Кто бы мог подумать

– Дорогая моя, как же так, свадьба послезавтра? Это же надо столько всего успеть, а у нас только день, –мать семейства Некрасовых хваталась за голову, думая, как успеть собрать всех родственников и друзей семьи на свадьбу дочери. Если бы это имело хоть какое-то значение…. Ксюша Некрасова сидела за кухонным столом в родительском доме, вяло ковыряясь в тарелке. Кусок не лез в горло. Она очень переживала за Витю. Со взлома офиса прошло так мало времени, а ей казалось, что эта пара дней тянулись вечность. Днем Ксюша не могла отделаться от навязчивых мыслей, а ночью от кошмаров, от которых кровь стыла в жилах. Она постоянно хоронила Пчелкина во сне. От грустных мыслей ее опять отвлекла мать: – А я знала, что вы поженитесь. Этого нельзя было не заметить, вы всегда так прекрасно ладили. Он всегда тебя защищал. Правда от него меня так никто и не смог защитить, даже если бы и хотел. – Не зря же ты все время носишь ту подвеску, которую он тебе подарил в десятом классе. Некрасова непроизвольно дотронулась до маленькой золотой звездочки, которую носила, не снимая, уже около пяти лет. Витя подарил ее после очередной передряги в школе, из которой ему помогла выбраться староста-соседка по парте. Рука не поворачивалась снять ее. – Это же так романтично – он ждал, пока ты наконец вернешься, чтобы сделать предложение. Какой же Витенька молодец. Конечно, я не одобряю его деятельность, как и, собственно, дела твоего брата, – но они не маленькие дети, разберутся сами, а мы с тобой завтра поедем покупать платье. Какой же Витенька молодец. Маме Ксюши всегда импонировал харизматичный и любящий похохмить Пчелкин, у них сложились прекрасные отношения. Она всегда с большой радостью принимала его в гостях и поила чаем до упаду. Как он мог не нравиться, это же Витя. Сосед по парте нравился всем, а вот кто нравился ему? Ксюше всегда казалось, что единственная девушка, которая ему не нравится – это она сама. Конечно, у них были хорошие отношения, она могла с уверенностью сказать, что они друзья. Но он никогда не видел в ней девушку, в этом Некрасова была уверена на тысячу процентов. Что со мной не так? – Ксюш, с тобой все нормально? Так переживаешь из-за свадьбы, да? Что-то ты бледная, – мать, закончив свою пламенную речь, обратила внимание на неестественную бледность дочери. Ой, мама, если бы ты только знала…. Некрасова никогда не была фанатом косметики и макияжа, стараясь, если и краситься, то не много и не каждый день. Но из-за бессонных ночей она выглядела не лучшим образом, и пришлось прибегнуть, по ее мнению, к радикальным методам – набор польской косметики, подаренный одной из питерских подруг, пришёлся как раз кстати. Спасибо косметической индустрии, спасла окружающих от лицезрения почти черных кругов под глазами девушки, а яркая помада отвлекала взгляд от грустных глаз. – Нет, мам, что ты, все хорошо, я просто переживаю очень. Это же такое важное событие, – Ксюша говорила, а сама как будто сдирала коросту с раны, которая хотя бы и на грамм успела зарасти за то время, пока она была в Питере. Да брось, ее уже полностью содрал Пчелкин в Загсе. Регистрация… ее девушка пережила с трудом. Конечно, для Вити с его любовным опытом этот поцелуй ничего не значил, а Некрасовой он был как ножом по сердцу. Он бы никогда не поцеловал ее в других обстоятельствах. – Конечно, ты переживаешь, это нормально. Как же я рада, ты не представляешь! Как хорошо, что нашим зятем будет Витя, а не какой-нибудь твой ухажер на девятке, – мать вздохнула, потянувшись за сахарницей. Ксюша подняла глаза на мать, понимая, куда она клонит. Ухажер на девятке.

DEAD BLONDE - Мальчик на девятке

Ксюша уже почти засыпала за партой, ожидая конца занятия. Она ходила на дополнительные курсы по информатике в университет, где работали ее родители, и, конечно, совмещать все со школьной нагрузкой было довольно тяжело. А кому сейчас легко? С этой мыслью девушка и ходила на занятия к одному из научных светил в области техники и компьютеров. Лекции были безумно интересными, но в вечер пятницы силы уже покидали ее. – Что, тоже рубит, да? – Леся, ее приятельница с курсов, понимающе посмотрела на коллегу, – Ничего, осталось десять минут, потом за мной брат приедет, докинем тебя до дома. Некрасова посмотрела на девушку с благодарностью: – Лесь, спасибо огромное, но разве это удобно? Олеся, поправив длинные волосы, повернулась к подруге: – Ксюш, мы живем в приделах одной остановки, конечно удобно. Дождавшись конца занятия, девушки выпорхнули из аудитории и направились во двор, где их должны были забрать. – Смотри, вон он, Пашка, – девушка с длинными волосами помахала брату, пока Некрасова наблюдала, как красная девятка подъезжает к крыльцу университета. Они не успели даже подойти к машине, как из нее показался парень. Кожаная черная куртка, цепь на шее, перстни на руках – не было даже смысла спрашивать, кем работает Павел. Если отбросить все эти бандитские примочки, то парня можно было охарактеризовать, как весьма симпатичного, – темные волосы, правильные черты лица и улыбка до ушей уж точно добавляли ему очков в глазах противоположного пола. Проскользив пронзительными серыми глазами по Ксюше, водитель решил-таки завязать разговор: – Привет, Лесь, что же ты от меня так долго свою красавицу-подругу прятала, а? Садитесь, поехали. Некрасова отодвинула от себя тарелку. Аппетит, которого и так не было, пропал совсем. –Мам, да не ухажер он мне. Так, подвез пару раз, когда Леську забирал с курсов. Мать недоверчиво покосилась на Ксюшу: – Ладно, как скажешь. Ты может быть будешь еще картошки с котлетами? – Нет, мам, спасибо, я пойду вещи собирать, меня Витя сегодня ждет, я у него ночевать буду. Некрасова встала из-за стола и направилась за чемоданом.