выслушай меня, прошу!

Солнечные лучи, освещающие просторную гостиную не давали спать. Однако у Джона ни в дождь, ни в облачную погоду не получалось этого сделать. Ему не хотелось вставать. Целыми днями доктор Ватсон не поднимается со своего кресла, лишь миссис Хадсон заставляет выходить на прогулки. — Развейтесь, Джон, вам явно не даёт покоя это происшествие. — Всё в порядке, миссис Хадсон. — Знаете, мне смерть мужа тоже принесла немного огорчения. Вы не успели что-то сказать, верно? — Ох, Боже! Закатив глаза, Джон взял пальто и направился к выходу. Ничего не лезет в голову, кроме как мысли о Шерлоке, может миссис Хадсон и права, нужно на свежий воздух. Ловить такси не пришлось, водитель будто ждал, когда Ватсон наконец-таки сможет выйти в свет. Джон не нашёл идеи лучше, чем отправиться к месту первого дела «Этюда в розовых тонах». Да, именно с него всё началось. Он нисколько не пожалел, что согласился тогда помочь. Это кардинально всё изменило. Если в эту же секунду его спросить о ярких моментах в жизни, абсолютно точно, он не вспомнил бы ничегошеньки, что не было бы связано с детективом. Вместе с Шерлоком ушли и краски в жизни Ватсона. Миновали уже 3 месяца, но Джон продолжал отказываться от веры в происходящее. Пробивается истерический смех, доктор начал кричать. — Это не конец! Точно не конец! Всё это — нелепая шутка! Да! Послышался томный голос за спиной. — Какая встреча. — Лестрейд? Кажется, Грегори Лестрейд? — Рад, что вы помните. — Что привело вас сюда? Что-то новое случилось в преступном мире? — Орудует группировка неподалёку, будем ждать здесь, перехватим и накажем, вкратце. А вы как тут оказались? — Тон, как-будто вы меня в чём-то подозреваете. — Нет, что вы. *выстрел с обратной стороны здания.* Начинается… Прошу прощения, мне нужно идти. Джон проводил Лестрейда взглядом, а затем перестроил путь в сторону кладбища, где 'захоронен' Холмс. Ему удалось мастерски перевести тему, дабы избежать расспросов о смерти друга, но легче не стало. Состояние всё хуже и хуже. Без психолога точно не обойтись.