Ее метка на его теле

«Несколько лет назад. Игра между Гриффиндором и Слизерином. Блейз, как всегда, летел отбивать бладжер, как ему в голову прилетел второй. Он упал, потеряв сознание. Последнее, что он увидел — рыжая макушка. Прошло несколько дней. Джинни каждый день приходила в больничное крыло, чтобы узнать о состоянии Блейза Забини — слизеринца, в которого она так сильно попала бладжером, и теперь ее мучала совесть. Девушка, как обычно, сидела на краю его больничной койки и уже думала уходить, как парень открыл глаза. — Проснулся? — шепнула Джинни. Блейз снова увидел ту самую рыжую макушку. Сомнений не было: это был кто-то из Уизли. Кто из них играл в квиддич? Да полсемьи. Кто из них имеет женский голос? Джинни. — Бошка трещит, — прохрипел Блейз. — И пить хочется. Девушка куда-то ушла. Через минуту она вернулась и протянула парню стакан воды. — Спасибо. Затем протянула зелье. — Мадам Помфри сказала выпить, чтобы голова прошла, — объяснила девушка. — Я опять усну? — Да. Блейз выпил содержимое склянки. Веки снова начали тяжелеть. — Ты красивая, — прошептал он и отключился.

***

Когда Блейз вновь проснулся, Джинни не было рядом, поэтому он сразу выпил зелье в надежде, что в следующий раз ее увидит. Так и произошло. Забини открыл глаза и еще раз увидел рыжую макушку. Проморгался. Теперь он видел ее. Четко. — Не соврал, что красивая, — улыбнулся он. — Пить хочешь? — Ужасно. Девушка снова удалилась и пришла уже со стаканом воды. — Спасибо, моя спасительница, — при виде недоумения на ее лице он добавил. — Кто бы мне воду приносил, если бы не ты? — Если бы не я, ты бы не был здесь. — Так это ты в меня попала? — девушка утвердительно кивнула. — Хороший удар. — Извини. Как я могу загладить свою вину? — Пойдешь со мной на свидание?» — Вот так мы с Джинни и устроили свое первое свидание, — улыбался Блейз, предаваясь своим воспоминаниям. — Я влюбился в нее еще там. В больничном крыле, когда первый раз глаза открыл. И не ошибся. Она чудесная. — И как прошло ваше первое свидание? — Намного лучше, чем я ожидал. Мы тогда впервые поцеловались. «Блейз подался вперед в поисках ее губ. Она осторожно положила одну руку ему на щеку. Он коснулся ее губ своими. Она слегка улыбнулась. Блейз провел языком между ее губ и поцеловал Джинни. Поцелуй был совсем нежный и аккуратный, даже невинный. Блейз помнил, что Уизли как-то раз обмолвилась, что никогда не целовалась. Поэтому, вспоминая свой первый поцелуй, он старался сделать так, чтобы ее первый поцелуй стал приятным воспоминанием. Когда он оторвался от губ девушки, та была вся красная, с глупой улыбкой на лице». — И эта улыбка стала моей самой любимой. Чуть позже я понял, что она так улыбается, когда счастлива, — рассказывал Блейз. — С этого момента мы каждый вечер до конца учебного года проводили вместе. «Пара лежала в Выручай-комнате, то обнимаясь, то кидаясь друг в друга подушками. — Я завтра уезжаю домой, — грустно прошептала Джинни. — Мы же будем видеться летом? — с надеждой спросил Блейз. Они никогда не разговаривали насчет серьезности их отношений, поэтому ее такой скорый отъезд испугал парня. Мало ли что могло произойти за три месяца. — Конечно, — улыбнулась она. — Я обязательно буду тебе писать. — Обещаешь? — Конечно, Блейзик». — Блейзик, — смеялся Забини. — Она всегда меня так называла, а я ее — Рыжик. «Джинни перекинула ногу через парня и оказалась на нем. — Но перед отъездом я бы хотела кое-что попробовать, — игриво улыбнулась она и увлекла мулата в поцелуй. В этот раз Блейз отчетливо видел в поцелуе страсть и желание. Ее руки медленно расстегивали его рубашку, проходясь по обнаженной коже». — Я никогда не принуждал ее к сексу, — объяснял Забини друзьям. — Но тогда я не смог удержаться. «— Я правильно понимаю твои намерения? — выгнул бровь Блейз. — Если ты про секс, то да. Мулат стянул с девушки футболку, увлекаясь ее грудью». Блейз прервался, сделав несколько глотков огневиски и несколько раз нервно сглатывая. Его глаза были красными, будто вот-вот и из них покатятся слезы. — Вот почему мне Джинни так нахваливала свой первый раз… — прошептала Гермиона. — Ты был нежен и осторожен, а для нее это было важно. — Я знал. — Мы с ней переписывались все лето, — Блейз улыбнулся воспоминаниям. — Но, увидеться нам удалось лишь один раз. «— Блейзик! — кричала Джинни и бежала ему на встречу. Парень раскинул руки в ожидании девушки. Она подбежала и запрыгнула в его объятия. Блейз зарылся рукой в ее волосы и склонил свою голову к ее макушке. — Я так скучал по тебе, Рыжик. — Я тоже скучала». — Мы тогда просто гуляли. Ничего особенного. Держались за руки, обнимались и целовались, — рассказывал Забини. — Но я никогда не забуду этот день, — уже отстранённым голосом сказал Блейз. Он произносил таким тоном все, что было связано с ней. Его голос сквозил грустью, печалью и болью. Гермиона вцепилась ногтями в ногу Малфоя, у нее самой наворачивались слезы. — Каждый день с ней я помню, — все продолжал Блейз. — И никогда не забуду. Мы много гуляли. Я был счастлив. Она тоже, — по щеке Блейза потекла слеза. — Представляете, мы даже планы на будущее строили. «— Было бы классно, будь мы соулмейтами, — улыбнулась Джинни. — А мне кажется, так и будет, — в ответ улыбнулась мулат». — И я тогда не ошибся. Через полгода после этого разговора я узнал, что мы и правда соулмейты. «Джинни лежала на траве в обнимку с Забини. — Я бы хотела жить в теплой стране, — мечтательно произнесла девушка. — Италия подойдет? — Да, — засмеялась Джинни. — Устроила бы карьеру быстренько, родила бы детей. Двоих. Не больше. — А кем ты видишь своего мужа? — Юристом… Не знаю почему». — Я всегда планировал стать юристом, — горько улыбнулся Блейз. «Рождественские каникулы. Блейз стоит с темноволосой мулаткой и смеется. — Хейз, — улыбнулся Забини. — Это отличная новость! — Так что обязательно привози ее к нам! — очаровательная мулатка обвила своими руками шею парня и поцеловала его сначала в одну щеку, потом в другую. — До скорой встречи, Блейз. — Рад был увидеться, Хейз». — Хейзел — сводная сестра Блейза, — объяснил Драко Гермионе. — Да, — подтвердил Забини. — Хейз тогда договорилась с матерью, чтобы мы с Джинни приехали в Италию на пару дней, — все так же отрешенно с болью говорил мулат. — Она ведь так хотела в теплую страну… — Вы из-за этого поссорились? — выгнула бровь Гермиона. — Почти. Она увидела сцену с поцелуем, — горько усмехнулся Блейз. — Она шла в магазин и увидела нас. Оказалось, издалека было такое ощущение, что мы с Хейз целовались в губы, — Блейз замолчал, видимо, собираясь с мыслями. Рассказывать про них с Джинни было больно. Очень больно. На душе «сгребли кошки», как выразилась бы сама Уизли. Мулат помнил каждое ее словесное выражение, знал каждую родинку на ее теле, прекрасно определял ее эмоции, лишь один раз взглянув на нее. — В тот день я совершил самую глупую ошибку в своей жизни… «Заплаканная Джинни шла навстречу Блейзу. — Что случилось, Рыжик? — Это ты мне объясни! — вдруг закричала она. — Я не понимаю, о чем ты… — О той девушке, с которой ты целовался! — Я ни с кем не целовался, Джинни. — Забыл уже? — ухмыльнулась она. — Вчера, в Косом переулке. Ты целовался с темноволосой девушкой!» — Я не сразу понял, что она говорит о Хейзел… «— Джинни, я ни с кем не целовался! — пытался не повышать голос Блейз. — Вчера я виделся со своей сводной сестрой Хейзел. — И целовался с ней в губы? — изогнула бровь девушка. — Я не целовался с ней в губы! Она на прощание поцеловала меня в щеку. — Не ври мне, Забини!» — Я должен был ее успокоить… Спокойно с ней поговорить. Но я был слишком вспыльчивым. «— Я не вру тебе, Джинни! Неужели ты серьезно такого мнения обо мне? — Да! У тебя слава бабника, если ты не знал! — И теперь из-за этого нужно мне приписывать роман с сестрой? Джинни плакала. — Не верю я тебе, черт возьми! — кричала Уизли. — Не верю! — Если ты мне не веришь, зачем тогда пришла? — снизил тон Блейз. — Не знаю, — пожала плечами Джинни, вытерла слезы и ушла». — Я не пошел тогда за ней, — слезы текли по его щекам. — Хотя я должен был это сделать. — И потом вы встретились через время? — Да, через полгода. — Эту историю я знаю, — шепнула Гермиона, меняя позу. Девушка села между парнями и закинула ноги на диван. — Отлично, — улыбнулся Блейз. — А то я бы уже ревел вовсю. Я бы увез ее, честно, — продолжил он. — Я даже думал над этим. Но, ее счастье для меня оказалось дороже, чем свое. И если она была счастлива с Поттером, то пусть оно так и было бы. — Ты любил ее? — тихо спросила Грейнджер. — Любил? — удивился Блейз. — Я люблю ее, Гермиона. С соседнего дивана послышался шорох. Пэнси встала. — Чего ты слюни распустил? — обратилась она к Блейзу. — Вот она тут, лежит. Одинокая и беременная. Вместо того, чтобы сидеть и ныть, лучше бы начал что-то делать, чтобы вернуть ее. — Что? — Удивился Блейз. — А как же ты? Пэнси рассмеялась. — Я? — удивилась она. — Выгодная партия, Блейз, помнишь? — тот лишь кивнул. — У меня все схвачено, не переживай. — В каком смысле «все схвачено»? — уточнил Малфой. — Мерлин, — закатила глаза Пэнси. — Когда я увидела на своем лбу шрам Поттера, я была на него очень зла. Не знаю, почему. И пошла ему все высказывать. Я выцепила его одного в коридоре и начала кричать. Потом мы набросились друг на друга и… — Пэнси замолчала. — Вы поняли. Не понимаю, как это случилось. И после «Минутки Поттера» я взяла с него обет, что в случае, если вы с Джинни сойдётесь, мы с ним будем поддерживать связь. С дивана раздался еще один шорох, а потом громкий и надрывистый плач. Плакала Джинни. Она медленно встала, в упор глядя на мулата. — Это правда? — шепнула она. — Что именно? — Все. — Да, правда. Джинни подошла к Блейзу, сев ему на колени, и обняла его. Крепко. — Я люблю тебя, — шепнула ему девушка. И кроме этих слов, ему больше ничего не надо. — Замечательно. Воссоединение Рыжика и Блейзика, — улыбнулась Пэнси. — Пойду выпью. А то мне достался Поттер-минутка. Все смеялись. Возможно, не проводи они столько времени вместе, слова Пэнси показались бы обидными, но все находящиеся здесь знали, что Паркинсон всего лишь так шутит.