Акт после падения занавеса

Когда все лишние уши с комнаты ушли, и остались лишь эти два «гения», то воцарилась долгожданная для обоих парней тишина. Никто из них не мог или не хотел её нарушать. -Холмс — начал был Мориарти — почему вы так переживаете за меня? -Потому что ты мой друг, Лиам. Человек, которого я боюсь потерять, и который дарит мне смысл бытия в этом бренном, донельзя скучном и сером мире. Преступный консультант лишь улыбнулся. Нет, не той привычной для всех улыбкой, которую так много раз видел сыщик, а совсем иной, по-настоящему искренней. -Сдаётся мне, мистер Шерлок Холмс — пауза. Не для того, чтоб собрать мысли в кучу, а подержать интригу, заставить мозг детектива самого дойти — вы испытываете ко мне совсем иное чувство. -Иное? — задумался детектив. Какое иное чувство? Нет, не может этого быть, чтоб этот рубиновоглазый догадался. Просто не может. — ты имеешь ввиду чувство любви? Лиам, ты действительно считаешь, что… Чёрт — прав же этот демон. В тот момент, в больнице, когда брюнет сидел у койки друга — понял, осознал, что всё это, будто бы помешательство на одном единственном создании, именуется любовью, своеобразной, но любовью. -вы кинулись за мной при падении, сжимали в объятиях так, как влюблённый человек сжимает объект своего вожделения. Такое стремление защитить и помочь. Мне сначала не были понятны ваши действия, но сейчас всё написано у вас на лице. — всё с той же обворожительной улыбкой говорил Уил, глядя как на физиономии спасителя слишком быстро меняется спектр эмоций. -и что же — хотел было вставить хоть пару слов детектив. -Не перебивай. Мне импонирует ваша «любовь» и я к вам ощущаю похожий интерес. -Так вот как на языке знати будет «я вас тоже люблю»? — расхохотался синеглазый. -как хотите, то так и считайте, Детектив Холмс, хотя я и прямо могу сказать вам три заветных слова, которые вы так жаждите услышать. — улыбка изменилась на лукавую, ожидавшую реакции. -Хах, ты видишь меня насквозь Лиам. — лёгким движением Шерлок накрыл губы преступного лорда своими.» -на сегодня хватит историй из нашего с отцом прошлого — начал был человек с волосами цвета спелой пшеницы, заметно нервничая. Уильям встал с дивана и решил пройтись по комнате, где находился не только он. -Нет-нет, это всё как-то скомкано — возмущалась девочка, сидя на кресле около оставшегося сидеть родителя — и где начало, где? Вы обещали мне рассказать всё от момента вашего знакомства и до момента как я появилась у вас. -всё завтра — молвил второй голос — и надо ли тебе знать всё до момента падения? -Надо, папочка Шерлок. Я хочу знать, чем закончилось всё перед падением «занавеса», именуемый вашей прошлой жизнью и так же хочу знать то, как вы попали в этот город. -тогда жди завтрашний день — улыбнулся Лиам, стараясь загнать дочь спать, ибо время уже час ночи и ей давным-давно надо было находиться в царстве грёз. -Хорошо — выговорила младшая и убежала. — я же запомню и напомню утром. -мистер Холмс, сдаётся мне, что вы забыли, что мы рассказывали всё это ребёнку, не достигшему лет десяти. -Заговорился, но ничего же плохого я не сказал, солнце — приобняв Уила, высказал виновный. — я сам считаю, что ей пока ещё рано знать о том, что было дальше, и то, как завязалось наше знакомство. Пусть сейчас она будет расти в царстве роз, а когда придёт время, тогда и расскажем. -с таким исходом событий я согласен больше, а вот теперь тоже идём спать — командир, характер ничуть не изменился за последние девять лет. Детектив и преступный лорд сбежали из Великобритании, как только Майкрофт отдал поддельные документы. Парни не знали, куда их занесёт ветер, так что решили просто путешествовать, но в одном городе произошли непредвиденные обстоятельства, заставившие их осесть. Там же Лиам устроился преподавателем математики, а Холмс вновь занял пост «консультирующего детектива». В одну из ночей сыщик вернулся в дом со свёртком в руках, так же укутывая его в свой плащ. -Шерли, что произошло? — произнёс только что проснувшийся математик, ещё не до конца продрав глаза. -у нас пополнение. — с улыбкой выговорил пришедший. — в ходе расследования нашёл труп очередной жертвы, а рядом лежало это чудо. Летели дни, ребёнок рос и стал показывать незаурядный ум, а Шерлок часто сравнивал дочь и супруга, мол два гения в доме, на что бывший Мориарти смеясь отвечал «три, дорогуша, себя тоже считать нужно». В след же могло полететь «говорит мама», ведь первым словом, которое произнесла кроха, было «мама» обращённое к Уильяму.