Капля воды

Их отношения напоминали произведение Толстого, в котором лев, потеряв своего драгоценного друга, разрывал на части других собачек, которых ему подсовывали ради утешения. Чонгуку было сложно разобраться с Тэхеном, хотя бы потому, что он выглядел как Пэксан, но на этом все сходства заканчивались. Для него Тэхен был фальшивкой, от которой он в скором времени намеревался избавиться. Техена всем представили как воскресшего Пэксана, который потерял память в следствии несчастного случая, падения с балкона в театре. Так по-настоящему скончался Пэксан, но что произошло в тот злосчастный день никому не было известно. Сказать, что Тэ было тяжело - ничего не сказать. Казалось, он уже свыкся с новым именем и смирился с тем, что ему нужно вычислить убийцу прежде чем его самого убъют. Но были вещи, которые беспокоили Тэхена гораздо больше, чем всё это. Ему было сложно проглотить отношение Чонгука к себе, когда тот улетал в свой мир фантазий, где Тэ и Пэксан были одной личностью. Поэтому Техен частенько вытворял разные штуки, которые противоречили тому элегантному образу Пэксана и буквально сводили Чонгука с ума. Громкий смех, озадаченный невинный взгляд, какая-то детская неряшливость и игривость – открытость, которая была непозволительной роскошью в доме Господина Чона. И пока Тэхён пытался показать Чону насколько он уникален и не похож на кого бы то ни было, Чонгук продолжал смотреть на это, как на открытие многогранной личности Пэксана с новой для себя стороны. ... И вот очередной увеселительный вечер. Огромный мраморный зал с расписным куполом, колоннами в белой лепнине, и небольшим оркестром, наполняющим всё пространство громким эхом прямо перед их длинным двенадцатиперсонным столом. От такой вычернусти у Тэхена закружилась голова, и он опустил голову вниз. Прямо под носом лежал аппетитный запечённый лобстер. В общем всё здесь было до неприличия хорошо, и оттогоТэхену хотелось вырвать себе глаза. - У нас важные гости? - неуверенно и тихо спросил Тэхен, но все сразу обратили на него внимание. - Гости? Какие гости? - заинтересованно поинтересовался Чонгук. - Ну, я имею ввиду, почему мы ужинаем в таком месте, должно быть, встреча с важным лицом? - ещё более смутившись поведал о своих догадках Тэ. - Нет, это просто ужин. - Просто ужин? -Да, - уверенно закивал Чонгук. - Тогда почему мы вчера так просто не ужинали? - стол закатился смехом, кто-то утешающе похлопал Тэ по плечу. Тэхен тоже рассмеялся, понимая всю неуместность своего вопроса, но это был больше истерический смех. - Кстати, Пэксан, ты не сыграешь нам сегодня? - кто-то один спросил и все хором подхватили. - Я? - озадаченно спросил Тэ. Чонгук сразу напрягся и поспешил утихомирить поднявшееся волнение энтузиазма. - Я думаю, Пэксан ещё не оправился полностью. - Всё нормально, я сыграю. - Чонгук слегка опешил, не зная, чего ожидать дальше. Тэхён спокойно вышел из-за стола и пошел в сторону оркестра. - Ты будешь играть на саксафоне? - снова раздался вопрос из-за стола. - Ну не на скрипке же, - оппонировал Тэхен. - все заинтересованно смотрели в его сторону, пока Чонгук от напряжения закусывал свой бедный указательный палец. Само собой, Пэксан был действительно хорош, и всё закончилось горячими аплодисментами. - Почему ты не говорил, что играешь на Саксафоне? - Да, здорово ведь играешь! - Да, почему? - Чонгуку ничего не оставалось делать, как только подыгрывать. - Видимо, это был мой скрытый талант. - А так на чем там я ещё играю? – полушепотом уже спросил Тэ, обращаясь прямо к Чону. - Ну, на скрипке, например. Хотя, может ты ещё на чем играешь... - Чонгук всё ещё держал руку у своего рта, скрывая свои смешанные чувства. - Ахах, нет, думаю с меня будет. - все остальные подумали, что Чонгук попросил ещё что-нибудь сыграть, но Пэксан отказался. Прошла уже неделя с небольшим, а Тэхен никак не мог разобраться, кто же мог желать навредить Пэксану. Казалось, все вокруг были очень добры и снисходительны к нему, чего не скажешь, когда он жил при доме Белых Лотосов, но об этом ему было тяжело вспоминать. Там он был хорошей игрушкой для увеселения богатых людей, а здесь он чувствовал себя человеком. Чон Чонгук в глазах Тэ был пусть и не воплощением идеала, но очень близок к нему. Казалось, только одним своим взглядом тот мог убить и заставить воскреснуть вновь. Его манеры, тактичность, невысокомерная грозность, в нескольких словах, он был похож более на принца голубых кровей. И от общения с ним, сердце Тэхена каждый раз преисполнялось восторгом, но он, пусть и не сразу, одергивал себя, объясняя себе всё тем, что он просто не привык к хорошему к себе обращению. К тому же ему было известно, что Чонгук далеко от него не в восторге, и вот даже сегодня, он умудрился выкинуть штуку с саксофоном, которую наверняка Чонгук мог бы оценить по достоинству, будь они при других обстоятельствах. Будь он Пэксаном, или Тэхеном, который согласился бы подыгрывать ему ради утешения, но Тэ был здесь неприклонен. Чонгук не хотел видеть раны в своем сердце, ему не претило заниматься самообманом. И пусть Тэхен был жесток, он верил, что единственное, чем он может помочь здесь, это раскрыть истинную причину смерти Пэксана. И только это.