2
25 января 2022 г., 16:12
Энни с трудом разлепила глаза, вырываясь из лап тьмы. Первое, что она увидела — каменный потолок с россыпью трещин, второе — обеспокоенный взгляд Бертольда. Она приподнялась на локтях, и со лба упала влажная тряпка. Девчушка бегло осмотрелась вокруг — бесчисленное количество раненых, удушливый запах крови и пота, и Бертольд, держащий ее за руку. Энни вырвала руку, садясь, во рту было сухо и гадко, слова давались с трудом.
— Получилось? — сипло спросила она и поморщилась, горло нестерпимо царапало.
— Да, — тихо ответил он ей и протянул ковш с водой. Энни жадно осушила половину, — где мы?
— За стеной Роза.
— Энни, Бертольд, — начал Райнер, протягивая руки, чтобы коснуться их, — простите… Марсель… я стану настоящим воином…
— Что мы будем теперь делать?
— Добудем информацию, затеряемся среди беженцев.
— А потом? — Энни устало взглянула в глаза Райнера.
— А потом вернемся домой, как настоящие герои, — он сжал ее плечо, — я добуду немного еды.
Девчушка легла, отвернувшись набок и обняв колени. Она слышала крики и плач детей, кто-то звал маму, а кто-то кричал проклятия и смачно ругался. Хотелось раствориться, лишь бы не слышать все это. Энни не видела, как пала стена, не видела, как титаны ломанулись в город и сожрали половину населения. Все это время она находилась в незабытье, где ей совсем ничего не снилось. Ее взгляд зацепился за троих детей, примерно ее возраста. В углу плакал мальчик, больше похожий на девчонку, его светлые волосы скрывали лицо, он что-то рассказывал своим друзьям, и всхлипывающий голос сжимал сердце.
Она — среди монстров. Тогда почему… буквально самую малость, ей жалко всех этих людей? Энни зажмурилась и закрыла уши руками. Она должна отключить все чувства, что на миг вырвались на свободу. Она — воин, а значит — безжалостная машина для выполнения общей цели, ради которой ее зашвырнули в это место.
***
847 год.
— Добро пожаловать в подразделение сто четвертого отряда кадетского корпуса, — громкий низкий голос резал слух, как наждачка. Энни хотела поморщиться. Она снова в армии. В этот раз благодаря Райнеру и его новому плану. Новый командир безжалостно допытывал новобранцев, вытряхивая из каждого душу, он не скупился на бранные словечки, и его совсем не заботило, что еще немного и кто-то наложит в штаны от страха. Энни бросила на него безразличный взгляд — при желании она с легкостью вырвала бы его кадык, заставив заткнуться, но… ее привлек голос, кажется, ей уже приходилось слышать его раньше. Повернув голову, девушка увидела мальчишку, что год назад рыдал у стены. — Эй, блондинчик! — рявкнул командующий, подходя к нему почти вплотную, — откуда такой будешь? — Прямиком из Ковчега. Армин Арлерт. Энни мысленно повторила его имя, пробегаясь по нему заинтересованным взглядом. Невысокий, щуплый, если подует ветер, гляди, сломается, как тростинка. — Имя у тебя отстойное, родители прикольнулись? — Никак нет, это имя дал мне дедушка! — Что ты забыл здесь? — Хочу сражаться во имя человечества! — выкрикнул он и зажмурился, а Энни сравнила его с котенком, согласившись, что он первым пойдет на корм титанам. Титаны. Эти глупцы и не догадываются, что среди них затерялись трое. Девушка вполуха слушала, как командующий допытывал остальных. Она смотрела на бескрайнее небо, пока в голове царила пустота. У нее была простая цель — стать лучшей среди этих недоумков и попасть в военную полицию, а там уже приблизиться к королю и выведать все тайны, что прячутся за этими высокими стенами. После воодушевляющей речи командующего Энни вместе с остальными новобранцами отправилась в казарму, мальчиков распределили в левом крыле, а девочек в правом. Она плелась позади всех, пока остальные уже собирались в маленькие группы и что-то бурно обсуждали. Энни не ставила себе цели — заводить подруг, поэтому она натянула на голову капюшон, стараясь стать как можно незаметнее. Оказавшись в комнате, Энни выбрала самую дальнюю кровать у окна и легла на нее, подложив руки под голову. Койка противно скрипнула, будто вот-вот сломается. Утром ее ждут тренировки и жесткая дисциплина, но девушке было плевать. Ее жизнь давно потеряла всякий смысл — сплошные приказы по типу: «умри, но выполни», редкие приемы пищи и запрятанная мечта, что когда-нибудь этот кошмар закончится. У нее осталось примерно двенадцать лет — не густо, учитывая, что ее могут убить в любой момент или посчитать недееспособной и скормить новому кандидату. За ужином Энни села за стол с Райнером и Бертольдом, скептически покосилась на овощное рагу и компот и принялась за еду, если бы не голод, она бы не прикоснулась к этой бурде. — Я считаю, тебе стоит завести полезные знакомства, — начал Райнер, тайком оглядывая галдящих кадетов. — Тебе надо, ты этим и занимайся, — раздраженно бросила девушка. На удивление рагу оказалось не таким противным на вкус, как на вид, а вот компот… пожалуй, жажда не так сильно мучает ее. — С таким настроем наша миссия провалится, — ответил Райнер. — Ваша миссия, — поправила его девушка, убирая за ухо прядь волос, — через три года наши пути разойдутся, вы вступите в разведку. — Может, тебе стоит пойти с нами? — неуверенно произнес Бертольд, за что получил мрачный взгляд в ответ. — Разделяться, конечно, не стоит, — задумчиво протянул Райнер, — однако, нам нужен свой человек при дворце. Быстро доев свой ужин, Энни вышла из столовой на свежий воздух и присела на хлюпкие ступеньки. Мимо пробежала Саша, наказанная за поедание картошки перед командованием, Энни безэмоционально посмотрела ей вслед, не понимая, что эта глупая девчонка забыла в этом месте. Ах, да, все они хотят спасти человечество, даже не подозревая, что человечество стоит спасать от них самих. Судя по добытой информации, никто не знал о жизни за стенами, что вызывало у девушки некий ступор. В руках короля была армия из тысячи титанов, готовых в любой момент исполнить его приказ и уничтожить весь мир, если понадобится, а они трясутся от одной мысли быть сожранными, даже не представляя, какую правду от них скрывают на самом деле. Ну, что за жалкие людишки? Энни встала и, засунув руки в карманы куртки, отправилась в свою комнату, не заметив заинтересованного взгляда в спину. Армин не хотел подглядывать, но глубокая тоска, застывшая на лице его сослуживицы, заставила спрятаться за дерево и затаить дыхание до тех пор, пока маленький силуэт девушки не исчез в вечерней темноте.
