Урок Для Волчонка

                   — Значит, самки тебе не дают? — ухмылялся Альфа.              Гостиная была буквально пропитана резким солёным запахом. Сверху доносились протяжные женские стоны, вскрики и скрип кровати: стены и потолки хорошо пропускали любой звук. На диване, гордо расправив широкие плечи, сидел здоровенный серый волк, главный альфа-самец целого района. Его густой тёмно-серый мех был взъерошен и со стороны походил на языки пламени. Напротив Альфы сидел его двадцатилетний сын Омега: худощавое телосложение, прилизанный мех цвета платины — полная противоположность мужественного отца.              — Пап, я так больше не могу. — Омега нервно переминал в лапах подушку. — Раньше ещё как-то получалось затаскивать девушек в постель, но сейчас они общаются со мной только из-за тебя. Постоянно слышу, как они тебя обсуждают. Как ты это делаешь?              Альфа с самодовольным видом слушал сына, вспоминая приятные моменты, связанные с его одногруппницами и учителями.              — Ты же понимаешь, я тоже хочу секса. Хотя бы немного.              — Эх… Омежка ты мой. — Альфа, посмеиваясь, хлопнул парня по спине, тот вздрогнул от неожиданности. — Позоришь ты меня. Сейчас я всё объясню.              Уши Омеги встали торчком и приготовились ловить каждое слово своего наставника.              — В начале уясни для себя одну важную вещь: романтики нет! Есть только страсть и ебля. Со своими цветами и стихами ты лет так на двести опоздал, всё уже иначе. Начитался в своих романах о какой-то любви и вот страдаешь теперь.              — Н-но… Как так вообще это работает? Как мне показать, что я хочу кого-то?              — Лучше, если я тебе это покажу. Хочешь? — отец хитро заулыбался. — Если, конечно, тебе это так нужно.              — Да! Покажи. Я хочу быть как ты, отец. — Омега, воодушевившись и преисполнившись уверенностью, вскочил с дивана. В голубых глазах засияли огоньки, а хвост так и заметался из стороны в сторону.              — Ну хорошо. — Альфа тоже встал и расправил широкие плечи.              Омега не успел ничего понять, как оказался на ковре лицом вниз. Отец прижимал его к полу, держа за шею.              — Ай! Больно! Что это значит?              — Сейчас я тебе покажу, какую романтику любят сейчас сучки.              Альфа был в предвкушении. Весь его мех на спине и плечах встал дыбом от возбуждения. А сам волк, словно над жалким кроликом, навис над Омегой. Лёгким движением лапы, подцепив пальцем джинсы и трусы, отец оголил пушистые ягодицы своего наивного сына.              — А-а?! Ч-что ты делаешь?! — волк не на шутку испугался. Послышался шум расстёгивающихся металлической пряжки и ширинки. Сердце щенка бешено заколотилось, а по коже прошелся мороз.              — Тише, не надо так кричать, — посмеивался Альфа, снимая штаны. Одной рукой он стимулировал свою гордость — упитанный член с заострённой головкой, а другой ласкал попку Омеги. Сын попробовал отползти, но волк крепко взял его за ошейник и прижал к ковру. — не переживай, мой милый Омежка. Хороший альфа-самец любого ублажит: и суку, и кобеля. А опыт, ты знаешь, у меня очень большой. И нам обоим будет проще и лучше, если ты это почувствуешь, чем заниматься бессмысленным трёпом.              — Нет, отец, прошу! — Омега отчаянно пытался отползти. Он знал, он слышал те неистовые женские стоны и вскрики из комнаты, что давали чёткое представление о происходящем там. Альфа трахал жестко и беспощадно. Волк вцепился когтями в ковёр. — Пожалуйста, не шути так.              — Ха-ха! Какой ты наивный. И как ты только собирался идти по жизни? — отец сильнее прижал Омегу, не давая ему ни шанса на побег. — Лучше расслабь свой зад, если хочешь на нём ещё когда-либо сидеть.              Парень заскулил, поджав хвост. Такая реакция не понравилась Альфе. Раздался звонкий шлепок лапы об ягодицу и жалобные вскрики.              — Тебе, наверное, понравилось, если бы твоя девушка так ныла во время секса. — грозно рычал Альфа.              — П-постой. Отец…              — Цыц, трусливая шавка! — волка уже начинали бесить возражения парня. Он снял и отбросил штаны и трусы сына, рыча на бедолагу. — Ты мужик или кто вообще?! Как ты, сын альфы, можешь позволять себе показывать слабость?! Даже в такой ситуации, когда стоишь раком перед своим же отцом!              Омега, осознав, что ничего не может поделать, притих. Всё внутри сжалось от страха и ожидания неотвратимого. Щенок зажмурился и крепко-крепко вцепился когтями в ковёр. В голове лихорадочно бегали мысли.              — Это будет тебе хорошим уроком, Омега.              Волчонок почувствовал: острая головка, такая горячая и липкая, уткнулась в его анус. Альфа положил лапы на талию Омеги и твёрдо вцепился в неё. Парню ещё никогда не было так страшно. Сердце колотилось, и стук эхом раздавался в голове. А на спине чувствовалось дыхание возбужденного зверя.              Всё произошло резко. Омега не успел ничего и понять, как его спина, напрягая все позвонки, прогнулась от боли, а он сам закатил глаза и разинул пасть. Скользкому члену понадобился легкий толчок, чтобы войти внутрь девственной попки. Парень болезненно завыл. Его хвост встал трубой.              — ААААААУУУУУУ!!!              — Аааррр! Как узко… Давно я не растягивал таких дырочек…              Альфа сильнее прижался к ягодицам парня, давая ему немного привыкнуть к новым ощущениям. Узелок набух и прочно сцепил самцов. На глазах Омеги навернулись слезы. Боль так и распирала его задний проход, парень буквально каждым миллиметром своей внутренней плоти чувствовал этого монстра внутри. Анус сжался и крепко обхватил основание волчьего пениса, ещё больше провоцируя Альфу. Неожиданно для себя, парень ощутил странное чувство: напряжение начало растекаться по члену, вытягивая, наливая его кровью и делая твердым, точно камень. Казалось, ещё никогда у парня так не стояло, хотя и было очень больно и унизительно.              Омеге удалось немного восстановить дыхание. Отец терпеливо выждал момент и, почувствовав готовность сына, крепче вцепился в его бока. Оба знали, что сейчас всё начнется по серьёзному, с криками и стонами.              — Не правда ли фантастические ощущения? Как острая режущая боль переходит в приятное возбуждение. Ещё привыкнешь к этому.              — Ах… ах… — тяжело дышал Омега. Он весь затрепетал от волнения перед новыми ощущениями того, как боль переходит в небывалое удовольствие. Но вместе с тем это новое и неизвестное пугало, заставляя его всего дрожать. — П-прошу…              — Что? Ну же, говори. — Альфа заулыбался и навострил уши. Азарт переполнял его. — Не стесняйся.              — Прошу, будь со мной нежен. — Омега просто сгорал от стыда. — Пожалуйста.              — Хах! Хочешь нежностей? — Альфа, ехидно посмеиваясь, начал нежно гладить ягодицы Омеги, периодически спускаясь к члену и обхватывая его руками. В такие моменты парень вздрагивал. — Я нежен только с суками. Кобелей я трахаю, имею по полной, жестко и очень больно.              Щенок сглотнул и приготовился к неизвестному. Сзади послышался звон пряжки ремня.              — Но для тебя я могу сделать исключение при одном условии…              Раздались громкий удар ремня о девственную задницу и завывания Омеги. Слёзы снова навернулись на глазах парня.              — Если хочешь нежностей, то придётся тебе вести себя как хорошей сучке. А иначе твои стоны будут даже в соседнем доме слышны.              — Да… папочка… — парень выдавливал из себя слова. — Я буду хорошей… хорошей сучкой…              — Хорошо. — посмеивался отец. — Для начала сойдёт, но тебе ещё надо потренироваться над убедительностью. А теперь начнём.              Крепко держа своего сына за талию, Альфа начал двигать его бедра навстречу своим, сталкивая их. Внутри девственной попки щенка всё начало безжалостно тянуться под действием большого члена.              — А-ааааа! — протяжно и болезненно стонал Омега.              Альфа, махая хвостом из стороны в сторону, высунул язык от удовольствия. Жадно раздвигая ягодицы сына, волк двигался всё активнее и активнее. Ему так нравилось то, как узкий анус крепко обхватывает его массивный член. Смазка уже заполнила весь задний проход и вытекала наружу, стекая по бедрам и капая на ковёр.              — Ууууу! — завывал от удовольствия волк. — Моей сучке нравится, как я её ебу?              — Да… Ах! Мне… Мне нравится! — сквозь стоны выдавливал из себя слова Омега. Ремень огрел тощую задницу парня. — ААА! Мне нравится! Мне так приятно!              Альфа вошел во вкус и ещё раз хлестанул парня ремнём. Бедный волчонок вздрагивал и кричал от каждого удара, а его напряженный член уже весь истекал смазкой. Если бы не стоны, то можно было бы услышать, что резвящиеся соседи сверху притихли и теперь с интересом слушают шум из другой квартиры.              — Что за грязная сучка! — восклицал разгоряченный отец, замахиваясь для очередного удара. — Тебе, похоже, нравится, когда тебя наказывают. Хорошо, сейчас я жестко отдеру твою строптивую задницу!              — ААААААХ! Папочка!              Сын тяжело дышал, испуская истошные стоны от каждого удара или толчка. Всё тело было так напряжено, но от этого волчонку было так приятно. Сердце бешено билось, точно мотор на полных оборотах, и было так жарко. Живот Омеги скрутило сильное возбуждение, и он сам не заметил, как начал кричать:              — Да! Ааааааах! Папочка! Хочу жёстче! Хочу больше!              — Ах! Моя грязная сучка! — от сладких слов парня Альфа совсем потерял голову и начал уже забывать, кем является эта сучка для него. — Я выебу тебя так, что ты сидеть не сможешь на своей похотливой заднице!              Отец схватил своего сына за ошейник, от чего тот выгнулся и закатил глаза.              — Заполни меня! Заполни меня полностью! Хочу твоей спермы! Папочка! — Омега полностью отдался своему возбуждению, выгибаясь всё сильнее и сильнее.              Волк бешено, беспощадно двигал бедрами — смазка так и забрызгала во все стороны. Член жестко раздирал узкую дырочку. Неожиданно Альфа грубо прижал голову парня к ковру. Попка парня задралась, и отец с удвоенной силой начал налегать на неё, так и рыча от блаженства.              Всё поплыло перед глазами Омеги. Воздуха не хватало, а сердце бешено колотилось. Тело было на пределе. Ноги начали трястись и подкашиваться. Парень когтями впился в ковёр. Прерывистые стоны вылетали из пасти.              Стало совсем жарко. Член начал пульсировать, и, крепко-крепко прижавшись к разгоряченному телу сына, Альфа испустил протяжный вой. Горячая сперма растеклась в попке Омеги. Парень достиг своего предела. Он застонал, громко и протяжно, как настоящая сучка. А член безудержно начал фонтаном изливать семя на ковёр. Оба самца ещё никогда не получали такого удовольствия.              Спустив всё до последней капли, член Альфы расслабился и начал уменьшаться. Узелок сдулся, и отец, тяжело вздыхая, отпустил сына. Омега без сил распластался по полу, всё его тело обмякло. Самец с гордостью и большим удовольствием смотрел на плод своих трудов.              — Хорошая сучка…              — А-а-ах… — простонал полностью истощенный Омега. Истома, перемешанная со жгучим покалыванием в заднем проходе, наполняла его тело и разум. Этот урок точно станет для него самым незабываемым и главным.              Раздался скрип двери и стук каблуков. Приторно-цветочный запах парфюма перебивал солоноватый запах комнаты.              — Мальчики, мамочка дома. — сладко пропела волчица и, войдя в гостиную, в ужасе прикрыла лапкой свою мордочку. Весь её сыночек был взъерошен, а его попку распирало от спермы, вытекающей наружу. — Ч-что вы наделали?! Я же только вчера оттёрла ковёр!!!              — У нас был серьезный разговор между отцом и сыном.              — Ты мог хотя бы подстелить что-нибудь?!              — Это всё мелочи, лучше иди сюда. — Альфа поднялся и пошел в стороны волчицы.              — Нет! После этого даже не думай трогать меня! АААА! Ааааааах!