Бежать, бежать и не оглядываться

Бежать, подальше от этого абсурда. Подальше от предательски синих глаз, от холодного безразличия. Набирая с каждым вдохом все больше морозного воздуха, ледяного, пробирающегося под кожу, вдыхать до боли в легких, это немного отрезвляет, но не дает ни капли спокойствия. Сердце бьётся с такой силой, что отдаёт пульсацией по ребрам. Хочется задохнуться в этой агонии чувств. Слишком много боли для такой крохотной души, и он устал, просто устал, внутри что-то щёлкнуло, и биение сердца прекратилось. Падая на снег, кучерявый думал лишь о том, что жизнь прожита зря, и жалел, что не сделал то, о чем его попросил Ваня, что было бы тогда? Эта мысль возможно бы продолжилась, если бы сознание не отключилось. -Блять, блять, блять, блять, блять, - в полутемной комнате все было не так, не те люди, не те чувства. Ваня сидел на полу, гнев вперемешку со страхом переполняли его разум и тело, сжавшись в комочек он пытался все осознать, но мозг пропускал мысли как через решето. -Да, трэш, - поняв, что все пошло не по плану Коля пытался как-то успокоить друга, но получалось с трудом, - да это, конечно не круто. Так получилось, знаешь, - слова путались и не хотели соединяться в что-то даже издали похожее на утешение. -Что за хуйня, что я сделал? - по всему телу бегали маленькие паучки с лампами - иголками, в голову пришла лишь одна здравая мысль - нужно найти Сергея, попытатся все исправить. Морозное утро было слишком холодным, даже для этого города. Пустые улицы были слабо освещены фонарями, но даже в этом свете можно было разглядеть тело, лежащее неподвижно на снегу. Мир замер, секуды стали минутами, минуты часами.  В несколько широких прыжков добравшись до тела белобрысый убедился, что нашёл друга, пытался нащупать пульс, но толи из-за состояния, толи из-за отсутствия сердцебиения не смог этого сделать.

СКОРАЯ, НУЖНО ПОЗВОНИТЬ В СКОРУЮ, В НЕСКОЛЬКО СРАЗУ, ЧТОБЫ ПРИЕХАЛИ БЫСТРЕЕ.

Запинаясь, трясясь всем телом от страха белобрысый перезвонил все возможные отделения реанимаций, приёмного покоя, скорой помощи, крича и умоляя приехать как можно быстрее. Прошло десять минут и все это время минуты тянулись чертовски медленно, пока на углу улицы не показалось заветное мигание красно синего света и белая машина, предвещающая спасение. -Скоро тебе помогут, слышишь, скоро все будет хорошо, я обещаю, - слова утонули в вое сирены скорой помощи. Он остался один, на едине с собой, в темноте пустой улицы, освещенной фонарями. Прошла неделя, затем вторая. От Сергея не было никаких новостей. Все это время Ваня пытался себя успокоить, отвечал на многочисленные вопросы коллег и подписчиков "куда пропал Жожо?". Врал, изощрялся, уходил от ответа, но каждый раз, слыша этот вопрос, что-то больно кололо, где-то между ребрами. Если бы он знал, если бы мог рассказать правду, он бы давно это сделал, но не мог. Правда стоила бы слишком дорого ему и Коле. Вдвоём договорились ни о чем никому не рассказывать, пока не станет ясно, что случилось с кудрявым. Ваня ждал этого момента как второго прешествия. Успокаивая себя в алкоголе, бесконечных стримах, в конце концов он неимоверно много спал, с головой ударился в работу над новыми проектами. Любыми способами пытался заполнить пустоту неизвестности, пока в один момент ему не поступил звонок с незнакомого номера. -Ало, - голос дрожал, воздух вышибло из тела, когда он услышал голос мамы Сергея безумно грустный, таких голосов он не слышал никогда в этой чертовой жизни, ни в одном фильме, ни разу. -Привет, Ваня? - осторожный, робкий, дрожащий. -Да, да это я. Вы мама Сергея, да? - капля надежды копошилась где-то на дне. -Да. Я долго думала стоит ли тебе звонить, скоро все все узнаю. Но я посчитала, что как лучший друг моего сына, он мне так говорил, я должна сказать тебе лично, - было сказано так, будто отрепетированно много раз, заученно, зазубренно до корки, - Сергея больше нет. Агония, смятение, страх, боль - все эмоции разом захлестнули парня, тело покрылось ледяными каплями пота. Все конечности онемели. Голова была пуста, как чёртовый вагон, несущийся без тормозов по рельсам. -Похороны будут в это воскресенье, если посчитаешь нужным - приходи, - женщина старалась сдерживать слезы, но на этой фразе не получилось. Не дождавшись ответа она сбросила звонок. Теперь все. Осталась лишь пустота. В квартире. В сердце. В разуме. И в теле.