Suki

— Сенку-чан, почему половина твоих генералов долбоебы? — простонал Ген, кладя подбородок на макушку Сенку. — Что они опять натворили? — Сенку стряхнул с себя менталиста, не отрываясь от дела. Ген сполз на стул рядом с ученым и, устало наблюдая, как он растворяет что-то в колбе, продолжил жаловаться: — Еще одна часовая лекция от Рюсуя о том, какой Укё-чан замечательный и как прекрасно все, что он делает, и, я клянусь, я прыгну в море с носа Персея. Он сказал буквально два предложения по делу. — Чего ж ты не попытался вернуть его в нужное русло? — Я не пытался?! — возмутился Ген. — Я несколько раз его перебивал, но он просто непробиваемый! Надеюсь, эти двое уже наконец признаются друг другу и перестанут ездить мне по ушам. — Ген уронил голову на стол и издал протяжный стон. — Сенку-чан, ты не можешь сварить какое-нибудь любовное зелье? — Ага, бензин называется, слышал Тайджу? — Асагири тяжело вздохнул. — Ну, технически это возможно, — Ген поднял голову и неверующе сощурился, — но это очень долго и муторно, я не буду этим заниматься. Ты же болтолог, сделай с этим что-нибудь сам! — Да, я болтолог- — Ген осекся, Сенку хрипло рассмеялся. — Тьфу ты, то есть менталист, я с этим что-нибудь сделаю! — Ген, полный решимости, вышел из лаборатории, пока Сенку покатывался со смеху.

***

Крики чаек, соленый морской воздух и скрип досок стали повседневностью Царства Науки. Все, как могли, помогали строить Персей. Рюсуй был где-то на земле, о чем-то переговаривался с Касеки у груды досок и изредка бросал быстрые взгляды на корабль, это даже Гену с палубы было видно. А дело в том, что на палубе стоял Укё. — Юзуриха, как у вас с парусами? — крикнул он. Девушка на другом конце корабля как раз помогала устанавливать их. — Для одной мачты готовы, ко второй мы приступили сегодня утром! — ответила она, помахав рукой. — Отлично! Укё показал Юзурихе большой палец и приблизился ко входу в трюм. — Ты куда? — окликнул Асагири. Он стоял недалеко от мачты, делая вид, что помогает устанавливать паруса, чтобы его не впрягли пилить доски или рубить деревья. — Двигатель проверить, — ответил Сайонджи и нырнул во тьму. Ген прищурился. Время воплощать в жизнь его план. Совсем простая уловка, чтобы Укё и Рюсуй признались в чувствах друг другу, а не Гену. Если это не сработает, он прибегнет к плану Б — связать их и под дулом пистолета (который он попросит изобрести у Сенку) заставить их признаться. Ген быстро сбежал по трапу вниз. — Рюсуй-чан! — позвал он. Нанами вскинул голову. — Нужна твоя помощь с двигателем. Говорят, с соединением труб что-то не так. — Это плохо, — нахмурился Рюсуй. — Подожди пять минут, я сейчас буду. Ген кивнул и улыбнулся про себя. Пока все идет по плану, сейчас главное, чтобы Укё не ушел из комнаты с двигателем раньше времени. Повезло! Он все еще был там. — Как двигатель? — спросил Ген. Он пытался скрыть тяжелое дыхание после того, как бегом спускался по лестнице. — Как будто с завода, — ответил Укё. — Без Рюсуя мы бы такой не построили. Все-таки, он отличный парень, хорошо, что мы его возродили. — Ага, — с натянутой улыбкой и изо всех сил стараясь не закатить глаза, кивнул Ген. — Если бы не он, мы бы так и застряли в каменном веке — у нас бы не было ни Персея, ни Франсуа. Конечно, есть в Японии еще кораблестроители, но им не сравниться с Рюсуем. — Да-да, конечно, он самый лучший. — Все-таки, с ним жизнь стала куда лучше и веселей. Будто началась новая эра. Не представляю, как бы я сейчас жил, если бы мы возродили кого-то другого… — Укё?.. Сайонджи в миг побледнел и обернулся на дверь. Рюсуй стоял в проходе, держась за косяк, как испуганный ребенок — за подол платья матери. Ген с довольным выражением лица вышел из-под перекреста этих взглядов и ускользнул из трюма, но Рюсуй и Укё, кажется, даже не заметили этого.

***

— Стало лучше? — поинтересовался Сенку, когда Ген снова упал на стул с лицом, будто он только что увидел призрака. — Стало хуже, — сиплым голосом ответил он. — В следующий раз, когда один из них скажет имя другого, я буду кричать на них чайкой. — Ген! — Рюсуй заглянул в лабораторию, держась рукой за косяк. Его лицо озаряла широчайшая улыбка, которую вы когда-либо видели. — Укё- Ген вскочил со стула, взмахнул рукавами и начал издавать резкие гортанные звуки. Рюсуй испугался и от неожиданности отступил. — Понял, зайду позже. Ген прочистил горло и опустился на стул. Сенку осел на пол, не в силах удержаться на ногах от смеха.