-то с задних рядов.       — Простите меня, — Пестрая поклонилась. — Но мне правда нужно поговорить с вами. Я понимаю, что вы злитесь на нас. Но мы вместе должны все исправить.       На самом деле, она не понимала ничего. Остролап попросил ее узнать кое-что, но не объяснил, зачем это нужно. Да и вообще ничего не объяснил. Поэтому предводительнице осталось только положиться на своего друга.       — Простите за наглость, — повторила Пестрая.       — Тебе уже дан ответ, — холодно ответила встретившая ее кошка. — Получай жизни и уходи.       — Я поговорю с ней.       Из-за спин котов начал пробираться кот. Он отличался от основной массы Звездных предков. Огромный и коренастый; уверенность в себе, казалось, просачивалась через его рыже-белую шерсть. К тому же, его шерсть почти не излучала света, привычного Звездным предкам. Его огромные белые лапы легко вели вперед его массивную тушу, а внимательные и бесконечно мудрые янтарные глаза пробирались в самую душу. Под его взором Пестрая почувствовала себя котенком. Звездные коты уважительно уступали ему дорогу.       — Впервые за очень долгое время передо мной стоит кот, который не причастен к смерти бывшего предводителя. — кот слегка склонил голову в знак уважения. — Более того, ты имеешь смелость начать разговор с нами. — Огромный кот еще раз внимательно осмотрел предводительницу. — Меня зовут Гром. Я основатель вашего племени.       — Я… Для меня… — Пестрая совсем растерялась, но, слегка откашлявшись, взяла себя в лапы. — Для меня честь разговаривать с тобой.       — Что ты хотела узнать? — слегка качнул большой головой Гром.       — Гром, ты позволяешь себе слишком много, — раздалось шипение сзади.       — Все в порядке, Тень. Я знаю, что должен говорить, а что нет.       Кошка, названная Тенью, лишь фыркнула. Пестрая же старательно пыталась собрать хаотичные мысли во что-то осознанное.       — Я слышала, что мое племя называлось по-другому, — выпалила она.       И растерялась. Остролап не просил говорить этого. Но фраза сама вырвалась, и Пестрая теперь не знала, что делать.       — Это верно, — кивнул Гром. — Один из ваших предводителей решил, что он достаточно силен, чтобы иметь возможность переименовать племя. Но на это не было дано никакого разрешения. Поэтому все мы до сих пор считаем ваше племя Грозовым, хоть оно и сильно отличается от привычного мне.       «Племя было Грозовым… — подумала Пестрая. — Зачем нужно было менять название?»       Но с этим она разберется потом. Сейчас ей нужно было выполнить просьбу Остролапа. Но тут к ней пришла идея.       — В таком случае, если вы дадите разрешение, я бы хотела, чтобы мое племя вновь называлось Грозовым. Насколько я понимаю, предводитель, переименовавший его, сделал это, чтобы остальные племена боялись нас. Но в этом нет никакой нужды.       В глазах Грома мелькнуло уважение. Он едва заметно кивнул.       — Как я уже сказал, я до сих пор считаю ваше племя Грозовым. И не вижу никаких причин для отказа.       — Мы не должны вмешиваться в их жизнь! — вновь раздался недовольный голос Тени.       — Это мое племя. И в моем позволении нет ничего плохого. Ты хочешь поспорить?       Огромный кот вновь повернул массивную голову к Пестрой.       — Но ты, как я чувствую, хотела узнать что-то другое?       — Да, — кивнула предводительница, — я хотела узнать, почему вы перестали с нами разговаривать.       Звездные коты сразу разбушевались. Пестрая невольно узнало в нем свое племя, когда предводитель или глашатай говорили то, что очень не нравилось котам. Гром поднял хвост, прерывая разговоры.       — Ты же не собираешься ей ничего рассказывать, так ведь? — раздался чей-то голос.       — Я знаю, что должен сказать, — повторил Гром. — А в том, что мы перестали разговаривать с вами, виноваты лишь вы сами. Вы сами отвернулись от нас. И вам самим придется это исправлять. Что и как делать, я говорить не буду. Не подумай, что мы не пытались. Но вы не слушали. И мы пообещали, что больше не будем вмешиваться в вашу жизнь. По крайней мере, до того момента, пока вы вновь не захотите этого.       — Многие коты хотят, — сказал Пестрая.       — Нет, — чересчур резко ответил Гром.       Трехцветная кошка поняла, что лучше оставить эту тему. Поэтому задала другой вопрос:       — Правда, что предводители раньше получали больше жизней?       — Я не буду на это отвечать, — покачал головой Гром. — Что-то еще?       — Мы бы хотели, чтобы вы дали нам еще один шанс. Мы постараемся не подвести вас.       — Вы еще не готовы, — ответил Гром. — Мы следим за вами, так что я знаю, что говорю. Но вмешиваться мы не будем. Вы должны все сделать сами. Наша встреча затянулась. Я вижу, что ты не такая, какими были большинство предводителей. Поэтому жизни тебе подарят знакомые тебе коты.       Гром развернулся и пошел на свое место. На ходу он кивнул, и от Звездных котов отделились Чернушка, Снежинка и Трехцветная.       — Трехцветная…       У Пестрой перехватило дыхание, а из глаза выкатилась предательская слезинка.       — Здравствуй, мой любимый оруженосец, — как всегда, обаятельно улыбнулась кошка. — Ты выросла в прекрасную кошку.       — А Гроза Звезд здесь? — спросила Пестрая.       — В Звездном племени нет убийц, — грустно покачала головой Трехцветная. — Мой друг выбрал не ту дорогу.       Красивая кошка подошла к Пестрой, и ее ноздри заволок аромат шерсти умершей кошки.       — С этой жизнью я дарю тебе храбрость, чтобы вести племя вперед.       Трехцветная коснулась носом носа Пестрой. Вспышка боли пронзила все ее тело. Она с трудом удержалась от того, чтобы не закричать. Но все прошло так же быстро, как и началось. Она открыла глаза и посмотрела на Трехцветную.       — Спасибо.       Бывшая наставница улыбнулась и произнесла:       — С этой жизнью я дарую и новое имя. Имя предводителя, — она приблизилась и шепнула: — Долго я уговаривала Грома на такое имя, — после чего приняла серьезный вид и громко произнесла: — Отныне ты будешь зваться Кометой!       «Комета…» — повторила предводительница.       Трехцветная отошла, уступив дорогу Снежинке.       — Снежинка, мне так жаль, что случилось все так…       — Не нужно ни о чем жалеть, — улыбнулась белоснежная кошка. — Все так, как должно быть.       Снежинка была чуть младше Кометы. Но, попав в Звездное племя, она преобразилась, и в глазах виднелась не виданная до того мудрость. Она коснулась носом носа Кометы. На этот раз тело той пронзила другая боль. Она была не такой сильной, но продолжалась дольше. Комета стойко выдержала.       — С этой жизнью я дарю тебе решительность. Веди свое племя за собой и не бойся принимать важные решения.       Комета благодарно кивнула. А место Снежинки заняла слегка грустная Чернушка.       — Чернушка, Остролап…       — Я все знаю, — прошептала черная с коричневым кошка. — И я бесконечно рада, что он смог простить меня. Не совершай моих ошибок. Котята — самое лучшее, что может быть у кошки.       Чернушка коснулась носа Кометы. Молодая предводительница напряглась, ожидая боль. Но на этот раз ее тело обволокло приятное чувство. Казалось, что Комета парит над поляной, на которой собрались коты.       — С этой жизнью я дарю тебе любовь. Люби своего друга и племя, веди их за собой. И не сомневайся, они отплатят тебе тем же.       — Спасибо, — Комета сморгнула слезу.       Она уже начала покидать Звездное племя. Светящиеся загадочные коты начали меркнуть.       «Нужно было предупредить ее», — раздался еле слышный взволнованный голос.       «Она все знает», — в этом грустном голосе Комета узнала Трехцветную.       «Что я знаю?»       Но на ее немой вопрос никто не мог дать ответа.

* * *

      — Все понятно, — задумчиво кивнул Остролап.       Он лежал на подстилке в палатке Пепельной и внимательно рассматривал свою предводительницу.       — Может, объяснишь? — пошевелила ушами Комета.       — Моя догадка подтвердилась. Значит, если не все, то бо́льшая часть предводителей виновны в смерти предшественников.       — Поэтому ты решил сделать меня предводителем вместо себя?       — Нет, — серьезно ответил Остролап. — Ты достойна этого больше, чем я. Я совершил много нехороших и отвратительных поступков. Тем более, ты бы не могла быть моим глашатаем. А с этим я не мог смириться. Что же касается твоего глашатая… — Остролап посмотрел на Комету. — Ты до сих пор никого не назначила. Племя не может без глашатая.       — Я назначу его сегодня.       — Комета, я очень тебя прошу, назначь того, кого посчитаешь нужным. Того, кто будет твоей опорой. Но я молю тебя, пусть это буду не я.       — Где-то я это уже слышала, — хихикнула предводительница, после чего кивнула: — Ты прав, я назначу себе глашатая, который будет моей опорой.       — И это буду точно не я, — грустно усмехнулся черный кот. — Сейчас я совсем не тот кот, которым был раньше. Если честно, мне и жить-то не сильно хочется, не говоря уже о том, чтобы помогать тебе и племени.       — Я понимаю. Ты потерял любимую кошку. Но твоя жизнь на этом не заканчивается. Не повторяй историю и ошибки Снега.       Остролап отстраненно кивнул. Комета вышла из палатки Пепельной, а молодой воин повернулся к Вспышке, лежащей неподалеку.       — Как ты?       — Все так же, — хмыкнула рыжая воительница. — Лапы постоянно немеют.       — Пепельная обязательно сделает что-нибудь с этим.       — Остролап, пора бы уже понять, что она не всесильна. С этим нельзя ничего сделать. Она сказала, что Углешерстка задела что-то в позвоночнике. Я уже никогда не буду воином. Тебе придется с этим смириться.       — Я не хочу с этим мириться, — упрямо ответил Остролап.       — Я уже смирилась, — пожала плечами Вспышка. — Тем более, племени можно помогать и по-другому.       — О чем ты говоришь?       — Ты на своем опыте знаешь, что у меня есть некоторые познания в целительстве, — Вспышка усмехнулась. — Да и нравится мне это.       — Я постараюсь вернуть тебе боевые навыки.       — Остролап, — Вспышка с любовью посмотрела на черного кота, — ничего вернуть уже нельзя. Я не буду воительницей. Зато я могу стать хорошим целителем. Буду помогать Пепельной.       Остролап вздохнул. Спорить не было никакого смысла. Да он и сам понимал, что травма Вспышки очень серьезная. Она больше никогда не сможет двигаться так же, как двигалась раньше. Вспышка была для Остролапа, по сути, первым оруженосцем. Да, он не принимал в ее воспитании такого активного участия. Но он все равно к ней привязался. А теперь он больше никогда не увидит рыжий вихрь, проносящийся сквозь врагов. Он никогда не увидит свою приемную мать. Он никогда не увидит его первую, настоящую и самую сильную любовь. Он не увидит своих котят от нее.       Очередная волна безысходности накрыла Остролапа. Он свернулся к клубок и тихонько заплакал.

* * *

      Четыре предводителя стояли перед четырьмя племенами. Все коты уже практически восстановились после битвы. Раны, разумеется, были видны на всех. Но коты выглядели более или менее бодро. По крайней мере, для той ситуации, в которую они попали. Первой слово взяла Комета.       — Уже, наверное, ни для кого не секрет, что Остролап назначил меня предводителем племени. И отныне Грозное племя осталось навсегда в прошлом. Мы совсем другое племя. И я как предводитель обязуюсь сделать все, чтобы ничего из того, что мое племя причинило другим, не случилось вновь. Я говорю об этом перед всеми племенами, чтобы все коты были свидетелями моих слов. Для нас Грозное племя в прошлом. Пусть и для вас оно останется там же, хоть для многих это будет сложно. Теперь мы Грозовое племя. И мы будем чтить традиции наших предков, которые так же были Грозовыми котами!       — Грозовое племя! — единогласно прогремело новое племя.       «Хорошо, что Ветка осталась в лагере», — хмыкнул про себя Остролап.       — Переименовывать свое племя запрещено, — заметил Шрам.       — Я сделала это с позволения Звездных предков. У меня еще одно объявление. Моим глашатаем я выбрала Остролапа. Его помощником стал Ураган.       — Остролап! Ураган! — послышались разобщенные голоса поздравляющих.       — Также все знают, что Остролап был предводителем нашего племени во время битвы. И я хочу предоставить ему слово.       Комета кивнула своему глашатаю, а Остролап птицей взлетел на ветку и устроился рядом с предводительницей. Он оглядел всех котов, собравшихся на поляне. Священное место, несмотря на пару дождей, до сих пор было испачкано запекшейся кровью. Черный кот сделал вдох и начал:       — Это была самая ужасная битва, наверное, за все существование племен. Но она была не просто самой ужасной, но и самой жестокой. В ней погибло очень много котов. Я приходил в ваши племена и просил, чтобы вы мне сказали имена всех, кто погиб. Я делал это для того, чтобы сейчас, перед всеми, огласить этот трагичный список. Чтобы все коты осознали, насколько все плохо. Итак, коты всех четырех племен! Я начинаю со своего племени. Тогда еще Грозное, а ныне Грозовое племя потеряло Грозу Звезд, Грозного, Листа, Снега, Углешерстку, Снежинку и Чернушку.       Грозовое племя потряс горестный вой. Когда он стих, Остролап продолжил:       — Речное племя потеряло Белогривую, Дождевого и Гранитника. Потерял жизнь и Звездный Гребень.       Вой повторился со стороны Речного племени.       — В племени Теней погибли Игла и Пламелап.       Горестный вой Сумрачных котов пролетел над поляной Совета.       — Племя Ветра потеряло Мальву и Стрелу, — на имени любимой голос Остролапа сорвался. — Предводитель также потерял жизнь.       Глашатай Грозового племени дождался, пока скорбные крики утихнут, после чего продолжил:       — В одной битве погибло четырнадцать котов. А если считать предводителей, то эта битва унесла семнадцать жизней. Если подумать, то это одно небольшое племя. Ужасная трагедия для всего леса. Эта битва особенна еще и тем, что в ней участвовало не четыре, а пять племен. Возможно, поэтому она и была такой кровавой. И наша с вами задача состоит в том, чтобы никогда больше не допустить такого! — Остролап еще раз обвел глазами четыре племени. — Теперь слово моей предводительнице.       — Чтобы избежать лишнего кровопролития, я предлагаю сразу обозначить границы, которые устроят всех. Мы пережили страшное событие. Так давайте сделаем так, чтобы споров между нами не было как можно дольше.       — Да! — поддержали ее коты из всех племен.       — Я предлагаю, чтобы граница между Грозовым и Сумрачным племенем проходила через Гремящую Тропу. Когда-то давно эта граница была постоянной. Пора бы ее вернуть. Что думаешь, Звездный Сумрак?       Предводитель племени Теней пошевелился.       — У нас нет нужды и причины воевать с вами и спорить за территории. Я согласен на твое предложение.       Комета кивнула.       — Звездный Гребень, я предлагаю оставить границу между нашими племенами такой, какая она есть сейчас. Вы почти не охотились на берегу, где стоят Нагретые Камни. У вас, я думаю, нет нужды в этой территории. А у нас нет нужды переходить реку.       — Оставить границу, чтобы вы опять могли прийти, отнять наш берег и диктовать свои условия? — недобро спросил Речной предводитель.       — Мы никогда так не поступим, — прищурилась Комета. — Мы не Грозное племя.       — Поменяв название, вы не измените котов.       — Те коты, которые участвовали в этом, мертвы, — жестко ответила Комета.       Звездный Гребень слегка замялся, после чего проворчал:       — Речное племя согласно на такие условия. Но вы должны дать гарантию, что не ступите на нашу территорию.       — Как и вы, — сказала Грозовая предводительница.       — Мы гарантируем, что не ступим на вашу территорию.       — Я обязуюсь, что мы не ступим на вашу.       После этого остальные предводители решили имеющиеся территориальные споры. Всех все устроило.       «По крайней мере, на первое время», — подумал Остролап.       После Совета он подошел к Звездному Ветру.       — Смерч будет хорошим глашатаем, — сказал Остролап, не зная, с чего начать диалог.       — Мне не нужно твое одобрение, — резко ответил предводитель. — И вообще ничего от тебя не нужно! С тобой моя дочь была счастлива. Но если бы не ты, она была бы жива!       Остролап осекся и поморщился.       — Звездный Ветер, я ее любил больше жизни.       — Так почему не смог защитить? — прорычал коричнево-серый кот.       — Ты не знаешь, что я чувствую, — покачал головой Остролап.       — А ты не знаешь, что чувствую я! — Звездный Ветер вздохнул. — В память о Стреле я говорю тебе спокойно: оставь меня и мое племя в покое. Нам не по пути. Но говорю я это в первый и последний раз. Дальше я буду действовать.       Остролап вздохнул и покачал головой. Он не знал, что сказать. Да и понимал, что Звездный Ветер прав. Именно Остролап не смог защитить любимую кошку. Он должен был понимать, что Грозный способен на все. Должен был предотвратить то, что произошло. Должен был, но не сделал.       Глашатай постарался напустить на себя обычный вид и пошел к своему племени, ожидавшему его. Но он прекрасно понимал, что душевная рана будет затягиваться гораздо дольше, чем рана на теле. А своими способностями к заживлению Остролап, увы, не славился.