Little evil

Утро. В штабе « Красное око» Саша заходит в главный зал и садится на диван, он замечает мужчину, сидящего за столом и рядом с ним Айзека, они разговаривают о чем-то. — В общем, оцените парнишку по достоинству, давайте ему сложные задания и оцениваете его серьёзно! Этот парень хоть и ребёнок, но он ведёт себя почти как взрослый, так что не обманывайтесь его внешностью, а я ухожу в отставку, я не справился, простите что подвёл Вас Юрий Николаевич. Юрий покачал головой и сказал: — Бывает, ладно, рад был поработать с таким способным человеком как Вы, но всему приходит конец...О, Икс! Здравствуй, подойди сюда. — Привет, Икс, меня ты здесь больше не увидишь, так что прощай. Айзек махнул рукой и ушёл, а Юрий смотрит тому в след и выжидает момента, он достаёт документ в мультифоре и протягивает Саше, серьёзно смотрит в его глаза. — Саша, Айзек предал нас, сейчас ты переходишь в штаб «Тайна», после того как ты посадил чиновника, у Айзека начались проблемы, и он от отчаяния перешёл на сторону власти, власть полностью прознала про штаб, и я его закрываю, и мы спешно его покидаем, ОМОНовцы скоро будут, поэтому мы заранее собрали вещи и сваливаем. Смотрит в монитор компьютера, и никого пока нет. — Иди к Борису Николаевичу, он по началу будет сопротивляться, ворчать и злиться быть может, но этот документ от Чумного доктора убедит его взять тебя, так что ты считай, что полноценный агент этого штаба, ну всё, иди, Ник изначально работал в штабе «Тайна», типа агент по обмену, если вопросы есть, то обращайся к нему, всё беги! Юрий собирает документы, на руках его перчатки, похоже, никто из агентов не хочет оставлять улики. Все собрали вещи и бегут со штаба. «Капец, жопа полная! Так, значит, я еду теперь в парикмахерскую и под ней находится штаб, а кодовых слов теперь не нужно, я и есть кодовое слово, детей в штабах не бывает»

* * *

На улице, у пешеходного перехода. Саша ждёт, когда загорится зелёный свет и задумчиво смотрит вдаль. «Так, затем идёшь на остановку и ждёшь маршрутку, едешь и через три остановки ты оказываешься у парикмахерской, блага она не так далеко от моего дома и за тридевять земель ехать не надо» Загорается зелёный, и Саша с опаской переходит дорогу и вдруг, будто из неоткуда на Сашу едет грузовик и громко бибикает. — ЕБАТЬ! Саша быстро возвращается назад и грузовик мимо проезжает. Этот перформанс рассердил Сашу, и он показал средний палец вслед грузовику: — Педрило! Как так можно вообще? Люди с ужасом и волнением смотрят на ребёнка. — ЗЕЛЁНЫЙ, СУКА! МОЙ СВЕТ! Он перешёл дорогу и сел на скамейку. — Еблан! Чтоб тебе так пересраться! В это время подъезжает маршрутка с сорок четвертым номером, и Саша тут же подходит к ней, двери открываются и оказывается она до отказа забита людьми, как троянский конь. Саша ошарашено смотрит на толпу страдающих от давки и усталости от долгого стояния на ногах. — Ну и нахуя столько людей набирать? Ну уж нет, я не сяду в это, я слишком мал для такого количества людей, раздавят. «Ребят! Это не Япония! Там приветствуется давка, но не у нас же!» Маршрутка закрывает двери и уезжает. — Хм, может просто пойти пешком? Нет, долго и устану, надо выносливость сохранять. Подъезжает новая и полупустая и Саша быстро заходит в неё и садится на первое попавшееся место. Маршрутка поехала и доезжает до следующей остановки, а там много людей и все хищно смотрят на транспорт, когда та доехала и открыла двери, люди битком, чуть ли, не раздавливая друг друга забились в маршрутку и Саше пришлось встать, его со всех сторон облепили. «Ебаный рот этого маршрутки, блядь! Водитель, сука! Не там так здесь! Пиздец!» Так и поехали, маршрутка доезжает до следующей остановки и там стоят человек десять, они уже собрались войти в неё, зашедшие изначально люди, так и не собирались выходить, но Саша кое как протискивается сквозь толпу, все как килька в банке, тесно друг к другу стоят. Дверь маршрутки открывается, и Саша пытается аккуратно, никого, не задев или не толкнув, протиснуться и эти десять человек заходят, проталкивают беднягу обратно и тут Саша не выдерживает и яростно кричит: — НУ НАХУЯ ВЫ СЮДА ПРЕТЕСЬ, А? НЕ ВИДНО, ЧТО ЛЮДЕЙ И ТАК ДОХЕРА! МОЗГОВ СОВСЕМ НЕТ ЧТО ЛИ? ДАЙТЕ ВЫЙТИ! Люди возмутилась поведением Саши, но понимали, что делали неправильно и Саша, растолкав со злости всех, кто был в маршрутке, вывалился из этой консервной банки и с облегчением вздохнул. — Ненормальные! Совсем не соображают, ну ладно там один человек, можно, но не десять! Бесит тупость людей! Особенно водители бесят! Не пускайте никого, пока в маршрутке не будет хотя бы немного места! Опасно же! Особенно для таких пиздюков как я, задавите суки и не заметите! Эх, даже если я когда-нибудь буду ездить на машине, то оленей на дороге никто не отменял. Ненавижу людей! Не всех. Почему тупых так много? С этими возмущениями Саша идёт в парикмахерскую, на пути его радостно встречает Ник, он дружелюбно машет рукой. — Привет! Подстрижемся? Саша улыбнулся и кивнул. — Сань, я с тобой заходить не буду туда, я сейчас стою на стрёме, так что иди дальше без меня, хорошо? — Хорошо.

* * *

Ник и Саша заходят в парикмахерскую, у многочисленных зеркал сидят люди, сзади них парикмахеры делают им причёски. Стоят ширмы красного цвета и Ник, взяв Сашу за руку, показывает на ширму посередине, и Саша заходит за неё и видит автомат с едой и достаёт из кармана бумажку, набирает пароль и автомат открывает дверь, за дверью длинный и мрачный коридор. — «А свет включить нет? Так, право, лево и прямо, затем снова на лево» Он идёт по коридору, и свет включается, Саша идёт так как написано на бумажке и находит железную и массивную дверь, в двери прорезь и она закрыта металлической пластиной. Саша стучится в дверь, и пластина отъезжает, показались знакомые глаза, это был Григорий, он мягким и бархатным голосом проговорил: — А, это ты, проходи, а то я уже думал амнезиак распылить. Дверь тихо открывается, и Саша заходит, осматривает большую комнату и это оказывается главный зал. — Добро пожаловать домой! Вон там, за кучей бумаг сидит Борис Николаевич, подойти к нему и покажи тот документ, но советую немного потянуть с ним, — ехидно улыбается Григорий.— В общем, не бойся и иди к нему. — Хорошо. Посередине главного зала стоит большой квадратный стол с стопками бумаг, выстроены они в ряд, большой круглый и чёрный ковёр, красный бархатный диван перед столом. Множество комнат с табличками и порядковыми номерами, на одной стороне каждой комнаты написано: «Оружейная», «Тренировочная площадка», «Морг», «Психолог-терапевт» «Тир» и прочие. На другой стороне комнаты агентов, на каждой двери кодовые имена: «Ник», «Омега», «Супра», «Клык» и многие другие. Освещение холодное, лампочки висят по углам и светят на пол, над дверями горят маленькие лампочки, а середина, где стоит стол, не освещена, только светильник с теплым лучом света, светит на рабочее место. Саша подходит к Борису Николаевичу, а тот полностью погружён в работу. — Здравствуйте, я по поводу трудоустройства. Но Борис не слышит его, Саша решил повторить громче: — Простите! Я здесь! Я по поводу трудоустройства! Борис услышал Сашу и поднял голову, выглядывает из-за столба бумаг, он удивился появлению ребёнка в главном зале, Борис узнал его. Он машет рукой, прогоняет Сашу: — Так, ты что тут забыл? Иди домой, зови маму и езжай обратно. — Но... Борис перебивает Сашу и качает головой: — Нет, ты не принимаешься, даже не смотря на свои заслуги. Тебе всего тринадцать, ты слишком мал для нашей работы. Я не собираюсь детский садик тут разводить, мне ещё и воспитывать тебя надо, я не возьмусь, даже не думай, забудь, подрастешь, быть может, я и приму тебя. Саша немного расстроен поведением Бориса: «Тогда сразу козырь»,— Саша ехидно улыбается и подходит и кладёт документ на стол. — Вот документ! Но Борис даже не обратил внимания на неё, продолжал работать. Он, не смотря на бумажку и Сашу, буркнул себе под нос: — Не суй мне эту бумажку, она не имеет для меня значения. Саша продолжает ехидно улыбаться и пододвинул её ближе. — А, может, вот так Вы примите меня? Борис сердито и с лёгким рычанием вздохнул и посмотрел Саше прямо в глаза: — Так, я что сказал? Сказал, что не принимаю тебя. Убери свою бумажку от меня и иди к маме! Пока я не нашпиговал тебя амнезиаком и не отправил домой. Всё, иди. Снова махнул рукой, но уже в сторону двери и продолжил работать. Саша же не отступал, он продолжил лезть на таран. — Ну, хотя бы прочтите, может, это заставит Вас передумать? Борис сердится, он шлепнул ладонью по столу, дабы напугать Сашу, Саша вздрогнул, но его взгляд наполнен решимостью. —Так! Я всё сказал. Иди давай, малыш, ты ещё в песочнице толком не доиграл, куда тебе до таких серьезных заданий как у нас? Штаб «Красное око» тебя не устраивает? Ну так ии домой, я в последний раз тебя отправляю. Саша сердито смотрит на Бориса, Борис, не меняя выражение лица, смотрит на Сашу. Саша настырно показывает документ, приближает его ещё ближе. Борис тяжело вздыхает, всё же решает посмотреть на документ и увидел печать штаба «Полярная звезда», он поднимает бровь и смотрит уже в содержимое документа. Борис нахмурился, он не верит в то, что видит, затем расширил глаза, его осенило, он закатил глаза, безысходно вздохнул — Вот дерьмо. «Его ж не выгнать теперь, ребёнка ко мне? Я что, нянька по-вашему?» Мысленно проклинает того, кто одобрил это всё. — Не хватало мне ещё детей в штабе, ни дай бог ты как Жора! Тут же вылетишь нахрен от сюда. — Проблем со мной не будет. Борис приподнял бровь и с недоверием смотрит на Сашу. — Да ну? От детей одни проблемы и толку никакого. Ладно, давай мне свой конверт, посмотрю, что там тебя за результаты. Саша достаёт из кармана конверт и вручает его Борису, а тот вскрывает и заглядывает в содержимое и, прочитав о достижениях Саши, приподнял брови, вытянул губы и покивал головой. — Хорош, может быть, не так всё плачевно, ты частенько работал с Ником, а он в основном одиночка и раз он с таким рвением хочет с тобой работать и обучить многому, то это уже знак того что ты парень ответственный и я хочу в это верить! Борис обдумывает план действий и уже хочет дать задание. — Значит так, молодой человек, если ты хочешь завоевать моё доверие, то сначала покажи мне всё, что ты можешь. Задание дам завтра, ты должен явиться, и я слыхал, что у тебя есть сабля как у меня, поэтому будем вместе тренироваться, но это не обязательно, нам надо лишь научиться драться это важнее, навыки боя у тебя такие себе и это нормально. Так вот, пошли. Борис отводит Сашу на тренировочную площадку, а сама площадка большая, несколько чёрных ширм, скамейка длинною во весь зал, пол укрытый синими матами, люминесцентные лампы как в шахматной доске, окон нет, лишь бежевые гладкие стены. Много тренировочной атрибутики, как: боксерские груши, манекены, шкафы с одеждой для тренировки. Борис заходит за ширму и переодевается. — Саш, под твой размер одежда есть, она в маленьком шкафчике. Саша подходит к шкафчику и забирает одежду, бежит за ширму и быстро переодевается. Борис выходит из-за ширмы одновременно с Сашей. Он серьёзно смотрит на ребёнка. — Значит так, тренировки не пропускать, как позову, так и пойдёшь, здесь тебя учить будут, а не просто на задания отправлять, как это было в «Красном оке»! Так, а теперь начнем бой, я знаю теперь о тебе всё и ты более-менее подаёшь надежды, так что я не отстану от тебя, и будешь ты потом и кровью нарабатывать навыки. Начинаем разминку, обычную.

* * *

После разминки, Саша и Борис начали боксировать, Борис дрался в полную силу и Саша тоже, но он явно по уровню отставал от Бориса и получал много ударов, то по животу, то по ногам, рукам, голове и вскоре выбился из сил, Борис привалил его ногой к полу. — Плохо, Саш, плохо! Ты же занимался боксом, так почему же ты такой слабый! На уровне новичка! Саша, кряхтя от веса Бориса, говорит: — Потому что я по каратэ в основном! Бокс мне не понравился, и я забросил! Борис вздохнул и сказал: — А раньше не мог сказать? Ладно, давай тогда каратэ, а ещё лучше, будем смешивать, неожиданности для соперника – это победа для тебя. Ты какой пояс имеешь? — Оранжевый. Борис приподнял бровь от удивления. — Что ж, проверим, наверняка ты хорошо знаешь каратэ, чтобы заслужить такой пояс. Они оба переоделись и встали в боевую стойку и начали сражаться, Саша ловко уворачивался от многочисленных ударов Бориса и наносит ему в ответ, Борис хотел поймать Сашу и перевернуть, но тот ловко увернулся от него, они так долго бились, пока оба не выдохлись, первым устал Саша, затем и Борис. * * * Борис радостно аплодирует и говорит: — Молодец! Хорошо. А теперь покажи мне как ты крадёшься, сейчас я всё поставлю как надо, и мы начнем. А ты пока выйди. Саша выходит с тренировочной площадки и садится на диван. «Так, теперь нужно держать планку хорошего агента, что бы Борис Николаевич понял, что я не бесполезный ребенок, который только и делает, что всё портит» * * * После того как Борис закончил, он позвал Сашу, тот заходит и видит, что матов на полу нет, лишь деревянный пол и множество препятствий и укрытий, невидимые лески паутиной растелились по полу, если их задеть, то рядом висящий колокольчик зазвенит. Борис стоит спиной и поворачивает голову к Саше. — Давай, начинай, твоя задача перенести незаметно вазу ко мне, при этом не наступив на ловушки, ты должен быть внимательным и быстро, очень быстро пробраться до меня! Давай, дерзай! Саша подходит к тренировочной площадке и берёт небольшую хрустальную вазу, он видит маты, и они служат укрытием, Саша тихо подкрадывается к мату и видит на полу несколько лесок, перешагивает их и очень тихо ступает на пол, Борис уже собрался обернуться, как Саша тут же спрятался за укрытие. Борис отвернулся и задумался: «Хорошо, хорошо. Мальчик ведёт себя, адекватно не смотря на то что он делал на тех заданиях, да, тот жуткий случай отразился в его рассудке и как только мать его спасла из лап безумия? Он должен был окончательно потерять рассудок спустя целый год демонстрации зверств с детьми, но мать умудрилась вытащить его, и я искренне удивлён и поражён усердию матери! Мальчик с печальной судьбой и стремящейся отомстить, а хватит ли тебе сил, усердия и ума, чтобы достигнуть своей цели, а?» Саше удалось быстро и тихо добраться до Бориса, он легонько дотронулся до него и тот резко вздрогнул и с удивлением посмотрел на Сашу. — Воу! Быстро ты, умница! А твоя обувь довольно шумная, но ты справился на ура! Слушай, скажи мне, ты что хочешь от меня? От штаба? Что тобой движет? Саша нахмурился и серьезным тоном говорит: — Я хочу отомстить за свой рассудок, вы знаете что происходило в том проклятом задании, тот семилетний мальчик, Саша Майоров...в общем я хочу этих уродов снова встретить и показать им их годовой труд! Заставить прочувствовать результаты их трудов на себе и в полном объёме! Лицо Саша с этими словами стало безумным, гнев переполняет Сашу, и он желает умыться в их крови. — Я хочу сломать их как они меня, но перед этим, я должен хорошенько выучиться и тогда уже буду у цели. Борис серьёзно смотрит на Сашу и говорит: — Хорошо, представь, что в тебе горит огонь и с этим огнем в сердце или душе, ты должен идти вперёд, это будет твоим топливом к мотивации. — Хорошо, что сейчас будем делать? — На задание пойдешь с Ником, вам надо поймать стрелка, в последнее время они что-то участили свои нападения и знаешь, что? После того как кто-то из детей показал то что он умен и не подвержен промывке мозгов и говорит, что бога нет, то через некоторое время появляется стрелок и те классы, где все подверглись промывке мозгов и охотно верят в бога, их не трогают. Саша вспомнил случай с Пашей и тут же оживился: — Борис Николаевич! У Паши, моего брата, было то же самое! Он был в школе во время расстрела и знаете, что? Он предотвратил убийства, но это в новостях не публиковали! В этот же день должны были, но такого не оказалось! Это явно проделки властей! Иначе никак! Борис тоже догадывается об этом всём. — Но чем подкреплена твоя теория? Нельзя всё на власть сваливать, может быть это кто-то тот, кто у власти, но не в ней? Помощник какой-нибудь, сенатор, например. Саша нахмурился, он крепко задумался: — Моя теория подкреплена тем что кто-то главный в церкви и тот, кто вояка, они объединились и решили укрепить веру в головах людей и таким радикальным методом решили поработить народ. Борис приподнял бровь и покивал головой. — Этой теории можно доверять, но что-то мне подсказывает, что это не наше дело, а дело элитного штаба «Полярная звезда». Мы в их дела не лезем обычно, эти дела очень серьезного масштаба и если влезем, то можем от власти пострадать, их агенты тоже во власти работают и именно они сливают нам информацию о планах наших врагов, например перевоз наркотиков, добыча внутренних детских органов и религию в школе, ну или же опасный чиновник, решивший под видом мальчика или девочки пригласить к себе в дом и там изнасиловать и убить. Какое задание выберешь? Чиновник или стрелок? Саша без раздумий выбрал: — Стрелок, так как эту работу важно выполнить первее всех остальных. — А если за время задания ребёнок пострадает от лап чиновника? Саша серьезным тоном говорит: — Лучше спасти много жизней, чем цепляться за одного человека и потерять многих. Жизнь не сказка и невозможно спасти всех и вся, придётся жертвовать чем-то. Правда жизни печалит Сашу и Бориса, тот кивнул и сказал: — Пойдем, с Ником выполнишь задание со стрелком, ваша задача под видом ученика и отца пробраться в школу и следить за людьми, их поведением, не трогай религию пока, мне кажется, в этой религии есть изменения, будто нас готовят к чему-то масштабному и привычная религия уже будет совсем иной. Ладно, потом об этом поговорим, иди, я позову Ника. * * * У школы, почти рядом с МБОУ СОШ 71. Саша в строгом костюме, с другим лицом и светлыми волосами, с рюкзаком, он с недовольством смотрит на школу, а это здание оставляет желать лучшего, слегка покосившиеся, с облезлыми и грязными стенами, с кривым и ржавым забором, это вечерняя школа. — Боже, а я и не знал, что рядом с моей школой стоит это, оно гораздо хуже! Мне жутко туда заходить! Ник же переодет в деда, клетчатая рубашка, берет и очки с толстой оправой, типичный советский дед. Ник смеётся и треплет Сашу по голове: — Это вечерняя школа Саш и тебе тут всего один день быть, так что смирись. Пойдем...а, научу правильно вырубать жертву, просто хватаешь двумя пальцами обе стороны шеи где сонная артерия, пережимаешь её и держишь и тогда человек вырубается на некоторое время, за это время ты должен связать жертву и отобрать оружие. — А как нас примут в школу так поздно? — У нас по всем школам уже директора агенты, иногда сменяют друг друга, там сложная операция и я всего не знаю, так что давай не будем лишними вопросами заниматься, лучше более существенными. Пойдём. Они заходят в это мрачное и жуткое место, внутри ещё хуже: линолеум в дырах и видны дряблые доски, стены облезлые и чем-то заляпаны, потолок готов вот-вот встретится с полом и ничто ему не помешает, даже какие-то дети, сам потолок серый, влажный и жуткие ржавые пятна по углам, говорят о том, что они тут много лет. Окна с трещинами, рамы, сгнившие и готовы упасть вместе с окном кому-нибудь на голову. Саше становится жутко от того что он видит, ему неуютно и хочется свалить от сюда, дети поникшие, ослабленные и мрачные, они ничего не видят кроме своих одноклассников и своего пути по которому они движутся, что-то с ними не так, они как зомби. Саша аккуратно дёргает Ника за рукав и тот с лёгким недоумением посмотрел на него. — Что случилось? — Эта школа внутри еще хуже, чем снаружи! И дети нас тупо не замечают! Чё это такое? Ты посмотри на них! Ник присматривается к детям, а взгляды их пустые, дети мрачнее тучи, взгляд их не детский, а как у стариков, даже первоклассники такие же, как и подростки по взглядам и поведению. Ник подходит к одному из них и спрашивает: — Привет парень, не подскажешь на каком этаже кабинет директора? Мальчик повернулся, он будто не видит Ника и развернувшись, он идёт дальше. Ник в недоумении. — Какого хрена? Вдруг послышался выстрел, и все дети побежали на звук. В школу заходит стрелок в черном плаще, и дети счастливые с живыми глазами бегут на него, и он в них стреляет, кожа у стрелка сероватая и белки глаз слегка сияют красным. Саша и Ник в шоке, они переглянулись и Ник тут же берёт пистолет и стреляет мужику прямо в ногу и тот, вскрикнув от боли, падает. Ник и Саша бегут к нему, а дети просто стоят и ничего не делают, они снова мрачные, затем они как роботы разворачиваются и уходят. Мужик корчится от боли и Ник маниакально смотрит на него. — Зачем в детей стрелял? ЗАЧЕМ? Мужик не может ничего сказать, Ник берёт того за воротник и кричит на ухо: — КТО ПОСЛАЛ? Саша же тихо сказал: — Давай увезем его? А то полиция приедет, допросим там. Ник с грустью смотрит на детей, все они мертвы, Ник не может оставить школу, нужен тот, на кого полиция вину свалит и перед ним лежит тот самый виновный. — Допросить тут! И только тут! Вдруг мужчина обмяк и Ник, испугавшись, проверяет его пульс... — Он сдох! Чёрт тебя побрал! Как? От выстрела в ногу? Дерьмо! Может я ему попал в сосуд? Проверяет ногу, попал в кость. — Нет, это не должно было его убить! Эх, на анализ! Он взял из кармана шприц и набрал крови, снял иглу и положил в маленький пакетик сам шприц, а иглу оставил в руках. — Зачем кровь взял? — Помнишь тех кроликов? Я думаю это их начальная стадия, видимо людей похищают, промывают мозги и из них делают таких вот. Возьму ещё анализ крови у детей, уж больно они странные. Вдруг те дети что в живых остались, тут же попадали, Ник подбегает к ним и щупает пульс, а его нет, только тогда Ник заметил, что кожа детей такая же серая, как и у того мужика, только она чуть светлее. Ник в ужасе, а Саша в недоумении. — Может, сфоткаешь? Опознаем детей и того мужика. Ник кивнул, так и сделал. Вдруг стену кто-то сносит и это оказался Валера, он с удивлением смотрит на деда и ребёнка, Ник тут же хватается за сердце и падает на колени, и Саша тут же подбегает к Нику. — Деда ты чего? «Чё? Реально сердце?» А Валера взялся за голову и тут же бежит в медпункт и ищет валидол. — Тебе реально хреново? «Сильно нервничает! Жесть!» Ник кивнул, и Валера тут же приносит ему стакан воды и Ник дрожащей рукой берёт его и выпивает содержимое, а Валера взволнованно смотрит на Ника и гладит того по голове. Саша ошарашено смотрит на Валеру. — Спасибо тебе, дядя в маске зайки! «Офигеть! Заботится о невинных, не устраняет свидетелей» Валера с грустью смотрит на мертвых детей и готов заплакать, но сдерживается. Нику становится лучше, и Валера показывает им жестом «уходите». Саша и Ник спешно покидают школу и Ник для вида крестится. Они сели в машину и поехали. Ник ошарашенный, опустошенный. — Пиздец, хорошая таблетка, сразу бьёт по сердцу при сильном стрессе, всё бы и так прошло, но помощь того кролика...Удивительно, у них же интеллект немного снижен. Дети, похоже, как те кролики и мне кажется, никто о детях не забьёт тревогу, наверное, они все сироты, помнишь то задание? Помнишь, как у помойки прятались и следили за детдомом? Почему нас не предупредили о нападении на новый? — Мне Борис Николаевич говорил, что элитный штаб не оповещает другие штабы о важных заданиях, типа есть задания только для элитного штаба, и только они их могут решать. Ник помрачнел: — Это понятно, но тут дети! Дети, Икс! Они не должны были умирать! Никто не должен был!

* * *

В лаборатории в неизвестном месте. Стоят те же приборы для исследований, колбы, стёклышки, коробки с веществами и микроскопы. Есть и медицинское оборудование как капельницы, аппарат жизнеобеспечения и прочие. Посередине лаборатории стоит больничная кровать, к ней прикован ребёнок, лицо у ребёнка имеет отпечаток болезни даун, дитя не понимает, что происходит и с интересом осматривает место. Рядом с ним стоит та самая девушка в черном пиджаке с красными вставками, чёрное каре и очки с круглой красной оправой. Она с грустью смотрит на ребенка, она понимает, что сейчас будет. В лабораторию заходит бодрый Айзек, он что-то держит в руках, это что-то накрыто тканью, за ним заходит тот самый врач что прооперировал ОМОНовца. Врач скептично смотрит на ребёнка, а Айзек с надеждой. Врач посмотрел на Айзека и сказал: — Уверен, что мальчик не откинется после такой процедуры? У него серьёзные нарушения в мозге, здорового может взять? — Я хочу, чтобы мой вирус вылечил синдром дауна, что бы перекроил мозг, перелопатил! Врач нахмурился и вопросительно посмотрел на Айзека. — Ок, как скажешь, а что насчёт Вас? Екатерина Вьюгина? А Екатерина лишь тяжело вздохнула: — В любом случае он страдает, если он будет жить после этой процедуры, но с нарушениями в мозгу, он будет страдать, а если умрёт, то ему будет лучше, ему уже будет всё равно. Ладно, я пошла. Врач с интересом смотрит на неё и спрашивает: — А куда это? Разве не хотите посмотреть на результат? Екатерина покачала головой и ушла из лаборатории, она направляется в костюмерную. «Интересно, какие ещё убогие наряды он придумает?» Она заходит в эту комнату и видит худощавого мужика, волосы растрёпанные и сальные, недельная щетина. У него было лицо извращенца, глаза полные похоти и разврата и одновременно обделены интеллектом, глаза злые и голодные. Он был неряшливо одет, от него лучше держаться подальше. Сама же костюмерная ухоженная, одежда висит по цвету, белая и с виду мощная швейная машинка стоит на столе с прутьями, на которых нанизаны самые необходимые катушки ниток с важным цветом, цвета красные, зелёные и синие. Рядом со столом, где была швейная машинка, стоит розовая ширма, за ней очертание человеческого силуэта с кроличьей маской. На стене висит плакат с голой дамой, которая сидит на коленях и демонстрирующая обнаженную грудь, при этом к плакату приделан черный латексный костюм девочки кролика и ободок с ушками. Видно, что этот мужик сам делал этот плакат и всю свою похотливую душу туда вложил. Освещение приятное и идеально подходит для работы с шитьём, приятная тишина в комнате и только пишущая на бумаге ручка тихонько прерывает тишину. Екатерина подходит к мужчине и спрашивает: — Придумал что-нибудь, Дима? Тот резко повернул голову и воодушевленно сказал: — Да! Это будет лучший мужской костюм! Раз наши дамы носят костюм девочки зайки или кролика, то и мужчины должны! Они тоже должны выглядеть сексуально! Серж! Выходи! Из-за розовой ширмы стыдливо выходит парень с чёрной кожей, глаза его полностью красного цвета и светятся, рот тоже красный. Парень прикрывает паховую область, щеки парня розовые, тот был готов сгореть от стыда. На нём синий костюм девочки кролика, только на мужской лад, грудь открыта и ноги в сетчатых колготках. Серж уже хотел спрятаться за ширму и никогда оттуда не выходить, но пристальный и злой взгляд Димы уставился на него и не давал уйти, Серж был готов заплакать. Дима похотливым голосом проговорил: — Повернись, кролик мой. Екатерина, смотря на это, явно была недовольна. Серж поворачивается спиной, и спина его была открыта, в том числе и ягодицы. Екатерину прорывает на нервный смех, она была готова испепелить Диму взглядом. А тот с надеждой спрашивает: — Ну как? Хороша фигурка? Обтягивает все самые сладкие части тела? Екатерина тяжело вздохнула и взяла первую попавшуюся ткань, она с сочувствием смотрит на Сержа и накрывает того тканью, а тот расплакался и тут же обнял Екатерину, а она обняла его в ответ. — Ну-у, милый, я заберу тебя отсюда и да, Дима, у девушек кроликов не открыта жопа! Не соответствует твой мужской «костюм»! Убери эту гадость! Сожги её или перешей! Если кроликам некомфортно в этой одежде, то они могут провалить задание из-за того, что отвлекаются на эти куски ткани! Сделай им другой костюм! Она уводит Сержа, а тот со страхом смотрит на Диму, а тот выкрикнул: — Жалко, что такая потрясная задница будет закрыта! Я переделаю, так и быть. Расстроенно достаёт чертёж костюма и рвёт его на части, зажигает свечу и поджигает бумагу и кладет в пепельницу. Екатерина смотрит на Сержа, а тот вытирает красные светящиеся слёзы. — Давай одену тебя в строгий костюм? Он все прикрывает, тебе понравится. Серж кивнул и с лаской посмотрел на Екатерину. Из лаборатории выходят мрачные врач и Айзек, Айзек держит банку с чем-то. Врач остановился и сказал Айзеку: — То вещество нервную систему хоть и подготавливает, но не каждый сможет после неё очухаться, так что с детьми надо подождать. Айзек тяжело вздыхает: — Да, ты прав. Ну и эксперименты у вас. Врач цокнул и сказал: — Тц, ну а что ты вообще хотел? Нам нужна армия, кто власть защищать то будет от взбесившейся толпы? ОМОНовцы хоть и могут дать пороху, но на них деньги нужны и у них семья в конце концов, ради неё могут и работу послать куда подальше, а кроликам деньги платить не надо, их главное любить, и они будут любить вас. Айзек задумался над экспериментом. — У меня тут идея возникла, я, пожалуй, обдумаю её у себя, не теряйте, я надолго. Он поспешно уходит, а врач, увидев накрытого тканью кролика, спешно подходит к нему. — Что случилось? А, пошлый костюм, ясно. Так, этот кролик заботится о здоровье других, слушай, Кать, может быть я его себе заберу в качестве помощника? Он не годится для боя, я вчера проверял его боевые навыки. Он вспоминает как свёл в бою Валеру и Сержа.

* * *

На большом стадионе. Много зрительских мест расположились по кругу, большое поле и стадион накрыт железным куполом, а под ним стеклянный. Стадион освещают яркие многочисленные лампы. Друг напротив друга стоят два кролика, Валера и Серж, тот мило улыбается Валере, а Валера же решительно смотрит на соперника. Между ними стоит врач. — И так, господа кролики, ваша задача отправить в нокаут соперника, не убить, а вырубить! А вы, у нас самые крепкие, поэтому мы на вас надеемся, чем сильнее тело, тем авторитетнее вы для нас и для вашего вожака и тот надеется на вас сильнее. Многозначительно произнёс в конце врач. Кролики воодушевились, они хотели показать вожаку, на что они способны. Врач свистнул, и они оба тут же сцепились в бою, Валера со всей силы ударил по Сержу и тот отлетает в сторону, он сердится и тут же встаёт. Со всех ног бежит к Валере и бьёт кулаком со всей силы в живот, и Валера вскрикнул от боли и сел на колени. Серж взволнованно посмотрел на соперника и тут же начал извиняться, только вот без слов, а Валера показывает, что всё хорошо. Теперь Серж не хочет сражаться. Валера встаёт в боевую позу, а Серж махнул рукой и жалобно смотрит на врача, тот опустил голову и качает ею: — Нет, так не пойдёт, сразу видно, что ты у нас не справишься, ты не можешь навредить людям, я подумаю и спрошу начальника. Воспоминания прерываются. — Меня Геннадий Антонович уговаривал Сержа научить сражаться, но Серж отказывался, ни в какую. Екатерина кивнула: — Забирай, но для начала я его переодену, а то он в... Врач приложил палец к губам и сказал: — Тс-с-с, не напоминай ему. Серж, я халат тебе подберу, будешь как я, будем учиться лечить кроликов и людей. Серж улыбнулся, он был счастлив.