тихий крик души

Шумная музыка от нанятого ди-джея за пультом, приглушенный свет, заполнивший квартиру и окрашивающий фруктовый дым от нескольких кальянов во все цвета радуги, множество незнакомых парней и девушек, которые после этого вечера явно уйдут с новыми парочками, а на следующий день не вспомнят друг о друге. Дорожки веществ в туалете, где уже в уголке валяется один из сторчавшихся, оказавшись в новом для себя иллюзорном мире. Дорогой алкоголь, оплаченный хозяином квартиры, который любил все самое элитное, потому что деньги помогают ему прикрыть свою неполноценность. Хенджин был частым гостем подобных вечеринок, ведь здесь не нужно было делать практически ничего, в том числе и строить из себя того, кем ему вот уже некоторое время быть совершенно не хотелось. С появлением в его жизни Чана, все изменилось и мысли Хвана были полностью заняты лишь им. Его прикосновения рук оставляли ожоги на теле, влажные места после поцелуев пылали возбуждением, его парфюм, смешавшийся с запахом тела, словно ядовитые пары, уничтожал все остатки здравого рассудка. Он внутри оставлял после себя разрушающее чувство нехватки, будто часть самого Хенджина, что-то очень приятное, просто взяли и отняли. Поэтому, когда на экране рабочего телефона он видел смс-сообщение с предложением о встречи от Криса, внутри будто что-то в очередной раз обрывалось и падало в бездну привязанности и каких-то ранее неизведанных чувств. Признаться честно, он появился на этой вечеринке, лишь потому что слышал, что Чан также будет здесь. Сам не зная почему, взглядом выискивал знакомый силуэт среди гостей и когда заметил его в компании других парней вдруг ощутил, как внутри что-то кольнуло от обиды и разочарования. Хенджин невольно коснулся собственной груди от нового ощущения, и решил, что ему стоит покинуть эту вечеринку. Так вот, что такое ревность? Когда все это произошло, он сидел на диванчике и болтал с одним малознакомым ему парнем, который уже явно положил на него глаз, ведь из мыслей Хван вынырнул ровно в тот момент, когда ощутил чужую руку на своем колене. — Не хочешь уединиться? На секунду в голове промелькнула мысль о согласии, чтобы демонстративно пройти мимо Чана, обнимаясь с этим парнем, лишь бы заставить того ощущать то же самое, если он вообще умеет чувствовать, но тот скрылся из виду, видимо, найдя компанию получше, и план провалился. — С тобой? — Хенджин пренебрежительно оглядывает парня с ног до головы и вдруг резко встает, планируя уйти, — Денег не хватит. Чувствует, как его резко ловят за тонкое запястье, с силой сжимая. Останется синяк. В этот момент Хван еще не подозревает, что его дерзость принесет ему кучу проблем. Все дальнейшие события были для него словно в тумане. Его тянут на себя в коридор, где никого нет, пытаются затолкать в комнату несколько парней, он падает на пол, цепляясь полупрозрачной черной тканью рубашки за ручку двери и разрывая ее в клочья. Пытается отбиваться, но едва ли попадает ударом хотя бы по одному из них. В определенный момент у него получается зацепиться за дверной косяк пальцами и, ломая ногти, удается выбраться из чужих цепких рук. Ползет по коридору, но получает ботинком прямо в лицо, задыхается, кашляет кровью, выплевывая собственные легкие наружу. Глаза застилает бордовой пеленой, а на губах застывает безмолвный крик, когда его челюсти сжимают. — Все равно никто не услышит, даже не пытайся, — незнакомец плюет ему прямо в лицо и отбрасывает в сторону той самой комнаты, в которую через мгновение утягивают Хенджина за ноги. Удар за ударом, синяки космосом расцветают на бледной коже. Руки и колени сбиты, а на лице едва ли успевшие подсохнуть дорожки крови, по щекам льются слезы. Ему больно. Больно, когда один из парней припечатывает к стене, схватив за горло и перекрывая доступ кислорода, ведь Хван в очередной раз пытается закричать. Больно, когда он вновь получает удары, чтобы заткнулся, когда на нем разрывают рубашку до конца, стягивают брюки и ставят на колени, зажимая рот рукой, держат за руки и грубо носом ботинка раздвигают ноги шире. — Ты же любишь такое… Получай удовольствие… Будь послушным мальчиком… Стони… Сквозь вакуум слышатся слова и смех парней. Хотел бы Хенджин не помнить все то, что было дальше, но эти события навсегда останутся выжженными в его памяти.

***

Они оставили его раздетого, униженного, в луже крови и множестве ссадин и синяков, практически без сознания. Они оставили его, удовлетворив свои грязные потребности по очереди, надругавшись, не дав даже возможности избежать этого. Хенджин просто хотел, чтобы это поскорее закончилось, и когда он остался в одиночестве, кое-как отползает в угол комнаты, из последних сил натягивает брюки чуть выше, и схватившись за грудь начинает тяжело дышать в панике продолжая повторять: «не надо». В глазах слезы, влажные волосы прилипли к лицу. Его тело дрожит и превращается в цельный комок боли. Хван видит в дверном проеме знакомый силуэт, единственное, что он может прошептать, едва шевеля разбитой губой: — Чан, помоги.