Цветами радуги

***

— Мне кажется, или они стоят с ребенком? — Спросил Сережа, когда они вышли на привокзальную площадь. Почти сразу пара увидела Антона и Арсения — на руках у первого сидела девочка на вид лет пяти, а второй осторожно поправлял ей шарфик. Дима и Сережа переглянулись, а потом направились к паре. — Ты теперь все время будешь сидеть на руках у Антона? — Весело спросил Попов у ребенка. Шастун закатил глаза, когда Арсений застегнул ему куртку почти до упора, но ничего не сказал — ему помешал то ли ребенок, то ли Дима с Сережей. — Мы не виделись всего пять дней, а вы успели ребенка завести? — Спросил Позов, когда подошел к трио. Все почти одновременно повернулись на его голос. Даша сразу как-то притихла и сильнее прижалась к антоновой шеи, вцепившись в нее рукам. Парень даже не обратил на это внимания, продолжая придерживать ребенка на руке, а другой гладить ее по спине. Было видно, что девочка начала стесняться и бояться, поэтому мужчины постарались придать своим лицам наиболее дружелюбный вид, — хотя они и понятия не имели, кто этот ребенок вообще. Арсений улыбнулся товарищам, обнимая каждого по очереди. У них была всего одна сумка на двоих, которую нес Дима, поэтому Попов не посчитал нужным помогать им. Позов дружелюбно похлопал Арса по плечу, пока Сережа пожимал руку Антону. — Знакомься. — Сказал, обращаясь к девочке, Арсений, когда все закончили приветствия. Он забрал ее с рук Шаста, чтобы тот смог нормально поздороваться с парнями, а Даша сразу же зарылась носиком в шарфик Попова. — Ну что ты, принцесса? Антошу ты так не стеснялась. Когда Даша подняла голову, то сразу же посмотрела на Шастуна, который, положа руки на плечи парням, ярко ей улыбался. — Смотри, принцесса. Это мой лучший друг — Дима. — Представил Антон парня. — А это его соулмейт и мой друг — Сережа. А это, парни, Дарья Арсеньевна Попова. — Можно просто Даша. — Тихо сказала девочка, немного улыбаясь приезжим. Дима и Сережа недоуменно моргнули, переглянулись, а потом посмотрели на Арсения, подняв брови. Тот невинно пожал плечами и улыбнулся, а Антон тихо фыркнул. — Рад познакомиться с тобой, юная леди. — Быстро сориентировался Сережа, мгновенно приковывая внимания ребенка к себе. Даша смущенно улыбнулась, когда Матвиенко аккуратно пожал ее маленькую ручку, а потом посмотрела на Диму. Тот сориентировался также быстро, как Сережа, поэтому вскоре он завел с ней непринужденную беседу. Девочка спустилась с рук Арсения, который начал разговаривать с Сережей, и взяла Антона за руку, параллельно отвечая на вопросы Позова. Попов и Матвиенко пошли чуть вперед, поэтому оставшаяся тройка плелась прямо за ними. Девочка искренне прониклась к Диме и Сереже, но, как оказалось, даже они вместе взятые не смогли победить Шаста в его обаянии. Она буквально липла к Антону: то ли чувствовала что-то, то ли тот ее просто заворожил своей улыбкой. Но в общем всю дорогу до гостиницы она сидела расстроенной, что Антон не смог сидеть рядом с ней в такси: парня пришлось садить вперед из-за его длинных ног. Даша расположилась на коленях Арсения, совершенно не участвуя в разговоре мужчин и просто играя в его телефон. — А вы с папой тоже солумейты? — Спросила Даша, болтая ножками под столом и коверкая слово. Дима и Сережа ушли в гостиницу, чтобы расположиться, сходить в душ и переодеться, а остальные зашли в кофейню недалеко от нее. Арсений, Антон и Даша решили перекусить, пока есть возможность — девочка захотела покушать, а мужчины, естественно, поддержали ее в этом желании. Пока Попов делал заказ, Шастун и ребенок нашли удобное место в углу заведения. Антон, как больной на голову бариста, осматривал помещение и отмечал какие-то особенности, следил за персоналом и посетителями. Как бы это не было странно, Шаст начал делать это после года работы со Стасом — он сначала даже не замечал, как начал присматриваться к помещению или персоналу, а потом это просто стало чем-то обычным. — Ты же знаешь, что такое соулмейты? — Спросил Антон, не зная, как правильно ответить на вопрос ребенка. Все-таки он не знал, рассказывали ли родители ей что-то про свою личную жизнь и как Даша к этому относится — а травмировать психику ребенка или раскрывать секреты Арсения и Алены он не хотел. — Да, мама говорила, что это самый близкий тебе человек, часть тебя, вторая половинка. — Ответила девочка. — Мама с Максом солумейты. — Правильно говорить соулмейты, принцесса. — Я и говорю — солумейты. — С серьезным лицом сказала Даша, а Антон рассмеялся. — Папа говорил, что ты для него близкий человек, родная душа. Это солумейты? — А вот сейчас Арсений вернется и ты спросишь у него. — Ухмыльнулся Шастун. Попов подошел к столику через две минуты, разговаривая с кем-то по телефону. Он смеялся и улыбался, поэтому Антон и Даша смотрели на него, приподняв брови. Арс поставил на стол две кружки с кофе, хотя они оба с утра выпили уже порцию, а Даше официант вскоре принес стакан яблочного сока. Также официант принес сэндвичи: два с курицей и один с ветчиной; и пирог с вишней, естественно. — Пап, а вы с Антоном солумейты? — Спросила девочка, когда Арсений закончил разговаривать по телефону. Мужчина посмотрел на Шаста, а тот только пожал плечами. — Правильно говорить соулмейты. — Поправил ее Попов. — Я так и говорю. — В очередной раз отмахнулась юная леди. — Да, принцесса, мы соулмейты. — Улыбнулся Арс, кидая взгляд на Антона. — Как мама с Максом? — Именно. Девочка важно кивнула, будто бы ответ Арсения помог решить какую-то задачу в голове, и начала есть свой сэндвич с ветчиной. Попов и Шастун переглянулись и тоже начали есть, тихо переговариваясь о дальнейших планах. Они быстро съели свою еду, выпили половину кофе и приступили к вишневому пирогу. Даша ела гораздо медленнее и меньше мужчин, поэтому половину от своего сэндвича она съела только через десять минут, попутно успевая играть в телефон. Арсению пришлось доедать за Дашей, потому что девочка перехотела сэндвич и начала поглощать пирог с вишней. Впоследствии и она, и Антон перепачкались, как это обычно бывает, отчего Попов закатил глаза. Он вытер рот девочке, а Шастун сам убрал вишню со своего носа — как она там оказалась, блять? Даша рассмеялась, когда Антон начал тереть свой нос, потому что он в итоге покраснел, как у «Дед Мороза». После того, как все всё доели, Арсений снова закутал свою дочь в теплую зимнюю одежду, отчего девочка начала морщиться и возмущаться из-за перчаток, и застегнул куртку Антона до горла, хотя тот тоже не был счастлив. Сам Попов тоже тепло оделся, завязав еще и шарф, и они все вместе покинули кофейню. — Вы чего так долго? — Спросил Позов. Они с Сережей уже минут десять стояли на улице и ждали этих троих. — Мы обогащались энергией. — Отмахнулся Арсений. В конце концов, Попов, Матвиенко и Даша пошли впереди делегации, разговаривая о чем-то своем. Девочка вцепилась в руку отца, как всегда делала в людных местах, и рассматривала окрестности, пока Арсений вел всех в сторону Красной Площади. Дима и Антон шли позади них, чуть отставая. — Давно ты знал про дочь? — Спросил Позов, убедившись, что их никто не слышит. — Почти с самого начала. Арс не хотел начинать какие-либо отношения, пока я не узнаю про его бывшую жену и ребенка. — Ответил Шаст. — Он вообще не любит говорить о своей жизни. — Да я заметил. — Фыркнул Дима. — И я даже понимаю, почему ты мне ничего не рассказал об этом. Какими бы вы там не были соулмейтами, его жизнь — это его жизнь, и он сам определяет, что и кому рассказывать. У Сережи тоже есть прошлое, о котором он рассказал мне, но не рассказал тебе, — и это нормально. Они дошли до Красной Площади довольно быстро — народу в центре Москвы было просто умотаться. Им прошлось отстоять небольшую очередь, но в конце концов они оказались прямо посреди площади. Сережа и Дима принялись фотографироваться, не обращая внимание на толпы людей. Антон, которого тоже заворожила столичная красота, присоединился к ним, вручая своему соулмейту телефон — ему необходимы были фотографии с Позовым и Матвиенко. Даша, наблюдавшая за этим со стороны, смеялась своим детским задорным смехом, когда Шаст упал, попытавшись сделать крутой снимок. Они сделали много интересных фотографий, некоторые из которых позднее окажутся в инстраграме. Например, Дима загрузит в профиль снимок с Антоном и Сережей: на нем Дима стоит со сложенными на груди руками, а Матвиенко буквально висит на руках у Шаста. Антон загрузит фотографию с Сережей, на которой они оба лежат на земле и смеются, потому что совершенно по-идиотски поскользнулись и упали. Арсений с Дашей позднее присоединились к Антону, вручая аппарат Диме. Они сделали очень много снимков, многие из которых пойдут в личный архив. Даша очень много улыбалась и смеялась, обнимая то Антона, то Арса за шею. Шастун запечатлелся с девочкой вдвоем, выгнав Попова из кадра, а позднее они сделали шикарную фотографию с Арсением, которую тот не постеснялся выложить в приватный профиль. Даша также сделала фотографию, где они запечатлены вчетвером: девочка буквально загорелась идеей сделать снимок, и кто они такие, чтобы мешать ей? Она сделала их всего три, но все фотографии были прекрасны по-своему. В конце концов одна из них настолько понравилась Сереже, что он загрузил ее в свой профиль: так как страница у него была закрытая от посторонних глаз и людей, Арсений мог спокойно появляться в профиле этого человека. На снимке Сережа и Дима, как самые низкие, встали впереди. Антон встал позади Матвиенко, двумя пальцами держа его кичку, отчего тот хмурил брови. Арсений же стоял позади Димы, положив руки тому на плечи и привстав на носочки. С подписью «Когда-то здесь должна была появиться такая фотокарточка» Сережа отправил ее в свою ленту, чтобы все его сто подписчиков могли ее оценить. В целом прогулка вышла очень веселой и запоминающейся: Дима и Сережа подружились с Дашей, которая перестала стесняться и зажиматься в их компании. Они много разговаривали, потому что все трое явно любили это дело, а Антон и Арс могли только наблюдать за этим. После Красной Площади и всех прилегающих к ней территорий компания зашла в кафе, чтобы перекусить, а потом отправилась прогуляться по парку. Сережа и Дима сообщили своим друзьям, что из Москвы они уедут не завтра вечером, как планировалось, а вместе с ними восьмого числа, поэтому Арсений воодушевился — они с Дашей покажут им столько интересных мест. Парни уехали из кафе на концерт, пообещав быть на связи. Все дружно решили, что завтра они будут отсыпаться до победного, а потом выйдут, скорее всего, на вечернюю прогулку: Даша и Арсений пообещали показать всем Арбат. — Мои ноги гудят, Арс. — Пожаловался Шастун, когда вечером они расположились в гостиной. Даша в это время убежала разговаривать с мамой, поэтому мужчины могли спокойно посидеть вдвоем минут десять. — А завтра они вообще отвалятся. — Пообещал Попов, наблюдая за страданиями на лице своего соулмейта. По возвращении в квартиру Антон уже успел поговорить с Оксаной, которая последние два дня ушла в отрыв с воронежскими подругами, а также с родителями, которые восторженно отзывались об фотографиях Шаста. Антон, конечно же, отправил Майе и Андрею снимки с Красной Площади: на них была и архитектура, и Антон с Димой на фоне этого великолепия. Также был один снимок с Сережей и одиночный, на который родители больше всего обратили внимание. Майя попросила сына одеваться теплее, а также привычно передала привет Арсению. Попов тоже успел переговорить с родительницей. Женщина жаловалась, что уже давно не видела свою единственную и любимую внучку вживую. Арсений отправил ей несколько снимков с Москвы, а также пообещал, что Даша приедет к ней скоро. Он уже договорился с Аленой об этом, поэтому Татьяна вскоре должна была увидеть свою внучку. Женщина воодушевилась, а потом отправилась работать: она была медсестрой, поэтому даже в праздники у нее были дела. — Спасибо, Арс, мне стало легче. — Грустно сказал Антон. Попов лишь покачал головой, когда парень улегся у нему на колени, начиная читать книгу — сессию-то никто не отменял. Как сказал Шастун, по трем из четырех предметов у него гарантированные автоматы, однако экзамен по праву никто не отменял. Арс только хмыкал и фыркал, потому что по его предмету у Антона тоже должен быть автомат. Вообще Попов не был таким тираном, как о нем слагают университетские легенды: у него вполне реально получить автомат на экзамене или заработать пятерку. Но именно в этом и была проблема большинства студентов — нужно оценку зарабатывать своими знаниями, дисциплиной и умениями, как это сделал Антон (и нет, это не о минете), а не красивыми глазками, как кто-то рассчитывал. Для себя Арсений уже давно выделил Шастуна, Позова и еще нескольких студентов, которых очень хотел бы видеть в последствие на уголовном праве. Именно эти пять студентов и получали автомат на его экзамене: но, конечно же, он побудет сукой и сообщит им об этом только тогда, когда они придут на сам экзамен. — Мамочка передавала привет. — Даша вбежала в комнату через десять минут, передавая телефон обратно Арсу. — А ты передала ей привет? — Спросил Попов. — Но так ты же не просил. — Пожала плечами девочка, забираясь на ноги к Антону и включая самостоятельно мультики на планшете. Парень слегка сдвинул ноги, чтобы ей было удобно, не открываясь от чтения. Арсений закатил глаза, запуская руки в волосы Антона и начиная переписываться с Пашей: тот рассказывал про их горнолыжные каникулы с Лясей. Он отправил ему фотографию с Шастом и Дашей с Красной Площади, написав, что его каникулы определенно лучшие за последнее время. И это было действительно так. Рядом был Антон. И была Даша. Были друзья. А больше ему ничего и не нужно.